Пока закат согревал наши лица

      И пока у отношений Капитана и главнокомандующего открывалось второе дыхание, друзья Зои и Юнхо остались наедине в практически незнакомом месте, среди людей, которые встречали их бомбами под землёй.       Первыми к машине приблизились хоть немного знакомые лица – Чанбин с Уёном и если первый сразу направился к Юнхо и вместе они пошли открывать новоприбывший груз, то второй ворвался в закрытое пространство беловолосой и, залезши лишь наполовину в кабину машины, игриво спросил у девушки:       – Чего тут сидишь, лисичка? Пошли разбирать ваши подарки!       Посмотрев на него с недоумением, она не смогла найти ответ для него. Его поведение никак не складывалось с тем, что она ожидала. Только что Минги приказал не трогать её и вот уже, как к своей обращаются, хотя от её рук погибли их товарищи. Либо пираты – это самые большие лицемеры среди людей, либо здесь что-то не так. Зои резко наклонилась к ни капли не шелохнувшемуся Уёну и спросила, лицом к лицу:       – Неужели, даже не попытаешься мне отомстить за тех, кого я убила? – Агрессивнее, чем того хотелось, сказала она, не отрывая взгляда от бессменной ухмылки напротив.       – У тебя здесь поддержки больше, чем ты себе представляешь. – Заговорил он, не теряя лица, даже добавляя нотки флирта, - да и радикально настроенных почти не осталось.       Поведение Чона сбивало с толку, но этого было недостаточно, чтобы убедить девушку, поэтому она задала терзающий её вопрос:       – Что вам рассказал Хонджун о случившемся?       Но Уён будто ждал этого вопроса:       – Да я и сам много чего видел, если впустишь, расскажу.       Не сильно потянув парня за его свободную рубашку, Зои таким образом пригласила его к себе, а тот быстро понял намёк и, вскочив на сидение, захлопнул дверь грузовика. Оказавшись внутри, черноволосый удобно расположился на широком сидении, убирая руку на спинку, тем самым в полной красе показав свой глубокий вырез рубашки. Сидящая рядом Зои никак не обращала внимание на это, молча ожидая ответа на свой вопрос и тот сдался:       – Я, Бин и ещё пара человек пошли на разведку после шума взрывов, - начал он в уже более серьёзных тонах, - нашли его без сознания недалеко от всех остальных, только его тело было целым, в отличие от других.       Беловолосая внимательно слушала, ожидая услышать упрёк в свою сторону, но Уён лишь провел по волосам, убирая их назад, вместе с кровавыми картинами из прошлого:       – Признаться, выглядело жутко, но мы подхватили Капитана и пошли обратно. Сонхва осмотрел его, сказал и показал все признаки борьбы, сломанную руку и следы от удушья, - на всего лишь мгновение, былой настрой вернулся к парню и тот добавил от себя, - по тебе и не скажешь, что ты любишь пожёстче.       Зои закатила глаза и резко сказала:       – Дальше.       – Ну что дальше, - уже более расслаблено говорил Чон, - он очнулся, сказал, что ты убила всех, а его зачем-то оставила, будто поиздеваться и я вызвался в соло проверить вас, почти сразу встретился Ёсан и так одно за другим и вы здесь.       – Ты поверишь мне, - сказала она со всей серьёзностью, глядя в темные глаза напротив, - если я скажу тебе, что это он напал первым и я просто защищалась?       – Вопрос с подвохом? – Без мгновения на размышления, ответил Чон, - Мы, кажется, засиделись, пойдём, а то всё разберут, мне ничего не достанется, а я так не хочу.       И, не церемонясь, он, протянувшись через Зои, открыл ей дверь и вышел сам со своей стороны. Попривыкнув к честности и даже откровенности Брея в ответах на любые её вопросы, Зои осталась недовольна этим разговором, но сидеть дальше казалось чем-то неправильным и она вышла, сразу направляясь к их грузу. Коробок было ещё много, рядом проходили незнакомые лица, совершенно не обращая на неё внимания, Уён уже передавал какую-то коробку, отправляя человека с ней в медпункт к Сонхва. Людей у машины было совсем мало, видимо, получив первую часть оружия, она их заинтересовала больше, чем продолжение работы. Уён тоже заметил, что возле машины никого, кроме него, Зои и ещё одного человека, больше не было, поэтому, оставив беловолосую одну с коробками, отправился проверить, всё ли в порядке и на его месте быстро оказался Минхо.       Не смотря на теплое приветствие подруги, он не выглядел радостным, на нём было уже привычное выражение раздражения.       – Ты пришёл помочь? – Спросила того девушка.       – Конечно. – Коротко ответил тот, продолжая, - Мы будем перевозить всё оттуда к нам?       – Нет, - немного растерянно ответила Зои, переводя взгляд на коробки, - это предложение мира между сторонами Пиратов и моей с Бреем. В моих надеждах перевести всех туда, в безопасность, за надёжные стены. Там будет лучше.       Ли продолжал стоять у открытых дверей грузовика, внимательно следя за каждым движением подруги, слушая её мечты о возможном будущем.       – Твоей с Бреем? Он что, жив? – С нескрываемой неприязнью спрашивал брюнет.       Зои начинало пугать то, куда заходит разговор, поэтому она отвела взгляд и вернулась к коробкам:       – Давай потом, я найду тебе что-нибудь полегче…       – Убить того выблядка было бы легче, - едва не сорвавшись на крик, заявил Минхо, - ты стольких кончила, а этого что, пожалела?       – Минхо, хватит. – Не найдя других слов, она попыталась вернуть ясность в остекленевшие глаза друга, параллельно пытаясь игнорировать нарастающий тревожный гул в голове от своих Ангелов.       – Мерзкая крыса, вот кто ты есть. – Со всей ненавистью проговорил он прямо в лицо Зои.       Его слова больно отозвались в сердце и, зная, на что она способна от обиды, беловолосая решила уйти. Бросив упаковки с лекарствами, она быстрым шагом направилась на выход, минуя брюнета со стороны отсутствующей руки, но за пару шагов до выхода её пронзила внезапная колющая боль в районе сердца, парализовав всё тело. Опустив взгляд себе на грудь, она увидела торчащий из неё кончик ножа, который почти сразу скрылся и с новым ударом вновь пронзил её сердце и лёгкое.       Зои упала на колени и локти в миллиметрах от края грузовика. Она не могла издать никакого другого звука, кроме кашля и бульканья собственной кровью, что заполняла её легкие и не давала даже вздохнуть. Ангелы рвались напасть на обидчика их Королевы, но она тратила свои последние силы, чтобы не дать этому случиться. Её слёзы сливались с кровью, она лежала на холодном металле, задыхаясь в собственной крови, ожидая нового удара. Эту пытку остановило появление Чанбина, который прострелил колено Ли и тот выпал из грузовика.       На звуки выстрела и крика Минхо, начали сбегаться мародёры, а Чанбин, не обращая внимания на скрючившегося от боли калеки, приблизился к едва подающей признаки жизни, подруге:       – Не дыши глубоко, - говорил он нервным голосом, убирая волосы, что налипли девушке на лицо, - сейчас всё исправим.       Зои продолжало трясти от боли и невозможности дышать, вирусу требовалось больше времени и сил от неё, дабы восстановить ранения, а сознание её не могло ни о чём другом думать, кроме как команды «стоять» для Ангелов. Монстры пытались следовать указанию, но их инстинкты и слабость самой Королевы требовали от них действий, поэтому, вся группа мутантов, дёргаясь, словно от той же боли, медленно и неуверенно шагала к пострадавшим.       Ли прорвало на оскорбления и ругательства, пока он пытался отползти самостоятельно, а как пришли остальные пираты, некоторые помогли ему. Самых первых прибывших, Чанбин отправил за Сонхва и Ритой, сам оставаясь рядом с Зои и следя за Минхо.       Как только копытца Ангелов зашли на территорию Пиратов, по всей территории разнёсся отчаянный крик Юнхо:       – НЕ СТРЕЛЯЙТЕ!       Сам он, спотыкаясь, едва не падая, нёсся к друзьям и увидев их обоих в крови, первым делом бросился к Зои. Та лежала на боку, лицо её потеряло любые краски, кровь стекала по всему лицу, она пыталась дышать очень поверхностно, но даже это едва ей удавалось.       – Что случилось? – Спросил он у Чанбина, что держал руку на пульсе девушки.       – Этот хер зарезал её. – Сказал он через слёзы ненависти.       – Пошёл нахуй! – Тут же отозвался с земли Минхо, - Она предатель! Как и ты!       Тот же не обратил на это никакого внимания, лишь продолжив:       – Я не понимаю, как она держится.       Чон не знал что делать, но он знал, кто мог помочь. Парень поднял дрожащую руку и увидел, что Кессиди уже написал:       «Что с Зои?»       На что тот быстро ответил:       «Тяжело ранена, истекает кровью, что делать?»       