Чудо без волшебства.

В комнате всё застыло, заморозилось. Грея стояла у двери, вглядываясь в каждую мелкую деталь интерьера, чтобы навсегда запечатлеть его в памяти. Осознание, что она находится здесь в последний раз, пришло не сразу. Девушка медленным шагом подошла к кровати, полными лёгкими вдыхая родной запах её гнёздышка. Солнце освещало всё пространство, что позволяло хоть на секунду забыться. Их дом волшебством остался цел. Район, на котором жила их семья был почти не тронут, но в любую секунду всё могло закончится, решили бы враги бросить бомбу на железнодорожные пути, что находились в двух кварталах дальше. — Если так посмотреть, то не видно, что война… — через силу сказала Грея, когда почувствовала чьё-то присутствие. — Солнце, нам нужно выдвигаться, — мама присела у ног своей младшей дочери и стала поглаживать её коленки. — Мы обязательно вернёмся, слышишь? Поднявшись, ушли в полной тишине, лишь Грея обернулась напоследок и по щеке покатилась одинокая слеза. В эту комнату больше никогда не войдёт беззаботная девчушка, не бросит рюкзак в угол и не убежит гулять со своей лучшей подругой. В доме никогда не будет слышно лай маленького Микки, что весь день ждал хозяйку со школы. Малыш Барсик не будет ласкаться о ногу Греи, выпрашивая покушать. На кухне не будет пахнуть свежими бабушкиными булочками с вишней. Угол теперь пустует, подруга осталась в прошлом, хотя когда-то она была единственным близким человеком. Микки с бабушкой и дедушкой живёт в Чехии, а Барсик ласкается уже о ногу другого хозяина. Грея смутно помнит дорогу от Стоуна в Бенгало, а после с Бенгало в Сейм — небольшой городок с населением в двенадцать тысяч человек. Узнав количество людей в новом месте их жительства, девушка была в шоке, ведь ранее она жила в городе с населением в четыреста человек. — Вы не очень огорчены тем, то нам придётся жить там? — обернулась мама с переднего сиденья такси, дабы разглядеть своих дочерей. — Я вам обещаю: городок покорит ваше сердце, там невероятно красиво. Далее вплоть до самого нового дома они ехали в тишине. Каждый размышлял о своём, а Грея старалась совсем не думать, лишь воткнула наушники и наблюдала за быстро двигающимися деревьями. День сменился вечером, а детство — жестокой реальностью.

***

— Разве мне обязательно идти в школу здесь? Я же хотела поступить на маркетолога в Мельяна, — возмущалась девушка маме, пока они отчаянно искали нужное учебное заведение, в котором было назначено собеседование. — Родная, пойми, ну же, мы вряд ли сможем вернуться в Стоун, нам нужно развиваться здесь, и тебе особенно нужно учить Бангальский язык, — мама остановилась напротив дочери и посмотрела в её голубые глаза, полные отчаяния. — Ох, а вот и она! Женщина указала ладонью за спину Греи. На людной улице возвышалось трёхэтажное здание, больше похожее на университет, чем на школу. Присмотревшись, можно было разглядеть кабинеты на первом этаже, а, подняв голову выше, легко понять, где расположен спортивный зал. Только вот делать этого девушка не стала. От одной мысли, что ей придётся учиться не в Мельяна, настроение уходило всё дальше, и сейчас оно бежало где-то на пути к Стоуну. Сердце кололи тонкие иглы чувства одиночества и безисходности, а ноги уже поднимались по лестнице в будущее. Внутри здание оказалось ещё более привлекательным, чем снаружи. Новому ремонту было около года, это можно легко заметить по выкрашенным белым потолкам. На стенах не нашлось ни одной трещины, а пол был идеально чист. Последнее было понятно по бегающим в носках детям, ведь разуваться нужно было сразу у входа. Для каждого ученика стоял свой обувной шкафчик, а для новых посетителей школы — ящик с бахилами. — Ох, вы уже здесь! — довольно незаметно подкралась женщина средних лет со сногсшибательной улыбкой. Она располагала к себе только одним своим присутствием, поэтому Грее заметно стало легче. — Меня зовут Виорика, я социальный педагог этой средней школы. Женщина прекрасно разговаривала на английском, что очень облегчило ситуацию, ведь девушка переживала о том, как они будут общаться. Благо, этот язык почти в совершенстве знали все члены её семьи. — Присаживайтесь, — спустя минуту блужданий по коридору произнесла Виорика, указывая на стулья у рабочего стола. — Может чаю? — Нет, спасибо, но я откажусь, — мама легко улыбнулась, рассматривая награды на стене. Здесь, казалось, были дипломы и похвалы за всё, даже за простое существование. — Тогда начнём? — педагог обернулась к Грее. — Расскажи о себе. — Моё имя — Грея Кларк, мне пятнадцать лет. В Мельяна я заканчивала девятый класс и собиралась поступать в колледж на маркетолога. — Какой ты была ученицей? — Я училась на десять по двенадцати бальной системе, это где-то четыре-пять, если переводить на вашу систему. Я гуманитарий по натуре и всегда любила гуманитарные предметы, особенно историю. Была главной активисткой школы и старостой класса, — девушка слегка улыбнулась, вспоминая моменты из прошлой школы. — Всем внимание! — Грея зашла в кабинет, и все резко замолчали. — Нашему классу поручили поставить сценку на День Учителя. Голосуем: кто «за»? Между рядами прошёлся плотный шум голосов и уже через минуту были подняты все руки до единой. Грея любила своих одноклассников за то, что они всегда были согласны на любую авантюру. Далее Виорика задавала какие-то стандартные вопросы по типу «любишь ли ты учиться» или «в Сейме ты живёшь в квартире или в доме?». Собеседование закончилось ровно в двадцать минут первого, как и было обещано. За дверью уже стояли следующие жертвы политических обстоятельств. В каждом из них Грея видела себя: беспомощные, напуганные дети с их родителями, им тоже пришлось уехать из родных домов. Только вот одно отличие девушка всё же видела: она не готова была сдаваться. С мыслью о том, что этот город будет ею покорён, юная Грея Кларк шагала домой.