Ничья

Мне так хочется крикнуть ей типа: «Ну, чего ты сидишь, смотришь на него? Слезь с меня, в конце-то концов!», но я упрямо молчу и сама тупо смотрю на Славу. Он стоит и как-то тупо, пространственно смотрит на нас. Кажется, он ничего не понимает, а в прочем не удивительно. Я озадачено трясу головой, пытаясь спихнуть с себя Волкову. - Привет, - я натянуто улыбаюсь парню, - а мне тут Юлька массаж зашла сделать! Вы уже закончили? - Да, уже все расходятся, я вот, спать пришел. – Он озадачено кивает, - или вы вместе будете спать? - Нет, конечно, нет! Ты что! – Я подскакиваю с кровати и несусь к нему, с ужасом округлив глаза. – Проходи, чего ты стал? Волкова, ты чего сидишь, блин? Оживись! Кажется, я развожу панику. Сама не знаю почему. Я быстро включаю люстру, в комнате становится значительно светлей. Неожиданно дверь в нашу комнату снова открывается и в нее буквально вваливается Димка. Он еле стоит на ногах, опираясь об косяк двери. - А Юля у вас? – Он пьяно смотрит на меня и улыбается, - о, Юля! Пошли со мной, зайка! Я тебя обыскался, - он, наконец, заметил ее. - Иду, - она молча встала с кровати и прошлась к двери, чуть задев меня рукой, - может, ты выйдешь и мы поговорим? – Обернувшись, сказала она мне. Я вышла за ней следом, Юлька попросила Диму подождать ее в комнате, пообещав, что скоро придет. Затем она немного грубо взяла за руку и отвела в ванну, закрыв за собой дверь на замок. Я стала около стены и сложила руки на груди. - Ну, чего? - Что происходит? – Она была не слишком вежлива с мной, скорее сердита. - А что происходит? – Я искренне удивилась и задумчиво посмотрела на нее, - по-моему, все отлично. - Какого хрена он так вылупился на нас, когда вошел? - А какого хрена ты так сидела на мне? Блин, сама подумай, как он должен был реагировать? – Я сжала кулаки и посмотрела ей в глаза. - Мог бы и попроще лицо сделать! Как будто ты его девчонка, придурок он! - Сама ты дура! Я итак его! – Я опешила от ее наглости. – В следующий раз не лезь, значит, ко мне! Чтобы потом не жаловаться на реакцию окружающих. - Ты не его! Вы даже не встречаетесь, он еще не знает, что ты моя! Моя, ясно? – Эгоистка чертова, я смотрела на нее с ненавистью в глазах. Мне почему-то ужасно захотелось ее ударить. Смеющееся лицо не давало мне покоя. Еще никогда во мне не было такое желание ударить кого-то. Она мне надоела! Надоела! Что она ко мне привязалась, я больше не ее! Может и никогда не была ее, Господи, как она мне надоела! Пусть она заткнется и уйдет, просто уйдет! Я больше не могу ее выносить! - Я не твоя! Не твоя я, Юля! – Как можно спокойней сказала я, хотя ужасно хотелось кричать. - Моя! Ты еще сама не знаешь, что ты моя! – Она грубо взяла меня за подбородок и посмотрела в глаза. - Отпусти, ты делаешь мне больно! – Я попыталась убрать ее руки, но она только сильнее сжала мое лицо, - мне больно, Волкова, отвали от меня! - Да пошла ты, - она редко отпихнула меня и вышла из ванной, громко хлопнув дверью. Я простояла так минут десять, пока не пришла в себя. Да что с ней вообще такое происходит, настроение, как у беременной. Как у беременной. Как у беременной. Эта мысль почему-то заела у меня в голове, и я никак не могла ее прогнать. Может, она и правда беременна? Или я просто схожу с ума! Да, определенно схожу с ума из-за нее. Просто мне нужно выспаться и еще немного времени, чтобы подумать об этом и все осознать. А сейчас я не хочу ничего, не хочу с ней разговаривать. Я выхожу из ванной и вижу на этаже, как Юлька валяется в объятиях Димы. В объятиях этого придурка, в его пьяных объятиях. Бесстыже и грязно целует в его пьяные губы, жмется к его возбужденному телу. Мне становится до омерзения противно. Это просто протест, протест из-за меня, эта жажда отомстить. Я-то знаю, она знает, а он, сукин сын, даже не догадывается. Я бы пришила его чертов рот, чтобы он больше ее не целовал, и ее бы пришила, чтобы она ничего не говорила, чтобы она не тыкалась в меня своими губами. Будьте, счастливы, придурки! Я