Школьные войны

Остаток дороги до школы мы ехали под весёленькие песенки с детского радио, вот только атмосфера была далеко не радужной и совсем не разноцветные пони резвились на лужке моих мыслей. Папа молчал, но по его напряжённой спине я видела, что лучше бы он орал. Директор не стал бы звонить просто так, но что могло случиться, раз родитель настолько разозлился? Я завалила важный тест? Может, случайно оскорбила кого-то? Или забыла рассказать про родительское собрание? Прокручивая в голове все возможные варианты, я никак не могла отыскать нужный: все тесты за последнее время были обычной проверкой, я общалась только с друзьями, а последнее собрание проводили ещё в начале года. Что за чёрт? От нервов меня начало потряхивать и, сжав пальцы в замок, я перевела умоляющий взгляд на Кенсу. Но тому, кажется, было вообще до лампочки всё, что происходит вокруг. Парень уткнулся в телефон и постоянно тыкал пальцем в экран, недовольно кривя губы, когда проигрывал в игре. Я отвернулась к окну и, закусив нижнюю губу, одновременно молилась о том, чтобы наша машина застряла в глухой пробке на полдня и ругала медленно едущий впереди автобус. С одной стороны, мне как можно на дольше хотелось оттянуть поход на ковёр, а с другой, изнутри меня съедало любопытство. Что же я такого могла натворить, что в дело включился сам директор? Папа искусно объезжал малейшие заторы и до школы мы добрались чуть больше чем за полчаса. Глубоко выдохнув, я вылезла из машины, и уже хотела было трусливо рвануть в сторону, противоположную школе, как поймала на себе предостерегающий взгляд Кенсу. Не знаю как, но парень раскусил мой план, и теперь всеми силами давал почувствовать его глупость. И был прав: если я сбегу, то это вовсе не значит, что удастся избежать наказания. Напротив, только всех разозлю и засажу себя под арест до конца жизни. Вот только головой-то я понимала, что нужно стоять на месте и ждать пока папа поговорит по телефону со своим начальником, но внутри меня всё кричало о том, что нужно валить, пока не поздно. Наказание естественно будет, но когда-нибудь потом, когда я успею морально подготовиться. От раздираемых противоречий у меня коленки подкашивались, но упасть мне так и не дали. - Пошли! – глухо скомандовал папа, и первый направился к дверям школы. Мы с Кенсу чуть отстали и шли практически бок о бок. Он – всё с такой же равнодушной миной, я – с каждым шагом всё больше умирая от страха. В толпе школьников я успела разглядеть высветленную макушку Сехуна; ловко лавируя между студентов, в сторону выхода пробежал Бэкхён; широко зевая и едва передвигая ногами по лестнице поднимался Ёнгук. Всё вокруг было до безобразия обычным, и только я словно на казнь шла. - Какого хрена ты прёшься с нами? – зло прошептала я, стараясь рассмотреть хоть какую-то подсказку в лицах проходящих мимо подростков. – Хочешь посмотреть, как меня будут отчитывать не пойми за что? - Велика честь, - так же тихо ответил Кенсу. - Вообще-то, мне нужно отнести переводные документы секретарю, - он повёл плечами, разминая мышцы, а мне почему-то захотелось его ударить. Наверное, так из меня выходила нервозность. У кабинета директора учеников почти не было, да и те, что были, старались как можно быстрее прошмыгнуть мимо запертой двери. У секретаря был отличный слух и строгое воспитание – никто не хотел быть наказанным за простую беготню по коридорам. - Добрый день! – проталкивая меня вперёд, папа поздоровался с секретарём Ким Чунмёном. – Мне звонил господин Квон. Сказал, у моей дочери проблемы. - Хорошо, что вы смогли приехать так скоро, господин Ли, - секретарь поднял голову от документов и тут же кивнул на дверь кабинета директора. – Вас ждут. Папа кивнул Киму и, подтолкнув меня в спину, прошёл в указанном направлении. Я спиной чувствовала решимость родителя, и с каждым шагом моё сердце пропускало всё больше ударов. Я уверена, будь расстояние до