Ответ пришел моментально:       «Левый карман на штанах, ампулу влей в рот, быстро»       Блондин не понял, но сделал, как сказано и в его кармане оказалась одна из пробирок с мутной жидкостью. Ему не было дела, как и когда Брей успел её подложить, ему было важно, то, что происходит сейчас. Помогая слегка перевернуться на спину, чтобы было легче вводить лекарство, Юнхо сказал, казалось, ничего кроме боли, не осознающей Зои:       – Попытайся выпить, это от Брея.       "Брея" - лишь одно слово смогло пробиться сквозь пелену агонии, в которой была беловолосая. И хоть она не слышала всё остальное, её тело впустило неизвестный состав в себя. Температура в организме начала стремительно подниматься, пульс участился, а зрачок настоящего глаза расширился. Внезапная испарина на лице девушки напугала парней вокруг, но ещё больше их повергло в шок то, как она резко свесилась с края машины, дабы освободить желудок от проглоченной крови. И в этот момент оба стоящих рядом увидели, как из-под окровавленных дыр на одежде выглядывает абсолютно целая кожа.       Ангелы встали на месте и вонзили свои щупальца в землю, а их Королева подняла свой взгляд на Минхо, что заметно растерялся от того, что она вновь задышала, да так жадно, будто не была на воздухе целую вечность. На лице её сияла улыбка, больше напоминающая животный оскал, а в глазах виднелась искра безумия.       – Ну что, - грудным голосом заговорила беловолосая, - всё выплеснул? Или тебе было мало?       Пока она говорила, её взгляд ни на секунду не покидал лица Ли, она опускалась на землю, твёрдо вставая на ноги, под онемевшими взглядами всех присутствующих.       – Это тот мир, за которым ты пришла? – С издёвкой выдавил из себя Минхо, продолжая смотреть на бывшую подругу с земли, - Убьёшь меня, как твои же твари, убили Чунджи?       Как только Зои услышала имя погибшего друга, она тут же залилась яростью и, с помощью своих щупалец одной руки, обвила рот брюнета в мгновение, лишая того возможности говорить:       – Даже не смей говорить его имя! – Прорычала она.       – Зои, остановись, - мягко попытался к ней обратиться Юнхо, стоя позади, - потом разберемся.       – Я устала прощать его, Юнхо, - не сводя глаз с Ли, быстро отвечала девушка, - он позволил себе уже слишком многое.       Она обернулась и посмотрела прямо в глаза блондину:       – Знаешь, что мне сказал Хан незадолго до нападения?       После короткой паузы, продолжила:       – Когда мы с Лайзой висели на краю пропасти, он не дал Хану перепрыгнуть обратно, помочь вытащить нас обеих, он сказал "это естественный отбор, не вмешивайся".       Чон никогда не видел Зои настолько разъярённой, поэтому едва ли мог позволить себе вставить слово, да и то, что она говорила, и без того лишало дара речи.       – Лайза могла бы выжить и даже тебе он не хотел помочь, якобы слишком опасно, - продолжала она, переведя взгляд обратно к, пытающемся выбраться из плотных пут, Минхо - но как будто остаться один на один с заражёнными было лучше. Он бросил тебя, бросил Лайзу и сейчас вонзил нож мне в спину.       – И всё же, - с почерневшим от боли услышанных слов, голосом отвечал Юнхо, - отпусти его, судьба на нём и так отыгралась, особенно когда умер Чан, не так ли?       Зои закивала и не спеша расслабляла свою хватку, приговаривая:       – Ещё один брошенный друг. Ты хоть помнишь, что это слово вообще значит, Минхо?       Пока беловолосая убирала свои щупальца обратно, Минхо даже не шелохнулся, его взгляд застыл на двух друзьях, что задели его за самое больное. Где-то в глубине, Зои было жалко видеть его таким, но память о том, что произошло несколько минут назад, затупляла любое сочувствие. Наоборот, побуждало причинить ещё больше боли, как тогда с Хонджуном, но она держалась. Двое мародёров помогали Минхо подняться с земли, он не удержался над последним едким комментарием:       – Строит из себя святошу, а поиздеваться любит, как мило.       Хладнокровный ответ от Зои не заставил себя ждать:       – Ты кошмарил меня, когда все ещё были живы, если бы не Чунджи, то выгнал бы за слабость. Но теперь это ты слабый. А я сильнее. Я - всё. Ты – ничто.       Слегка помутневший от боли взгляд Ли ухватил знакомую светлую фигуру за Чанбином и вдруг она издала почти узнаваемый голос:       – Вы неправильно держите его. – Раздалось прямо из-за спины Бина, чем напугало его и нескольких присутствующих.       Этот ровный, без эмоций голос принадлежал Сонхва. Медленно, словно призрак, плывя по воздуху, он приблизился к Минхо. На глазах врача был намотан бинт, неизвестно, как мог вообще что-либо видеть сквозь ткань, но он сразу обратил всё своё внимание на ногу раненного.       – Обопрись на неё. – Раздался мягкий приказ Пака в воцарившейся тишине вокруг.       Шипя от боли, тот аккуратно поставил ногу на землю. Не церемонясь, Беловолосый достал скальпель и распорол штанину до бедра одним взмахом, лишь едва отодвинув край ткани снизу. Он увидел опухающее колено с медленно кровоточащей раной. Без слов, ударил ладонью по ноге рядом стоящего мародёра и тот, хоть и с крайне недовольным лицом, но молча отодвинулся в сторону. Хва осмотрел заднюю часть ноги и увидел, что это всё-таки сквозное отверстие.       Поднявшись на ноги, также невозмутимо приказал двоим, что держали Минхо:       – Ты, - указал он сразу всей ладонью на одного из них, - понесёшь его на спине, колена не касаться. А ты, - указал он также на второго, - помогаешь и передаешь его Ритте. Пошли.       Те, как самые послушные дети, сделали всё, как приказано и отправились в медчасть. Сонхва лишь провожал их всех взглядом, как тот зацепился за знакомое лицо:       – Дорогая, тебе плохо? – Спросил он мягко у Зои, - Ты вся в крови.       – Всё в порядке. – Сказала она с недоверием, ведь в этом умиротворённом докторе, едва узнавался тот нервный, неловкий и боящийся больших скоплении людей, Сонхва.       Едва отреагировав какой-то кривой улыбкой на её слова, он заглянул ей за плечо и спросил:       – Там есть что-нибудь мне?       Взгляд девушки упал на весьма напряженного Чанбина, он едва заметно кивал ей головой. Зои одобрительно хмыкнула в ответ. Пак сделал несколько шагов и встал едва ли не вплотную перед беловолосой:       – Тогда, - тихим грудным голосом заговорил он с ней, - ты принесёшь всё это сама. Ко мне. – Он в заботливом жесте едва коснулся её белых волос, - Не утруждай этих людей тяжестями, - он наклонился к её уху и едва слышно прошептал – они и так разваливаются.       После этого, плавно отстранившись, он под звук всеобщей тишины направился восвояси. Зои не знала, как ей понимать происходящее, оно не пугало, но было совершенно странным. Казалось, будто Сонхва пытался ей что-то сказать, передать или просто совсем сошел с ума.       – Нам продолжать? – Раздался слегка охрипший голос Чанбина, обращённый к подруге.       Девушка отрицательно мотнула головой, прежде чем заговорить:       – Я сама донесу всё, Ангелы помогут. Лучше уйдите куда-угодно, чтобы никто также, как и на меня, не сорвался на них.       Зои обратила взгляд к своим подчинённым, те смирно стояли, однако уже следовали следующей команде – обвить вокруг себя щупальца и подойти ближе к машине. Стоило беловолосой развернуться, как из небольшой толпы выделился один молодой человек в белой майке и сам довольно избитый на вид:       – Эй, Волшебная, - выкрикнул он, - жители поселения куда делись?       Зои, что успела впрыгнуть обратно в машину, обернулась, рядом с тем черноволосым хромоножкой стоял Уён, оба они смотрели на неё в ожидании ответа.       – Все целы, - спокойно отвечала она, - Ёсан с моим другом распределил всех по лаборатории. Люди сыты, в тепле и безопасности.       На лице того парня сверкнули слёзы. Он приложил ладонь в своей груди и слегка поклонился вышестоящей девушке. Зои в ответ повторила за парнем и вернулась к своей задаче, а того уводил Уён.       Почти все пираты вернулись на крышу и наблюдали за тем, как безликие монстры, слушаясь свою Королеву, обвивали щупальца вокруг тяжелых коробок и вставали в ряд, ожидая, когда их поведут в медпункт. Зои вела их, идя спереди, благодаря судьбу за высокие двери складов.       Встретившись в медпункте с Сонхва, что так и оставался с перебинтованными глазами, он поблагодарил Зои за то, что она сделала, как он попросил, но отказался разбирать все коробки, аргументируя это тем, что они ему не нужны. Беловолосая не оценила подобного заявления, но спорить не стала, а лишь оставила коробки у входа и попросила о разговоре Ритту, на что та, на удивление согласилась, заведя Зои на склад, где они остались одни.       – Скажи мне, - устало начала разговор Ритта, однако это не помешало ей передать беловолосой бинт с небольшой баночкой физраствора - что ты с хорошими новостями и заберёшь нас отсюда.       