зло врываюсь в комнату, где сидит рассеянный Славик, он с удивлением оборачивается ко мне. Я сбрасываю с себя одежду, небрежно отбрасываю ее в сторону и ложусь в кровать. Меня совсем ничего не смущает: ни моя нагота, ни его взгляд. Ничего. Перед глазами только обиженная, злая и стонущая Юлька. Она мне надоела! Надоела, кому нужна ее месть? Да пусть делает что угодно, мне все равно. Слава аккуратно прилег рядом и выключил ночник, горевший у кровати. Наверное, он не хотел меня трогать, видя мой злой вид. Наверное, так, поэтому он и лежал, тупо смотря в потолок. Я не выдержала первой. - Ну, чего ты как не родной? – Я поближе подвинулась к парню, прижавшись к нему, совсем забыв, что я лежу в одних трусах. Он неловко посмотрел на меня и улыбнулся. - Ничего, я думал, что ты не в настроении. Показалось? - Показалось! Все хорошо, - я провела пальчиком по его груди, закусив губу. Боже, что я делаю. Сама же нарываюсь, зачем? Только зачем? Он перехватил мою руку и прижал к своему лицу. - Лен…, - прохрипел он, - ты что делаешь? - А что такое? – Я прикрыла глаза и, аккуратно вырвав руку, продолжила свое занятие. Он обнял меня и потянулся к моим губам. Я хитро улыбнулась и замерла около его губ. Слава нежно прильнул к ним, целуя их бережно и осторожно, словно боялся спугнуть меня. Я ухватилась руками за его лицо, придвигая его ближе к себе. Его язык не спеша изучал все у меня во рту, сталкиваясь с моим языком. Руки безумно блуждали по телу, вызывая во мне странное желание. Но нужно забыть, забыть об этом, я не могу! Парень тихо застонал, вероятно, когда почувствовал упирающиеся мои соски в его грудь. Мне стало немного не по себе, я отчетливо понимала, чего он хочет, но я не могу. Не знаю почему, но не могу. Я не так воспитана! Это Юлька такая, а я – нет! Он все-таки чертовски красив… Я снова хочу его поцеловать. Да, мы знакомы не так давно, и, возможно, еще не успели узнать друг друга, как следует... Но мне кажется, что ОН мне определенно нравится. Когда мне было лишь четырнадцать, и в мою юную жизнь переменным ветром стали врываться влюбленности, распахивая мое еще детское сердечко навстречу обаятельным мальчишкам, когда в моем неопытном теле стали просыпаться чувственность, страсть и желание, я стала мечтать о том, как мое тело окажется в умелых руках моего первого (возможно, и единственного) любовника... Мне почему-то казалось, что это обязательно должно произойти на берегу моря, под шум накатывающих на мягкий песок нетерпеливых волн, в прохладном лунном свете, под пристальным вниманием южных звезд...Да, я мечтала, но была относительно маленькой, чтобы превратить свою мечту в реальность... Я словно наяву видела все, что должно было случиться, вплоть до мельчайших подробностей: как он меня целует, раздевает, что говорит... Да, я мечтала...я представляла... Он коснулся рукой моих волос, и мои мысли разлетелись в стороны, словно испугались чего-то… Пальчиками нежно Он коснулся моего лица, и мне захотелось, чтобы это продолжалось вечно, никогда не кончалось... Я закрыла свои глаза, очутившись в темноте, такой таинственной и возбуждающе чарующей, а ведь в комнате горели свечи, много их, но я была одна в темноте... Я не хотела видеть свет, я хотела Его... и чувствовала его руки... Он коснулся очень тихо моих губ, я даже вздрогнула от неожиданности. Нежно, но настойчиво провел языком по моим пересохшим от волнения губам, перейдя в поцелуй, полный тепла... Мне вдруг показалось этого мало. Я подняла свои руки, двигаясь по его рукам, нашла его лицо и, вплетя пальцы в его волосы, ответила на поцелуй со всей нерастраченной страстью... Почему-то резко все завертелось, закружилось, словно кто-то решил просмотреть кадры фильма, и вот уже я, тесно прижимаюсь к нему всем своим телом... Поцелуи стали более частыми и безумными, дыхание участилось и стало прерывистым, сердце захотело вырваться на свободу... Я проснулась от чьего-то настойчивого, прожигающего насквозь взгляда. Лениво приоткрыв один глаз, я