Тандзаку

***

      Близится конец мая, скоро сакура раздаст свои плоды нашей скромной деревне где-то на окраине Хоккайдо. Розовые лепестки все еще продолжают украшать неширокие дорожки безлюдных улиц и подножья старых домов, обрамленных различными цветущими растениями. Сейчас самое обычное весеннее утро; с улицы раздаётся неумолкаемое стрекотание цикад, откуда-то из дальней части дома слышатся приглушённые голоса явно чем-то взволнованных родителей. Но раздумывать сейчас об их этой наискучнейшей болтовне нет абсолютно никакого желания. На удивление в такую рань Акито не слышит уже привычных возмущённых возгласов своей старшей сестры, уже ушла что ли? Ну так только лучше, наконец он сможет спокойно собраться в школу.       Акито нехотя поднимается с неаккуратно расстеленного на татами футона, рукой потирая сонные глаза. Босые ноги чувствуют под собой горячий пол. Очередной жаркий день. Юноша неторопливо подходит к сёдзи и раздвигает их, пропуская в просторную комнату лучи света. В легкие попадает влажный нагретый воздух. Небо сегодня такое ясное. Красиво. Акито подбирает с рядом стоящей тумбочки наручные часы, пытаясь своим затуманенным сонным взглядом уследить за их стрелками и разглядеть на них время. Подождите-ка, уже почти восемь… Чёрт, и почему Тойя не зашел за ним как обычно?! Вот же дурень...! В школе Акито обязательно все ему выскажет, а сейчас надо успеть собраться и выйти из дома. Не хочет же он оставаться на дополнительную уборку классных помещений вместе с другими опоздавшими придурками, верно?       Кое-как, быстро натянув на себя школьные брюки и рубашку с коротким рукавом, парень схватил свою сумку и побежал на выход. Обувшись, Акито задвинул за собой сёдзи и, решив, что так будет быстрее, в спешке направился за велосипедом. Сегодня родители даже не стали кричать на него за то, что юноша не попрощался с ними перед уходом. Не заметили? Странно… Но все же так лучше, правда?       Акито крутил педали так быстро, как только мог. Лишь бы успеть. Солнце светит прямо в глаза, заставляет щурить их, мешая смотреть на дорогу, усыпанную множеством лепестков сакуры, которые разлетаются по сторонам, когда Акито проезжает по ним. На небе ни облачка, лишь прожигающие насквозь лучи горячего солнца. Легкий ветерок насквозь пробирает вспотевшее тело, особенно это чувствуется под мокрой рубашкой. Тем не менее, погода очень даже приятная, жаль, что Тойя, видимо, совсем позабыл о своем друге. Вот бы сейчас как всегда ехать вместе и болтать о предстоящем Танабата. Интересно, что бы Тойя написала у себя на тандзаку, хехе. Нужно будет как-нибудь разузнать это. Откуда-то доносятся раздражающие вскрики гуляющих ребят, те кажется играются с соседской собакой. Надо поскорей уехать…       Благо парень успел прибыть в школу без опозданий, только вот, он забыл сложить в сумку половину нужных учебников. Надо попросить Тойю поделиться… Точно же, а где он сам? Акито проспал весь предшествующий урок, даже не смотря в сторону соседней парты. И кто здесь еще забыл о своем друге? В классе Аояги нет. Может стоит посмотреть в коридоре или на крыше? Или он заболел? Но тогда почему не написал ему… Тойя был наверное самым ответственным человеком среди тех, кого знал Акито и всегда предупреждал, если не сможет зайти за ним, не пойдет в школу или по другим прочим мелочам.       Шинономе, подсознательно уже решив, что парень определённо где-то в школе, с улыбкой вышел из класса. Всю перемену юноша бродил по коридорам, заглядывая в соседние кабинеты и другие места, где мог оказаться его друг. Тот, однако, будто испарился. Видимо, в школе его все же нет. Проспал наверное… Эх, зря Акито его так старательно искал, лучше бы спокойно посидел в классе, раздумывая о чем-то своем. Надо все же будет после уроков зайти навестить Тойю, а то мало ли, лежит у себя дома с температурой под сорок, встать не может. Придётся еще ухаживать за ним. Вот тогда-то они и поговорят о том, что нельзя так поступать со своим лучшим другом.       Какой уже минул урок? Пятый? Шестой? Учебники пришлось одалживать у Ан. Слушать ее бесконечную болтовню о Кохане, девочке из женской старшей школы в ближайшем от нашей деревни городе, было просто невыносимо. А вот сообщение от Тойи, между прочим, Акито так не получил. Вот же подонок. Значит, уроки пропускает Тойя, а беспокоится о нем должен он…! Придётся самому ему писать. Раздражает. Рука тем временем уже печатает совсем банальное сообщение; — «Ты где? 14; 42». И, конечно же, здесь дело не обойдётся без злого смайлика-демона, иначе как парню понять, как он сегодня подвёл своего друга? Акито с самодовольным смешком убирает мобильник в карман. Урок уже начался.       