Зои сразу поняла, что та предлагает ей смыть с себя кровь и, не медля, принялась за это, параллельно замечая, какой невероятно вымотанной выглядела кареглазая напротив, казалось, будто она совсем не спала уже несколько дней.       – Не знаю, - честно отвечала той беловолосая, - мы пришли за миром, но Минги уже долго нет, на меня напал собственный друг и у Сонхва какие-то приколы непонятные мне.       Зои опёрлась плечом об один из стеллажей плечом и сложила руки на груди:       – Я бы хотела всех отсюда забрать, но для начала мне нужно обещание о мире между всеми нами.       – Прости меня. – Неожиданно вырвалось из уст доктора Кей.       Зои едва улыбнулась:       – Я на тебя и не обижалась. Ну, может только по началу.       – Зои, - более серьёзно обратилась к той Ритта, - делай что хочешь, но забери хотя бы нас с Чанбином отсюда. Тут сплошь и рядом психопаты, ресурсы почти на нуле, нам просто нечем лечить людей.       – Так помоги мне. – Без капли эмоций ответила Зои. – Убеди всех из этого медпункта о том, что вам пора уходить. Если я и заберу, то не только вас, а всех желающих. Предложи людям всё то, что есть в лабораториях и пусть выбирают, умирать здесь или жить у нас.       По спине у Ритты пробежал холодок, с ней будто говорила не Зои, а Брей. Но она всё равно согласилась, потому что пытаться лечить людей воздухом казалось личной пыткой для того, чья жизненная цель была этих людей спасать.       С её последними словами, Ангелы передали Зои, что к ней идёт знакомый золотой свет и она открыла дверь, за мгновение до Юнхо. Немного опешив, он передал ей то, что Минги просит её подняться к ним с Капитаном для перемирия. Коротко попрощавшись с Риттой, она отправилась на этаж выше.       Выгнав своих монструозных подопечных на улицу, беловолосая попыталась быть культурной и постучала в капитанскую дверь, но от первого же стука она открылась. Минги стоял у окна и обернулся на звук, а Хонджун сидел за столом, нервно стуча по столу пальцами. Однако, глаза обоих округлились, когда они увидели Зои с кровью на костюме, которая уже высохла и местами отшелушивалась. Первым очевидный вопрос задал Минги:       – Что уже случилось?       – Старые обиды. – С неожиданным даже для себя сарказмом ответила Зои, - Минхо напал со спины, пытался зарезать, не получилось. Зато колено прострелить ему у Чанбина получилось.       Сон закрыл глаза и провел ладонью от глаз к волосам, за него продолжил Хонджун:       – За невыполнение приказа главнокомандующего надо было стрелять в голову.       На что Минги тут же остановил своего Капитана:       – Никаких выстрелов, мы и так перевыполнили план по потере бойцов.       В ответ Ким лишь закатил глаза и, сказал:       – Давайте уже обо всём договоримся и закончим, сил нет.       – С удовольствием. – Подхватила Зои и начала выдавать свои, наработанные с Бреем, предложения о мире.       Эти переговоры шли около часа, за это время все успели ещё раз поругаться и помириться между собой, но итог был один – пираты переберутся в лаборатории только тогда, когда там не будет Брея. Хонджун был непоколебим в своём намерении избавить мир от него, даже больше, чем от Зои, потому что, к его великому сожалению, она стала слишком близка и дорога Минги. А для Зои было жизненно необходимо иметь Брея рядом, особенно сейчас, когда после неизвестной ампулы, что помогла ей быстрее регенерировать, теперь медленно становилось хуже.       Все решили, что пока рано для каких-либо объявлений для остальных, поэтому на том и закончили разговор. Минги решил остаться, но пообещал поддерживать связь, а Юнхо с Зои отправились обратно.       Близился закат, золотые лучи сопровождали белый грузовик на пути домой и вдруг Чон решил прервать тишину:       – Что ещё я должен знать о вас всех, Зои? – Спросил он, глядя на дорогу.       – О чём ты? – Растерянно спросила подруга, вырвавшись из своих раздумий.       – Ты даже вскользь не упоминала ничего подобного про Минхо, - сказал он с едва уловимой обидой, уже взглянув на беловолосую, - или ты просто наврала в моменте?       – Я никогда не врала, - ответила Зои и после короткой паузы продолжила, - только недоговаривала, чтобы его изначально херовое отношение ко мне, не испортило ничего между вами.       – Зои, - серьёзно, даже по-отечески, заговорил с ней Юнхо, - он пытался убить тебя, это даже в голове не укладывается. Знай я раньше о том, что он точит на тебя зуб, я бы тебя одну там не оставил.       – Извини, - опустив глаза на свои руки, проговорила Зои, - я сама не знала, что до такого дойдёт.       Юнхо взял подругу за руку и несильно сжал, прежде чем заговорил более мягким голосом:       – Ты не подумай, я не злюсь на тебя. Ну, может чуть-чуть. Или не чуть-чуть. Может, и злюсь, но только на саму ситуацию. Просто не молчи, пожалуйста, и рассказывай всё подробнее, а то может мне вообще лучше никому из вас не доверять.       – Доверие ко мне тоже под вопросом? – ожидая услышать утвердительный ответ, спросила Зои.       – Ты и Хан единственные вообще помнили обо мне и хоть как-то были рады встрече. – Брюнет неожиданно затих, но всё же продолжил через легкий смешок, - Для остальных я будто действительно умер, хотя сердце бьётся.       – И я надеюсь, - мягко перебила того подруга, крепче сжимая его руку своими обеими, - никогда не перестанет.       Показались уже ставшие родными ворота лабораторий. Ребята припарковались на внутренней территории и Зои решила посмотреть на небо, как красиво она переливалось розово-персиковыми цветами. Вопрос о том, как давно она рисовала или просто осознавала, что небо осталось всё таким же, каким было до этого всего, сам напросился. И так, неспешно оглядывая облака, ей показалось, будто на крыше был кто-то. Она сразу сказала об этом Юнхо и тот предложил ей проверить, однако на первом же этаже его через часы вызвал к себе Брей, так что Зои поднималась наверх уже одна.       Найдя пожарную лестницу на крышу в крыле, где Зои почти никогда не была, она поднялась наверх здания и увидела знакомую фигуру на противоположном от неё конце. Лицом к уходящему солнцу у края стоял Чонхо и никак не реагировал на то, как к нему приближались шаги, которые он, конечно же, сразу узнал, не мог не узнать.       Беловолосая медленно шла, не понимая стоит ли начинать диалог, но её тянуло к нему, она злилась на такое неожиданное исчезновение, но с другой стороны, могла его даже понять. Может, ему хотелось остаться одному сейчас, а может, всё было ровно наоборот. Она остановилась в нескольких шагах от него и просто стояла так, погружаясь в окружающую их тишину, что прерывал лишь едва слышный шелест далёкого леса.       – Ну и как тебе жилось без меня? – Неожиданно подал тихий голос Чонхо, лишь едва повернув голову в сторону, но также не глядя на свою собеседницу.       – Без тебя со мной случается только самое плохое. – Честно ответила она, глубоко выдыхая это признание.       – Надо же, - устало хмыкнул он, - а я то думал тебе плохо рядом со мной, поэтому постоянно к кому-то убегаешь.       – А чём ты говоришь? – Слова Чонхо задели и глубоко, но Зои из последних сил старалась не показывать этого, - Я ни разу не ушла потому что хотела, только потому что так было надо.       – Надо кому? – Едва ли не перебил её парень, наконец-то повернувшись к ней, - Брею?       – Я прошу тебя, - взмолилась беловолосая, - давай не будем начинать что-либо на эту тему…       – Нет, Зои, - слегка нахмурившись, отвечал Чхве, - нам пора заканчивать этот кошмар. Я не могу больше в нём жить.       Зои не могла пошевелится, ей казалось невозможным поверить в то, что возможно от неё хочет сейчас Чонхо, поэтому застыла, в ужасе ожидая его дальнейших слов.       – Я так часто видел, как ты думала о всех вокруг и восхищался этим, - продолжил он, глядя своей девушке прямо в глаза, - как бросала всё, ради того, чтобы помочь, чтобы быть, наверное, полезной или нужной. Но только сейчас осознал, что тогда ты оставляла позади и меня.       Он посмотрел на свою ладонь:       – Когда мы встретились около этих ворот, я так жалел, что отпустил тебя, что не пошёл до конца, и оказался так рад, когда ты выбежала к нам с Ёсаном, живая.       На его глазах накатились слёзы и он опустил руку:       – Но ты так легко и быстро отпустила меня, когда Брею даже ничего не угрожало, а потом взяла только его и ушла опять, хотя я также был на твоей стороне. Но ты даже не посмотрела на меня. Просто ушла и всё.       – На кону стояла возможность создания антивируса, - даже слишком спокойно заговорила Зои, - а потом и жизнь Хана. Прими это как факт, а не мою паранойю, он бы умер там, если бы мы действовали медленно.       Парень было хотел что-то ответить, но зеленоглазая не позволила, продолжая говорить:       – С самого нашего прощания, - в голосе беловолосой начали активнее проскакивать скопившаяся обида и злость, - ты ни разу не услышал меня. Я просила тебя не возвращаться, но ты вернулся и я чуть не убила тебя. Просила прийти позже в лаборатории, ты пришёл меньше, чем через день. Для пиратов я враг и предатель. У друзей едва ли вызываю доверие, остальные боятся. И всё это в сопровождении нестерпимой боли, усталости и чувства вины.       Её глаза заблестели, но слёзы так и не появились, она шагнула ближе к Чонхо, что молча слушал её, роняя слёзы из покрасневших глаз:       – Так давай, скажи мне, сколько ещё раз я облажалась, пока старалась всех спасти, при этом пытаясь совладать со смертельным вирусом! Мне ведь так легко прощать каждого, за любые слова и действия в мою сторону, со мной же можно поступать как угодно? Мне же не больно, да?       – Но как же я? – Едва шевеля губами спросил Чонхо, - Мне больно видеть тебя с Бреем, больно, когда ты бросаешь меня раз за разом и даже сейчас ты не думаешь обо мне, только о том, что будет в будущем. Но буду ли там я, Зои?       Всё, внутри Зои бушевало, ей всё также становилось хуже от той жидкости, что влил в неё Юнхо, голоса Ангелов перебивали собственные мысли, по которым, как барабан, бил стук её сердца. Попытки хотя бы понять свои чувства, перебивались картинками из глаз переживающих за неё подчинённых, что подходили всё ближе к ним. Беловолосая могла лишь ухватиться за первую пробившуюся мысль и следовать ей. Она пристально посмотрела в уставшие глаза Чонхо, что ждали от неё ответа. Сделала шаг вперёд, сокращая практически до минимума расстояние между ними, подняла руку к лицу и постучала коротким ногтем по своему искусственному глазу:       – Я воткнула ручку себе в глаз, чтобы у тебя была свобода, - заговорила она тише прежнего, - чтобы из тебя не сделали подопытную крысу, а по итогу ей стала я. Я научилась управлять био-оружием, подчинила себе смерть, ради тебя. Я даже доверила тебе своё тело там на складе. Неужели, всего этого, тебе было мало?       Брюнет взял девушку за запястье и ответил ей:       – Я всего-лишь хотел, чтобы моя Зои была рядом, та, которую я знал и любил. Не герой, защищающий каждого ценой своей жизни, а та добрейшая девушка, горящая желанием жить.       И тут, в сердце беловолосой словно что-то надорвалось. Всё-таки, та Зои действительно умерла и вместо неё осталось то самое отродье, ненавистное всеми, кто раньше любил её. Зои закрыла глаза, понимая, что плачет Чонхо, увы, не из-за неё, а из-за той слабой девочки, труп которой она сейчас носила на себе, как маску. Она глубоко вдохнула, посмотрела вновь в уставшие от слёз глаза Чонхо и спокойно сказала:       – Я всё поняла. – Она сделала шаг в сторону и продолжила, - Ёсан переживал за тебя, тебе лучше спуститься к нему сейчас. А я, если позволишь, пока останусь здесь.       Чхве пробрало до самых костей от холодности слов беловолосой. Он, не разрывая зрительного контакта, отпустил её бледное запястье и молча оставил одну на крыше. Как она и просила.       И вот она осталась одна. Небо меняло цвета из кроваво-красного в лиловые, теплый ветер пытался утешить девушку, но она его даже не чувствовала. Пустота с чудовищной скоростью разрасталась внутри неё. Она потеряла друзей, потеряла любовь и доверие. Осталось ли в ней ещё хоть что-то, кроме боли, которая создавала бездну внутри неё?       Шёпот Ангелов становился невыносим, не имея сил отдавать приказы, она закрыла уши руками и сильно зажмурилась. Она не могла разобрать, что они говорили, её повело назад, в попытке скрыться от звуков обратно в доме, но вдруг услышала знакомый голос оттуда, откуда только что ушла:       – Главное хорошо разогнаться и не смотреть вниз! – Сказал где-то рядом Минхо.       Зеленоглазая подняла голову и резко попыталась осмотреться, но то ли от боли, то ли от света солнца, всё вокруг было слишком смазанным и туманным. Вновь раздался голос, но теперь уже Лайзы:       – Только не смотреть вниз. – Девушка звучала нервно, чем передавала своё состояние подруге.       Помимо голосов, Зои четко понимала, что тот самый низ буквально кишит стонами боли, всхлипами и другими, не менее мерзкими, звуками мутантов. Права на ошибку у неё не было, надо было прыгать. Беловолосая была в нескольких метрах от края и стоило ей начать брать разгон, как мимо неё пробежала фигура Лайзы. Та не смогла достаточно разбежаться и после прыжка полетела вниз. Зои рванула за ней и, свесившись на половину с крыши, бросила за подругой щупальца, но внизу ни Лайзы, ни толпы зараженных не оказалось, только её Ангелы, что безмолвно смотрели на неё.       В беловолосой не осталось сил, она лежала на краю крыши пытаясь отдышаться, так и не веря в то, что даже собственный разум против неё, а подчинённые мутанты издавали свой урчащий звук, чем навели её на мысль. Она повернула свой взгляд к прикованным к ней безликим головам и заговорила с ними своим голосом:       – Сводите меня с ума своим говором, - звучала она измученно, но продолжала говорить с немыми чудовищами, - всё потому, что нету рта, чтобы говорить, да?       Каждый ангел максимально приблизился к своей Королеве и задрал голову к её болтающимся щупальцам, что чуть активнее зашевелились под слова хозяйки:       – Я дам вам всё, чтобы вы могли кричать.       И, приблизив каждое своё щупальце к лицу всех десяти Ангелов, одним резким движением, она разрезала им лица, выпуская из них адской громкости визг. Она чувствовала их боль, как свою, по её лицу катились слёзы задевая улыбку от облегчения – их голоса в её голове утихли и больше не рвали её сознание на части.       Она смотрела на одного из своих Ангелов, который теперь будто истекал чёрной кровью из своего рта и строго приказала:       – Говори!       Но монстр смог издать из себя только хрипящие и булькающие звуки. Тогда Зои решила залезть в его голову своим щупальцем, чтобы найти его в своей голове и использовать, как свой голос. Она осторожно запустила конечность в мягкую влажную плоть головы и, почувствовав эту колющую нить между ними, ухватилась за неё и увидела себя его глазами. Красное пульсирующее пятно на фоне серого неба. Зои начала говорить и Ангел заговорил с ней грудным, резонирующем в большой голове, голосом:       – Скажи что-нибудь. – Раздалось четко из черной пасти мутанта.       Довольная результатом, девушка вернула себе человеческие руки, на дрожащих ногах поднялась и, возвышаясь над Ангелами, натянула каждую нить внутри своего сознания, будто те были поводками и заставила говорить всех, как единое целое:       – Будьте моим голосом, – жутко произнёс её хор из самых послушных чудовищ, - и несите слово моё.       Едва держась на ногах, она почувствовала, как по губам начала течь горячая вязкая жидкость, без сомнений, то была кровь. Зои потратила сверх того, что в ней оставалось от сил, холодеющее небо начало меркнуть в её глазах и вместе с тем, ветер на её коже стал морознее. Всем телом она почувствовала легкость, прежде чем окунуться в небытие.       Юнхо, что уже бежал через всю крышу, сделал последний рывок, когда она уже полетела вниз. В ужасе, он попытался ускориться, сделав подкат, но рука его не успела даже коснуться девушки. Застыв у края, он ожидал услышать самый страшный звук в его жизни, но его не было. Он несмело заглянул вниз и увидел, как Ангелы аккуратно опускали безвольное тело своей королевы на землю. Долго не думая, блондин подорвался и побежал вниз.       Стоило Чону вернуться вовнутрь дома, как по всем его коридорам раздался голос Брея:       – Все должны немедленно закрыться в любой ближайшей комнате и ждать разрешения на выход. – Его голос был как всегда твёрд, но на одном приказе он не остановился, - Юнхо, жду тебя там.       Злостно пробиваясь через образовавшуюся толкучку из испуганных людей, Юнхо мчался на выход, прокручивая в голове слова учёного о том, что его Ангелы тронуть не могут, да и Зои тоже это упоминала. С грохотом раскрыв входные двери, блондин увидел перед своими глазами Кессиди, однако, его взгляд был прикован к группе мутантов, что оберегали Зои.       – Успокойся, - говорил Брей в приказном тоне, - не беги и осторожно забери её оттуда ко мне вниз.       