Не замечают

Вожатский отряд школы №25 состоит из дружных, творческих, умных и внимательных ребят. Но все делают вид, что многое не замечают. Не замечают пропажи двух вожатых средь бела дня. Не замечают частые "я в соседний отряд за ножницами", "давайте я попрошу красок у соседей" и "ну я ненадолго". Не замечают неловкие переглядки и уж слишком частые "случайные" касания. Не замечают часто закрытые на замок двери второго или четвертого отрядов во время прогулки и не слышат вздохи за ними. Не замечают ради репутации этих двух весёлых парнишек. Уж слишком они хороши и нужны вожатскому отряду. Хоть на всеобщее обозрение все эти "незамечания" не выставляют, но вожатые часто между собой заводят диалоги насчёт этих двух, строя свои теории и догадки, и иногда даже проводя расследования. Но объекты обсуждений стараются максимально избегать любых разговоров по поводу происходящего между ними и отнекиваться при любых вопросах в их сторону. Они стали осторожнее, но всю осторожность и скрытность в один день разрушила вожатая четвёртого отряда. *** Наступил экватор смены. На этот значимый день было поставлено два больших мероприятия: развлекательная программа с заказными аниматорами и конкурс клипов. Вся смена придерживалась очень лёгкой и знакомой всем темы: темы музыки, поэтому все отряды уже давно всё приготовили для сегодняшнего творческого поединка. Но главная вожатая всё-таки волновалась за выступления и отряды, поэтому после завтрака один вожатый от каждого отряда оставался доделывать декорации в душном классе, а остальные пошли строить детей перед двухчасовой программой с весёленькими тётями-аниматорами, которые, наверное, уже сошли с ума от всех образов, которые они на себя примеряют. Но дети были очень даже не против попрыгать под веселую музыку, поэтому ни у кого никаких вопросов не возникало. Кабинет четвёртого отряда был украшен в мексиканском стиле. Пёстрые цветы из цветной бумаги красовались на стенах, на шкафах, на доске, на стульях и столах, проще говоря - везде. Весёлый скелет в сомбреро и костюме с гитарой в руке был талисманом отряда и висел в первую очередь на двери, а также на доске. Вожатый четвертого отряда Дима Позов ещё раз обвел взглядом яркую комнату и вздохнул, сняв очки и потерев переносицу. Под ногами валялись кисточки и краски. Но помимо всех художественных принадлежностей, раскиданных по всему классу, на полу лежал немаленького размера кусок обоев. Недокрашенный кусок обоев, представлявший небо со звёздами и месяцом. Всё, что не успели сделать дети и девочки-вожатые, сейчас было на Диминых плечах. "Тук-тук" Ладно, не только на Диминых. В класс зашёл вожатый из соседнего второго отряда со смешной прической - Серёжа Матвиенко. Оглядев масштабы трагедии, он, усмехаясь, похлопал Диму по плечу, выдавив назойливое "крепись". - Мог бы и помочь! - воскликнул Позов. - Я же криворукий, не понимаю, почему оставили именно меня... Томный голос раздался рядом с ухом, оставляя след горячего дыхания и заставляя мурашки носиться по всему телу: - Даже вселенная хочет, чтобы я тебе помог, Дима Позов... - рука Серёжи скользнула по спине, задерживаясь на лопатках, и нашла себе место на талии парня. Лицо второго вспыхнуло алым, и он убрал руку друга со своей талии. - Матвиенко, хватит! Но Матвиенко и не думал успокаиваться. Он начал напористо идти на Диму, заставляя того пятиться назад, а вскоре вжиматься в стену. - Почему это? Я что, так сильно тебе противен? - вожатый ухмыльнулся, ещё больше надвисая над вожатым помладше. Он прекрасно знает ответ, но продолжает играться с Димой, определенно получая удовольствие. - Чёрт, да почему у тебя всегда всё сходит с рук..? - посмотрел на собеседника Позов, ещё больше краснея от этой заразительной улыбки в непристойной близости. Серёжа провёл пальцами по щеке Димки, такого милого и прекрасного Димки, который бесцеремонно отнял львиную долю мыслей и сердца юноши. - И долго ты будешь тянуть резину? - улыбнулся вожатый четвёртого отряда и поднял одну бровь вверх в