Занятия закончились, обязательная уборка классов тоже, дополнительные Акито как обычно послал к черту. В крайнем случае придётся уговорить Эну сказать учителям, что брату внезапно стало плохо и он отправился домой. К небу уже начинал подкрадываться золотистый закат, палящее солнце медленно уплывало за горизонт. В скором времени стало даже прохладно, причем сильнее чем в остальные дни. Холодный ветер заставлял парня вздрагивать каждый раз с его новым дуновением. Акито проезжал по неширокой улочке, где сегодняшним утром кричали дети и думал о том, чем же ему заняться в следующие дни, если Тойя все-таки заболел. Эна вроде как собиралась съездить с Мизуки в город на шоппинг. Самое главное вовремя слинять из дома, чтобы те не заставили его ехать с ними и таскать бесконечные коробки с одеждой и косметикой, чего Акито уж точно не хотелось. А между тем парень уже подъезжал к дому семьи Аояги.       Пускай юноша и был зол на приятеля, на лице невольно всплыла улыбка. Сказать честно, Акито мысленно надеялся, что с парнем все хорошо, что тот просто проспал, написать забыл, сообщение не увидел… Ведь у всех бывают неудачные дни, так? Акито в спешке бросил велосипед на дороге, сам же подошел к воротам и нажал на звонок. Семья Тойи, к слову, была достаточно влиятельной и дом у них был внушительный и более новый. Например, у жилища Шинономе не было звонка и красивых ворот, лишь невысокой заборчик, который уже подгнил в некоторых местах.       Сейчас Акито взволнованно ждет, пока ему наконец откроют дверь, однако даже спустя десять минут за воротами ни звука. Юноша бесцеремонно звонит еще раз, через минут пять еще, а потом снова… Никто не открывает. Тойя куда-то уехал с семьёй? Но в таком случае он бы уж точно предупредил Акито… Но почему он этого не сделал?! Парень сжал кулаки и закусил губу, к горлу подкатил ком разочарования и… страха? Да, ему стало страшно, ужасно страшно за парня, который был дорог ему больше всех на свете. Если на следующий день Тойя как ни в чем не бывало явиться в школу, Акито будет стыдно. Стыдно за то, что его разыграли как глупого младшеклассника, которому сказали, что его любимая мамочка его бросила.       Акито уже едет домой, на этот раз медленно, нехотя. Во рту неприятный вкус горечи, постепенно расползающийся по всему горлу. Наверное его лицо сейчас выражает полнейшую неприязнь ко всему миру или он просто похож на выжатый лимон. Мокрые от пота ладони со всей силы сжимают резиновые ручки велосипеда, взгляд устремлен куда-то вниз. Самое главное сейчас не врезаться в какое-нибудь дерево или, еще хуже, сбить человека. На улице уже начинает темнеть, скоро начнут закрываться различные лавочки, обрамляющие забрызганную уже надоевшим розовым цветом дорогу, знакомую наизусть.       А вот и его родной дом. На небольшой стоянке стоит велосипед Эны, она уже дома. Наверное сейчас его отчитают за столь позднее прибытие и прогул дополнительных занятий. Сердце предательски ноет, никого видеть просто не хочется. Ничего хорошего за этот день… Акито припарковывает свой велосипед рядом с другим. Парень со всей возможной злостью бьет ногой по каменному бордюру, заставляя себя поморщиться от боли. Единственное, на что оставалось надеяться в остаток сегодняшнего дня, лишь то, что ужин окажется вкусным.       Акито прошел в дом, устало присел на пол, развязывая шнурки на потрёпанных кедах. Может просто лечь спать? Точно, завтра ведь выходной, лучше уснуть пораньше. Разувшись, юноша побрел к своей комнате, сумка осталась лежать где-то в входа.       Вдруг дорогу парню перегородила появившаяся из ниоткуда Эна. Только не она. Девушка молча стояла перед братом со скрещёнными на груди руками, ее лицо было необычно грустным, да и она вся была какой-то поникшей, особенно взглядом, она словно смотрела куда-то сквозь юноши, куда-то в пустоту.       — Дай пройти — сквозь зубы процедил младший, сводя брови к переносице.       — Знаешь уже, верно? — не меняясь в лице и не сдвигаясь никуда с места, холодно ответила Эна. — Иначе чем ты так обижен? Собака с улицы укусила?       — У тебя отвратительное чувство юмора… — поморщился Акито, желая лишь того, чтоб от него побыстрее отстали. Но все же интерес как обычно берет своё и он, сверля сестру пронизывающим взглядом, спрашивает — И о чем же таком я должен был бы узнать, будешь хоть раз любезна, расскажешь?       —… — в ответ лишь молчание. Эна сжимает губы, болезненно смотря на раздражённого брата.       — Хаха, только не говори, что собралась плакать. И это меня еще по твоему мнению укусила та соседская псина? — самоуверенно усмехается Акито, доставая из кармана мобильник. Смотрит на самую первую строчку сообщений. Тойя так и не ответил.       — Такому идиоту как ты даже жалко что-то рассказать, небось, разревешься здесь как ребёнок маленький. Только родителей потревожишь, а им, знаешь ли, и самим непросто — Эна отводит взгляд куда-то в сторону, горько улыбаясь. Спустя пару секунд нагнетающего молчания, старшая проходит вперед, пропуская юношу дальше к своей комнате.       — Эй, стой! К чему это вообще было… — Акито, ничего не понимая, смотрит на удаляющийся силуэт сестры, пока по телу расплывается неприятное осаждающее чувство. — Вот же дура… — пробормотал парень себе под нос и направился дальше по коридору.

