How are you?

Чонхо стоял на балконе своей квартиры и вдыхал прохладный, свежий летний воздух Сеула. Его руки дрожали, сжимая телефон до белых пятен на костяшках. Казалось, тот не выдержит и сломается от нервов парня. Было всё равно. Чонхо уже всё равно. Он просто хотел вернуть время назад и не допустить того, что произошло. Сердце ныло и отдавало болью по всему телу, рассыпаясь колючей холодной тоской. Экран засветился от нажатия кнопки питания, показывая парню время. 2:02. На фоне красивый парень. У него удивительной формы нос. Не как у всех корейцев. Он особенный. Своеобразная вишенка на торте. Это было любимое место для поцелуев. Чхве в любой удобный момент чмокал этого парня в кончик носа, после слушая его низкий, неуклюжий и совершенно простой смех. В последнюю их встречу было совершенно по-другому. *** — Нам нужно расстаться, Минни… Эти слова словно эхом раздались по похолодевшей, словно потерявшей все краски, квартире Чонхо. Хозяин в момент убил всю жизнь в своём комфортном гнёздышке, где царили покой и умиротворение. Перед ним в паре сантиметров были заплаканные глаза высокого красивого парня с особенным носом, который так хотелось поцеловать. Он молчал и лишь редко всхлипывал. Он просто не мог говорить вслух. Его глаза всё рассказали сами. Чонхо предатель. Чонхо сделал смертельно больно. Сильный парень ранил впервые, и не рукой, а словом. — Прощай, Минни… Слегка дрожащие губы коснулись мокрого от слёз кончика носа. *** Чхве стоял на балконе и всё рассматривал свои обои на экране блокировки, не в силах смахнуть экран и ввести пароль. Он тоже напоминал о нём. Как же глупо ставить дату рождения человека, которого в итоге и бросил. Так глупо и больно, ведь цифры вводились уже на автомате. Их не забыть. Это уже рефлекс, от которого не избавиться. Чхве мог бы поменять комбинацию цифр, но он её тут же забудет, даже будь она его датой рождения. Цифры словно с болью, отдаваемой пульсацией по всему телу, вводились в комбинацию из шести символов. 090899 Чхве встретили обои рабочего экрана, где на него смотрел счастливый Минги, строя рожицу и делая рожки своему парню, пока тот делал селфи. Бывшему парню. Скатившись по бетонной стене балкона, отгораживающей Чонхо от пропасти вниз на расстоянии двенадцати этажей, тот всхлипнул. Когда он в последний раз плакал? Лет в пять? И то лишь слегка из-за поломанной ноги. Тут же, он, взрослый парень, не мог совладать с собой. Холодный и сдержанный человек по натуре убивался изнутри. Слёзы начали стекать по щекам одна за другой. Было не стыдно. Стыд заплакать пропал. Что вообще делать, если сам всё испортил? Ужасное чувство опустошённости в моменты по вечерам, когда казалось, что парень под боком совершенно тебе безразличен. Когда прошло много времени с конца конфетно-букетного периода, который, как казалось, должен был длиться вечно. Эти съедающие мысли не отпускали Чхве. Это мучало его. *** — Минни… Что-то не так? Я как-то обижаю тебя? Чонхо давно заметил, как парень расстраивается из-за его постоянных тренировок в зале. У него всё на лице было написано, и Чхве не дурак, чтобы не понять, что его длительные пропажи из квартиры расстраивают его парня. Младший был готов бросить всё на свете по одному слову возлюбленного. — Не-а. У нас всё хорошо, Хо-и. Что-то внутри Чонхо болезненно укололо. Почему парень ему врёт? Этот божий одуванчик, который так и светится честностью. Почему именно в этом ему врут? Видно же, что Чонхо обижает его, как расстраивает его. А вдруг всё правда хорошо, и он себе просто надумывает? Чхве тонул в своих догадках. Время шло, а это чувство росло внутри парня как снежный ком, заставляя на тренировках тягать вес до полуобморочного