вопросительном жесте, приводя в ступор и заставляя краснеть уже Матвиенко. - Ну, Позов, ты сам напросился! - прежде чем успеть что-то сказать, Диму заткнули требовательным поцелуем. Губы, желанные ещё с зарядки, были в полном распряжении Серёжи, поэтому он отыгрывался как хотел и сколько хотел за невыносимые Позовские "нас заметят", "очень опасно", "Серёж, тут везде дети" и многое-многое другое, что так злило парня с хвостиком на затылке. Лёгкие покусывания и тихие стоны в губы опьяняли разумы возбужденных десятиклассников, им хотелось утонуть в этих поцелуях навечно. Кислорода в лёгких не хватало, но они настойчиво продолжали цепляться друг за друга в порыве страсти. Дима отчаянно отрицал, что ему тоже не хватало этой напористости друга, его прикосновений и одурманивающего запаха парфюма и шампуня. Но положение уже лежащего на столе Димы, который ни капли не спротивлялся, а даже поддавался чужим губам, испытывая наслаждение, вопило об обратном. *** - Женечка, а где твоя кепка? - спросила низкорослая вожатая по имени Кира. Недавно всем вожатым сказали следить за тем, чтобы дети выходили на улицу в головных уборах, иначе солнечного удара не миновать. - Блин, походу в классе оставил... - мальчик нахмурился и начал дёргать резиновый браслетик на руке. - Кир, там ещё у пятерых нет кепок. все оставили в классе. До Димы дозвониться не могу... Сможешь ты сбегать до кабинета? - вожатая Катя жалобно посмотрела на подругу, которая не могла отказать. И вот Кира уже направляется на второй этаж надирать задницу Позову и забирать кепки ее любимых деток. Девушка невзначай начала записывать кружок в чат всех вожатых в телеграмме, говоря, какие все забывчивые, и какой Дима Позов гондон. Кира очень хотела отмудохать парня, поэтому решила снимать процесс насилия сразу в беседу. Дверь тихо открылась, и девушка перевела камеру на пол с недокрашенной декорацией, а после чуть не выронила телефон, увидев вожатский стол, а точнее что там творилось. Кира только что засняла несколько секунд того, что обычно происходило за закрытыми дверьми второго и четвертого отрядов. И отправила в чат. В чат, где есть все вожатые этой смены. она только что раскрыла секрет этих двух пере-друзей. прикрыв рот рукой, девушка тихо закрыла дверь и перевела камеру на себя. На экране виднелось покрасневшее от зрелища лицо вожатой и одними губами произнесённое "это пиздец..." Девушка отправила кружок и попыталась выравнять дыхание. Постояв секунд двадцать перед дверью, она снова начала запись кружка и тихонько постучалась, после чего услышала копошение за дверью, и взору предстал немного взъерошенный и помятый Позов. За его спиной на полу сидел Сережа, покрашивая неготовую декорацию и пытаясь скрыть одышку. - О, Кира, приветики! - как ни в чем не бывало воскликнул Матвиенко, поправляя образовавшийся петух на хвостике. Кира покраснела ещё больше от того, что этот человек вытворял минутой ранее на чужом вожатском столе. - Ты почему не отвечаешь на звонки, Димон -гондон? - пытаясь звучать убедительной, сказала девушка. - На беззвучном наверное... - Я пришла взять кепки детей, - начал Кира, и, не удержавшись, продолжила, - А ещё проверить, не шалите ли вы здесь... Теперь красной была не только вожатая. Дима закусил губу, пытаясь не терять самообладание, а Матвиенко продолжал прокрывать обои синей краской. - Не бойся, не шалим, - усмехнулся парень с хвостиком и добавил, - Ну... только если совсем чуть-чуть. "Чуть-чуть?! да вы вообще знаете, что творите в детском лагере?!" - уже кричала Кира внутри себя. Все оправдания этих двоих звучали нелепо после сцены на столе. Не выдержав находиться здесь ещё дольше, вожатая забрала все кепки и ретировалась, громко хлопнув дверью. - Злая какая-то, - сказал Дима. - Завидует нам, - подытожил Серёжа, играя бровями. Парень достал из заднего кармана телефон и заметил на панели уведомлений несколько сообщений из общей вожатской беседы. Зайдя туда, он увидел кружочки от Киры и усмехнулся. Но весь задор спал с лица, когда он увидел