Не должен любить

      Аарон никогда не был романтиком, он не умел делать неожиданные сюрпризы, не видел смысла просто так дарить цветы, да и вообще их дарить казалось бессмысленно — завянут же. Но это всё мелкое ничто, по сравнению с тем, что он не переносил на физическом уровне.       Это предложение руки и сердца.       Почему люди делают это так спонтанно, почему им так нужно в один прекрасный день сказать партнёру, что он хочет его себе в жены или в мужья. Кто чёрт возьми разглядел в этом романтику, а когда откажут, будет ли это всё так же романтично? Конечно нет, ты будешь сидеть в одиночестве подтирая слезы и сопли, давясь рыданиями, думать какой же ты идиот.       Прям как он два года назад. Только Аарон, наверное, ещё хуже выглядел. Сколько его тогда Ники откачивал? Кажется месяца три. Он оказался настолько жалок, что даже его не серьёзный кузен стал вести себя адекватно и ответственно, чтобы не дать ему повеситься на одном из своих галстуков…       Столько лет любви и заботы друг о друге, чтобы в какой-то момент услышать:       «Прости, но я больше не люблю тебя.»       Хех, ему настолько сложно было в это поверить, что он пьяный припёрся к своему брату, будучи уверенный, что это именно близнец её уговорил сказать такое. Конечно, он ведь всегда ненавидел её и их отношения. Он бы на такое пошёл, он бы так поступил.       Он. ОН. ОН!       Но это был не Эндрю, совсем нет, парень даже не разговаривал с ней все эти годы. Только Аарон этого не понимал и был упрям, поэтому в тот день лежал с фингалом под глазом, который ему подарил чертов Джостен.       «А у них всё хорошо» — постоянно шептал призрак в голове. — «Они любят друг друга и всегда будут вместе, им даже жениться не надо, чтобы быть счастливыми.»       И Аарон заплакал, он много плакал, закрывшись в своей комнате на ключ и не открывая её, сколько бы Ники в неё не долбился. Через полтора часа в дверь ударили с такой силой, что она сорвалась с петель. За ней стояли обеспокоенный кузен и брат. Он смотрел на него безучастно, пусто, ему было абсолютно плевать. Наверное Эндрю, как обычно, думал о том, какой он жалкий… а Аарон…       А Аарон именно таким и был.       Он ждал, когда ему скажут «а я говорил», назовут тупым щенком и уйдут, но этого не произошло. Эндрю лишь сказал «иди за мной». Аарон его послал, как когда-то его послал брат, но Эндрю не волновали слова. Потребовав через пять минут быть внизу близнец ушёл, по дороге доставая сигареты.       Спустя положенное время Аарон стоял на террасе рядом с братом. Он терпеть не мог запах дыма, которым обычно пахли Джостен и Эндрю, но сейчас даже про эту ненависть забыл.       Тихо стоя на деревянном полу, они смотрели на закат. Красные края солнца отбрасывали огненные лучи, что одеялом покрывали улицу и крыши домов. Где-то среди деревьев пели птицы, беспорядочно и как-то слишком громко. Летняя погода оказалась слишком хороша, воздух был прохладный, но без ветра. Казалось, что весь мир решил отдохнуть… но не Аарон. У Аарона внутри бушевал шторм, что грозился его потопить.       — Ники, — начал Эндрю. — Очень старался для того, чтобы мы смогли нормально прожить эту жизнь.       У Аарона появилось желание закричать «срать я на это хотел», но он ещё не настолько отупел, чтобы быть настолько мерзким уродом.       — У него сейчас только начали налаживаться дела на работе. — он сделал очередную затяжку. — Но так как ты у нас страдаешь, он теперь начнёт отвлекаться на тебя. Не отрицай, ты прекрасно знаешь, что так и будет. Поэтому позаботься о том, чтобы из-за твоей сопливой драмы ему не пришлось начинать всё заново. — Бросив сигарету в пепельницу на ограждении, Эндрю развернулся и уехал на своей Мазарати.       После его ухода, Аарон ещё часа два проплакал, чувствуя, как внутри падает осколок за осколком. В какой-то момент он допустил мысль о наркотиках, о желании сбежать из реальности, спрятаться, закрыть глаза, никогда не появляться перед ответственностью и этой болью.       Одни лишь мысли заставили его почувствовать себя ещё более жалким. Теперь было лишь желание убиться, но тихий голос Ники, словно пощёчина вырвала его из этих идиотских блужданий.       Он в один миг понял, что он полный придурок.       Конечно, после того случая он не исцелился сразу, ему всё так же было хуево. И если в начале он ещё мог выплеснуть эмоции через слёзы, то спустя время, когда слёзы закончились, Аарон превратился в ходячего мертвеца. Абсолютно всё он делал на автомате, каждый шаг, слово, взгляд, вдох и выдох, он вообще ничего не чувствовал кроме пустоты. Лишь год назад начал более менее приходить в себя, это стало ясно, когда их диалог с Ники продлился дольше одной минуты и заинтересованным в нём был не только кузен. В тот день Ники плакал от радости за брата, но плакал в тайне, чтобы не спугнуть улучшающееся состояние Аарона.       И вот теперь, год спустя, он чувствует себя отлично – вполне живой парень, который в состоянии сходить в магазин, на работу, к друзьям и даже, иногда, вечером в бар с Ники. Чудесно, не правда ли. Всё настолько хорошо, прям идеальная жизнь, в которой для лучшего вида не хватало только большой любви. Вот только в случае Аарона эта любовь была бы настоящей трагедией.       И Аарон влюбился. Но что в этом такого, да, прошлые отношения его чуть не добили, но почему бы не попытаться снова? Да?       Да?...       У Аарона и правда не было бы с этим никаких особо больших проблем… но вот только он влюбился не в девушку. Ладно, гей, скажите вы, что тут такого?... Вот только влюбись Аарон в обычного парня, то всё так же было бы более менее хорошо…но это не обычный парень. Совсем нет.       Это Кевин, мать его, Дэй…и Аарон в него влюбился.       Это осознание стало для него ударом под дых. Тяжело вздохнув и отодвинув свою кружку кофе он уронил голову на стол, игнорирую хмурые взгляды людей в кафе…       — Ха-ха, о ужас, Кевин Дэй.       Прикрыв глаза, Аарон тихо проклинал у себя в голове день, когда решил, что Дэй симпатичный.