𝐇𝐞𝐲, 𝐥𝐨𝐯𝐞𝐫

Высасывающая все силы и эмоции гонка продолжалась. Проходя через десятки разных локаций, совсем не благоприятных для участников, приходилось разбивать лагерь где попало и спать с потом на висках, потому что где-то рядом точно ходит хищник и уже думает, как сожрать во сне жертву или псих с пистолетом. Много участников отступили, поняв, что это им не под силам. Кто-то выбыл, потерявшись в какой-нибудь пустыне, или потерялся не только сам, но и потерял лошадь, которая в лучшем случае станет мустангом и найдет себе дружелюбный табун, что примит нового компаньона без особых ляганий и укусов. Или в противном случае - лошадь давно стала чьим-то ужином, не смогши убежать от врага. Джайро и Джонни до сих пор всё ещё боролись, никто не хотел опускать руки, и каждый боролся до последней капли крови, перед тем, как потерять сознание, оставляя напарника одного. Всегда из страшных стычек дует выходил победителем, но иногда, так им хотелось всё бросить и уехать на родину, особенно если все ресурсы, части трупа отобраны, по всему телу уже столько шрамов, что новые накладываются на старые, и совсем нет сил даже банально разговаривать о чем-то помимо плана, как прийти к финишу первыми. Последние дистанции проходят напряжённые молчанием, лишь пару слов и жестов. Со стороны Джайро это даже несвойственно, потому что если была свободная минутка, когда парни просто шагали по дорожке, позволяя перевести дух и себе и лошадям, обязательно из уст вылетит шутейка или забавная история. Сейчас же, его внутренний ребёнок попрощался с ним, и любая улыбка Цеппели казалась натянутой за нитки, чтобы ни в коем случае не показывать, как всё чертовски плохо. Джостар очень сильно помрачнел и по поведению тоже очень отличался от себя же. По ночам спит как на иголках, посреди ночи просыпается весь в поту, что-то судорожно бубнит, что Джайро, который всего на пару минут отошёл погладить лошадей, пока проходила его очередь охранять спящего Джостара, становится страшно до мурашек. Всегда в его голове пробегала куча мыслей, накручивающие парня ещё больше: « Вдруг это атака стенда? Да лучше бы она и была, тогда маленький Джонни перестал так странно пугающе себя вести... » Заставляя нервно сглатывать Цеппели, который волновался за состояние напарника и поглядывал на него издалека, ДжоДжо ничего не мог с собой поделать. Разбив лагерь в темном, но маленьком лесу, где точно не будет возиться ни один хищник, парни сразу завалились восстанавливать силы на завтрашний день, даже не перекусив. Пока Джайро бегал от одного дела к другому: разводил костёр, пытаясь в сотый раз зажечь спичку об коробок и покрывая её бранными словами на родном языке, проверял привязанных к дереву лошадей, Джонни позаботился о вещах и подстилках, всё подготовив для сна. Забавно, что раньше Цеппели так негативно относился к тому, что его вещи просто тронули пальцем, а сейчас в его сумке можно было копаться и копаться. Иногда бывало, что все принадлежности парней мешались между собой, когда приходилось собраться так быстро, что разбираться где чье не было времени. У Джайро оказывались блокнот с ручкой, трава для ногтей и даже голубая помада, а у Джостара дорогой розовый плюшевый мишка, медикаменты и ножик. Но никого это больше не смущало, наоборот, только укрепило доверие между ними. ─ Твой медведь у меня, ты будешь его забирать? ─ Джостар хмыкнул и вытащил из своей сумки мишку. Выглядел он прямо как хозяин - потрёпанный жизнью. Лапка держится на божьем слове, а ухо давно было утеряно, по всему мягкому тельцу заплатки, причем пришиты так небрежно, скорее всего во время одного из дежурств Цеппели, когда ДжоДжо спал. ─ Я потом его заберу, пока пусть будет у тебя, если желаешь, ─ Джайро наконец развёл костёр и, сев перед ним, с облегчением выдохнул, вытягивая руки прямо в него, чтобы ощутить приятное тепло на ладонях. Джонни укутался тонким одеялом и лег на лежанку, погружаясь в