Что если...

      Шэнь Цинцю пах отвратительно. Трудно было понять, кто он, альфа или омега, когда в нос ударял резкий запах чего-то кислого и сгоревшего. Просто стоя на большом расстоянии, Лю Цингэ отчётливо чувствовал запах жжёной старой древесины и пыли, и это все оставляло после себя кислое послевкусие. От этой невыносимой смеси лорду Байчжань хотелось поскорее уйти, запрыгнуть на меч и подняться до самых облаков, лишь бы не чувствовать этот запах.       Лю Цингэ был альфой, и он пользовался своим положением как мог. Всю свою жизнь он жил и двигался лишь на инстинктах. Выпуская в бою всю свою ярость, в охоте на демонических зверей и убивая демонов, что нападали на людей, он прославился как Бог Войны. Но так же Лю Цингэ был очень восприимчив к запахам. Он чётко знал, кто как пахнет, и мог понять, используя лишь обоняние, кто к нему идёт. Но с Шэнь Цинцю было сложнее.       Его запах раздражал лорда Байчжань, вызывая отвращение и отторжение в какой-то первородном, зверином плане. Будто мир не хочет, чтобы эти два человека пересекались, заставляя обоих ненавидеть даже такое фундаментальное понятие личности как запах.       И, возможно, всё было не так плохо. Лю Цингэ понятия не имел, как другие терпят дух Шэнь Цинцю. И как оказалось, всем всё равно. Другие лорды хоть и раздражались от запаха лорда Цинцзин, но могли спокойно игнорировать его. А Юэ Цинъюаню и вовсе будто нравилось. Но лорд Байчжань не мог этого ни понять, ни терпеть.       И всё усугубляло отвратительный характер Шэнь Цзю и его поведение. Лю Цингэ и так дышал рядом с ним через раз, но терпеть распутное поведение и пренебрежение в сторону главы школы он не мог. Потому чуть ли не ежедневные ссоры стали обыденностью для их взаимоотношений       Но в один момент всё изменилось. Шэнь Цинцю будто в одно мгновение стал другим человеком. Более скромным, порядочным и самое главное - изменился его запах. Стоило мужчине только появиться в поле зрения, как Лю Цингэ начинал чувствовать манящий аромат зелёного чая, молодого бамбука после дождя и ноткой свежих чернил. Этот шлейф заставлял Бога войны вытягивать шею в поисках его обладателя. Но стоило до разума дойти мысли о том, что это Шэнь Цинцю, как Лю Цингэ застывал в ступоре от мимолётной мысли, что он хочет заполучить его.       Бог Войны был в панике от желания завоевать Шэнь Цинцю: выпустить свой запах, окутать им лорда Цинцзин, показать всем конкурентам, что этот мужчина принадлежит ему. Подсознание шептало ему начать ухаживать за Шэнь Цинцю. Их феромоны будто идеально сочетались и вибрировали в такт при каждой встрече. От этих будоражащих ощущений, рот наполнялся слюной от одной мысли прижаться носом к шее и вдохнуть полной грудью этот манящий аромат.       Метаясь от противоречий собственных чувств, Лю Цингэ решил просто наблюдать со стороны, чтобы понять и разобраться во всём. Но чем больше он следил за Шэнь Цинцю, тем сильнее билось его сердце при малейшем касании, взмахе ресниц, смешке. Начинало казаться, что весь мир затихает, стоит только Шэнь Цинцю начать говорить свои длинные заумные речи. Каждая эмоция мужчины была необычной, и будто искусный портрет отпечатывалась в сознание Бога войны. А смех звучал как прекрасная музыка. И Лю Цингэ впервые в своей жизни столкнулся с тем, что не мог одолеть мечом. 

