Как Ронни училась в академии

Кирпичная стена школы холодила острые мальчишеские лопатки даже сквозь кожаную куртку. Сердце в груди Антона стучало в ритме стаккато, билось о грудную клетку раненой птицей. Он как можно сильнее вжимался в стену, рассчитывая слиться с ней совсем. Мне конец, пронеслась мысль и тут же погасла, как спичка. Трое парней из параллельного класса встали полукругом и стали неспешно приближаться к нему с глумливыми оскалами на лицах. Их острые взгляды, направленные на него, вызывали неконтролируемую дрожь и заставляли дыхание сбиваться.                   - Ну что, Антошка, допрыгался? Выворачивай карманы, сопляк, а не то мы тебя!..       Мальчик судорожно сглотнул и полез одной рукой во внутренний карман куртки, пытаясь отыскать мелочь. Вместо этого пальцы соприкоснулись с маленькой пластиковой фигуркой – младший брат Ромка снова подсунул ему солдатика. Антон сжал игрушку, глаза его наполнились злостью, а губы сжались в тонкую полосу. Он не позволит этому случиться снова.                   Уже после, придя домой, Антон смотрел на себя в зеркало. Кровоточила нижняя губа, широко раскрытые глаза слезились от яркого света. Болели рёбра с левой стороны и правая нога, но больше всего саднили кулаки. Он уже и не помнил, как оттолкнул от себя соперника, стоявшего посередине, а потом поставил подножку тому, что слева. Не помнил, как троица, набросившаяся на него, получала один за другим по лицу этими же костяшками. Не помнил, как впечатал одного из обидчиков в стену, прошипев на манер дикой кошки краткое и ёмкое «отвали». За него действовали чистая ярость и адреналин, заставлявшие кипеть в жилах молодую кровь. Мальчик устало улыбнулся своему отражению. Может, теперь его дела в школе пойдут на лад.