Сосиски с майонезом

Бориска открыл глаза. Рука затекла, и, теперь, при каждом движении, мерзко покалывало. Он перевернулся, чуть не свалившись с узкого дивана и… — ЭТО ЧЕ ТАКОЕ?!! – От удивления Бориска чуть было повторно не грохнулся на ковер. А падать было от чего. Чуть поодаль, прям на полу сидел парень, недовольно замотавшись в пёстрое покрывало. Тот шевельнул своими серыми кошачьими ушами и сказал: – У меня возник такой же вопрос. И я не «что». (а нечто :D) – Кото-нечто встало (придерживая покрывало, конечно же) во весь свой немалый рост и подошло к Бориске, протягивая руку: – Арнольд. В иных обстоятельствах, я бы сказал, что рад знакомству. – Аэээаа… – Все так же ошарашенно промямлил диваножитель. – А я, ээ, Борис. – Он пожал протянутую ладонь. – Подожди, а почему ты в покрывале?.. – И тут же перебивая сам себя, Бориска запричитал, – блин, меня Лена прибьет, если с ним что-то случится. Вот, возьми лучше плед. И все-таки, тебе что, холодно? – Кхем, вообще-то... ладно, просто у меня немного одежда порвалась… (зашибись отговорка) – как-то отчужденно ответил Арнольд. – Да? Боюсь, моя будет маловата, но я поищу. Никуда не уходи. – И, оглядев гостя подозрительно, убежал в коридор. Еще бы, посыпаешься такой на неудобном диване, мало того, что поспал все что только можно, рука затекла, так и еще такой хвостатый СЮРприз два метра ростом… Не обнаружив у себя хоть чего-то, что могло мало-мальски налезть на гостя, Бориска заглянул в ванну. На сушилке висела растянутая футболка отвратительного цвета (любой на выбор читателя) и что-то большое, и черное. Парнишка сгреб все это в охапку и потащил в гостиную. Арнольд сидел на диване, пялясь в угол. «Ну точно кот», – отметил про себя Бориска. – Вот, держи, я надеюсь, там будет что-то подходящее. – Бориска сунул бесформенный комок в руки залипшему коту и вышел. – Я пойду нам чай сделаю, а то боюсь нам многое надо обсудить. Кухня вперед по коридору. Не удержавшись, он все-таки из-под Тишка глянул на гостя. И лучше бы он этого не делал. Потому что Арнольд выглядел так, как будто его одежду либо уменьшили в несколько раз, либо он обокрал ребенка. «Ух… ну и странный он, этот Арнольд… И одежонка эта знакомая какая-то», – Бориска поежился. * * * Чайник уже во всю кипел, а Бориска, решивший проявить гостеприимство, даже нашел сосиски (единственное, что было съедобного, видимо) и поставил на газ большую чугунную сковороду (скороводу) В коридоре послышались шаги. – Ну как, я надеюсь, подошел... – Не успев договорить, незадачливый «стилист» выронил подносик с кружками на пол. – ...Ооо... Посуда вдребезги разбилась. Еще бы, тонкий фарфор * * * Аппетитные булочки так и притягивали взгляд, и хотелось дотянуться до этой манящей поверхности, хрустящей корочки. Сосиски возбуждающе шкворчали, призывно брызгаясь раскаленным маслом. От ароматного чая поднимался легкий дымок. В этой эротической обстановке, два парня сидели друг на против друга и, что бы вы могли подумать, дико угорали с последних 10ти минут. Минутами ранее: Арнольд прошел мимо и сел за стол (специально для него отодвинутый хихи). – ЬьььЪ! – Запоздало заверещал Бориска сразу по двум причинам: во-первых, это была единственная посуда, из которой можно было пить, во-вторых, Арнольд был в черном. Длинном. Ленином. Платье. «Етить-колотить…», – пронеслось в голове у Бориса. Невозмутимый кот как будто прекрасно чувствовал себя в выданной одежде. – Бля, прости, я думал это футболка… ¬– А я думал это такая месть за мое незаконное проникновение. – Аэъ я принесу другое. – Да ладно, не утруждайся. Я не стеснен стереотипами современного общества, и могу пить чай и так. При условии, конечно, что мой образ навсегда останется только между нами (нет автор все видит) – …Ладно. – Бориска все еще не отошёл от увиденного. Правды ради, платье смотрелось действительно неплохо. Даже красиво. Правда, было все же маловато и коротковато, поэтому сидело в облипку (в общем, вы поняли) – Слушай, а пить не из чего…– осознал Бориска (теперь Лена его точно убьет) – А это что? – Арнольд указал на что-то выглядящее, как хрустальные стаканы с неровной узорчатой кромкой. В них стояли свечки. – Это… это же люстра... хотя что нам помешает, чем не стаканы. Ее как раз сняли недавно, чтобы помыть. – Я ВАМ ПОМЕШАЮ ЪЪ!!! – Вдруг заверещало что-то с потолка. Возле крючка, который был, скорее всего, для вышеупомянутой люстры (но повесится, наверное, тоже можно было бы) вилось длинное существо, полупрозрачное и чайного цвета. У него была кошачья мордочка и желтые глаза с узкими зрачками. – А, это Василий, не обращай внимания, – пояснил Бориска, махнув рукой на зубастого засранца (скорее зассанца). – Это чайный кот, он считает, что это его люстра. Ты бы слышал его истерику, когда я полез за «его люстрочкой» … Хотя лучше нет. У вас же тонкий слух, уши бы лопнули. – Все чудесатее и чудесатее… – рассмеялся Арнольд. * * * – Мне кажется, сосиски уже достаточно поджарились. Ай! Маслом в лицо… – Бориска завозился с тяжелой сковородкой. – Ты с чем будешь? А, точно, у нас только майонез… Ай! Сосиска упала… – Странное сочетание, но не страннее, чем сегодняшний день. Так что давай. – Арнольд забрал у горе-повара сковороду и без потерь переложил содержимое на блюдо. ¬– Фуух, спасибо. – Не за что) Бориска уже тащил бидончик с майонезом (только не роняй пж), когда на другом конце коридора послышались шаги. – Васька! Вот же ж сволочь… Ты что там опять воруешь?! – громкий женский голос приближался – Хозяйка! – Тихо мякнул чайный кот и всосался в маленькую дырку в потолке. Бориска сначала побледнел, потом позеленел, потом опять побледнел. Но оправдание придумать не успел: На кухню зашла высокая статная женщина в расстёгнутом пальто, очевидно, только что пришедшая с улицы. – Что тут за?.. – она увидела осколки своего любимого сервиза, от которого и так оставались только две чашечки, потом ее взгляд упал на чужака в её (ЕЁ) платье и, наконец на плафоны от люстры, в которых плескался чай. – Что вы тут делаете?.. Бориска ослепительно улыбнулся: – Тётя… а мы тут сосиски жарим. Зе энд.