***

      Следующим днем Акито проснулся от шумящего на улице дождя. Татами уже не были горячими как вчера, даже теплыми их назвать было сложно. Резко раздался пугающий железный гром, повлекая за собой еще более сильную грозу. Беспорядочный громкий стук водяных капель об изогнутую крышу поражал слух, отдавая легкой болью в ушах.       Погулять сегодня вряд ли получится. Тут Акито неожиданно вспомнил о своем друге. Тут же вскочив с футона, парень направился к тумбочке, стоящей около сёдзи, чтобы в очередной раз проверить мобильник. И в очередной раз увериться в отсутствии ответа… Акито клянётся себе, что при первой же их следующей встрече точно врежет этому придурку. Обязательно. Сейчас же стоит пойти позавтракать. Вчерашний пропуск ужина дает о себе знать…       Прием пищи прошел непривычно тихо. Лицо матери выглядело ужасающе расстроенным, в то время отец как всегда выражал полнейшее безразличие и некую отстранённость. Эна на завтраке не присутствовала. Наверняка спит еще. По родителям заметно что они что-то знают о том, что говорила сестра вчера вечером. Может спросить?..       «А им, знаешь ли, и самим непросто».       Не стоит. Акито, доев завтрак, помыл за собой посуду и направился обратно в комнату. Когда Эна проснётся, он обязательно спросит у нее о произошедшем. Дождь все еще продолжал лить, заняться было особо нечем. Акито решил сделать домашнюю работу. Забивать на учебу сейчас подобно самоубийству, в конце концов завалить итоговые тесты ему бы не очень хотелось. Только спустя час гроза прекратилась. За это время Акито успел сделать большую часть уроков. Остальное ведь можно оставить на завтра, так? На данный момент просто хочется отдохнуть, полежать на футоне, поговорить с кем-нибудь. Поговорить с Тойей. Они так давно не разговаривали…       Где он все же пропадает? Может позвонить ему? А ответит ли? Вряд ли, но… Вдруг ответит. В этом ведь нет ничего сложного, верно? Верно же…? Но тогда почему он не ответил на то сообщение? Неважно, он просто наберет ему разок… Акито наверное уже давно пришел к мысли, что был готов простить друга. Ему уже было абсолютно все равно, пусть даже это и был какой-то тупой розыгрыш или шутка… Просто хотелось снова увидеть Тойю, услышать его спокойный приятный голос, прогуляться вместе по цветущим улочкам… А сам Аояги хотел бы этого? Сердце неприятно сжалось. Хотел бы — не оставлял бы Акито одного. Абонент недоступен. Ожидаемо.       За фусума послышались чьи-то быстрые шаги. Эна проснулась? Нужно спросить… А хочет ли он вообще слышать ответ? Что если ему не понравится правда? Жить в неведении ведь намного проще. Определённо проще. Но значит ли это то, что он будет мучиться, ища ответ до конца своей жалкой жизни? Акито не хочет этого. Ему не хочется думать об этом. Он устал ждать пока все сделают за него самого. Поэтому прямо сейчас юноша раздвигает фусума, потерянным взглядом выискивая Эну. Та скорее всего уже ушла на кухню. Акито медленно следует за сестрой, мысленно перебирая все возможные варианты ответа. А захочет ли она вообще разговаривать с ним? Эна была не из тех, кто без задней мысли выскажет все, что за душой. Акито снова сомневается, но ноги продолжают шагать в сторону кухни. Вот бы сейчас просто провалиться под землю.       