состояния в попытках разгрузить голову. Но в итоге у него лишь забивались мышцы и ломило повсюду настолько, что если бы не перила, то он бы просто упал при спуске с лестницы из-за слабости в ногах. Чонхо просто терял себя, теряя желание идти к человеку, который так нагло врёт ему. Которого он так любит, но которого он расстраивает. Он мучает Минги и самого себя из-за этого. Этот лучик света в его жизни не достоин такого обращения к себе. Почему Чхве столь ужасен для парня? Почему он перестаёт дарить ему положительные эмоции? Почему он слышит вздохи, когда возвращается с тренировок вместо того, чтобы Сон, как раньше, запрыгивал на него с самого порога, заставляя себя ловить, несмотря на превосходство в росте, громко крича: «Хо-и вернулся!!!». *** Чонхо сам не понял как, но он уже оказался в чате с Минги. Тот был вне сети, что радовало. Чхве закрыл доступ к просмотру активности на аккаунте всем, кроме него. Сон был особенным. Чонхо хотел знать, когда тот просыпается, когда засыпает и когда освобождается от дел. Да и сам Чхве был не против, чтобы парень мог спокойно писать ему утром пожелания о хорошем дне, уже зная, что Чонхо уже проснулся, и после пропажи ровно в двенадцать ночи писал бы неуклюжее «доброй ночи, милашка хо-и» спустя часа два после отбоя младшего, после постоянно изменяя то единственное сообщение, чтобы что-то рассказать, лишь бы не на присылать много уведомлений, тревожа чужой сон. Чонхо бы закрыл доступ, но видеть привычные значения последней активности было так по родному. Тепло на пару мгновений растеклось внутри парня, несмотря на бетонную плиту за спиной. — Хочу тебе написать… Но что?.. *** Минги шëл по ночным улицам спального района Сеула. Вокруг было тихо и хотелось дышать полной грудью, пропуская в себя тонны свежего летнего воздуха. Но он душил. Минги всегда выходил погулять на улицу, чтобы освежить мысли и прийти в себя. Вне дома было спокойнее. Ветер, ласкающий фигуру, идущую в никуда, проникал внутрь, освещая и обновляя каждую клеточку. Это благословление. Умиротворение в природе. Ночной город целительно сказывался на Минги, но причина, по которой он вышел в эту ночь, ранила в самое сердце так сильно, что в никакой терапии не было толка. Он не мог жить без Чонхо. Это парень понял через пару дней после расставания. После того, как в один обычный вечер его возлюбленный оборвал всë, что строилось больше года. Это было ожидаемо. Чонхо остыл к Сону. Сон чувствовал это, но ничего не предпринял. Совершенно ничего, за что его лишили спокойного сна. На парня напала бессонница. Ещё ни одной ночи он не провëл полностью хотя бы дома. В лучшем случае Сон возвращался домой к трëм утра, хотя обычно встречал рассветы и как все люди серой массой входили из домов, направляясь на работу, чтобы продолжать монотонно жить, в то время как жизнь Минги остановилась на одном. На образе Чонхо. На его фотографии на экране блокировки. Время 2:02. Уже поздно, но Минги не собирался возвращаться домой. Он, не осознавая того, забрёл уже в родной когда-то район, витая в дворах у дома Чхве. И вот перед парнем вырос тот самый дом, в котором горело от силы пару окон. Ясное дело. Нормальные люди спят в такой час. Окно Чонхо было словно нелюдимым. Смотря на него, какое-то неприятное беспокойство разливалось внутри Минги, заставляя неосознанно поджимать губы. Чонхо обычно ложится в полночь, а сейчас уже два часа. Он спит и досыпает свои сладкие сны без Минги рядом. Минги не с ним, и тому явно хорошо. Он его бросил, значит разлюбил. Значит ему без Сона лучше. Так пусть и спит один. Минги зашипел от досады. Почему он вообще не может выкинуть этого парня из головы? Сон молод, и таких, как