Как бы сильно Чону не хотелось сейчас послать беловолосого только за его тон, он не мог поспорить с тем, что тот понимал Ангелов лучше всех. Так что, закатив глаза и глубоко выдохнув, он ускоренным шагом направился к подруге. Но стоило ему пройти полпути, как за спиной послышался детский короткий крик:       – Ма… - на полуслове, голос Киры тут же стих.       Парень обернулся и увидел, как Брей держал одной рукой брыкающуюся девочку, зажимая второй рукой рот. Беловолосый кивнул Юнхо, чтобы тот продолжал идти, а сам начал что-то тихо говорить ребёнку на ухо и она тут же прекратила все свои попытки высвободиться.       Несколько Ангелов подняли свои лица на приближающегося блондина и заговорили, по-змеиному:       – Свееет материи… - говорили они где-то из глубин своих тел, - как боольноо…       Юнхо в ужасе замедлил шаг, он видел свою подругу, что лежала недвижимым камнем на земле и пытался двигаться ближе, как шипение вокруг него начало усиливаться. Всё больше безликих смотрели на него и без конца шептали – нельзя, нельзя, нельзя.       Чон приблизился к Зои, та, казалось, даже не дышала, лицо в крови, пустой взгляд, направленный к небу и трупная бледность, надолго отпечатаются в его сознании. Парень закусил щеку изнутри и опустился к земле, чтобы поднять её тело и вместе с этим голоса Ангелов становились громче и они всё плотнее сжимали круг вокруг него, но так и не разрешали себе никакой другой реакции. Стоило Юнхо поднять неожиданно легкое тело подруги, как он увидел тянущееся к его лицу щупальце одного из Ангелов. Кареглазый застыл, уже заведомо прощаясь с жизнью, но ядовитое шило остановилось в полуметре от его глаз. Чудовища шипели, урчали, заметно злились, но ничего не могли ему сделать.       Аккуратно протиснувшись между ног одного из монстров, Юнхо вновь бросил свой напряженный взгляд на Брея, что начал медленно двигаться обратно в сторону дома, продолжая держать Киру на руках. Блондин сделал несколько шагов вперёд и понял, что Ангелы следуют за ними. Шаг за шагом, он добрался до входных дверей, оставляя Ангелов немногим позади. Стоило Чону ступить вовнутрь, как Брей медленно закрыл дверь и приказал бежать в лаборатории. Они оба сорвались со своих мест и благодаря лестнице быстро добрались до палат, где закрылись вместе с тремя оставшимися специалистами.       Тем Брей тут же приказал готовить всё для переливания крови. Всё происходило быстро – Зои кладут на кушетку в небольшой палате с ярким светом и кучей приборов с мониторами, помощники приносят трубки, иглы и прочее, Юнхо садится рядом, теплая темная жидкость переходит от него к ней, она закрывает глаза сама, а у блондина начинает кружиться голова. Всё это тихо наблюдала из самого дальнего угла пара янтарных глаз.       Прошло около получаса с того момента, как всё успокоилось. Состояние Зои относительно стабилизировалось, Брей ничего не объяснял, только сосредоточенно работал над своим самым дорогим проектом. Юнхо сидел по другую сторону, глядя на будто уснувшую подругу через стекло, а Кира, что тихо сидела в углу, поднялась и приблизилась к блондину:       – Дядя, - неловко обратилась она к тому, привлекая его рассеянное внимание, - я могу туда зайти?       – Уж не знаю, стоит ли. – Обессилено ответил тот.       – Он обещал мне, что я смогу быть рядом. – С неприсущей ребёнку серьёзностью, заявила девочка.       Юнхо удивился такому поведению, а тем более привязанности этого ребёнка к Зои, но его отвлек нескончаемый поток сообщений от Хана – "Что случилось? Что-то с Зои? Кира с вами, я не могу её найти? Вы сами как? Почему Ангелы зашли внутрь?"       – Тебя потеряли, - сказал он рыжеволосой, - зачем ты выбежала, там же было опасно?       – Зои сказала, что их можно не боятся, - Кира заметно начинала злится, она топнула ногой и громче заявила, - мне НЕ СТРАШНО!       Не зная, как обращаться с детьми, Юнхо сдался под напором девочки и повёл её к закрытой двери палаты, чтобы спросить у Брея, может ли она посидеть. Брей, не считая Зои, был один, стоял у мониторов, отслеживал все процессы в теле девушки и делал одну заметку за другой. Когда дверь открылась, он бросил быстрый взгляд на вставших в дверях:       – Девочка может зайти, - безучастно ответил он, возвращая взгляд к своей работе, - Юнхо, пока продолжай отдыхать, кровь может ещё понадобиться.       Кира тут же сократила дистанцию и взялась за холодную руку беловолосой, но та никак не отреагировала. Двери за ней закрылись, Чон, совершенно вымотанный происходящим, увидел знакомую кушетку и лёг на неё, дабы ответить на все сообщения друга.       – Не советую держать за ладонь, - чуть мягче сказал Кире Брей, - лучше держи за запястье.       Рыжеволосая молча подняла свои небольшие ладошки выше по руке Зои и вдруг спросила:       – Как тебя зовут?       – Брей. – Коротко ответил он.       – Я Кира. – Повторяя интонацию старшего, сказала она.       – Приятно познакомиться, Кира. – Учтиво сказал тот.       – А что ты делаешь? – Поинтересовалась девочка, разглядывая из-за высокой кушетки мониторы, к которым был прикован взгляд Брея.       – Слежу за показателями состояния Зои, - отвечал он, будто вёл лекцию, - смотрю что можно сделать и что нужно будет сделать, чтобы она чувствовала себя лучше.       – А ей сейчас плохо? – Запереживала Кира, переводя взгляд обратно на безмятежное белое лицо.       Кессиди не ответил сразу, расспросы от ребёнка ему не мешали, он лишь решил подобрать слова более аккуратно, понимая, кто перед ним:       – Она идёт на поправку. – Сказал он, глядя в дрожащие глаза напротив.       Рыжеволосая слегка улыбнулась хорошей новости, но Брей едва ли мог видеть её лицо. Он молча обошёл кушетку Зои и посадил Киру на свободный край так, чтобы она не мешала аппаратам вокруг работать, но и позволял девочке быть рядом.       После этого, учёный вернулся к своей работе и, казалось, углубился в неё ещё сильнее. Кира видела, что помимо непонятных ей картинок, букв и цепочек, в углу рабочего планшета оставалось открытым окошко с видом камер наблюдения, которые следили за Ангелами, что медленно бродили по пустым коридорам дома и лабораторий. Спрашивать дальше о чём-либо казалось чем-то крайне нежелательным, поэтому она решила сидеть молча, тем более, вокруг было что поразглядывать, однако её взгляд всегда возвращался к Зои.       Ожидание казалось девочке вечным. Аппараты монотонно гудели, один из них пикал, обозначая почти нормальный пульс, несколько раз к ним заходили другие люди в халатах врачей, вводили неизвестные жидкости в капельницу Зои и уходили, не обращая внимания на ребёнка рядом, Брей также на неё не смотрел, уйдя с головой в работу. Кира вновь была окружена незнакомцами и пытаясь держаться за свои слова, что ей не страшно, она одними глазами посмотрела на Кессиди, что записывал что-то в планшет и, заметив отсутствие внимания, аккуратно, медленно ведя ладошкой по белой простыни, взяла Зои за пару пальцев.       Ещё просидев, что ощущалось как вечность, Кира почувствовала, как будто пальцы беловолосой, которые девочка сама немного перебирала, несильно сжали её. Она резко подняла свои янтарные глаза и встретилась с зелёными полуприкрытыми. Кира замерла, от чего Зои издала едва слышный смешок, после чего рыжеволосое чудо бросилось ей на шею, дабы обнять. Брей наконец отвлёкся от экранов и увидел, как Зои обнимает ребёнка, что уже урылся носом в её шею. Они выглядели счастливо, поэтому он не стал им ничего говорить.       – Не делай так больше. – Обиженно раздалось прямо под ухом у Зои.       – Как "так"? – Уточнила она, поглаживая девочку по волосам.       Кира поднялась и обвела руками по всей палате:       – Вот так, знаешь, как это…       – Страшно? – Спокойно перебила её девушка.       Детские глаза опустились. Она закивала.       Беловолосая обратилась к Брею, что молча за ними наблюдал:       – Ангелы что-то сделали?       – Нет, но мы всех от них отгородили, - он бросил взгляд на ребёнка, давая понять, что может сказать больше, но только без неё, - без твоего контроля они достаточно… непредсказуемы.       Голосов в голове пока не было, из-за успевшей выработавшейся привычки, это уже больше пугало, чем радовало. Зои вернула взгляд на девочку, что ни на секунду не убирала своего:       – Кира, - начала беловолосая, убирая некоторые пряди той за ухо, - я рада, что ты сейчас рядом, но мне нужно поговорить с Бреем один на один.       – Хорошо. – С долей грусти согласилась Кира.       – Ты можешь поприставать к Юнхо, - внезапно добавил Брей, - чтобы держать его в тонусе. Если уснёт, сразу говори тем, кто к нам заходил.       