В кабинете у директора

— А потом он короче взял его за бедро и прошептал... В этот момент в классе наступила тишина, и одиннадцатый понял, что только что произнёс не под шум, а в тишину. Краткий не успел докончить фразу, как учитель закричала и подошла быстрым шагом к последней парте второго ряда. — Краченко, Звёздный, я вас сейчас рассажу немедля! Что же это за безобразие, что вы всегда садитесь вместе и мешаете проводить уроки?! — женщину средних лет просто трясло от возмущения, а её лицо побагровело. — Немедленно расселись, сейчас же! — Да хоть расстреляйте! — Не будем пересаживаться, — поддакнул Ёшка, хихикнув и сжимая чужую руку под столом. — Мерзость! Я вас поведу к директору и напишу на вас докладную! На это малиновка лишь засмеялся. — Да хоть убейте, лишь бы вместе. За спинами парней шепчутся: — Он так плохо на него влияет... — Вообще, ужас. Скоро тоже курить начнёт! Краткий, услышав это, лишь усмехнулся и притянул Ёшку ближе. — Эм, Краткий... — Да-да? — Там за нашими спинами... шепчутся... — Похуй. — Но мама говорила, что так нельзя!.. В ответ козлиноглазый лишь поцеловал чужую мочку уха и зарылся в сиреневые волосы. — Всё равно. Главное, что мы вместе... Холодный дождь мая на улице пробирал чрезмерной прохладой, даже холодом, до самых костей. Ёшка прижался к Краткому ближе, закрывая глаза. Нежные ручки седьмого берут чужие. От них пахнет табаком, но они такие тёплые, и этот пьянящий запах гари с прохладой дождя... Ёшка нежно улыбнулся, прижимаясь к старшему. Ничего не согревало лучше, чем эти пахнущие табаком руки. И этот чёрный лак, что блестел в отражении луж тускло и меркло... Сиреневый мальчик влюблялся всё сильнее, когда сильней уже было невозможно. Кабинет директора был душным, но даже так и Краткого, и Ёшку всё устраивало, когда оба целовались на глазах учителей и директора, без малейшего стыда и очень страстно. Словно оба, словно именно Краткий хотел показать, что им твоим, что старшему плевать на мнение остальных, и что ничто не разрушит их любовь, когда на душе играют укулеле и поют зарянки. Учителя кричат, кто-то фотографирует. Все негодуют. Говорят, что так нельзя. — Ладно ещё мальчик с девочкой, но мальчик и мальчик – перебор! А им плевать. Краткий снова лижет чужой язык, совершенно плюя с высокой колокольни на общественное мнение и болезни, передающиеся через слюну. Красноволосый отстраняется от слегка обеспокоенного, но тоже хитро улыбающегося Ёшки. Оба знают, что уже завтра их наверняка исключат за такую демонстративную выходку, а потом выложат в интернет как "пример умственно отсталого общества ЛГБТ". Но им ли не плевать, когда они поцеловались на глазах у директора и половины всех учителей школы? — Передавай от меня привет маме, Ёш. Парни сбегали за руку, сдерживая хохот и стуча кроссовками по паркету. Сбежали с экскурсии, подумаешь. Когда оба выбежали из здания, они закричали от волнения и радости и крепко обнялись. Недалеко был лес, куда оба убежали гулять. Без вещей, без людей, без забот, лишь они одни вдвоём. — Краткий, а что, если... — Сейчас не время для беспокойства, Ёшенька. Смотри, какая трава зелёная... Краткий не стал бы скрывать. Он был одержим Ёшкой, его бледной кожей, по-принцесски милой внешностью... Красноволосый сунул звёздному мальчику зеркало. Маленькое, квадратное, и в углу написано самым мелким почерком, кровью: "Мне нравятся твои губы". — Краткий, ты опять занимался самоповреждением?.. В ответ ухмылка. Ёшка выбежал со школы, падая в объятия возлюбленного вновь, а тот и рад был любоваться своей любовью вновь. Натянутая наспех блузка а непонятном смысле, большой белый портфель и охапка роз, что подарил козлиноглазый. Сиренево-красные розы, с каплями росы на лепестках. Краткий не может сдержать восхищения такой, казалось бы, прекрасной неряшливостью. — Ты не парень, ты искусство... Подожгли спортзал. Их любимый спортзал, где малиновка так любил заниматься с Ёшкой спортом и любовью. А теперь зелёные доски, синие стены, металл и дерево... Всё было охвачено сияющим пламенем. Ёшка вытирал слёзы, мелко дрожа и получая от Краткого поцелуи в его сиреневую макушку. — Они все ответят нам... Оба мирно спали на ступеньках подъезда дома. Фото их поцелуя выложили в интернет, из школы исключили, из дома выгнали. Но они не могли отчаиваться, особенно когда были вместе. И Ёшка слабо улыбнулся во сне, немного поворачивая свою голову на чужих коленях. И Краткий словно в ответ пробормотал что-то про любовь и про то, как ему повезло с тем, что Ёшка у него есть.