Чонхо, он найдёт ещё тысячи. Не один же он. такой на свете. Или один. Звук уведомления испугал Минги, заставляя вздрогнуть. Словно в лихорадке он проверил свой телефон. Булочка Хо~и: «Как дела?» — Как дела?! Вскрикнул Минги, зарываясь пальцами в волосы и до боли сильно их сжимая в кулак, оттягивая, лишь бы выплеснуть эмоции. Грудь начала вздыматься, а дыхание становилось громким. Непонятное чувство тревоги и злости наполнило парня, заставляя расходиться мелкую дрожь по телу. Что это за сообщение?! Разве такое пишут после расставания? Разве после расставания вообще пишут? Как бы Сон не негодовал, внутри поселилось ещё одно чувство. Чувство надежды на светлое будущее. Хотелось вернуться. Хотелось сорваться с места и побежать в квартиру к Чхве. Хотелось запрыгнуть на него, обвивая крепкое тело всеми конечностями, радостно крича всякий бред. Хотелось просто быть с Чонхо. Сон спустя пару минут ввёл комбинацию цифр для разблокировки. 121000 Красивая дата рождения не менее красивого Чонхо. *** Мой Минни: «Почему не спишь? Сейчас вроде за полночь. Иди спать.» Громкий всхлип вырвался из Чонхо, как только он увидел ответ своего бывшего. Это тоже его обижало? Обижало, что Чхве рано ложился по его меркам? «Я воздухом дышу не балконе. Не спится.» Чонхо казалось на ином уровне почувствовал, как Минги хмыкнул, заставляя всё нутро младшего сжаться. Мой Минни: «Ты же не любишь гулять ночью. Точнее, всю эту ночную идиллию с воздухом свежим и безлюдностью.» И правда. Чонхо не любил такое, и именно поэтому сидел на стульчике у балкона, пока Минги валялся на пуфике на балконе во время до полуночи, нежась и расхваливая, как же природа прекрасна и что деревья делают столь хороший воздух, пусть это и спальный район Сеула. Этот образ грел душу Чонхо, заставляя его ночь за ночью проводить на балконе, полюбив идиллию ночи. «Полюбил.» Мой Минни: «Как-то поздновато.» Чонхо показалось, что настал его конец. И так не привыкший плакать, человек уже захлёбывался в истерике, не зная куда деться. Паника накрывала его с головой. Чхве, изгибая брови, хлопал мокрыми ресницами. Чонхо, стремительно встав, достал свой дневник с записями, касаемо тренировок, считая их основной причиной произошедшего. Именно после чувства, что они расстраивают. На пути, злостно вырывая листы, он сминал их и рвал на части, половину теряя на полу. В них проблема. Это из-за них. Но это часть Чхве, а это означало только одно. Чонхо сам виноват в произошедшем. Не переставая себя накручивать, оставшееся в руках Чхве выкинул за балкон, вовсе не думая об экологии и что на наго поступит жалоба от очевидцев, которые не спят, из дома напротив. Было всё равно. Он просто выкинул оставшуюся обложку, после упираясь руками в край балкона смотря вниз. Минги. Он смотрел прямо на него. *** Минги хотел ударить себя за такие резкие ответы парню. Чонхо всё ещё был человеком номер один в его жизни. Самым важным на планете, которого он ставит в приоритет. Писать колкости ему было сравнимо самоповреждению. Сон чувствовал себя просто ужасно, но он не мог остановиться. Обида уж слишком сильно засела внутри него. В поле зрения попало что-то белое. Бумага?.. Затем ещё и ещё. Какой идиот решил загрязнить ночной город своим мусором? Сон хмурясь начал искать нарушителя порядка, натыкаясь на знакомый родной балкон, сразу забывая про всю злость. Еле различимое лицо, полное печали. Его Хо-и лихорадочно вытирал слёзы с лица, уже икая от истерики и невозможности остановиться. Сердце Минги заныло. Наплевать на все обиды. Парень рванул к подъезду своего бывшего, доставая дубликат ключей из кармана. Обиды он отложит на потом. Он нужен ему. Значит Сон будет рядом со своим Чхве.