кабинета чуть длиннее, орган бы и вовсе перестал работать. - Вы – До Кенсу? – тем временем секретарь уже переключил всё своё внимание на моего недо-братца и, судя по воодушевлённому тону, был несказанно рад встрече. – Слышал, вы были одним из лучших студентов в своём классе? – это последнее, что я уловила, прежде чем тяжёлая дверь захлопнулась за спиной, а меня прорезал взгляд двух острых как лезвие глаз. - Добрый день. Прошу, присаживайтесь, - поднявшись со своего места и склонив голову в поклоне, господин Квон указал на два стула перед своим столом. Мы с папой также поклонились в знак приветствия и, приняв приглашение, опустились на сидения друг напротив друга. - Итак, - сложив руки в замок и уложив их на столе, начал директор. – Я в общих чертах описал Вам ситуацию, господин Ли, и думаю, вы понимаете, что мы без труда можем исключить Кан Хи. От этих слов я вздрогнула будто от хлёсткой пощёчины, и, как и подобает после удара, в глазах начали скапливаться слёзы. - Для начала Вам необходимо доказать причастность моей дочери, - холодно отрезал папа. «Да сколько уже можно играть в недомолвки? Скажите уже, в чём меня обвиняют!» - чуть не выкрикнула я. Но из-за сухости во рту, мой язык прилип к нёбу, и всё что мне удалось – подавиться собственными словами, застрявшими в горле. - Девочка утверждает, что это была Кан Хи, - сведя брови, серьёзно проговорил директор. – Да и синяки на её теле не могли взяться из воздуха. - Кан Хи весь вечер вчера провела дома, я могу за это поручиться, - тут же парировал папа. – Более того, как я понял, нападение произошло уже после наступления темноты и девочка могла обознаться. - Шин Ки нет смысла обманывать. Она сказала, что точно узнала Вашу дочь и даже смогла сорвать брелок с её ключей, - директор потянулся к верхнему ящику стола и вынул оттуда небольшую рыбку кои. Я вздрогнула, без труда узнавая в ней безделушку, которую мне подарил Чжихан. - А моей дочери нет смысла избивать другую девочку, да и побрякушек таких пруд пруди, - у папы даже голос не дрогнул, он словно был абсолютно уверен в моей невиновности. А мне вдруг стало стыдно за вчерашний побег. Был бы он таким же уверенным, если бы знал, что вечером меня не было дома? – Это ничего не доказывает. Ты ведь была дома вчера? – папа резко повернулся в мою сторону, а я сжалась под столь прямым взглядом и смогла только испуганно кивнуть. - Слово Вашей дочери против слова избитой девочки, - уже менее уверенно проговорил директор. Если в самом начале разговора он и не сомневался в моей виновности, то теперь задумался, невольно поддаваясь твёрдости в голосе моего папы. - Прежде чем обвинять кого-то, не помешало бы всё проверить, - сложив руки на груди, отрезал родитель. – Не одна жизнь была покалечена из-за клеветы и я не позволю случиться тому же с моей Кан Хи. - Что ж, Вы правы, необходимы более веские доказательства, - кивнул господин Квон. – Мы ещё раз поговорим с Шин Ки и её родителями, возможно, девочка и правда обозналась. Однако, не стоит забывать о том, с кем общается Кан Хи. Не могу сказать, что компания плохая, но подростки своенравны и порой безрассудны. Много чего могло случиться… - мужчина многозначительно развёл руками, как бы показывая обширность возможных вариантов. - Я не видел никого в её окружении, кто бы мог напасть на человека, - тут же припечатал папа. Жаль, что я не могу говорить с такой же уверенностью как он. – Тем более, может Кан Хи и не блещет знаниями на уроках, но это не значит что она безмозглая. Оба мужчины замолчали, лишь прямо смотрели друг другу в глаза, словно общались на каком-то ментальном уровне. А может, это была борьба двух противоположных мнений, и, судя по всему, папа эту битву выиграл. Директор Квон первым отвёл глаза и, скорее по инерции, поправил документы на столе. - Чтобы позволить буре немного улечься, на сегодня я отстраню Вашу дочь от занятий. Папа ещё несколько