Полумрак.

Не в каждую дождливую ночь к тебе заскакивает в гости твой враг. Точнее, человек, которого ты именовал своим врагом, но чувства всегда назойливо. молвят обратное. Это случилось и с Веназаром. Кажется, такой невинный и совсем не извращенный паренёк прямо сейчас сидел на диване в полумраке и... блять. ... Ублажал себя вибратором, который с громким слизким звуком без проблем входил в колечко мышц того. Второй рукой он прикрывал рот, подавляя блаженные и несдержанные стоны, что срывались с его губ, словно песня. — эй, Веник, на улице такой ливень, я у тебя пережду. Ну, ты же не против, — утвердительно слышится голос якудзеныша, который, кажется, зашел в дом довольно незаметно и сразу же ушел в ванную. Оглушенный своим возбуждением Веназар явно не слышал его. Руки дрожали, как стиральная машинка в режиме отжима, а нижняя губа была закушена, так как ладонь, что держала рот, переместилась на ручку дивана, сжимая её до посинения костяшек. Как бы он хотел отрицать факт того, что один человек, безумно очаровательный и соблазнительный, мысль о котором заставляла покрыться румянцем и мурашками по всему телу, возбуждаться из раза в раз даже при плохих воспоминаниях о нём. О, черт, этим человеком был Клэш Рейк. Парень, с кем они были заклятыми врагами. Соперник, вскруживший его голову и заставляющий одним своим видом медленно сходить с ума. Как же Веназар любил и ненавидел его одновременно. Сам же этот человек сейчас уже стоял позади того, наблюдая за этим с ехидной улыбкой, которая означала, что в голове Якудзы что-то вспыхнуло. Ладони кладутся на плечи, а холодные и влажные губы еде касаются ушей, когда наглая усмешка доносится до слуха. — не думал, что ты на такое способен, Веназар' ~ – мурлычет он, когда ледяные руки активно спускаются под футболку, оглаживая разгоряченное тело и касаясь затвердевших от возбуждения сосков, пока сам краснозвездовец яростно краснеет и сжимается, убирая руки и напрочь забывая про вибратор, что находился в нём. —К-клэ-эш?.. — неловко мямлит он, вздрагивая от ощущений. — я всё объясню, и, ч-что ты творишь?! Он меняет позицию, как и угол попадания вещи, что ударила точно в простату и заставила сжаться, мелко задрожать и сдавленно застонать, подставляясь под руки парня. — и что же тебя так завело? — всё так же шепчет якудза, кусая мочку уха. — до этого момента ты казался мне непр'икосновенным мальчиком. — аэ-эм... — заминается он, но когда чужая рука спускается еще ниже касается члена, он тихо выпаливает — аг-х... Т-ты, Клэш Рейк. Эти слова заставляют забиться сердце якудзы забиться чаще, и отбивать танго, даже слегка засмущавшись, но душу наполняло странное чувство. Видимо, оно и подтолкнуло его на действия. Шатен обходит того, раздвигая дрожащие ноги, и вытаскивает предмет из пульсирующего и красного колечка мышц, ловя непонимающий затуманенный взгляд голубых глаз. Но следующие действия заставляют Веназара откинуть голову на ручку и выгнуться в спине: Клэш не церемонясь спускает свои шорты вместе с бельём до колен и резко входит во всю длину, сразу беря до безумия быстрый темп, буквально втрахивая инженера в диван. И член того тоже не остаётся без внимания — к нему прикладывают вплотную вибратор. Несдержанные стоны обоих, кажется, раздаются эхом по комнате. Наконец сбывается то, чего оба так хотели, но не решались сделать. Губы грубо впиваются в другие, более нежные, а язык проникает в рот. Вскоре оба получают оргазм, изливаясь. Вибратор убирается в сторону, а Клэш медленно выходит из краснозвёздовца, наклоняясь, и оставляя багровый засос на шее. — ты всё еще ненавидишь меня? — с самодовольной, и, как обычно, эгоистичной ухмылкой спрашивает тот, на что получает тихое: — люблю я тебя, Клэш. И мягкий поцелуй в губы.