На пути к спасению [Книга I]

      Несмотря на то, что с вратами было покончено, оставалось ещё множество вопросов и дел, которые правителям и коллегиям предстояло рассмотреть подробнее.       После случившегося, братство Каэлия бесповоротно было признано вне закона на всех пяти континентах, без исключений. Их начали отлавливать, а иногда и упразднять, ведь они официально были признаны угрозой для власти и народов.       Луис Эливел сумел скрыться в суматохе, и на его поиски отправили лучших агентов тайных полиций.       О местах же, где находились врата, было решено позаботиться отдельно. Центральная коллегия признала, что тактика Юга с уничтожением и скрытие информации об их вратах, после эры разрухи, не была лишена смысла. Поэтому все упоминания о закрытом этаже в книгах и свитках будут контролироваться с большей тщательностью. Остальные коллегии полностью с этим согласились, и обещали позаботиться о столь важной информации и на их континентах.       Когда Совету стало известно, что великий магистр Тарис поглотил ядро божественного зверя ради того, чтобы противостоять безумцам из Каэлии, то они не изгнали Ауста, как тот того ожидал. Его действия обсуждались и порицались, но никто не спешил лишать его ранга магистра. Ведь его вклад в победу над братством был огромен.       Бартис, вместе с другими членами Совета, запретили магистру участвовать в жизни Империй и тем более, в военной отрасли. Магистр был слишком силен, а наличие подобного мага хотя-бы в одной из армий, могло привести к конфликтам, о последствиях которых лучше не думать.       Ауст был полностью с ними согласен, потому что сам чувствовал, чтобы обуздать зверя внутри понадобиться не один день. Его планы на будущее очень поменялись, пока он пытался спасти мир, и теперь карьера мага была на втором месте.       На первом месте стоял Виктор, ради которого Ауст хотел стать лучшей версией себя, хоть и трезво понимал, что возлюбленный примет его любым. А Виктор, в свою очередь, переживал совсем по иному поводу.       Кейра спал, а его ядро не поддавалось обычному лечению при переформировании. Когда Аартус пришёл в себя, то сначала не поверил тому, что чуть не умер. Услышав про некроманта, он твёрдо заявил, что повезёт Кейру на Юг. Южные лекари и их травы сумели помочь даже Виктору, так что найдут способ и для Кейры.       Принца было не переубедить, он был готов ждать, даже если переформирование необычного ядра некроманта займёт годы. Виктор, скрепя сердце, дал добро, ибо знал, что южные лекари действительно были куда компетентнее многих.       Разрушенный Фарзутен отражал лишь тень былого величия, и на его восстановление Император не жалел никаких средств.       Когда Виктор смотрел, как корабль с младшим принцем и некромантом уходит вдаль, то заметил, что у берегов Центрального континента разгружают тонны строительных материалов с гербом пограничного региона и Севера. Знакомый герб компании Вегнер вызвал у парня ностальгию по дому.       — Если хочешь, то мы можем посетить столицу и твоего отца. — предложил Ауст, целуя Виктора в висок.       — Думаю, отец будет рад, только вряд-ли он одобрит тебя в роли зятя. — сказал Виктор и в ответ поцеловал магистра в щеку. — У мамы так вообще культурный шок случится.       — Ну…я с ними примерно одного возраста… — задумался Ауст. — Да, вроде бы лет десять разницы точно есть.       — И в чью пользу? — Виктор выжидающе поднял бровь.       — В мою. — удрученно признал Ауст.       Виктор тихо посмеялся.       — Ладно, давай поедем. Хочу увидеть лица братьев, когда они увидят, что я больше не уродец в чешуе.       — Ты и в чешуе был довольно красив. — магистр серьёзно сузил глаза. — Мне очень нравилось, как она переливалась на свету.              — О боги… — Виктор покраснел до самых ушей. — …я уже понял, что ты просто старый извращенец.       Ауст притянул его ближе и поцеловал в основание шеи.       — А ещё от тебя всегда вкусно пахнет. Очень приятный запах. — от его горячего дыхания у Виктора потянуло внизу живота.       — Я в первый раз хотел срезать чешую как раз потому что думал, что от меня ужасно воняет. — с грустью произнёс он и напряжение в теле тут же улетучилось. — Я хочу увидеть отца, Ауст. Давай отправимся на Север.       Магистр заметил изменения в настроении Виктора и нежно чмокнул его в лоб.       — Давай. Сразу решу вопросы с Императором. Думаю он будет не в восторге от запрета Центральной коллегии и Совета, но лучше сообщить о таком лично.       Виктор согласно кивнул.       Коллегия дала разрешение использовать свои порталы для путешествия к землям Севера, откуда двое путников направились к столпам. Виктор смотрел на портовый город Вавиель с тоской, ведь вспоминал дни, когда они шли по его улочкам вместе с другими магами, а теперь возвращались без них. Многое было потеряно и многое получено, но ничто не будет забыто.       Аусту было ещё тяжелее, поэтому парень не заострял внимание на незначительных деталях, которые бы напоминали о погибших адептах. Ему было достаточно видеть, как магистр мучается от кошмаров, и успокаивать его в особенно тяжелых случаях.       Яред, Халмут и Наяна были для него как дети, жизни которых ценились им даже больше собственной. За долгие годы обучения они стали для Ауста чуть ли не родной кровью, и терять каждого из них было равносильно жесточайшим пыткам.       Виктор осознавал, что когда Ауст подумал, что потерял и его тоже, то мучения были несоизмеримо сильнее.       Они устроили привал в хвойном лесу и к утру уже должны были добраться до столпов. Под боком тлел небольшой костёр, а от холода спасали пледы и тепло собственных тел. Погода у портового города оставалась относительно тёплой, но если бы они прошли пару километров дальше, то могли наткнуться на заснеженные поля.       В ту ночь под звёздным небом, он позволил себе чуть больше обычного, чтобы магистр почувствовал его присутствие. Нежные короткие поцелуи даровали сердцам успокоение. Виктор объяснял магистру, что не собирается никуда уходить, пока продолжал целовать мягкие губы напротив.       Ауст отреагировал не сразу, но стоило ему понять, что Виктор сам сделал шаг навстречу, как притянул парня ближе, чтобы углубить поцелуй. Влажный язык скользнул внутрь и вызвал у Виктора сначала удивление, а затем трепет и желание продолжить. Он толкнул магистра на спину и забрался сверху, чтобы взять инициативу на себя. Целомудренные поцелуи смешались с глубокими и странными. Плед был отброшен, и Виктор почувствовал холод воздуха и ледяные пальцы на талии, из-за чего вздрогнул.       — Я могу остановиться… — прохрипел Ауст.       — Да, лучше… — Виктор задышал глубже, стараясь успокоить биение сердца. — …лучше…остановиться…       Он последний раз поцеловал магистра и лёг рядом, повернувшись к нему спиной. Натянув плед обратно, почувствовал, как Ауст обнял его сзади и уткнулся носом в макушку. Виктор никак не мог сосредоточиться на сне и постоянно думал о магистре.       Мужчина вызывал в нём то желание, от которого сердце было готово вырваться из груди, а внизу всё было напряжено от предвкушения. Как и сейчас. Но самое ужасное даже не это. Напряжение магистра отчётливо ощущалось сквозь одежду и Виктор недовольно замычал, когда мужчина потерся об него пахом.       — Мы решили остановиться. — прошептал Виктор, и рука магистра, в эту же секунду, спустилась с талии парня к животу.       Ауст молчал, а это значило, что в игру вступил Змей.       — Чёрт! — выругался Виктор и не сдержал, вырвавшегося из горла стона, когда грубая ладонь проскользнула ему между ног и сжала возбужденный член.       Он попытался оттолкнуть Ауста, но безуспешно. Магистр начал ещё старательнее водить рукой по члену и заодно сам терся о его ягодицы. Виктор хватал ртом воздух и кусал губы, чтобы не стонать в голос, пока его шею кусали и посасывали, оставляя на ней багровые следы.       