Сложности принятия

Дождливый день всегда ощущается будто- бы неудачным заранее. Всегда случается что-нибудь не так. Хотя одновременно чувствуешь спокойствие, уют и тишину душевную, но только когда ливень этот проживаешь из дому, поджимаешь холодные ноги под пледом к себе поближе, руками греешься о кружку с горячим, а рядом кот хрипло мурчит клубком - все по канонам эстетики и клише. И неважно, что кота в твоей квартире нет. А здесь спокойствием не пахнет, когда у тебя сегодня первый день студенческой жизни. Джисону, вот, не повезло. Он сам по себе человек нервный. И не в том смысле, что вспыльчивый, скорее накручивает себя постоянно, и повод не нужен. А здесь, извините, повод! Первый день. Первое впечатление о нем. Первый разгон на старте, а с бегом у Хана все плохо! Но это неважно, он все равно теперь бежит. Опаздывает. Точнее, это ему так только кажется. Ему вообще все мерещится да кажется. И вот он, весь такой тревожный, беспокойный вышел на тридцать минут раньше нужного. Не вышел - выбежал. А теперь мнётся как дурак у главного входа, не решится войти. Благо навес позволил не промокнуть насквозь. Поступил Джисон на математико-механический факультет. Выбирал недолго - что получается, тем и нужно заниматься. Ему всегда так говорили, и он себе стал так говорить. А получается единственное - математика, как ни странно. И не то чтобы Джисон был такой односторонний или зацикленный на одном. Он в жизни много разного попробовал и сделал вывод, что дальше вычислений и задач лучше не соваться. Самокритично, зато рационально. И этот самый рациональный сейчас проверяет снова часы на запястье, а те над ними смеются только - «Во дурак! Спал бы сейчас эти лишние двадцать-тридцать минут». Так, прекратите издевательства! Он просто ответственный! И поднимает голову уверенно, а потом присходит это. Встречается с глазами чужими и смелость после победы над собственными тараканами сразу где-то за спиной тушуется. Не то чтобы Хан имел страх перед социумом, но он его имел. Конечно, идиоту ясно - контактировать с людьми так или иначе придётся в любом случае, но ещё ведь слишком рано! У Джисона есть ещё около пятнадцати минут законной безопасности! Он что, зря так рано пришёл? Он просто выделил время на моральную подготовку! Все так и было задумано! А проблема, собственно, в чем? А в том, что парень сначала говорит, а потом, дай Бог, проанализирует что вообще сказал. - Привет! - здоровается вдруг басом совсем белёсое чудо, одновременно складывает непослушный чёрный зонт, возится с ним, на Хана совсем не смотрит, точно не к нему обратился. Джисон сначала теряется. Крутит головой. Никого. Они одни здесь. Вдвоём. - Да- да. Я тебе, - разобравшись с проклятым механизмом замечает чужую неуверенность солнышко. Да вот именно солнышко! Буквально и переносно. Волосы пушистые такие, светлые, обрамляют маленькое, почти хрупкое лицо. Веснушки по щекам рассыпаны, а глаза сверкают от чего-то в непогожий день. - Солнышко..- почти неслышимо выдыхает Джисон свои мысли вслух. - Прости? - теряется жертва комплимента. Тут осознание, наконец, приходит, и уши мигом плавятся под дождливой прохладой. Губы сжимаются в смущении. Глаза сначала бегают по чужому лицу, потом скорее опускаются в пол. Общение с незнакомцами не математика. Джисон в это не умеет. И незнакомец вдруг разразился бархатным смехом: - Вот уж, спасибо, не ожидал! - наконец успокоилось и поблагодарило искренне «солнышко». - Я не хотел.. вслух, - честно признаётся Джисон. Тот улыбается во все тридцать два, кладёт ладонь на плечо напротив успокаивающим жестом: - Да, я уже понял, - отвечает тепло. Вдруг проверяет свои часы и усмехается снова. - А ты чего здесь так рано? Тоже родители заставили? Родители? Джисон опять теряется, глаза опускает смущённо: - Ага.. Ага. Родители. Да он сам себе отец, мать и хозяин. - Вот скажи - параноики! - забавно возмущается незнакомый. - Я маме объяснял все утро, что добираться досюда от силы минут десять! Так она не верит! Мы, говорит, недавно переехали, тебе откуда знать! - пародирует он материнскую речь. Джисон сначала улыбается чужому рассказу, кивает согласно, почти смеётся, а потом понимает, что его ситуация на эту совершенно не похожа, и единственный параноик в его жизни - это он сам. Вдруг неловко становится от этого осознания. Другой это замечает: - Как тебя зовут хотя бы? Ты тоже первый год? Хан радуется про себя этому «тоже» и кивает энергично: - Да, это мой первый год. Меня зовут Хан Джисон,- протягивает он руку. - Ли Феликс Они жмут руки, и Джисон чувствует комичность знакомства - два неудачника, где один - жертва обстоятельств, а другой по своей доброй рациональной воле. Там уже и дождь прекращается, и время учебное наступило. Конечно, Хан успел завести ещё знакомства. Ему пришлось. Но пока он для себя решил, что Феликс здесь самый комфортный. А он от лишнего комфорта в жизни никогда не откажется. Лишнего у него и нет. Они сдружились, впрочем. Ли оказался приятным и легким в общении, он спокойно реагирует на весь бред, который Хан может сказать. Ещё и вместе с ним на том же факультете. Город, правда, Феликс совсем не знает. Там и решили, что нужно обязательно встречаться вне занятий, чтобы Джисон ему здесь все показал. ———————————————————— - А почему ты поступил именно на математический? - невзначай интересуется Феликс, пока елозит вилкой в каком-то горячем. Рис с овощами или что-то вроде того. Еда здесь неплохая, да и сама столовая уютная. Правда Ли Джисона все время поправлял - не столовая, мол, а ка-фе. Так, говорит, престижнее звучит. - Я, вроде как, больше ничего не умею, - пожимает он плечами. - Ну что за причина такая? Не может быть, что ничего больше не умеешь! - возмущается от чего-то друг, а потом опускает взгляд на чужую тарелку и добавляет. - Ты бы взял себе нормальный обед. Тортики на голодный желудок нехорошо. Джисон смотрит на свой чизкейк и снова жмет плечами: - А я, может, сладкого хотел, - начинает он есть равнодушно к чужому замечанию. Феликс игнорирует джисонову упрямость, но, видимо, только не по-поводу его навыков: - Вот скажи. Неужели у тебя в детстве не было хобби? Любимых занятий? Хан задумчиво ковыряет вилкой десерт, молчит какое-то время. Даже кажется уже не заговорит, но потом отвечает сухо: - Было. Математика. Феликс закатывает глаза демонстративно, откладывает свои приборы на тарелку, как бы официально начиная дебаты: - Джисон! Неужели тебе искренне нравились одни циферки с самого детства? Должно было ведь быть что-то такое..ну, творческое! - щелкнул он пальцами. Творчество. Слово это какое-то неприятное. Все вокруг его объясняют как искусство, которое создаёшь сам. А на деле получается произведение искусства только у одарённых единиц, у остальных - чепуха. Джисон, вот, к особо одаренным никогда не относился. По глупости был раньше уверен, что главное - набить руку, а потом снял очки эти, ну, розовые. Восемь лет занимался музыкой. Да там не рука, там и ноги, и шея и все остальное должно было набиться. А на деле он бездарность. Только время зря тратил на эти песенки. Феликсу об этом бессмысленном периоде джисоновой жизни знать вообще не обязательно. - А я, например, тебя не пойму, - меняет искусно тему Хан. - Ты так предвзято о математике говоришь, а сам сюда и поступил. - Да меня мать вынудила, - с обидой сознается Ли. - Я, может, айдолом хотел стать… Джисон сначала ухмыляется, мол, смешно, а потом поднимает ошарашенный взгляд на притихшего друга: - Подожди, ты серьезно? - Ну, да. Феликс как и выглядит наивным, таковым и является внутри. В хорошем смысле, конечно. Для него и единороги существуют, и фея в детстве все зубы забрала. - Хотя, чего я удивляюсь. С твоим-то лицом.. - А что с моим лицом? - искренне встревожился Феликс, как будто Джисон прямо сейчас решает его судьбу как артиста. Ну прелесть. - Да все с ним хорошо.- успокаивает тот. - Даже очень. В том и дело. - Скажешь тоже.. Я же не про внешность вообще,- ворчит, а щеки порозовели. - Айдолы сразу столько талантов развить могут, тем и мотивируют своих фанатов. Хотел бы и я так. И я. ————————————————————