Парень, не торопясь, проходит в нужном направлении. Взгляд сразу бросается на Эну, ставящую на плиту чайник с водой. Девушка сразу же замечает стоящего в проходе младшего брата и… сразу же меняется в лице. Почему…? Почему все так странно себя ведут?! Это уже просто выводит из себя! Сердце пропускает резкий пронзающий удар. Чувство такое, будто ты единственный остался в неведении, будто все уже давно что-то знают, а ты единственный живешь в этих чертовых розовых очках и совсем ничего не понимаешь…! Эна снова поворачивается в сторону Акито. У нее такое странное выражение лица… Она снова впивается в брата этим своим пустым взглядом, пропитанным этой мнимой жалостью или каким-то неестественным сочувствием…       Впервые Акито так сильно хочет дать пощёчину своей сестре. Оная же не сводит с него взор. Этот до чёртиков отвратительный прогнивший взор… Очень скоро это становится просто невыносимым. Хочется сбежать, раствориться в воздухе, исчезнуть, что угодно, лишь бы на него снова так не смотрели.       Акито не знает что он делает, не осознает, не понимает. Просто бежит в сторону выхода. Позади раздается изумлённый вскрик Эны, спрашивает куда он…       — Отстань, идиотка! Я пойду гулять с Тойей! В комнату мою ни шагу, поняла?! — срываясь на крик, выпалил Акито, начиная обуваться.       — Не сможешь — язвительно усмехнулась Эна, спиной опираясь на стенку прихожей.       — Это еще почему? — с наглой улыбкой произносит парень, даже не смотря в сторону сестры, продолжая завязывать черные шнурки.       — А он тебя сам на прогулку позвал? И в школе он вчера тоже был, да? Хаха, боюсь, кто-то снова врёт старшим. Как думаешь, стоит рассказать папе о том, какой у него невоспитанный сынок? — ее голос пару раз дрогнул, а рука Эна нервно поглаживала недлинную прядку каштановых волос. Пытается скрыть волнение. Серьёзно?       — Просто скажи как есть… — тихо отвечает Акито, утыкаясь лицом себе в колено.       — И почему именно я должна говорить тебе о том, что твой драгоценный друг умер, а? Хоть кто-то в этом доме вообще думает о моих чувствах? — Эна отворачивается. Ей действительно неприятно сообщать брату такую новость.       Вот значит как. Тойи больше нет. Поэтому он не пришел в школу. Поэтому не прочитал сообщение. Поэтому не ответил на звонок.       Кажется, сердце остановилось. Акито не чувствует себя, свое тело, пространство вокруг. Все было так просто, но так сложно одновременно… А еще неимоверно больно. Эна смотрит на него? Ей жаль его? Или жаль Тойю? Или она просто притворяется заботливой старшей сестрёнкой? Да пошла она! Вот бы этой дуры здесь вообще не было…! Пусть все просто исчезнут… Но прежде пусть исчезнет он сам! «Тойи больше нет» — раз за разом эта фраза отпечатывается в мозгу, прожигает насквозь, уничтожает и повторяется, повторяется, повторяется! Лучше уж самому умереть чем терпеть это…       Акито лежит на холодном футоне. На кухне родители слушают радио. Ведущий рассказывает прогноз погоды на следующую неделю. Завтра потеплее будет, надо Тойю гулять позвать. Рука тянется за валяющимся неподалёку мобильником. Перед глазами привычно открыта переписка с его одноклассниками Аояги Тоей. С тем самым Аояги Тоей, которого недавно не стало. И последние сообщение, отправленное буквально день назад… «Ты где? 14; 42» и злой смайлик-демон… Как это все же глупо… Ужасно глупо. На лице невольно всплывает слабая грустная улыбка. Акито бездумно тыкает на кнопку «Удалить сообщение» и откидывает телефон в сторону. Поздно уже.