***

      Шэнь Юань, попав в мир "Путь гордого и бессмертного демона", был растерян. Система, задания, баллы... Всё это вгоняло его в панику. Но ещё больше вопросов у него вызывал неизвестный режим системы. Такие термины как "омегаверс", "альфа", "омега", "феромоны" были неизвестны ему. Юань признавал, что его знания не были столь обширны, чтобы знать их значения. И потому это осталось незакрытым вопросом, но дискомфорт это не приносило, и каких-то изменений в сюжете он не заметил. Так что Юань решил оставить это на потом.       — Шэнь Цинцю, ты что творишь?! — выкрикнул Лю Цингэ, стоило ему только коснуться земли, спрыгнув с Ченьлуаня.       — Лю-Шиди, что-то не так? —искренне недоумевая, спрашивает Юань. Лю Цингэ же был в ступоре и не знал какие подобрать слова.       — Как ты можешь ходить по улице в таком состоянии?! — затыкая нос, и будто бы покраснев от гнева, Лю Цингэ довольно сильно беспокоился за лорда Цинцзин.       — Ну, с утра я чувствовал головокружение и кажется у меня немного поднялась температура, но думаю свежий воздух мне на пользу, — улыбаясь, ответил Шэнь Цинцю. Но вместо ответа, Лю Цингэ просто схватил его и затащил в дом.       — Сиди тут и не выходи! — совсем раскрасневшись и начиная потеть, Лю Цингэ натянул ткань на лицо зажимая нос. — Где твои травы? Почему ты не выпил их? — начиная копаться по полкам, лорд Байчжань выглядел слишком рассеянным, спотыкался и ронял всё.       — Какие травы? Ты хочешь чая? А чем это пахнет? Так приятно... — чувствуя себя крайне странно, Шэнь Цинцю почуял необычных приятный запах, который хотелось найти и полноценно вдохнуть. — Хм, Лю-Шиди, это исходит от тебя, — подойдя к мужчине со спины, Шэнь Юань вдохнул этот манящий аромат, и он показался ему настолько фееричным что у него подкосились ноги, а жар и головокружение, будто усилились. — Со мной что-то не так...       — Шэнь Цинцю, ты зачем подошёл! — выкрикнул Лю Цингэ, подхватывая мужчину на руки, не давая ему упасть. Казалось, что комнату заполнил чужой аромат, что будто змея начинал обвивать его шею и притягивая ближе. Кожа к коже, чтобы ощутить, потрогать, прижаться.       — Лю-Шиди, помоги мне, я ничего не понимаю,  — чувствуя как жар волной ещё быстрее накатывает, Юань мог только попросить кого-то, кто чувствует себя нормально. Но Лю Цингэ вмиг прижался к его губам.       Остервенело целуя, прижимая к полу и начиная стягивать верхний халат, лорда Байчжань будто не контролировал себя. Сумбурно, неуклюже, потно, словно зверь накинувшись на добычу, он буквально целовал и вдыхал чужой запах. Задерживаясь на шее, проводя носом по коже, руки его двигались вверх по бёдрам. Шэнь Цинцю не знал, что происходит но почему-то ему это нравилось, а все тело предвкушающе дрожало желая прижаться ещё ближе к мужчине. Лишь когда его бедра коснулось что-то твёрдое он опомнился.       — Лю-Шиди,  — выдавив из себя лишь жалобный стон, Шэнь Цинцю радовался, что смог произнести хоть что-то. И это явно помогло - Лю Цингэ вздрогнув вмиг отскочил от него.       —Шэнь Цинцю, так нельзя!  Я не могу так! Это неправильно! — хорошенько ударив себя по лицу, Лю Цингэ поднялся на ноги и, игнорируя кровь из разбитой губы и носа, выбежал прочь.       Шэнь Цинцю ничего не понял. Жар, что окутал всё его тело, будто стал в разы мучительнее, стоило приятному аромату исчезнуть вместе с Лю Цингэ. Он ничего не понимал, и единственное, что хотел, чтобы это поскорее прекратилось - не важно как, лишь бы облегчить это. И последнее, что помнил Юань - это голос Му Цинфана и резкий запах трав.