огляделась. Рядом стояла Юлька, она с каменным лицом смотрела на меня, ну вот, утро уже ужасное, что ей нужно от меня? Неожиданно, в мою голову пришла мысль, что я лежу почти голая. Только миниатюрные трусики прикрывают мое тело. В комнате еще стоит запах безумной ночи, наших ласк и стонов, только почему я голая? Кто стащил с меня это одеяло? Мне так лень искать ответы на эти вопросы, мне даже лень накрыться, я просто складываю руки на своей груди, пытаясь хоть как-то прикрыть ее, и снова закрываю глаз. Мне все еще хочется спать, а больше ничего. А Волкова так стоит и смотрит на меня, похоже, что она и не собирается никуда уходить, но мне все равно. - Вставай, - сухо говорит она, где-то рядом, - все уже завтракают. - Катись к черту, - так же сухо отвечаю я ей. У меня нет никакого желания с ней разговаривать, мне вообще все равно, кто там и что делает, я хочу спасть – остальное неважно! И я буду спать! - Все ждут тебя, мы завтракаем и едем в город! – Самая упрямая девчонка в Мире! Заткнет ее уже кто-нибудь? - Я хочу спать, отвали от меня! Оставь меня в покое! - Нечего было всю ночь… хрен знает чем заниматься! – Взорвалась она, - меня это не волнует, вставай! - Это не твое дело, за собой смотри! Ясно тебе? Выйди, я сказала! – Прокричала в ответ я и показала пальцем на дверь. - С удовольствием, не могу тебя больше выносить! За тебя я оправдываться не буду, если хочешь провести ведь день одна дома – ради Бога. Спи дальше! – Она вышла и громко хлопнула дверью. Нервная такая. В итоге – настроение испорчено, уже безвозвратно. Через минут пять, я все-таки встала с кровати и, насупившись, одела свою одежду, которую кто-то аккуратно положил в шкаф. Пришлось быстро спуститься вниз, отчего я чуть не упала с лестницы, чтобы успеть перекусить и куда-то поехать. Куда – не знаю, но меня это не волнует, настроения все равно нет. Пройдя на кухню, я села за стол и поздоровалась в ребятами, которые о чем-то разговаривали, вероятно, обговаривали сегодняшний день. Слава мягко поцеловал меня в щеку и спросил, как я себя чувствую. Заметив на себе взгляд Юли, я, натянув улыбку, сказала ему, что у меня все отлично и поблагодарила его за все. Он понял за что, Волкова тоже. Позавтракав, я все-таки узнала куда мы едем. Ребята собирались в Тисо–самшитовую рощу, я понятия не имею, что там такого, но решили, так решили. День летел, как сумасшедший, мы побывали в той самой роще. Это просто удивительное место, я тут же забыла о всех проблемах, окружавших меня, там было так спокойно и хорошо. Мы бродили там, осматривая удивительную природу, которой я никогда не видела, это поистине удивительное место. В той самой роще мы провели полдня и уже подустали, возвращаясь назад, но на это решили не останавливаться, поэтому поехали прямо в центр города, чтобы уже оторваться как надо. Улицы, как обычно были заполнены веселящимися, яркими людьми, я была счастлива, смотря на них. Мы просто прогуливались по улицам, болтая обо всем на свете. На самом деле хорошо, что мы выбрались сюда, тут круто, хотя я и скучаю немного по Москве, по Ване, но это ничего. На улице уже было темно, время приближалось к семи вечера, а домой идти так и не хотелось. Я бы всю ночь шлялась по этим улицам, они такие крутые, ничуть не хуже, чем в Москве. По пути мы решили заскочить в Кофейню San Marco, она как раз была в центре Сочи, пофиг уже сколько там что стоит, я бы не отказалась от чашечки кофе. Мы сели за уютный столик у окна и заказали себе кофе и несколько круасанов. Что ж, так даже лучше. - Ну что, народ, куда дальше? – Ободряюще спросил Олег, поглядывая на всех, - не знаю как у вас, но у меня еще полно сил! - Мне все равно, - отозвалась Оля, - я бы погуляла еще, у меня тоже полно сил! Так что решайте сами! - Может, в клуб сходим? – Предложил Дима, - тут есть один, я знаю крутой! Я бы сходил, чего просто так ходить по городу? - Можно было бы и сходить! – Поддержал эту идею Слава. - А я не хочу, мне лень всю ночь в клубе торчать, я бы лучше