сон. Сейчас не чувствовались даже противные камни сквозь лежанку, на которых приходилось спать. Просто желание побыстрее оказаться в завтрашнем дне побеждало точно всухую. Но только провалившись глубоко в царство снов, очередной бред ворвался в голову бедного Джостара, добавляя в и так короткий двухчасовой сон между дежурством настоящие кошмары, которые доводили парня до припадка. Джонни после часа нервных дрыганий и обрывистых вздохов, словно его удушали, испуганно раскрывал глаза и, словно забыв, что его ноги парализованные уже как несколько лет, вздрагивал всем телом. Пару минут ещё не осознавая, что это был простой сон, горячие слёзы сами бежали из глаз, оставляя соленые дорожки, по которым побегут следующие слёзки, что Джостар не успел вытереть. В животе скрутился большой узел, из-за которого размеренно дышать было тяжело, всё будто тянуло вниз. Руки неосознанно покрылись светящимися маленькими звёздочками, появляющиеся в бою, когда нужно стрелять ногтями, и пробились в мелкой дрожи. Такого ещё никогда не было. Джонни думал, что звёзды образуются при злости и желании убить врага, но оказывается, что при нервозе тоже. В горле пересохло, жгучая пульсирующая боль, будто изнутри тысяча кошек, царапающие своими длинными когтями трахею, не собираясь останавливаться, побудила трескаться и голову. Ухватившись за голову, Джостар массировал виски, тяжело вздыхая и мыча от дискомфорта. Сидев на своей подстилке и пытаясь старательно скрыть свои проблемы, он наоборот только больше привлек внимание Джайро, который в свою очередь не выдержал и решил поговорить. Ночью человек может развязать язык так, что на утро будет бить себя по голове и кряхтеть нечто по типу: « Боже, какой же я глупый! ». Поэтому это самое лучшее время поболтать. Поболтать так, чтобы все между ними проблемы решились. Поболтать и открыться друг другу ещё немного. Возможно все пропасти между ними пропадут, а тут и дела с мучениями и кошмарами пропадут... ─ Эй-эй-эй, Джонни, ─ Цеппели подошёл к Джостару со спины, еле ощущаемо прикоснувшись его плеча. Джонни от неожиданности вздрогнул, почувствовалось, как всё его тело стало как будто каменным и напряжённым больше, чем когда либо. ─ Джайро... Извини, что отвлек. Всё правда в порядке, просто вспомнил кое-что грустное, ─ Глупые оправдания только добавляют масла в огонь, и теперь Джайро не оставит его в покое, пока не выяснит причину таких концертов, от которых сердце обливалось кровью. В мыслях Цеппели пронеслась мысль, что нужно было подойти ещё раньше, когда Джонни впервые так проснулся, но бесконечная борьба сентиментальности с равнодушием на душе, заставляла сомневаться в своих действиях и стоять в стороне, искусывать губы до крови, смотря на друга, который выглядел как котёнок, которого загнали в угол безжалостные люди, захотевшие самоутвердиться за счёт слабости и неудобной ситуации. Или же Джайро просто трус, которому слабо поддержать в трудную минуту и мо́лится Богу, прося освободить Джостара от всех проблем вместо него. ─ Ну-ка, а отмазка получше, ДжоДжо? Вспомнил грустное во сне, тогда расскажи и мне, я поплачу вместе с тобой, ─ Джайро присел на землю рядом с Джонни, не задумываясь, что потом все штаны будут пыльные и грязные. Мягкая ладонь с плеча перешла на крепкую спину Джостара, поглаживая его лопатки и проходя вдоль позвоночника, расслабляя мышцы. ─ Это не первая ночь, когда ты так бьёшься с воздухом. Поговори со мной, что случилось? Мельком посмотрев голубыми, стеклянными из-за слез глазами в лицо Джайро, на котором читалось беспокойство, что-то щелкнуло в сердце, и бескрайняя помощь с теплом, что сейчас решил подарить Цеппели, тронула Джонни, разбивая его ещё больше. Джостар задумался, когда в последний раз его слёзы решили остановить, а не начать кричать и ругать его ещё сильнее. Сразу вспомнился Николас, любимый брат, который вытирал каждую слезу и подбадривал ДжоДжо таким добрым: « Мы им