Последний свет

Ночь в пустыне была холодной, сейчас Кейд убедился в этом физически, когда хлопковая белая футболка, не спасала владельца от прохладного ветра, что просачивался сквозь щели полуразрушенного здания. Взгляд невольно вернулся к коробке, где неуклюже разлёгся рабочий фартук, запачканный пеплом и в местах пострадавший от огня, но свою работу защита выполнила, оставив минимум повреждений на теле владельца, да только сам в итоге оказался непригодный. С губ сорвалась усмешка, он привык к старой одежде и мысль о том, что даже с ней приходится прощаться была неприятной, а сама ситуация была дерьмовой. Привычки курить у себя Йегер не замечал, но сейчас мозг остро нуждался в разрядке, потому тягучий горький дым проникал в глубины лёгких, заставляя кашлять. Тем не менее дым успокаивал, устремляясь всё выше и выше, но не достигнув звёзд растворялся в воздухе. Кейд наблюдал за этим, поджимая обветренные губы до тех степени, что они начинали трескаться, оставляя неприятное послевкусие крови, а затушил сигарету об собственную руку. Он и сам не понимал почему, просто... Мгновенное действие, оставившее неприятный ожёг, как напоминание о безрассудстве. Рядом стояла коробка, внутри были старые потрепанные жизнью вещи. Выцветшее брюки, перчатки с дырками в разных местах, рубашка с пятнами кофе и тёмно зелёная куртка с искусственным мехом. Поджимая колени, Йегер прикинул, что в ближайшее время температура выше не станет, так что неуклюже вытянув куртку из коробки, накинул себе на плечи, чихая от пыли. Старая вещица была грязной, от неё пахло известью и пылью, но даже так она отдавала необходимое тепло. Оптимус уехал под вечер, сказав что хочет разведать обстановку. Первые мысли были о том, что это не должно было занять много времени. Но по стечению несколько часов, Кейд уже подумал что его бросили и от досады пнул стул, полусломанный и заколоченный старыми гвоздями. От разрушения антиквариата лучше не стало, тогда на помощь и пришли сигареты. Кейд не сильно задумывался над тем, сколько он выкурил, или насколько превысил свой привычный лимит. Он мог выкурить сигарету после ссоры с Эмили, неприятной ситуации на ферме, очередной пьянки с Лукусом, или, а моменты полнейшего опустошения, там, внутри ангара где никто не видел подавленные чувства. Тесса. Тесса осталась совсем одна, там в доме, вероятно даже не зная что её матери больше нет. Сердце тревожно застучало, малышка разумеется была смышлёной, знала что делать если мамы долго не было... Могла пойти ночевать к соседям. Вот только мама больше не придёт. И у него нет возможности забрать ребёнка из этого кошмара. Кейд устремил взгляд на небо, тысячи звёзд покрывали небосвод, в силу отсутствия светового загрязнения. Клык впился в сухую кожу губы, неосознанно протыкая её насквозь, оставляя маленькую струйку крови по подбородку. Кейд хотел бы кричать, но он не мог. Возможно на это и уготована его судьба, сгинуть тут, на старой заброшенной забегаловке, с коробкой вещей которые он успел взять. Но видно не сегодня. Свет фар от дороги и громкое рычание мотора были ощутимы за километр, для рухляди у Оптимуса было слишком много энергии и лошадиных сил. Как-никак инопланетный робот, а не просто старый грузовик отслуживший своё. Кейду стоило заподозрить что-то на момент с гильзами. — Путь чист. — процедил автобот оказавшись прямо перед входом, вернувшись из альтмода в нормальное состояние. Его фигура в свете звёзд была массивной, если не знать кто это можно подумать, что за тобой пришла нечисть, Кейд усмехнулся от таких мыслей. — Обновление внешнего корпуса ? — защита от обморожения. — фыркнул Кейд оттягивая куртку на себя, чувствуя хоть немного безопасности. — я замёрз, не бери в голову. — ... — оптика автобота странным образом отдалилась, внимательнее сканируя состояние человека, прежде чем протянуть манипулятор, оценив это как намёк. Кейд непонимающе уставился на раскрытую