секунд мерил директора испытующим взглядом, а потом медленно кивнул, как будто через силу, и поднялся со своего места. - Мы будем держать Вас в курсе, - встав следом, сообщил Квон. Папа вновь кивнул и, поклонившись на прощание, вывел меня из кабинета. По пальцам, сжимающим моё предплечье чуть сильнее чем нужно, я поняла, что с решением директора он не согласен, но понимает, что споры могут сделать только хуже. Когда мы покинули кабинет, звонок уже прозвенел и к выходу мы шагали по совершенно пустому коридору. Папа разжал пальцы на моей руке и теперь просто шёл рядом, молча гоняя в голове какие-то мысли. А я даже взгляд на него поднять боялась, понимая, что он так яро защищал обманщицу. - Пап, - тихо позвала я, когда мы вышли на стоянку. Родитель открыл заднюю дверцу машины и посмотрел на меня: - Садись. Я послушно юркнула в салон, и от звука захлопывающейся двери у меня в груди случился мини-апокалипсис. Как сказать папе, что я сбегала из дома? И поверит ли он мне вообще, если я расскажу как всё было? - Что ты хотела сказать? – не заводя машину и не оборачиваясь на меня, спросил папа. - Я вчера уходила из дома, - севшим голосом прохрипела я, сдвигаясь ближе к двери, чтобы укрыться от взгляда в отражении зеркала заднего вида за спинкой переднего сидения. - Ты избила эту Шин Ки? – голос папы звучал ровно, но во взгляде плескалась такая злость, что никто бы не поверил обманчивой интонации. - Нет! – резво выкрикнула я и тут же закашлялась из-за сухости в горле, на стенках которого словно песок скопился. – Я была с друзьями, хотела немного погулять, потому что с ума сходила в четырёх стенах, - начала оправдываться я. – Я не нападала на эту Шин Ки! Даже не знакома с ней толком. Только видела пару раз. - Хорошо, - шумно выдохнул папа, как мне показалось, облегчённо. – Ты знаешь, почему она могла обвинить тебя? Я, естественно, догадывалась. Как только мне стало известно имя жертвы, я тут же вспомнила предложение Лу Лим отомстить предавшей её доверие девчонке и мой отказ. Никто, кроме участвующих вчера в драке и Кенсу, не подозревал, что я сбежала из дома, а значит, это точно был кто-то из них. До можно сразу отмести – ну зачем ему, спрашивается, надо так меня подставлять? За остальными парнями я тоже не замечала негатива в свою сторону. А зная, какое влияние имеет на людей Лим, как умело запугивает и без труда может избить человека, свести всё в общую картину остаётся просто делом техники. Решив отомстить сразу всем, Лу Лим попросту избила Шин Ки и, пообещав превратить её жизнь в ещё больший ад, заставила свалить всю вину на меня. Естественно, что девчонка предпочла соврать, чем связываться с местной принцессой, и ткнула пальцем в указанном направлении. А дальше пошла цепная реакция: родители Шин Ки наверняка подняли шум, дошли до директора и потребовали разобраться с виновницей, то бишь со мной. История вполне логичная и правдоподобная, вот только папе её не расскажешь. Если он узнает, чем занимается его любимая дочка, то не просто засадит меня навечно дома. Я уверена, что информация об организованных драках дойдёт не только до учителей и родителей участников, но и выльется за пределы школьного двора, станет достоянием общественности и попортит не одну жизнь. А этого допустить никак нельзя. Судорожно соображая как выкрутиться, я комкала в руках подол юбки и тяжело дышала, заглушая даже собственные мысли. - Я понимаю, ты обескуражена, но стоит серьёзно подумать о том, почему эта девочка указала на тебя, - сказал папа, по-своему расценив моё поведение. – Это не шутки, Кан Хи, нам нужно придумать, как доказать твою невиновность. Кто вчера был с тобой? – заводя машину, спросил он. В голове завертелся бешеный калейдоскоп, но я тут же поняла, что впутывать всех парней, а тем более Чжихана, ни в коем случае нельзя. - Бэкхён, Сехун и… - назвала я имена парней, которых вчера точно видел Кенсу, – Чанёль.