всем покажем! ». Хорошие были времена... Джонни совсем не видел в Джайро Ника, очень разные люди, но их объединяло внимание, уделяемое жокею, которое он сам не понимал. По его мнению, внимание должно уделяться хорошим людям, а не обычным эгоистам. От таких суждений Джостар невольно ещё больше раскис и не мог из себя выдавить ни слово, поставив Цеппели в неловкое положение. Заметив, что с его присутствием ДжоДжо стал ещё грустнее и максимально не хотел вести диалог, а слова приходилось вытягивать силой, Джайро сделал выводы, что опять наступает на дурацкие грабли, которые в юности давали ему по лбу длинной деревянным черенком. « Нужно было оставить его одного... Это его проблемы, что не может уснуть, а ты опять суешь свой нос, куда не просят, Цеппели... Отец всегда учил равнодушию, а не спасать всех.» Прочистив горло от нелепости, Джайро убрал руку от Джонни и собрался уже уйти с неудачной попыткой помочь на свою лежанку, но его остановили. Звёздная рука Джостара легла на бедро Цеппели, не позволяя встать с земли. Стыдливость ситуации накалялась. Никто не мог собрать мысли в единое целое, чтобы сказать что-то путное. В голове большой и запутанный ком мыслей, никак не связанных между собой. ─ Я... Последнее время беспокойно сплю, потому что снятся кошмары. Если изначально ко мне приходил брат, обвиняя в своей смерти, отец, вновь недовольный мной, то потом... ─ Джостар опустил голову и стал пальцем вырисовывать на земле фигуры, дабы хоть как-то успокоиться. ─ Потом мне снился ты. Это не были доброжелательные сны, там мне раз за разом напоминали, что когда-нибудь я всё потеряю... И тебя в том числе. А этого я боюсь сильнее, чем умереть самому. Цеппели был приятно удивлен, что частенько появляется в белокурой головке Джостара, но узнав, что это далеко не красочные фантазии, где парни бы выиграли гонку, радовались или, по крайней мере, выжили и выбрались из этой задницы. Захотелось забраться в его сны и придушить самого же себя, чтобы ДжоДжо не мучался. ─ Снится пустота. Ничего нет, кроме безграничной тьмы, а потом появляешься ты, озарённый светом ангел, и говоришь, что знаешь дорогу к выходу отсюда, но я никогда не успеваю плестись за тобой, сколько бы сил не вложил, всё из-за моих ног, ─ Джостар метнул взгляд на свои конечности и нахмурился, с неким отвращением переводя свои глаза в никуда. ─ И ты просто уходишь. Где-то эхом раздается твой смех, ты зовёшь меня куда-то, но тебя и след простыл. И последующая картина, как ты просто сидишь, погруженный в эту пустоту, не дышишь, сердце не бьётся и твои глаза не открываются, а я всё слышу, как ты что-то мне говоришь, но тело твоё передо мной... Джайро, никогда не желающий особой тактильности, что даже пальцем лишний раз не прикоснется пальцем ни к кому, но, сидя перед замученным ДжоДжо, который так старательно пробует собрать себя в руки и перестать плакать, постоянно проигрывая горечи, Цеппели опять идёт наперекор своему выученному характеру безразличия и обнял Джонни, приложив его голову к своей груди. Обнял как в последний раз, будто через секунду их из ниоткуда достанет президент и пристрелит в головы. Несмотря на большие и неудобные зелёные пуговицы на рубашке друга, Джостар готов был просидеть и с ними, лишь бы чувствовать, как мягкие подушечки пальцев Джайро похлопывают спину или гладят по голове, перебирая светлые прядки волос. ─ Постоянно ты уходил от меня, давая ложные надежды. В реальности я бы тебе втащил за такое, но, увы, это всё воображение. ─ Ложные надежды? ─ Цеппели переспросил сказанное. ─ О, мой Бог, Джонни, думаешь, я тебя оставлю в гонке, не дойдя до конца? следующий раз, если этот дурацкий Джайро появится, прострели ему колени, ─ Внезапно ладони итальянца обхватили щеки Джонни, заставляя его сердце забиться быстрее, а щеки покрыться лёгким румянцем. ─ Знаешь, если я умру, то точно хотел бы уйти из мира, как минимум пожелав тебе удачи, а не мучая