Девочка приняла это задание с уже большим энтузиазмом, чем просто уйти за двери. Кессиди прошел с ней до выхода и заблокировал, как только та покинула палату. Повернувшись обратно к Зои, лицо которой вернулось к расслабленно-грустному, говорило ему о том, что у той едва ли остались силы держать лицо перед другими. Приблизившись вновь к своей пациентке, он бесстрастно сказал:       – Рассказывай.       Зои даже не посмотрела на него, лишь глубоко выдохнула и ответила:       – Мне нечего рассказывать.       – Врёшь. – Тут же парировал беловолосый, - Ты же помнишь о нашем договоре? Никаких секретов между нами.       Девушка медленно повернулась к нему и без единой эмоции на лице ответила:       – Я не тот Бог, которого ты так хотел во мне видеть, Брей.       – Это неправда. – Со всей серьёзностью сказал Кессиди, - Это Чонхо тебе внушил такую грязную ложь?       – Я поняла это сама, - устало говорила она, - будь я действительно богом, смогла бы я убивать людей, предавать друзей, приносить боль тем, кого люблю? Не думаю…       – Зои, - уже мягче обратился к ней Брей, опустившись на край кровати, - твои слова сейчас идут из места боли и я прекрасно понимаю почему…       Но не успел он продолжить, как девушка перебила его:       – Я устала, Брей, - сказала она дрожащим голосом, - отключай всё, я больше не могу.       Мужчина внимательно смотрел на неё, после чего ответил короткое и тихое:       – Нет.       После минутной тишины, он также продолжил:       – Я не позволю словам какого-то инфантильного мальчишки разрушить последнюю надежду этого мира. Он ведь даже этого не достоин.       Зои отвернулась, не желая слушать его, но беловолосый не отступал:       – Я могу тебе днями напролёт цитировать тексты Библии, из которых ты являешься тем, кто будет вести сердца людей к истине. Но если ты не хочешь слушать меня, я собрал по записям мнения людей, которые уже испытали встречу с тобой.       Кессиди обратился к своему планшету и включил запись с камеры наблюдения. На ней в одной из многочисленных комнат находились трое из поселения, они рассуждали о том, как Зои спасла Хана, приняв удар на себя и как удивительно это было для них. На следующей записи из нескольких голосов слышно было, как двое других радовались тому, что пошли за ней. Следующая запись, ещё одна благодарность людей.       Слушая голос за голосом, что-то в Зои заставило её подняться на кровати. Она аккуратно забрала планшет из рук учёного и сама продолжила просмотр записей, ей хотелось видеть лица тех людей, кто не называл её чудовищем, а наоборот видел в ней и её действиях то, что она изначально и закладывала. На одном из видео, губы девушки предательски затряслись, как вдруг она почувствовала большую ладонь у себя на голове. Зои подняла заслезившиеся глаза и встретилась с самым добрым взглядом от Брея, который она ни разу не видела. Он гладил её по голове и говорил:       – Я знаю, что Бог умирает без веры, поэтому пусть их слова будут тебе молитвой, дабы ты не угасла.       Как завороженная, она смотрела на него безотрывно, её не переставало удивлять, как он так чутко понимал, что ей нужно. Возможно, он единственный человек из тех, кто её сейчас окружает, кто смотрит куда-то глубже, чем глаза и поэтому так хорошо её понимает. Зои попыталась потянуться к нему, чтобы обнять, но кабели и трубки на ней начали натягиваться, тогда Брей придвинулся сам и дал ей себя обнять. И, уткнувшись тому носом в ключицу, она расплакалась.       Быстро обычный плачь перерос в завывания и попытки выговориться:       "Я думала, что он будет любить меня как раньше, не смотря на то, что я другая…" - было единственным, что смог разобрать Кессиди из её речи. Сам он лишь держал её за спину и плечи, давая тихое, но надежное пространство для того, чтобы Зои не осталась вновь одна со своей болью.       Немногим позже, избавившись от всего, что боль внутри Зои порождала в ней, она отстранилась от Брея и тот опустил её обратно на спинку кровати, но не отпустил до конца, оставив её ладонь в своей. Он осторожно спрашивал о том, не потеряла ли контакт со своими Ангелами беловолосая, как она заговорила через них и сохранила контроль, даже находясь без сознания. Девушка едва ли могла дать ему внятные ответы на все вопросы, но попробовав повторить представить в голове нити, чтобы найти связь с Ангелами вновь, их голоса вернулись к ней. Она приказала им подняться наверх, не искать её по только ей видным нитям и охранять дом снаружи. И её послушные марионетки двинулись исполнять её волю. За всем этим с изумлением, видным только Зои, наблюдал по камерам Брей.       Когда последний Ангел покинул дом, Брей вновь сделал объявление для всех местных обитателей, что покидать комнаты теперь стало безопасно, ситуация стабилизировалась. Вскоре после этого, Юнхо решил оставить подругу здесь, она была под наблюдением, большего он сделать для неё не мог, а находиться среди осточертевшей лаборатории желания не было совсем. Да и ребёнку, по его мнению, здесь было совсем не место. Так что вдвоём, ещё раз взглянув через стекло на спящую Зои, они направились к, неспешащим выходить из своих укрытий, людям.       Поднимаясь по лестнице к Хану на второй этаж, он получил сообщение от Брея:       "Сигареты в шкафчике под коньяком, не переусердствуй."       Блондин не смог сдержать улыбки, старая привычка не давала ему покоя, постоянно терзая его желанием отравиться и, видимо, Брей знал и об этом. Он написал короткое "спасибо" и продолжил идти слегка окрылённый.       Зайдя на жилой этаж, он будто дал людям знак, что всё действительно в порядке и многие начали выходит из комнат, первым к нему приблизился друг, однако сначала он обратился к Кире. Та, чувствуя вину за то, что заставила его волноваться, просто коротко отвечала, что хотела помочь Зои, что Брей её остановил, потом дал посидеть рядом и в целом он не плохой. Джисон, выслушав её, отправил к остальным детям и попросил не выходить пока на улицу. И стоило двум друзьям остаться вдвоём, как Чон предложил тому подняться в кабинет Брея на перекур, на что Хан охотно согласился.       Когда Зои окончательно пришла в себя, была уже глубокая ночь. Все немногие специалисты уже давно спали, как и все жители дома и только Брей в полусонном виде привёз себе стул и находился рядом, продолжая работу. Заметив бодрость девушки, беловолосый посмотрел на неё и уставшим голосом предложил вернуться ко сну, на что та решительно отказала:       – Брей, - сказала она, глядя в покрасневшие от работы глаза учёного, - мы должны уехать отсюда.       Ёе предложение весьма взбодрило Кессиди. Сев ровнее на своём стуле, он спросил:       – Ну для начала, куда ты хочешь уехать и сколько машин надо подготовить.       – Всего одну, - тут же ответила она, - поедем только ты и я. Куда, не знаю, может в другие лаборатории, запасы здесь ведь не бесконечные. Да и люди тоже.       Брей присмотрелся к Зои, он до конца не верил в то, что слышит от неё подобное.       – Почему? - Спросил он.       Беловолосая опустила глаза:       – Мы не сможем тут жить. Я опасна, а пираты ждут, когда тебя здесь не будет. Так что, пусть будет так, раз это цена мира.       Голубоглазый принял её слова и начал думать, чтобы предложить план действий для них обоих. Ему самому давно претила идея уехать, ведь он до сих пор не может перевести состояние всех систем из автономного в рабочее, ведь так он подтвердит для всех его предателей, что он выжил. Но пока всё работает в аварийном режиме, ни полноценно работать с Зои, ни с чем-либо в доме, он не может. Так что, спустя не самое долгое обсуждение, они решили, то через два дня покинут дом, подчинив ещё Ангелов, насколько хватит сил у Зои, а Брей продумает план захватала власти над ближайшей лабораторией, что должна была помочь ему первой, но промолчала.       Решив на этом, Зои отправила Брея отдыхать наверх в бункер, оставив его планшет у себя, а тот и не думал сопротивляться. Он ушёл, а она до утра читала все его записи из Библии, готовясь предстать перед новыми людьми тем самым богом, которым пропитано, казалось, всё вокруг.       Поздним утром Брей вернулся, выглядел он немного лучше, чем ночью, спросил Зои об её самочувствии, она была в порядке и уже ждала, когда он отсоединит от неё все трубки, чтобы она могла отправится на четвёртый этаж к колбам за новыми Ангелами.       Как и в прошлый раз, учёный остался на этаж выше, чтобы дистанционно открывать одного монстра за другим. Спускалась беловолосая одна, ей не было страшно, она понимала, будь перед ней обычный зомби сейчас или любой другой мутант, ей будет плевать на него. Она прошла к складу, вспоминая, как рвалась сбежать отсюда в первый раз, как убивала каждого без разбору, всё больше подтверждая свои мысли о том, что в ней с самого начала было заложено желание убивать. Она прошла к первой капсуле с плавающем внутри спящим Ангелом. Она обернулась таким же чудовищем и стала ждать, когда Брей откроет ей его.       