содержание самого первого кружка. - Дим... - М? - Мы долбоёбы. - Почему? - изогнул бровь Позов, не понимая друга. - Мы. Забыли. Закрыть. Ебучую. Дверь. Серёжа протянул свой телефон вожатому, показывая всё, что наснимала коллега Димы. У обоих пропал дар речи. Их спалили. Поймали за руку, как дешёвок. Раскрыли их самый большой секрет. Лучшие друзья оказывается не совсем и друзья. Как назло другие вожатые уже посмотрели первый кружок, и в беседе начался хаос. Кто-то посылал стикеры с удивлёнными лицами, кто-то пытался пошутить, а кто-то очень серьёзно начал разбираться в ситуации. Голова начала гудеть, и Серёжа лёг звёздочкой на полу. - Надеюсь, среди вожатых нет гомофобов, - пытался разрядить обстановку Позов, хотя сам готов был упасть в обморок от стресса. Посиделки с Серёжей на нервах закончились, когда они перестали слышать громкую музыку. - Программа закончилась... я тогда пойду, - встал с пола Серёжа, подходя к вожатскому столу, за которым сидел второй вожатый - Серёж... нас не выебут? - грустно усмехнулся Дима. У Матвиенко вспыхнули огоньки в глазах от придуманной им фразы: - Тебя выебать могу только я, поэтому не бойся, - проводя рукой по бедру парня и смазанно целуя, Серёжа довольно ухмыляется. А вот Диме не до ухмылочек. Шутка вожатого ещё больше выбила его из колеи, поэтому он теперь сидел весь красный и злой. - Матвиенко, кончай... - В тебя? Парень с хвостиком залился смехом, наблюдая, как его друг начинает кипеть, словно чайник. - Матвиенко!!! - чуть ли не силой парень в очках выставляет друга за дверь. А Серёжа просто целует Позова в пухлую щёку напоследок и крепко-крепко обнимает. Как бы Дима не делал вид, что парень его бесит, он все равно всегда будет любить нежности со стороны Матвиенко. Что-ж, на планёрке предстоит серьезный разговор. *** Кира, Катя и Настя, вожатые четвертого отряда, стремительно направляются в свой кабинет вместе с детьми. Довольный и уставший отряд садится за столы, начиная заниматься своими делами. Но три девушки пристально смотрят на своего коллегу противоположного пола, который успел доделать все недоделанные декорации. - Дима, ты сейчас при нас будешь отмывать этот стол святой водой от всех тех грехов, что вы здесь творили с твоим Матвиенко... - чуть ли не прошипела высокая девушка Настя, укоризненно смотря на парня, постоянно поправляющего очки от стресса. Он бы обязательно посмеялся над шуткой про грехи, но не сегодня и не сейчас. Сегодня и сейчас остаётся только виновато смотреть на всех трёх вожатых и краснеть. - Дима, не пойми неправильно, мы не осуждаем и ничего такого, но занимайтесь этим дома, пожалуйста, ну или хотя бы в закрытом классе без посторонних в радиусе ста метров. Ну и стелите что-нибудь на парты, - горько хихикнула Катя от своей последней фразы. Дима был слишком хорошим, чтобы отчитывать его. - Матвиенко у нас получит, развратник... Таких великих людей отвлекает от работы! - усмехнулась Кира, легонько стукая Диму в плечо своим кулаком. "Похоже, они не злятся, а это уже очень даже хорошо..." - выдохнул Дима и наконец улыбнулся. *** Девушка по имени Соня грубо схватила Серёжу за запястье и вывела из класса к другим двум вожатым: Свете и Лиле. - Матвиенко, у тебя всё хорошо с головой? Зачем людей совращаешь? Позов - умный мальчик, а ты, грешник, вертухаешься с ним в лагере! Я напомню, в ла-ге-ре! Детском лагере! - чуть ли не впечатав в стену парня, сквозь зубы говорила Соня. - Серёжа, ты можешь хотя бы день без приключений? Слава богу об этом узнали только вожатые. Это мог увидеть ребенок, и вас бы вышвырнули отсюда! - Лиля больше волновалась за других, чем за себя, и даже сейчас ее ручки тряслись, а глаза медленно намокали. - Лиленька, успокойся пожалуйста. Я не выношу твоих слез, тоже начинаю хотеть плакать, - обнял девушку Матвиенко, а та обхватила его плечи и тихо всхлипывала. - Не волнуйся за мою задницу, я-то выкручусь! - Мы больше за задницу Димы волнуемся знаешь ли. Ты же шальной, не дай бог ты что-то с ним сделаешь! - Света не была сильно