***

      Шэнь Цинцю неделю провалялся с лихорадкой и искренне недоумевал, как заклинатель с золотым ядром мог заболеть. Но решил, что это вина неизлечимого и больше не беспокоился, лишь решил быть аккуратней и укреплять иммунитет. Хотя эпизод с Лю Цингэ его сильно волновал.       Мужчина не мог понять, было ли это правдой, или же ему приснилось. За всю неделю его часто посещали подобные мысли от которых лихорадка становилась сильнее,  и он не понимал совершенно ничего. Но касания шиди, его дыхание,  нетерпеливые резкие движения. А самое главное, запах... Шэнь Цинцю понятия не имел что это за парфюм, но пах он бесподобно. Казалось, от одного этого запаха сознание сильнее спутывалось.       Но Шэнь Цинцю решил делать вид, что ничего не произошло. Простое избегание проблемы казалось ему шикарным способом решать проблемы! Единственное, что с того случая он начал всюду ловить аромат Лю Цингэ. Порой даже знал о том, что мужчина рядом даже не видя его. Когда лорд Байчжань злился, его запах будто сгущался и Шэнь Цинцю замирал, подсознательно покоряясь. А стоило мужчине успокоиться, как аромат белой лилии,  утреней свежести  и стали, будто приятной пеленой укутывал его. Хотелось быть ближе, вдохнуть,  прижаться,  пропитаться этим насквозь.       И Лю Цингэ будто чувствуя эту неловкость и желание как назло постоянно был рядом. Очищал меридианы, приносил подарки в виде трупов животных и всегда был где-то рядом.  Шэнь Цинцю казалось,  что стоит ему лишь шепнуть, и Лю Цингэ тут же появится. Но это было не таким страшным как постоянное присутствие манящего аромата рядом.       — Лю-Шиди, ты пользуешься какими-то маслами? — устав постоянно жадно вдыхать этот запах, Шэнь Цинцю решил уже найти его.       — Нет, — отвечает Бог войны, совершенно не придав значение вопросу.       — Странно, от тебя исходит такой приятный аромат, — немного расстроившись, спокойно произнёс Шэнь Цинцю. Но в миг почувствовал как запах стал гуще и подняв глаза на шиди заметил, что тот покраснел.       — Мне тоже нравится твой запах! — схватив Шэнь Цзю за плечи уверенно, с абсолютно красным лицом произнёс Лю Цингэ.       — Эм, спасибо, — не понимая, что происходит, из вежливости ответил Цинцю.       — Я могу понюхать тебя? — с трясущими руками, спрашивает мужчина.       — Ладно, — растерявшись, согласился лорд Цинцзин. Лю Цингэ тут же прижался носом к шее, прямо там где бьётся пульс сонной артерии, который с каждой секундой ускорялся от такой близости и запаха. Лишь тогда, когда Шэнь Цинцю почувствовал, как по коже прошлись языком, среагировал. — Лю-Шиди!       — Прости! Я всё понимаю, всё должно быть по-другому, — тут же отлипая от брата по школе, Лю Цингэ еле сдерживался от того, чтобы вновь прижаться к шее. Шэнь Цинцю же был в таком же смятении. Всё это было странным,  сумбурным, но чертовски приятным. — Я оповещу своих родителей и главу школы. Я обещаю, что впредь всё будет по правилам, — Лю Цингэ произнёс это с такой уверенностью, что Шэнь Цинцю не смел сомневаться, хоть и не понимал, в чём смысл.       — Эм, ладно... окей, — согласился лорд Цинцзин, всё ещё не способный здраво анализировать ситуацию.

***

      — Подумать только, ты испоганил сюжет, притащив в этот мир свой запах! — вскидывая руки вверх, негодовал Шан Цинхуа.       — Я сам не знаю, как так вышло! Кто же знал, что так получится! — в ответ злился Шэнь Юань.       — Конечно так получится, если сказать альфе, что тебе нравится его запах! Это всё равно, что встать перед ним на колени и попросить руку и сердце!       — Да я только после свадьбы узнал, что я омега, и лишь после медового месяца, что это такое!       — Как ты не мог знать, что такое омегаверс?!       — Представь себе! — выкрикнул Шэнь Цинцю, и тут же сел на место, и одновременно с Шан Цинхуа тяжело вздохнул.       — Ладно, мне тоже было не легко, я и сам не знал всё об омегах, пока не сделал комплимент Мобею, а взамен меня укусили в шею.       — Что за дерьмовый жанр, — обречённо проговорил Шэнь Цинцю.       — Да, о таком я точно не писал, — так же обречённо согласился Шан Цинхуа.  — Только не забеременей, пока Ло Бинхэ из бездны не вернётся.       — Я и такое могу?! — искренне шокировался Шэнь Цинцю.       — Бро, давай я тебе сразу расскажу обо всех функциях и тонкостях...