ладонь, после вернулся взглядом к Прайму, выдерживая зрительный контакт около десяти кликов, прежде чем сдаться, взобравшись на прохладный металл. Оптимус поднял Кейда выше, прижимая бок манипулятора к грудным пластинам, создавая подобие чашечки, чтобы человек не свалился вниз. Тело инженера покрылось мурашками от подобной близости, а может быть и от холода, точный ответ он дать не сумел, обнимая коленки. Со временем Кейд вообще перестал понимать происходящее в округе, думая что попал в сюрреалистичный сон, правда скорее кошмар из которого было сложно выбраться. — Эта рана свежая. — заметил Прайм, сканируя круглый ожог на коже органики, выражая некоторое беспокойство. — Сигарета... Случайно упала. — соврал Йегер, не желая объяснять какого чёрта так затушил сигарету. — Не бери в голову, оно заживёт. — Людская регенерация... Удивительна. — признался Оптимус, впервые обращая внимание на такую деталь. Теперь ему хотя бы было ясно, как они могли выживать будучи столь "хрупкими", на фоне окружающего мира. Кейд это никак не прокомментировал, просто молчаливо зыркнул на Оптимуса, своими почти чёрными глазами и хмыкнул, вжимаясь в металл сервоприводов кибетронца. Оптимус вёл себя более тихо чем раньше, его оптика останавливалась на чужих ранениях, сканировала и подмечала мелкие детали. У Кейда загорелая кожа, щетина и ожоги на руках, телосложение крепкое, даже если сравнивать с военными побывавших на базе Омеги-1. Интересно была ли в порядке база ? Неизвестно, что могильный ветер успели сделать, за то время их отсутствия. Быть может от ракетной станции уже ничего не осталось, даже старого дивана, что как-то раз притащили Бамблби и Чарли, или же ноутбука Юджин. Вероятно большую часть вещей забрали, оставляя неприятный отпечаток в процессоре. — Тебя что-то гложет. — прямолинейно высказал Оптимус, всеми сенсорами чувствуя этот настрой органики. Кейд замялся, не зная как точно ответить на этот вопрос. — Дома осталась Тесса, дочка Эмили, я... Боюсь думать что с ней произошло, совсем одна... Малышка... — Кейд болезненно сжал ладони, повреждая кожный покров, растирая их до крови. То ли мозг отказывался работать полноценно, либо состояние Йегера медленно начало ехать под откос. Правда вот из мыслей его выбило движение вверх, всем телом, когда его прижали практически всем телом к прохладному металлу фейсплета, не надавливая, но ощутимо. — Оптимус... Что ты- — Бамблби делал так... — Оптимус замялся, прорабатывая в процессоре как ему следовало назвать Чарли, чтобы ответ был честный. — ...Со своим другом человеком. Я думал смогу оценить твоё состояние более глубинно. — Стой стой стой... Это просто акт проявления нежности, нет? — Кейд нервно усмехнулся, уголок футболки предательски зацепился за выступающую часть скрытой маски, так что кожа прилипала к металлу, щекоча инженера. Оптимус спешить не стал, ему было любопытно, потому что сейчас он не только слышал стук человеческого сердца, но и ощущал вибрации, сродни тому как пульсировала искра в камерах кибетронцев. Но искра пульсировала фантомно, её возможно было ощутить на невербальном уровне, а тут физически. Стучит. Оптимус убрал Кейда от фейсплета только через минуту, когда почувствовал мурашки на коже человека. — Твоё сердце стучало быстрее. Я напугал тебя ? — обеспокоено, но всё ещё со своим столичным лицом спросил Прайм. Кейду аж неловко стало, он сам-то до конца не понимал, что творилось в его голове, но это явно не был страх. Во всяком случае прямо сейчас. — Что? Не не не, приятель я точно в порядке, это просто- — протараторил человек, пытаясь придумать хоть одну рабочую отговорку, но в голову мысли уже не лезли. — ...