тебя... ДжоДжо был в ожидании дальнейших действий Цеппели. В его глазах теперь отражался не только огонь недавно разведённого костра, но и искра. Искра надежды на спасение из внутренней тьмы. ─ Тебе дать попить? Успокоишься... Я принесу флягу. Джонни всматривался в лицо Джайро, полностью потерявшись в реальности, будто видит впервые эту квадратную бородку, четко выраженные черты лица, длинные черные ресницы, из-под которых смотрят чистейшие изумрудные глаза, что каждый раз имели огонёк, и чертовски красивые пухлые губы, накрашенные ядовитой зелёной помадой... Итальянцы все такие или только Цеппели придурок? ─ Нет, не нужно... Я знаю, что меня избавит от обезвоживания получше воды. Что-то само потянуло Джонни к Цеппели, будто к магниту, и прикрыв глаза, он накрыл губы Джайро своими. Мимолётный поцелуй стал самым переломным моментом, но даже если Цеппели разозлится на такую выходку со стороны друга и как следует ему надерет задницу, Джостар будет глупо улыбаться и вспоминать какие эти блядские зелёные губы сладкие и непристойно мягкие. ─ Да ты похоже слишком смелый, Джостар? Настолько уверен, что я не вспылю за это? ─ Джайро приподнял одну бровь, что прочитать истинную его эмоцию нельзя. Цеппели отстранил от себя Джонни с недовольным и диким, как у разъяренного зверя, взглядом, но глаза выдавали парня с потрохами. Всегда яркие и светящиеся зелёные глаза стали смотреть как-то по-другому. Совсем по-другому. Зрачки заметно увеличились, но здесь трава или другие психического состояния рушители ни при чём. Главный и самый тяжёлый наркотик, который точно отправит в нокаут, если увлечься - это Джонни. Никакое лечение уже не спасет, остаётся только под эйфорией тонуть в нежно-голубых глазах. От такой теории ДжоДжо невольно улыбнулся. ─ Вижу, как ты уже замахиваешься, а не хлопаешь глазками, как девчонка, ─ Джостар вновь прильнул к Джайро, захватив в крепкие объятия, не давая и шанса на спасение из заточения. ─ Спасибо тебе, Джайро, правда. Мне стало лучше. ─ После такого хуже и не станет, ─ Цеппели убрал одну светлую прядь отросшей челки Джонни, мешающую увидеть полностью его лицо, за ухо. Несколько секунд глубоко внутри себя Джайро мялся, поджимая губы, как ребёнок, накосячивший при родителях. Вспоминая отца, твердившего о наследстве, передаваемое старшему сыну, прижимать тело ДжоДжо к себе, чувствуя, как оно всё ещё мелко дрожит, стало невыносимо. Голова Цеппели представляла отца, узнавшего всё о сыне, но резкий удар в сердце, как стрелой из лука, помог взять инициативу в свои руки и резким рывком притянуть Джонни за его футболку, впиваясь в губы, старательно смешивая зелёную и голубую помады в новый оттенок, который будет самым любимым цветом для Джайро. Так итальянец посылает сомнения и отца куда подальше, отдаваясь полностью Джостару. По телу ДжоДжо прошел огонь и остановился в голове, задымляя весь разум. Снова этот сладкий вкус чужих или уже родных губ, ощущаемый гораздо лучше, чем в прошлый раз. Джайро активно развивал поцелуй, как будто все те дни, когда парни проходили дистанции, он терпел и терпел. Слегка покусывая пухлую нижнюю губу Джостара, заставляя его открыть рот и, пройдясь по деснам, будто предупреждая о столь внезапном визите, Цеппели коснулся своим разгоряченным языком кончика языка Джонни. По началу издевательски уворачиваясь от него, слегка задевая язык, проходя по зубам Джонни, пока он недовольно хмыкал в губы, но сдался и позволил слиться воедино в поцелуе до конца, когда почувствовал смачный удар по спине кулаком, от которого Джайро аж прогнулся. Теперь он усёк правило: « Никаких игр во рту. » Все поцелуи с дамами в основном были не такие искренние, потому что они окружали его каждый божий день, и вся суть поцелуев: любовь и почтение, потерялась. Никогда бы Джостар не подумал, что будет ласкаться с мужчиной. Сейчас это вообще его не волнует, главное, что этот мужчина - Цеппели. Его излюбленный и милый