Желание и наслаждение накатили с новой силой, и парень мысленно решил послать всё к черту. Он выгнул спину дугой и больше не сдерживал голоса. Огонь, живущий внутри, словно получил команду пылать сильнее, и Виктору стало жарко.       Парень, дрожа, спустил мешающие штаны вниз к бедрам, а потом полностью снял их, позволяя возбужденной плоти в брюках магистра соприкасаться с кожей. Мысли в голове смешивались и плыли.       Ауст не останавливался и ласкал Виктора рукой, пока парень расстегивал рубашку. Плед снова валялся где-то в стороне. Виктор тихо постанывал и при возможности глубоко вздыхал. Ему не хватало воздуха и магистр ещё больше усугублял положение. Будучи не в своём уме, он вёл себя резко и даже моментами грубо, но Виктору уже было всё равно. Ему хотелось разрядки и чтобы магистр не останавливался. Его стоны разносились тихим эхом и, похоже, окончательно вывели Ауста.       Мужчина перевернул Виктора на спину, раздвинул дрожащие ноги, чтобы поудобнее разместиться между ними. Кожа Виктора местами покраснела, а золотистый узор чешуи по всему телу странно мерцал, становясь похожим на частички магмы. Виктор не мог пошевелиться, его рука так и остановилась на последней пуговице рядом с ключицей. Магистр облизнул пересохшие губы и резко дёрнул край рубашки, после чего пуговица просто напросто оторвалась.       Теперь он принялся кусать и посасывать кожу на груди Виктора, уделяя особое внимание набухшим розовым соскам. От каждого укуса Виктор вскрикивал и молил перестать, а когда холодные пальцы отодвинули одну ногу в сторону и огладили внутреннюю часть бедра, до него дошло, что будет дальше.       Он выгнулся снова, чувствуя как холодные пальцы проникают в самое нутро. Внутри начало покалывать от использования магии и Виктор недовольно зашипел, но магистр не остановил пытку. Это были очень двойственные ощущения, частично состоящие из боли. Но вместо отторжения она лишь усиливала желание. Внутри уже было три пальца и кольцо мышц ануса сжималось, когда пальцы проникали внутрь, а затем полностью покидали дрожащее тело.       Виктор уже не мог терпеть и заставил магистра оторваться от груди и посмотреть на него. Глаза Ауста покраснели и сияли так-же как и тогда в Фарзутене. Только сейчас он точно хотел не убивать.       — Пожалуйста… — сипло прошептал Виктор.       Зрачки магистра расширились и мужчина поднялся чуть выше, так что их глаза встретились. Виктор устало опустил голову на плед, он следил как Ауст нарочито медленно расстегивает ремень, а после и ширинку.       Виктор отвернулся и закрыл глаза, чтобы морально успокоиться, ведь тело словно задрожало сильнее от вида чужой возбужденной плоти. Её размеры внушали некий страх и раскрывали тайну того, почему же было так больно в Осеннем Дворце. Он боялся поднять веки и прислушивался к ощущениям. Как магистр покрывает его лицо поцелуями, как горячая головка члена давит на кольцо мышц, и как стенки ануса дают во всех красках почувствовать каждый миллиметр чужого возбуждения.       Ауст начал двигаться сразу и Виктор не мог удержаться от особенно громких стонов, когда член внутри входил слишком глубоко, аж до боли внизу живота. Он заполнял собой всё и внутри просто не оставалось мест, которые он бы не задел.       Виктор впился ногтями в плечи Ауста, чувствуя, что его немного тошнит от резких движений. Однако он не мог сказать ни слова, только вскрикивать. Их близость чем-то напоминала совокупление животных, когда один партнер заставляет другого теряться в ощущениях.       Толчки всё продолжались и Виктор сам давал магистру разрешение продолжать. Наслаждение и боль сопровождали друг друга и расплывались по телу волнами. Когда Ауст дотронулся до истекающего смазкой члена Виктора, парень, царапаясь, остановил его.       Зрачки Виктора расширились настолько, что золото глаз почти скрылось. Шлепки от толчков ускорили темп и парень откинулся назад. Член магистра был так глубоко, что Виктор закатил глаза от удовольствия, чувствуя как он задевает ту самую точку, от которой анус сжимается, а тело словно пронзает ток.       