Холодно просто. — От понижения температуры ваших корпусов... Ваш "мотор" стучит быстрее? — Не совсем, но... Может поедем уже? Прайм хмыкнул, отодвинув оптику куда-то вдаль, засматриваясь на длинную дорогу впереди, ведущую в абсолютное никуда. — Разумно. Поехали. В это время года ночи были куда длиннее обычного, миллиарды светящихся точек покрывали ночное покрывало, создавая какую-то особую атмосферу. Через лобовое стекло тягача звёзды было видно хуже, чем с той же фермы, когда Кейд будучи совсем юным оставался сидеть перед открытым окном. Только вот внутри салона не было холодного воздуха, заставляя дышать более глубоко, выдыхая пар наружу. На самом деле он долго мог рассматривать звёзды на небе, просто созерцая что-то прекрасное, забыв о своих людских проблемах, но реальность выдёргивала его обратно без особых предупреждений. Потому что он должен быть тут. И сейчас. Внутри салона Оптимуса предусмотрительно тепло, видно мех специально сделал температуру более оптимальной, после слов о том, что Кейду было холодно. Правда в салоне всё ещё было как-то... Неловко. Когда ты задумывался, что сидел внутри не просто "старика тягача", а живого мать его пришельца. Интересно, а как чувствовал Прайм, что внутри него кто-то находился ? Но Кейд, пока что таких вопросов постеснялся задать, а к этому времени они уже тронулись по дороге. Кейд смотрел в сторону, опираясь локтем об карту двери, подпирая подбородок кулаком. Его взгляд был каким-то пустым, Оптимус подметил это ещё в начале, сравнивая с тем как могла меняться оптика кибетронцев со временем. Цвета оптики, это не неизменная деталь во внешности трансформ ера, это то что меняется в связи с личными убеждениями, страхами, принципами и ментальным состоянием. Прайму вспомнился Мегатрон, его оптика не всегда была тёмно-фиолетовой, раньше она другой, но... Файлы памяти были повреждены, Прайм не мог сказать конкретно, как раньше выглядел бывший гладиатор. Всё было расплывчато, ему словно намеренно испортили эти фрагменты как только он получил матрицу. Прайм неожиданно тряхнул водительское сидение, привлекая внимание человека обратно на себя. Кейд от неожиданности даже зубами стукнулся, негодующе уставившись на панель управления. — Что? — Когда мы закончим, мы вернёмся. — процедил Прайм, пока руль повернулся в сторону, следуя дороге. — Куда ?? — Йегер окончательно растерялся в догадках, убрав руку на спинку сидения, царапая ногтями "ткань". — За кем. — поправил мех, сбавляя скорость, в силу движениях других автомобилей на дороге, что переодически сигналили вслед тягачу, громко и протяжно. — Мы заберём Тессу. — ... — человек в этот момент окончательно растерялся, удивлённо уставившись на панель перед собой, впервые в его пустом взгляде, за это время мелькнуло что-то похожее на искорку. А из искры может появиться пожар. Йегер молчал, обдумывая чужие слова. Это было просто утешение или Оптимус действительно собирался поехать обратно, туда, За Тессой. Зачем ему было это делать? Какой смысл будет для него в это действие? Чувство долга ? Жалость? Или правда просто слова для утешения и без того хренового состояния инженера. — Ты уверен? — совсем уж тихо спросил Кейд, от нервов сжимая губу в тонкую полосу. — Это обещание. — более твёрдо заявил Прайм, постепенно возвращаясь к привычной скорости, вжимая человеческое тело в спинку сидения.. — Моё слово нерушимо, мы обязательно вернёмся. — Лишняя трата времени. — фыркнул Кейд ,но вовремя понял ,что сказал что-то не то. — Ну то есть для тебя, я имел ввиду... — Я всё ещё должен тебе, Кейд. — Ты меня спас. — От угрозы, пришедшей из-за меня. — Не выкинул по дороге? — Сарзказм? — дворники вопросительно поднялись по лобовому стеклу, следуя эмоциям Оптимуса. Кейд усмехнулся, закатывая глаза. — Да не, я же всегда серьёзен... Конечно сарзказм. Ничем ты мне не обязан приятель, я тебя вообще-то на куски разобрать хотел изначально и был бы не лучше тех кто напал на... Нас. Впереди дорога, свет фар и молчание. В силу того ,что Кейд не особо был в состоянии адекватно мыслить в силу усталости, ну и видно желания спать, Оптимус не шибко донимал пассажира, хотя поговорить хотел. Впереди дорога. И конца ей нет.