Капсула за капсулой, в армии подчинённых прибавлялось. Зои было больно вместе с ними, но она уже привыкла жить с этим. После десятка новообращённых стало тяжелее, но она всё равно продолжила. На двадцатом пришлось остановиться, потому что хор чужих голосов и мыслей в её голове вновь затмевали её собственный разум. Она наделила каждого Ангела ртом, но говорить решила сама, вернувшись в форму человека. В глаза немного двоилось от усталости, но она всё-таки увидела маленький красный огонёк в углу и глядя туда, обратилась к Брею:       – Я сейчас проведу их наверх к остальным, предупреди людей уйти из коридоров.       Тот ответил "хорошо" и через пару минут после его объявления, она отправилась с ними наверх. Люди ей не встретились, объединив своих подчинённых во внутреннем дворе дома, они выглядели уже весьма устрашающе в своём умноженном количестве. Дабы не пугать самих жильцов, она отправила всех за стены и сама собиралась идти к Брею, узнавать о дальнейших планах, как за её спиной возник Юнхо с дымящейся сигаретой во рту. Выглядел он озадачено, поэтому спросил:       – А зачем ещё?       Зои взглянула на друга и будто уже начала скучать по нему, она не хотела допускать мыслей о том, что она бросает их с Ханом здесь, поэтому глубоко вздохнула, собирая свои чувства воедино и сказала:       – Мы с Бреем уедем завтра отсюда, - говорила она спокойно, глядя в глаза Чона, - если справимся, то пришлём вам сюда и медиков, и охраны из людей, и припасов. Это место станет действительно домом. И с Пиратами можно будет объединиться.       Парень внимательно выслушал подругу и после небольшой паузы кивнул головой:       – Ожидаемо, на самом деле, - говорил он с заметной долей грусти в голосе, - после всего, что было...       Зои сделала шаг ближе и попыталась приободрить блондина, несильно погладив того по плечу:       – Проследишь, чтобы все тут не переубивали друг друга? - Спросила она с вымученной улыбкой.       Юнхо немного посмеялся и согласился, после чего они вместе пошли к Кессиди, однако тот сразу прислал сообщение на часы Чона, что ждёт их в кабинете, а не в лабораториях. Там они втроем встретились, беловолосый на мониторе показал схемы того здания, оно было примерно такое же, как и его дом, только этажей было всего три и там работали не над Ангелами, а над другим видом био-оружия, однако, так называемые, Души так и остаются в стадии разработки. Вместе они решили, как лучше будет захватывать эти лаборатории и что в принципе они смогут сделать для их поселения здесь.       – В целом, - говорил старший, - я своих сотрудников подготовил, они со всем справятся, мне ничего не нужно, только твое состояние, Зои.       Девушка посмотрела на него и ответила:              – Я в порядке, может только устала, но это неважно.       Она повернулась к другу и сказала:       – Пароль от бункера - два, шесть, ноль, пять. - Она подошла к полке и показала на спрятанную за некоторыми книгами панель, - вводишь вот сюда, распоряжайся там всем как хочешь.       Юнхо немного помедлил, он посмотрел на девушку, потом на невозмутимого Кессиди и неожиданно сорвалось с его губ:       – Вы что, совсем с концами уезжаете?       Зои лишь развела руками, за неё говорил Брей:       – Тяжело сказать, я не планирую, а Зои решит сама, возвращаться ей к вам сюда или нет.       – Получается, - голос Чона внезапно захрипел, ему пришлось прокашляться, прежде чем продолжить, - это прощание?       – У нас ещё почти целый день, - заговорила беловолосая, - но по сути да, провожать нас не надо, так что сегодняшний день можно назвать прощанием, но, надеюсь, ненадолго.       – Я буду нужен? - Внезапно спросил Брей, поднимаясь со всего кресла.       Когда оба друзей сказали, что нет, Кессиди довольно кивнул и ушел в бункер, говоря о том, что хочет собрать некоторые файлы. Зои поняла, что и ему не так легко покидать свой дом, в котором столько памяти о его прошлом, но он всё равно готов это сделать. Однако, с подачи Юнхо, они взяли бутылку дорого алкоголя, пару снеков из бункера, скетчбук Зои и пошли на крышу, рисовать портрет блондина.       Они сидели вдвоем, девушка увлечённо рисовала, иногда делая глоток алкоголя вместе с другом, а тот говорил обо всем и ни о чем одновременно, вспоминал былые деньки, когда всё было просто и им не приходилось выживать, но делал он это с такой легкостью, что никто из них не чувствовал ничего, кроме ностальгии о тех глупых историях из их прошлого. После того, как Зои закончила со своей работой, Юнхо предложил позвать Хана к ним сюда, он написал и тот ответил, чтобы наоборот те приходили в комнату с роялем. Друзья быстро собрались и пошли. На подходе они услышали звуки музыки и ускорились, за дверьми их встретила необычайная картина - за роялем играл Хан, рядом стоял Брей, а дети сидели вокруг них на полу. Увидев детские головы, Юнхо тут же спрятал бутылку за спину и начал аккуратно двигаться в сторону ближайшей полки, а Зои тихо присоединилась к прослушиванию. Когда Хан закончил играть что-то совершенно невероятное, все присутствующие похлопали ему и он наконец-то заметил появление друзей. Дети тут же кинулись на беловолосую с объятиями. Как оказалось, Брей, как закончил с файлами, пошёл поиграть для себя, но почти сразу у него появились маленькие слушатели и по итогу он уступил место Хану. По просьбе Зои, Кессиди вернулся за клавиши и сыграл свой любимый Реквием Моцарта.       Наступил следующий день, Зои уже надевала на себя форму Серафимов, дабы изобразить из себя сопровождение Кессиди, ведь по их плану, они напрямую заходят на территорию и убивают не всех подряд, а лишь тех, кто мог бы помешать им на пути к главе – Ноа Сэйлману, старый знакомый отца Брея. Под прикрытием они проникают вовнутрь, убивают главу и забирают власть над этой лабораторией себе. Просто и почти без жертв, таков был план в голове беловолосой.       Уезжали они в середине дня, никто их не провожал, ведь со всеми, с кем хотела, Зои уже попрощалась, однако, забираясь в машину к Брею, её глаза самовольно поднялись на крышу, там стоял Чонхо, он всё видел. Зои показалось, что они встретились взглядами, хотя точно знать она этого не могла, просто чувствовала, как и нарастающую обиду за то, что он там ей сказал. Она старалась не думать об этом, у неё важная задача от которой зависят жизни ещё большего количества людей, ведь если всё пойдет не по плану, она уже точно знает, что хоть Брей и вооружился сам, она никому не даст к нему притронуться. Дверь не грузовика, а уже просто бронированной на вид черной машины закрылась и почти сразу тронулась, оставляя их дом позади.       Ехали они достаточно быстро, Брей точно знал дорогу, поэтому мог позволить себе давить на газ сильнее, Ангелы держали достаточно большую дистанцию, а Зои в голове прокручивала, что она могла бы сказать совершенно незнакомым людям, чтобы те, как и Брей, поверили в то, что она Мессия. Из мыслей её вывела ладонь Брея, которую он держал открытой рядом с девушкой, предлагая такого рода поддержку. Беловолосая не отказалась и взяла его за руку, холод от его кожи успокаивал и, не успела она поделиться тем, что её терзает, как он спокойно сказал ей:       – Действуй сердцем, оно тебя не подведёт.       Зои слегка усмехнулась:       – Как ты всегда так понимаешь мои мысли?       – Ну, для начала наблюдательность, - говорил он также невозмутимо, не отвлекаясь от дороги - но если ты и научилась держать голос с лицом, телом всё равно дрожишь, когда нервничаешь.       – Прям сильно видно? – Засомневалась в себе девушка.       – Просто не думай об этом, - чуть сильнее сжал её ладонь в своей Брей, - думай лучше о том, насколько все беспомощные там перед тобой из-за отсутствия Серафимов и соответственно оружия против Ангелов. Также многие увидят в тебе надежду, свет, будут внимать каждому твоему слову. И никто уже не увидит того, как твое тело переживает.       Слова учёного о том, что у них нет оружия против неё, значительно успокоили девушку, но вот обычное также оставалось причиной для нервов, однако, она старалась не думать, тем более, они уже выезжали на прямую дорогу, похожую на подъезд к дому Брея.       Увидев, как они приближаются к какому-то белокаменному зданию, очень похожему на дом Брея, но намного меньше, Зои натянула маску с кепкой на лицо, дабы скрыть свою личность от тех, кто даже гипотетически мог о ней знать и раскрыть тем самым их план.       