Дневник Феликса Ли

Мало того, что дождь с утра, так ещё и родители слишком переживают! Я же специально информацию проверял - до универа десять минут автобусом, а меня гонят с тостом во рту из дома. А я там не один такой оказался. Смотрю, стоит у ворот студент, не заходит. Первокурсник что-ли? Волосы у Джисони густые такие, чёрные как вороново перо, лицо мягкое, а взгляд отстранённый был. У меня зонт поганый, я пока с ним ковырялся, уже, оказывается, вплотную подошёл. Напугал беднягу. А он совсем прелестью оказался! Я давно таких искренних людей не встречал. Мы с ним когда уже поближе познакомились, все продолжал извиняться, мол, говорит не подумав. А он, ну, что ни скажет - доброе слово! Не пойму, чего извиняться. Правда, о себе он почти не рассказывал. Спрошу - односложный ответ. В подробности не вдаётся. Да и мы знакомы всего день, может я на Джисона слишком давил? ———————————————————— Сказать, что у Феликса загорелись глаза, когда он узнал о танцевальном клубе при университете - это очень громко промолчать. И Джисон честно старался отказать ему в сопровождении, не вышло, но и без торга все равно не обошлось. - Ну, пожалуйста! Ты же знаешь как это для меня важно! - Феликс, я правда не понимаю, зачем я тебе там нужен. Ли не успокаивается: - За моральной поддержкой! Там одни старшекурсники. Как же я там один буду.. - Феликс, я Не буду танцевать!- интонационно подчеркнул Джисон заветную частицу. - Тогда тебе и не надо танцевать. Просто посиди там со мной ! Хан вздыхает обреченно: - На тебя красивого смотреть что ли? - На меня,-радостно кивает Ли, уже ощутив чужое согласие. На том и договорились.