***

***

***

      Время тянулось так медленно… Зал был полупустым, на первом ряду справа сидела твоя семья, большое количество неизвестных людей… Ты не рассказывал, что у тебя так много родственников, но, признаться, мне действительно неинтересны все эти старики. Официально одетые взрослые выглядят пусто и безразлично, их лица размыты. В руках у моих родителей красивый пышный букет, там ровно двенадцать белых хризантем, купленных в цветочной лавке около твоего дома. Надеюсь, тебе они понравятся. Это наверное кажется скучным…       Акито наконец снова смотрит на Тойю. Смотрит в самый последний раз. Выражение его лица такое мягкое, он словно спит. Акито кажется, что он сейчас проснётся. Да, проснись же! По щеке потекла горькая истина. Все фантазии разбиваются прямо на глазах. Кажется над юношей просто насмехаются. Акито проводит рукой по холодной коже, он больше никогда не почувствует его тепло, Тойя больше никогда не разбудит его рано утром, чтобы вместе пойти до школы, он никогда больше не поделиться с парнем учебниками, они больше ни разу не поедят вместе мороженое в жаркие летние дни и его друг так ничего и не напишет на тандзаку для Танабата, которого он так ждал. Какая же несправедливая эта судьба…       Крышка гроба с громким щелчком закрывается. Это увлекает. На этом моменте их совместная история находит свою окончательную точку и это просто смертельно. Словно удар по голове, словно конец света… Акито спускается на колени, вытирая слезы рукавом белой рубашки. Люди вокруг увлечены собственным горем и на юношу никто и не смотрит, так даже лучше… Несколько рабочих подобных друг другу людей выносят гроб из помещения. Вот и все.       Снова зал ожидания, снова эти давящие пустые стены… Хочется выйти на улицу и пропасть где-то среди многочисленных пушистых деревьев. Сколько еще нужно ждать… Родители купили Акито сок в торговом автомате. Он кажется безвкусным, каждый раз потягивая эту штуку время утекает. Человек в черном костюме отодвигает фусума, приглашая нас внутрь.       Когда это все закончилось семья Шинономе уехала домой. Всю дорогу Акито смотрел в окно машины. Закат выглядел намного ярче по сравнению с его сердцем, так раздражает.

***

      На следующее утро Акито разбудила Эна. Они поехали в школу вместе. Всю дорогу оба молчали и думали о чем-то своем, по прибытию в школу они разошлись по классам. Ан постоянно спрашивала где Тойя и придет ли он вообще на этой неделе. Надоела. Уроки прошли медленно, затем уборка, пропущенные дополнительные, дорога до дома, семья, ужин. Все уже было не тем. Все уже было чем-то иным. Кто бы мог подумать, что смерть всего одного человека способна изменить всю эту давно устоявшуюся картину.

***

      Дни шли один за другим. Скоро стало совсем жарко, и ребята стали частенько ходить купаться на речку после школы. Хотелось бы веселиться также с Тойей… Хорошо, что они успели застать ханами вместе. Это была действительно счастливая пора. Потерянное время, однако, не вернуть, единственное, что осталось у Акито — его воспоминания и неудалённая длинная переписка на мобильнике. Было забавно ее перечитывать. Только вот, какой раз?

***

      Седьмое июля, Танабата. Скоро конец первого семестра. Семья Аояги переехала пару дней назад, продав дом новым постояльцам. Сакура уже дала свои плоды. Настало время для росписи тандзаку. Акито думает о своем лучшем друге, которого он любил больше всех на свете и о том, что бы ему написать. Он скучает. Неимоверно скучает. И все же сейчас ему интересно; чего так сильно хотел пожелать Тойя?