Цеппели. Довольно пыхтя от нахлынувших чувств, ярко ощущаемых в груди и внизу живота, хотелось убежать в закат под руку с Джайро, несмотря на безжизненные ноги Джостара. Это было что-то прекрасней пресных и уже скучных бабочек, когда ничего кроме него не воспринималось. Только горячие прикосновения Цеппели, его губы и его сбитое от волнения дыхание. Джонни обвил шею напарника, прося Джайро прижать его тело настолько близко, чтобы сойти с ума от ощущения, как зелёные пуговицы буквально вдавливаются в него до боли. И словно прочитав мысли ДжоДжо, Цеппели помог пододвинуться к себе, расположив Джостара на бедрах. Отстранившись друг от друга, делая небольшой перерыв, ещё пару хаотичных поцелуев были подарены щеке, носу и лбу Джайро, чтобы как можно больше измазать его сексуальное лицо остатками голубой помады, размазанной по губам, и простым языком сказать три заветных слова: « Я люблю тебя». ─ Я всё ещё удивлен, что мы команда, и ты не бросил меня на середине дистанции. Знаешь, я всё ждал, когда ты меня по-тихому оставишь и уедешь, ─ Джонни соприкоснулся своим лбом ко лбу Джайро, опустив его голову вниз, и затуманенным взглядом, будто пьяным, смотрел более чем угрожающе. ─ Но куда бы ты не пошел, я от тебя не отстану, из под земли достану. Большим пальцем ДжоДжо тёр губы Джайро, нахально переходя на стиснутые, золотые зубы Цеппели, дразняще проводя сначала по верхнему ряду, а затем по нижнему. Всё так сводило с ума, но останавливаться нельзя, пускай они сочтут это за испытание в гонке, чтобы продвинуться дальше и выше, поддавшись любви. ─ Ха! Да я даже не думал тебя бросать. Наоборот, помочь твоей заднице, чтобы она стала ощущать что-то помимо коляски, ─ Ощущая палец во рту, Цеппели слегка прикусил его, заставив ДжоДжо отдернуть его с тихим взвизгом. Шляпа, по желанию хозяина, оказалась на голове Джонни поверх шапки. В ней он выглядел нелепо, но мило, жаль, что такую картину Джайро мог запечатлеть только в памяти. ─ В смысле... Я бы тебя не бросил, потому что обязан как минимум жизнью перед тобой. И мне интересно наблюдать за сущим демоном в облике ангела. ─ На себя посмотри, ─ Джостар хмыкнул и слегка прикусил кончик носа Джайро, в ответ получив недовольное шипение. ─ Это за палец. ─ Между прочим, перед тобой наследник почетной семьи врачей, в любой момент я могу тебе жизнь ещё больше сломать, напортачив на операции: забыть скальпель в твоём животе или случайно удалить одну почку. Поэтому слова такие прибереги какой-нибудь другой сучке, ─ Джайро прильнул к шее ДжоДжо, влажно целуя и покусывая кожу, не обделив вниманием и четко выраженные ключицы. Он чуть стянул голубую футболку Джонни до плеча и только сейчас заметил удивительное родимое пятно в виде пятиконечной звезды, причем розоватого оттенка, как нарисованная. Такие звёздочки красовались на одежде Джостара и выглядели они миленько, на фоне того, кто носит эту "пижаму"... Такой странный выбор в одежде даже забавлял Джайро, но отрываться от теперь любимой особенности партнёра он долго не стал. ─ Почему ты никогда не рассказывал, что у тебя пятно - звезда? ─ Горячий язык прошёлся по звезде, поджигая не только её, но и всю часть левого плеча. ─ Может тебе рассказать каждую деталь моего тела? ─ Я не против, если будет и практика. ─ Ужас, а не доктор, можно мне, пожалуйста, другого, ─ Джонни запрокинул голову назад, открывая больше места для пылких поцелуев Цеппели, уже чувствуя, как сильно завелся. ─ Ужас? ─ С хитрой улыбкой переспросил Джайро. ─ Мои стальные шары спасают тебя, как ангелы хранители без души... Да и другие мои шары, тоже рискуют, на то они и стальные... Джостар хихикнул, вновь оценив такую нелепую, но нужную для сердца шутку, намекающую на непристойности в безумной голове Цеппели. А другой в тоже время почувствовал настоящую гордость, добившись улыбки на лице напарника. Коснувшись последний раз губами к шее напарника, оставляя красную метку прямо