Он был совсем не против остаться так навечно, сжигаемый пламенем и наслаждением близости. Воздух покинул лёгкие и парень забыл как дышать. Его тело затряслось как в конвульсиях, когда после довольно болезненных толчков, он обильно кончил на живот. Он потерял связь с реальностью, а Ауст, не останавливаясь, продолжал вбиваться в податливое нутро.       Виктор машинально стал отталкивать его, однако толчки продолжались и закончились, только когда Ауст с рыком вошёл так глубоко и сильно, что тело под ним обмякло.       Магистр долго и жадно вдыхал аромат, исходящий от шеи и плеч Виктора. А когда едва успокоился, то осознал, что между ними только что произошло.       Змей иногда вынуждал и навязывал магистру воплощать свои тайные фантазии. Поэтому иногда Ауст вёл себя странно. Но теперь всё вышло из-под контроля. Он аккуратно убрал прядь волос лица Виктора и прислушался к его дыханию.       Аусту полегчало, ведь парень всего лишь потерял сознание хотя, судя по остальному, дела обстояли очень плохо. И всё же в памяти мужчины отлично сохранилось, что Виктор не был против.       — Прости… — еле слышно произнёс он и покраснел, заметив следы от укусов вокруг маленьких розоватых сосков и сперму, стекающую вниз к талии.       Магистр сглотнул, осознав, что так и не вышел из Виктора. Он аккуратно приподнялся, а когда его член покинул мягкое влажное нутро, то услышал хриплый стон.       — Блять. — выругался Ауст, когда до него дошло, что он излился внутрь.       Однако, вместе с виной, ему захотелось совершить что-то такое ещё, как минимум, пару раз. Он попросил прощения у всех известных богов, ведь Виктор оказался прав.       Ауст Тарис и правда являлся тем ещё извращенцем, который отныне намеревался заставить огонь внутри Виктора запылать в разы сильнее. Он едва дотронулся до золотистого рисунка и блаженно закрыл глаза, чувствуя как тепло проникает до самых костей.

***

      Наутро Виктор чувствовал себя разбитым. Ноги и спина ныли от ночного приключения, хотя с остальным всё было в порядке. Никакой боли или даже крови.       Ауст уже проснулся и вовсю готовил завтрак, пока Виктор удивлённо смотрел на чистую целую одежду. Парень сонно потёр глаза и натянул сапоги.       Утро было довольно прохладным, но Виктору не было холодно как раньше. Он медленно встал и опустился на камни рядом с Аустом. Было немного неловко и Виктор покраснел, когда в голове начали всплывать картины случившегося между ними.       — Как ты себя чувствуешь? — спросил Ауст, помешивая кашу в маленьком котелке.       — Сносно… — голос сильно сел, и Виктор покраснел ещё сильнее.       Магистр не смог сдержать улыбки, за что получил удар локтем в бок.       — Я рад, что с тобой всё хорошо. — он оторвался от завтрака и поцеловал Виктора в висок.       — Что ты готовишь? — прошептал парень и положил голову магистру на плечо.       — Тебе не понравится. Эта та каша с ягодами, которую подают во дворце. — сказал магистр.       Виктор ожидал, что атмосфера между ними изменится и станет сложнее, но всё вышло наоборот. Ему стало куда комфортнее в компании магистра, а пустые разговоры о завтраке добавляли некого уюта. Ауст не задавал неудобных интимных вопросов и Виктор был этому рад.       — Ты опять мурлычешь. — заметил Ауст.       Виктор серьёзно посмотрел на него и шепотом спросил:       — Тебе не нравится?       Магистр сделал вид, что задумался.       — Я слышал, что животные мурлыкают, когда чувствует себя в безопасности.       Виктор угукнул, подтверждая слова магистра. Он тоже чувствовал себя в безопасности, после совместной ночи он точно знал, что магистр видит в нем любимого человека, а не глупого влюблённого ребёнка.       