На входе Брей представился своим настоящим именем и назвал Зои именем той сотрудницы, под которую она маскировалась. Мужчина на КПП потребовал снять маску с неё, на что Брей тут же вступился, говоря о том, что это его лаборатория и он разрешает ей проехать с ним так и сообщать о его визите людям свыше совсем не обязательно. Мужчина заметно растерялся, но пропустил их машину на территорию.       Кессиди поставил машину недалеко от уже знакомых грузовиков и они вышли вместе с Зои. Та держалась рядом, вспоминая, как за ним второй тенью всегда двигался Николай. Шли они быстро, девушка не отставала, но старалась хоть немного осмотреться, чтобы если что, давать быстрые команды Ангелам, которые уже сокращали дистанцию до лаборатории. Их пара зашла в здание, оно напоминало смесь загородного отеля и больницы, множество дверей, коридоров и совсем неприветливая атмосфера вокруг.       Каждый проходящий мимо слегка кланялся и приветствовал Кессиди, тут же обращая внимание на зелёную пару глаз позади, они её не узнавали, но её одежда, свидетельствующая о высшем ранге охранника, вынуждали их быть вежливыми и к ней. Она поднялись на второй этаж, что был самым верхнем здесь и пустом коридоре встретились с двумя двухметровыми охранниками, которые стояли у двери главы. Брей с Зои приблизились к двери, но получили отказ войти:       – Вы мне запрещаете зайти? – Хоть и спокойно, но с долей усмешки спросил Брей, - Вы на меня работаете, а не наоборот.       – У нас приказ, - ответил один из них грубым тоном, - вас не пускать.       – Я вас понял. – Сказал он и слегка повернул голову себе за плечо, давая сигнал беловолосой.       Та, уже сама разозлившись на этих бугаёв, без капли сомнений выпустила щупальца из рук, даже не выходя из-за спины Кессиди, и в одно мгновение проткнула испуганные лица охранников насквозь. Их тела рухнули им под ноги, но что первому, что второй, было плевать на них. Кессиди сделал два шага в сторону, чтобы Зои своими щупальцами снесла армированную дверь. Металл поддался, словно пластилин, впуская её в кабинет к испуганному мужчине в возрасте.       Она сделала пару шагов и из последних сил пытающийся сохранить самообладание седой мужчина, достал пистолет и нацелился на Зои, но тут же по его руке выстрелил Брей из-за плеча девушки, тем самым обезоруживая.       – Вышел оттуда. – Грозным низким голосом приказывал Брей, не убирая своего прицела с бывшего коллеги.       – Что тебе нужно? – Истерично завопил Ноа, хватаясь за подстреленную руку. – Я ничего не сделал!       Зои с Бреем медленно окружали мужчину, не сводя с него своих глаз.       – Чьей идеей было избавиться от меня? – Всё также пугающе звучал Кессиди.       – Я не знаю, - едва ли не плача говорил Сэйлман, - не думал, что это случайность, ведь пути Господня неисповедимы. – Сказал он с усмешкой в конце.       Это вывело Зои из себя. Вены на её лбу и висках окрасились в черный, но их едва ли было видно под всей маскировкой, поэтому она сорвала с себя одной рукой и кепку и маску. Привлекая тем самым к себе внимание, она в одно движение дотянулась щупальцами до Ноа и, обвив его рот одним из них, заговорила:       – Твой Бог уже здесь.       Эти слова эхом раздавались с улицы, её Ангелы уже были у стен здания, задавая панику местным сотрудникам. По рациям убитых в коридоре было слышно, как те пытаются добиться каких-либо указаний, но их встречала тишина. Зои со стороны Брея выглядела как хищник, что уже поймал свою жертву и теперь наслаждается страхом в его глазах. Она же действительно ощущала в себе животную злость на этого человека. Она плотнее сжимала щупальца вокруг его лица, шеи и тела:       – Мне тоже было страшно, - говорила она, подходя всё ближе к мужчине, - но когда тебя заполняет боль, ни на что другое не остается сил.       Она не спеша повернулась к Брею, что молча наблюдал за всей сценой:       – Брей, - более мягким голосом обратилась она, - скажи всем, чтобы вышли во внутренний двор, чем бы они не занимались.       Кессиди послушно исполнил волю девушки под звуки заглушенного крика. Зои посмотрела на мужчину в своих тисках и прежде, чем дать ему последний шанс оправдать себя, сказала:       – У тебя одна попытка на прощение. И отвела щупальце от рта Ноа.       – Это безумие! – Он дернул головой в сторону Кессиди, что уже передал сообщение всем местным и наблюдал, как те неуверенно собираются в назначенном месте, - Он пытается тебя одурачить, как и всех нас, заставить верить в то, чего нет! Он убийца, он…       Но Зои не стала слушать дальше, вернув кляп на место:       – Это ведь ты хотел препарировать меня… – Говорила она, находясь максимально близко к его лицу, - я бы погибла, как и люди в его лаборатории, к которым ты мог прислать подмогу, и тебя просили, но ты не стал.       После этого, она провела почерневшим кончиком одного из своих щупалец по щеке Ноа, разрезая кожу и впуская тем самым вирус в его кровь.       – Ты будешь сгорать изнутри, - продолжала она, наблюдая, как черные полосы стремительно расходятся под его кожей, - и молить о том, чтобы это всё прекратилось. Ты пройдешь через ад и там же останешься.       Выйдя из здания, её решительный взгляд столкнулся с десятками совершенно разных, но одно их объединяло – страх перед неизвестным. Несколько Ангелов перебрались через высокое заграждение и приблизились к своей Королеве. Она обратилась к народу перед ней:       – Я знаю, как вы сейчас напуганы, - громко заговорила она, используя только свой голос, - ведь я была на вашем месте. В ловушке, одна, объект без чувств, запертый в аду, вынужденный смотреть на рай за стеклом.       Беловолосая дернула щупальцами и перед ней упал на колени теряющий силы Ноа.       – Из-за таких как он, у меня не было шанса, не было надежды! Но она оказалась внутри меня. Истина, что зрела во мне и нашла выход благодаря тому, против кого лжесвидетельствовал этот паразит человеческий.       Из толпы послышалась вопросы о том, почему она так его называет, на что она отвечала, подзывая Ангелов ближе:       – Он отравлял сердца ваши гнилью своей и я пришла, дабы воздать ему по делам его.       Мутанты схватили мужчину за руки и ноги, поднимая над землёй.       – Пожалуйстаа… - хриплым голосом взмолился Ноа, - …хватит…       Его бывшие подопечные с ужасом смотрели на едва ли не распятого главу, а Зои продолжала говорить:       – Он думал, что сможет играть человеческими жизнями, как ему угодно, - она встала рядом с ним и выпустила щупальца на землю, - но я не дам больше множить боль в этом мире.       И резким взмахом разрезала того пополам, роняя его чернеющие органы вниз.       В воздухе повисла тишина и беловолосая вновь повернулась лицом к людям:       – Это был лишь пример того, кто предал людей и предал меня, - она уже не звучала как палач, но голос её был тверд, - я предлагаю вам выбор. Откройте сердца свои для истины, что от вас скрывали и использовали вас в ужасных целях или же прямо сейчас уходите отсюда. Что я или же мои Ангелы делают с предателями, вы увидели. Выбор за вами.       И снова тишина. Сердце Зои колотилось в груди так, будто пыталось сломать грудную клетку, но вот из-за спины послышались шаги вместе с которыми Зои увидела чью-то светлую голову, проталкивающуюся между людей. Как только к девушке приблизился Брей, показалось и лицо парня, что прорывался к ней ближе.       – Это Феликс, - на ухо Зои сказал Кессиди, - используй его.       Совсем молодой парень сияющими глазами смотрел на Зои и она медленной поступью шла к нему на встречу. Чёрные вены вновь вернулись на её лицо и Ангелы, что окружали всех, заговорили с ней в унисон:       – Ступив на землю, где люди стали горды, злоречивы, неблагодарны, жестоки, напыщенны и от силы Господа отрёкшиеся, - она протянула руку к Феликсу, что за пару шагов от неё, упал на колени, - найду ли я веру на этой земле?       Блондин, припав к бледной протянутой ладони, заплакал в молитве:       – Спасёшь ли ты нас от грехов совершенных? Достойны ли мы идти за светом твоим?       Девушка подняла его глаза на себя, приподняв за подбородок:       – Пока сердце твоё чисто в намерениях своих, я не отвернусь от него.       Она подняла свой взгляд на изумлённую толпу и эхом её голос разнёсся повсюду:       – Падите ниц, если вы со мной, единственным Истинно Богом или же пропадите с земель моих.       И один за другим, словно домино, люди вставали перед ней на колени. На выход не двинулся никто и даже Брей, которого она не видела, стоял на коленях, побуждая даже до последнего сомневающихся, преклониться. И когда последний человек признал её, Ангелы издали оглушительный рёв, а на лице Зои едва ли изогнулись вверх уголки губ.