на самом видном месте, Джайро сменился в лице и отпрянул от Джонни, косо поглядывая на его реакцию. ─ Всё, Джонни, пообжимались и на этом хватит, ─ Зелёные глаза виновато устремились в никуда, будто его заставляют это говорить. ─ Завтра всё забудется. ─ То есть, ─ ДжоДжо снял с себя шляпу и докинул её до лежанки Джайро. Ни на что парень не надеялся, но, увидев так нежно смотрящие на него глаза Цеппели, ощутив жгучие, как крапива, касания, будто они прожгли тонкую ткань одежды и возбудившись так, что хотелось продолжения этой ночи, казалось, всё решено, и парни не просто партнёры. Ничего не понимая, Джонни трогал место, где оставлен засос и будто намекал, что на утро ни один поцелуй из памяти не улетит. ─ Как забудется? Разве мы не разобрались кто мы друг другу? Отвернувшись спиной к Джостару, Джайро нервно сжал кулаки, но быстро успокоился, начав тереть глаза, прогоняя все плохие мысли. Никогда ещё Цеппели не сталкивался с ситуацией, когда какой-то упрямый, как баран, американский жокей-инвалид сможет вскружить голову, получше ночных бабочек в пабах, которые так старательно пытались показать всю себя, чтобы ощутить не только интимную связь с первым встречным, но и деньги, которые он всунул в кружевные чулки или трусики. На секунду в мыслях проскочила картина, как в роли такой дамы Джонни и сейчас будет, как кошка во время весеннего обострения, лезть в ширинку Джайро. Это вызвало улыбку. ─ Когда нам придется разъехаться после гонки в разные пути, я пришлю тебе письмо: « Дорогой, Джонни, моё солнце, мой свет и мой ходячий киллер. Пишу тебе, наконец поняв, как люблю Вас. Люблю до парализованных конечностей, ─ Цеппели на секунду повернулся к Джостару, чтобы подмигнуть, но тот не оценил акцент на сказанном и показушно прицелился пальцем в голову Джайро, зарядив ноготь на нём. ─ И до кипящей крови в венах, до головной боли и до тошноты. Ты вдохновляешь меня становиться лучшим человеком, и я жду не дождусь, когда наши судьбы вновь переплетутся. Я позабочусь о семейных проблемах, о Марко и на всех парах побегу к Вам навстречу, лишь бы опять прикоснуться к Вашей щеке и поцеловать. Мои чувства к тебе становятся глубже, и я начинаю влюбляться в тебя... Надеюсь, мой верный голубь долетит до тебя, а если не долетит, то я лично принесу это письмо в руках. Страстно целую вас в губы, пуская руки под футболку и...» ─ Достаточно фантазий, лучше реально прись спать, придурок, сейчас моё дежурство,─ Щеки Джостара полыхали так, что пришлось их старательно скрывать руками. Никогда так приятно на душе ещё не было. Представляя, сколько ещё впереди таких ночей, Джонни воодушевлено смотрел на Цеппели всего в следах от поцелуев. ─ Я испугался, думал, реально ты тупой, что такие "простые" поцелуи, вроде пятью минутами назад, для тебя норма. Я уже хотел тебе втащить... Улыбнувшись и смущённо отведя взгляд в сторону, Джонни почесал затылок. ─ Я, видимо, не различаю где шутка, а где серьезность... И где ты такого нахватался, вроде приличная семья, а только и думаешь о сексе... Причем, черт возьми, со мной! Мне бы так спокойно отнестись, что тоже хочу тебя...Вы все итальянцы такие прямолинейные? ─ Я говорил тебе, что люблю тебя? ─ Джайро наконец повернулся к Джостару, уже не сдерживаясь и улыбаясь всеми своими золотыми зубами, которые выглядят, настолько отвратительно, но Джонни готов каждый день их сам вылизывать, настолько они стали любимыми. Цеппели совсем не умеет переводить темы, но, наверное, это только к лучшему. ─ Нет. ─ Я люблю тебя. ─ И как давно? ─ Кажется, с самого рождения был готов нести тебя на руках до конца гонки, а потом умереть, как прекрасный лебедь, пожертвовав собой ради твоей жизни!─ Цеппели трагично охнул, и положив тыльной стороной руку себе на лоб, упал прямо на бедра Джостара, испугавшегося от неожиданного спектакля, "предсмертно" кряхтя. ─ Но перед смертью, я бы хотел наконец потрогать твою задницу. ─ Я тебя убью.