Всю дорогу до столицы они вели себя как обычно, рассказывая истории из жизни и детства. Так Виктор узнал, что Ауст даже чуть старше Императора и они с Мелиаром так молодо выглядят, благодаря эльфийской крови в жилах. Виктор припоминал, что магистр как-то говорил про это, и выпытывал точный возраст, но услышал лишь смазанный ответ. Тогда же Виктор поведал Аусту про свою другую жизнь, за пределами мира пяти континентов и очень заинтересовал мага.       — Мне как-то приходилось читать о таких случаях. Но они очень редкие. Так что я верю тебе, можешь в этом не сомневаться. — сказал Ауст.       Виктор был искренне благодарен ему.       У ворот в столицу их проверяли с особой тщательностью и узнав, что перед ними сам господин Тарис, пропустили без лишних вопросов. Люди редко упоминали названия столицы Севера, однако у города было довольно красивое название.              Маерли. С древнего языка оно переводилось как «снежно белый» и идеально подходило столице в сезон снегов. Снег под копытами лошадей скрипел и Виктор осматривался по сторонам.       Жизнь шла своим чередом несмотря на все невзгоды. Люди как и раньше занимались своими делами, птицы пели, а сезоны сменяли друг друга.       Сначала они посетили дворец, где магистр получил жёсткий выговор от Его Величества. Все ожидали, что магистр будет из кожи вон лезть с никчемными извинениями, лишь бы получить благосклонность Альдема. Однако Ауст лишь извинился, поблагодарил Императора за потраченное время и удалился прочь.       Он не хотел иметь с властью ничего общего, пока не будет уверен в себе и в своей новой силе. А спасательным якорем для него был Виктор.       Бывший самый знаменитый уродец столицы являлся для магистра тем, кто давал силы двигаться дальше и не жалеть о прошлом.       Отчий дом встретил Виктора тишиной. Слуги не поверили, что перед ними младший сын хозяина и попросили гостей подождать в гостиной.       Ауст сел на тканевое синее кресло у окна и вглядывался в белоснежный пейзаж заднего двора. Он представлял как маленький Виктор играл в нём, бегал и смеялся, а магистр тем временем уже постигал тонкости магии пыток.       Их разница в возрасте, действительно, была значительно большой. Но это никак не отменяло того факта, что они оба принадлежали к долгоживущим расам. Боги бы никогда в жизни не подтвердили их брак, если сомневались в том, что их чувства не угаснут даже спустя века.       Магистр слегка улыбнулся, поймал себя на мысли, что ему безумно приятно осознавать наличие брачной печати на своей щиколотке.       Виктор ходил из стороны в сторону перед камином и был весь как на иголках. Он хотел рассказать отцу, что с ним произошло и познакомить с Аустом поближе.       — Виктор? — прозвучало со стороны лестницы.       Взрослый мужчина, на вид одного возраста с Аустом, казался крайне болезненным. Вокруг глаз были красные синяки, а кожа посерела. Когда в последний раз Виктор видел его, то запомнил другим.              Винсент Вегнер был полон сил, носил костюмы от лучших портных и брился хотя-бы раз в два дня. А теперь он даже не мог расчесать свои непослушные темные волосы и полностью застегнуть рубашку.       Виктор подскочил к нему и крепко обнял. Мужчина опешил, но обнял сына в ответ.       — Неужели это ты…неужели…       Виктор никогда не слышал, чтобы отец так искренне плакал и цеплялся за него.       — Да…это я… — голос Виктора дрожал из-за внезапного приступа неконтролируемого рыдания.       Они бы так и стояли на лестнице, если бы Ауст не кашлянул пару раз, чтобы привлечь их внимание.       Винсент похлопал сына по спине, чтобы лучше разглядеть. Он стёр ладонью слезы с лица сына.       — Мне сообщили, что ты умер. — мужчина пару раз шмыгнул носом. — Даже похороны провели. Виктор разжал объятья и вытер слезы уже с лица отца.       — Там все подумали, что умер. Вообще все. — парень тяжело вздохнул.       Они прошли в гостиную. Виктор сел на соседнее от магистра кресло, а Винсент напротив. Им было о чем поговорить, особенно про то, как Виктор нашёл лекарство и даже поучаствовал в спасении мира. Отец то и дело отправлял слуг за новой порцией чая, настолько увлекательными были истории сына.       — Господин Монгрю сообщил о твоей смерти, когда Мередит была дома. — угрюмо начал Винсент. — Мы с ней сильно поссорились, обвиняли друг друга, что уделяли тебе мало внимания, да и вообще были плохими родителями. Она уехала к родителям пол месяца назад, так и не появлялась. Каил и Андер иногда заглядывают, когда покидают дворец, но в основном я один. Даже видеть никого не хочу. Только и делаю, что самокопанием занимаюсь.       Он вновь заплакал, за что стал извиняться, ведь мужчине не пристало плакать, тем более перед гостем вроде магистра Тариса.       — Я так рад, что ты жив…так рад… — повторял Винсент.       Виктору стало совестно, за то, что он плевал на чувства других и правда когда-то собирался попрощаться с жизнью.       — Лучше расскажи как дела на работе. — парень стёр влагу с ресниц и попытался сменить тему.       Винсент постепенно успокоился, в чем не последнюю роль сыграл специальный чай, который слуги готовили, видя, что хозяевам дома с трудом удаётся вести беседу.       — Да как дела… — протянул мужчина. — Как обычно. Сейчас вон заказов от Центра хоть отбавляй.       — Ну у них на то есть веские причины. — отозвался магистр.       — Да да, я уже слышал. Какой ужас…столько страданий…       — Центральная коллегия позаботится о людях, в этом можете не сомневаться. Главное теперь миру ничего не угрожает. — Ауст сделал глоток чая и замолчал.       Виктор понял, что самое время поведать отцу о главном.       — Отец, я сегодня пришёл сюда не только, чтобы сказать тебе, что жив, но и… — он подбирал слова потактичнее. — В общем, я…я знаю, что тебе это не понравится, но…       — Но что? — непонимающе спросил отец.       — Я и магистр хотим сказать тебе, что… — в сердце неприятно ёкнуло, но чем дольше тянул Виктор, тем сложнее было сказать всё вслух.       — Мы с Виктором заключили брак, когда путешествовали по пограничному региону. — сказал вместо него Ауст.       — Да, именно это я и хотел сказать. — отозвался Виктор, вжимая голову в плечи.       Винсент молчал минут пять, переваривая услышанное. Ни Виктор, ни магистр Тарис не стали бы шутить над ним. Сын вообще всегда отличался особым подходом к людям и был умён не по годам, а магистр так вообще обучал двух других его сыновей.       — Твоя мать будет в бешенстве… — произнёс он и попросил слуг принести ему чего-нибудь покрепче.       — Ты злишься? — уточнил Виктор.       Винсент добавил алкоголя в остывший чай и выпил залпом.       — Почему-то я ожидал чего-то подобного. Вот просто ожидал и всё. Не могу объяснить. — задумчиво проговорил отец. — Где, говорите, поженились?       — Пограничный регион. — пробубнил Виктор.       — Ммм…пограничный регион…       — Мы принесли клятвы в день Чистого Единения, господин Вегнер. — Ауст как ни в чем не бывало продолжал быть спокойным. — Наш брак заключён богами, расторгнуть его невозможно.       — Невозможно… — повторил Винсент и сделал глоток из принесенной бутыли. — Мередит и впрямь будет в бешенстве.       — И то верно. — согласился Виктор.       В итоге Винсент напился и заснул. Аусту пришлось нести его в комнату и укладывать, а Виктор устало сидел в гостиной.       Он неожиданно засмеялся и испугал слугу, зажигающего камин.       — Всё нормально, можешь продолжать. — весело сказал он слуге.       Слуга кивнул и занялся своим делом. Комната стала медленно согреваться, а когда в гостиную спустился Ауст, то увидел, что Виктор разглядывает тот же пейзаж, что днём разглядывал магистр.       Парень повернулся к нему и взял за руку.       — Идём на улицу.       Ауст не стал возражать. Они гуляли по улицам города, пока вечерние прохожие провожали их удивленными взглядами.       Виктор поправил мех на своём плаще и чихнул. Магистр передал ему немного магической энергии.       — Я помню, как ты заболел, поэтому никаких возражений. — заявил Ауст.       — Я и не собирался отпускать тебя… — ответил Виктор и сжал ладонь в своей руке чуть крепче. — …и не собираюсь…никогда.