взволнованна ситуацией, но шоку предалась явно, увидев одного опытного вожатого под другим, тоже не менее опытным. - Просто не парьтесь. Мы с Димой решим этот вопрос. Буду всегда проверять замок на двери! Ну и рот закрывать. Не только свой, - на последней фразе Матвиенко ухмыльнулся, за что получил сильную оплеуху от Сони. Вскоре все четверо вернулись в отряд, даже не ругаясь. "Всего лишь то один подзатыльник. Жизнь - малина!" - улыбнулся вожатый с хвостиком и сел за стол со своими коллегами. *** День наконец-то закончился. Все дети ушли, остались только вожатые и уборщицы в коридоре. Старшая вожатая отписалась Серёже об её отсутствии на сегодняшней планёрке. Парень переслал сообщение в вожатскую беседу и лично Диме. Диме сообщение он подписал коротко и лаконично - "это конечная." Разговор про Серёжу и Диму неминуем. Вскоре в актовом зале собрались все вожатые, чтобы обсудить сегодняшний день. Ну, не совсем все. Отсутствовали двое опытных вожатых из 10"А" класса, виновники торжества. - Ну и где эти два голубка? - нервно спросила вожатая шестого отряда. - Будем надеяться, что они уже идут сюда, а не ломают вожатские столы своими развлечениями, - пошутил один парень. Ресколько вожатых помладше покраснели, вспомнив то самое злосчастное видео с Серёжей и Димой. Ага, надейтесь. *** - Дима! - вожатый хватает друга за запястье, притягивая к себе. - Серёж, у нас же... - Позов обернулся на друга с недовольным видом, но глаза напротив выражали такое волнение и страх, что парень осёкся и взял Серёжу за обе руки, слегка поглаживая ладони большими пальцами, - Ты чего, Серёнь? Всё хорошо? - Дима, я не хочу идти туда, - жалобно ответил Матвиенко, - Они нас осудят, втопчут в пол, будут избегать и бросать косые взгляды... Глаза парня опущены в пол, руки в чужих ладонях дрожат, ноги подкашиваются. Серёжа боялся. Боялся осуждения. Этого ужасного чувства, в котором он повяз однажды, и больше не хочет возвращаться туда, в этот липкий и холодный мрак. - Серёж... всё будет хорошо. Но если ты так хочешь, мы можем не идти, - Позов заключил парня в крепкие объятия. Почувствовав тепло рук на своей талии, он рвано выдохнул, утыкаясь носом в шею вожатого. Парни подняли головы и встретились взглядами. Нельзя было не встретиться, всего лишь пять сантиметров, а может даже и меньше, разделяли покрасневшие лица. Серёжа, не сдержавшись, сократил это расстояние и... Дима и сам не понял, как оказался в одних джинсах, вжимаясь в дверцу шкафа. Матвиенко оглаживал каждый миллиметр кожи, оставляя алые укусы на ключицах. Шею не трогал, понимал, что в водолазке Дима ходить не будет. Тихие стоны Позова в шею вожатого заставляли второго ныть от возбуждения. - Позов, я хочу тебя... - прорычал Серёжа, сжимая подбородок вожатого двумя пальцами. В ответ последовал стон погромче, в котором было еле различимое "я тоже". Это было последней каплей для Матвиенко, и он потянулся к пряжке ремня, но чужая рука остановила его, схватив за запястье, и Дима затянул его в нежный, какой умеет только Дима, поцелуй. - Матвиенко, не здесь, - прошептал в губы парень, хитро улыбаясь. Его друг непроизвольно сжал кулаки, думая о несбывшихся планах. Но, услышав следующие несколько слов от Позова, его обратно вернуло в эту пучину возбуждения: - Но можно продолжить у меня дома... Серёжа берёт его за запястье, тянет к выходу, хочет как можно быстрее покинуть эту чёртову школу, оказаться на белых простынях кровати своего Димочки, целуя каждый миллиметр нежной кожи, и затянуть в тысячный, но не менее желанный, смазанный поцелуй. Дима поддаётся этому парню весь, не жалея ни о чём, он никогда не жалел и не будет, доверяет этому смешному парнишке с хвостиком всё, что только можно и нельзя. хочет почувствовать его прохладные пальцы на своём разгорячённом теле, оказаться вжатым в свою кровать с громким скрипом пружин, быть его и только его. Парням сносит головы от дурманящего переплетения пальцев. Они бегут. Подальше от школы, подальше от людей, от этого мира. Больше им не помешают.