по улицам гуляла, - скромно отозвалась Катя, смотря в окно, - или тут бы сидела и всю ночь кофе пила, но не в клуб. - Я тоже в клуб не хочу, - поддакнула я и посмотрела на Яну, но той было все равно, - ну, кто еще за что? - Блин, а я в клуб был тоже пошел, - протянул Олежка, смотря в свою кружку, - девчонки, ну а вы? - Мне все равно, с девчонками останусь! – Сказала Яна, поглядывая на своего парня, - если девчонки не хотят в клуб, вы можете идти одни, ну а мы сами по себе. Мы, блин, дома свою вечеринку устроим! - Кстати, почему бы и нет? – Поддержала эту идею Оля, - я только за. Дим, ну, так нормально? - Почему бы и нет? – Кивнул он, хлопая по плечу Славку, - пойдемте? - Ну, можно! – Как-то сама по себе, протянула Волкова. – Мы могли бы выпить сами чего-нибудь купить, и закуски, заодно и на утро жратвы, а то последнее все закончилось. Холодильник пуст. - Ну, значит, так и сделаем? – Уточнила Катька, так же смотря в окно. Что она там нашла такого? Из-за интереса я посмотрела тоже. Город… обычный город, людишки бегают, море фонарей. Красиво, черт! - Типа того, - усмехнулся Дима, отставляя кружку, - мы придем под утро, так что отрывайтесь сколько хотите! - Только дом не разнесите, - волнительно подскочил Слава, - ради Бога, только дом оставьте в покое! Можете основаться наверху, в нашей комнате, принесете туда подушки, там и музыкальный цент и телек есть, выбирайте, что хотите. Только не спалите, не разбейте ничего, с балкона не выпадите! - Окей, я все проконтролирую, - улыбнулась Олька, и все засмеялись. - Ты-то? – Переспросила я, - ну да, ты-то, конечно! Самой первой напьешься и контролировать нас будешь! - Да ладно тебе, - она откидывается на стул и закрывает глаза. - Ну, так, идем? – Димка всех подгоняет, а я хоть бы хны. - Погоди, не все еще кофе выпили, - тормозит его Олег, - через минут пятнадцать пойдем. В самом разгаре пижамника, даже не удивительно было то, что я увидела: Юля целовала Олю. Или Оля Юлю, не важно, просто они целовались, настойчиво и дерзко. Как она может? Боже, противно, с каждым разом мне все противней это наблюдать. Олькины руки изучали ее тело, а Юлькины – путались в волосах девчонки. Все сошли с ума! Я молча и резко вошла в комнату, пока Катька и Яна стояли сзади меня. Нагло подошла к бутылки с вином и отпила содержимое прямо из горла. Обе не обратили на меня никакого внимания, тогда я села на подушки, прямо напротив них и стала тупо смотреть за ними. Через минуту, поняв, что я все-таки в комнате, да еще и в упор смотрю на них, они отстранились друг от друга. Обе смотрели на меня затуманенными глазами, и тяжело дыша, тут вошли Катька и Яна, они упали на кровать, оглядывая всех поочередно. - Совсем дуры, - не выдержала Яна, - могли бы уйти куда-нибудь ради приличия! Девочки, я все понимаю, но это слишком уже! - Что слишком? – Выдавила Оля. - Это слишком! – Девушка цокнула языком и сморщилась. Она небрежно кинула взгляд на штаны Юльки. Даже я почему-то залилась краской, а Волковой хоть бы что. Оля оперативно вытащила свою руку и засмеялась. Вообще-то не смешно! Через минут двадцать эту тему все-таки замяли, одна я сидела до сих пор, как полная дура, потягивала вино и находилась, словно в трансе. Как мне надоели выходки этой девчонки, я понимаю, чего она добивается? Она кричит, что я ее, что я только ее, а сама? Сама, на кого она похожа? Вешается на шею всем подряд, на всех, со мной грубая, черт бы ее побрал! Как я буду с ней петь? Как я буду целовать ее бесстыжие, припухшие губы? Так я и сидела, думала о своем, потягивая какое-то вино. Пить уже больше нельзя, уже не лезет, некуда, а я все пью. Совсем не закусываю, наше мороженое превратилось в сироп, я ничего не хочу. Через час я чувствую, что уже никакая. Уже даже вино не пью, у меня нет сил, чувствую, что мне очень плохо. Очень! Мне ужасно холодно, меня всю трясет, а на глазах появляются предательские слезы. Я кое как встаю и шатаясь еле-еле иду к двери, мне нужно в туалет, меня ужасно тошнит. - Ты куда? – Кто-то спросил меня сзади. Кажется, что я уже не разливаю даже голосов. - Мне что-то не очень хорошо, - сдавленно бормочу я и вываливаюсь из комнаты. Кое-как, отыскав туалет, я захожу туда и склоняюсь над унитазом. Меня сейчас вырвет, как же мне хреново. Я ничего не чувствую кроме холода, сковывающего мое тело. Я совсем обессиленная облокачиваюсь на толчок. Неожиданно кто-то поднимает мою голову за волосы и обхватывает руками талию. - Черт, какого хрена ты так напилась? – Спрашивает кто-то сердитым голосом. - Кто это? – Я уже совсем ничего не понимаю. Все плывет перед глазами. Кажется, я плачу. Слезы сами льются из моих глаз. - Это Юля, - она говорит это так ласково, так по-матерински, что я начинаю еще сильнее реветь. – Почему ты плачешь, малыш? Поднимайся. - Я сама справлюсь, иди ко всем, зачем ты пришла? – Тихо спрашиваю я ее. У меня больше ни на что не хватает сил. - Потому что тебе плохо, глупышка. Пойдем, я уложу тебя спать…, - она тихонько гладит мне волосы, сидя рядом со мной. - Я сама могу! Сама, отстань, иди к Оле, к Диме, к кому там еще? - Иди сама! – Вскрикивает она и больше не обнимает меня. Я падаю попой на пол. Она стоит рядом и смотрит на меня, сложив руки. Я медленно начинаю вставать, кажется, у меня получилось, но как только я делаю еще один шаг, мое тело начинает падать. Тут ее руки нежно подхватывают меня, держа крепко за талию, чтобы я не упала. - Ты еще будешь сопротивляться? – Интересуется она, нагнувшись к моему уху. - Нет, - обессилено выдыхаю я. – Мне холодно… Она ведет меня в свою комнату и укладывает на кровать, сама убегает куда-то. Я уже думаю, что она не вернется, меня снова начинает ужасно тошнить, я не могу терпеть. Я встаю с кровати и шатаясь иду к туалету, но как только открываю дверь комнаты, сталкиваюсь носом к носу с Юлей. - Куда ты встала? – Строго спрашивает она меня. - Меня тошнит очень! Мне плохо… - Я тебе чай принесла крепкий, попей его, тебе лучше станет, малыш, полежи. И тазик с собой взяла если что! - Не называй меня так! - Извини, не буду, - она осторожно укладывает меня снова в кровать, накрывая одеялом. - Мне жарко… - Ты же сказала, что тебе холодно… - Мне теперь очень жарко! Чувствую, как мое лицо покрывается капельками пота. Я вся горю. - Может, у тебя жар? – Обеспокоено спрашивает она, - блин! - Я не знаю, - бормочу я, - мне плохо, Юля, сделай что-нибудь… - Сейчас, - она бежит и чуть приоткрывает форточку, - привстань немного, да, вот так… помоги мне… Она снимает с меня пижаму и штаны. - Держи чай, он крепкий и сладкий, тебе должно полегчать… Я трясущимися руками беру чай и пью его. Юлька все это время сидит около меня, обеспокоено наблюдая за мной. Как только я выпила чай, я отдала девчонке кружку. Она отставила ее в сторону, затем взяла меня за руку. - Тебя не сильно тошнит? Как ты себя чувствуешь? - Паршиво, - тихо произношу я. - Сейчас будет лучше, - обещает она мне, - зачем ты столько пила? - Не знаю, хотела. - Глупая моя…, - она едва заметно улыбается и целует меня в щеку, - тебе кого-нибудь из девочек прислать или ты не против, если я с тобой ночевать останусь? - Как хочешь, - вру я. Я хочу, чтобы она осталась. - Тогда я позову кого-нибудь, - тихо говорит Юля. - Ну да, зачем я тебе тут больная, если ночь можно провести с Олей? – Я начинаю ужасно злиться, и снова тошнота подкатывает к горлу. А она просто молчит, затем выходи из комнаты. А я так и лежу… одна. Лежу и молчу. Но все-таки она возвращается. Снова с чаем, дает его молча мне и ложится рядом, отворачиваясь от меня. Я выпиваю чай и ставлю кружку на полку. - Чего молчишь? – Спрашиваю я. - А что говорить? – Через некоторое время спрашивает девчонка. - Что думаешь, то и говори… - Ты мои слова всерьез не воспринимаешь, все мои действия отталкиваешь, меня – отталкиваешь, зачем что-то делать, говорить? Спокойно ночи, Лен. Поправляйся… Она лежала спиной ко мне, а я так и смотрела на ее спину. Смотрела не в силах ничего сказать, кроме банального: - Спокойно ночи, Юль…