Разные методы

— Где Дазай? — Чуя подходит к тренировочному залу и видит подчинённых напарника, стоящих у входа. — Господин Дазай проводит тренировку и приказал никого не пускать. — отчитался боевик, закрывая проход. — Я не кто-то, открывай. Подчинённый мнется, но под пристальным взглядом голубых глаз сдается и пропускает. Когда Чуя входит в зал, раздаются выстрелы. Рюноскэ стоит на коленях перед направившим на него пистолет Дазаем. На скуле парня красуется след от удара, а сам он держится одной рукой за живот. Перед Акутагавой расплылся алый барьер, удерживающий три пули. Парень обессиленно опускает голову, расслабляя плечи. — Я тебе говорил, что будет пять пуль. — заметив, что он расслабился, проговорил Дазай. Раздаются выстрелы. Рюноскэ испуганно поднимает глаза, у его переносицы остановились две пули, подсвеченные красным. — Ублюдок, — справа раздается злой рычащий голос, на фоне стучат о железный пол стальные пули. Чуя быстрым шагом подходит к Дазаю и бьёт его по лицу. Осаму отступает на несколько шагов. — Кто пустил сюда бешеную псину, — негромко пробормотал Дазай, опустив голову, давая стечь крови из разбитого носа. — В мой кабинет, Рюноскэ. — Приказал Чуя, не сводя взгляда с напарника. Акутагава посмотрел на Дазая, но, не заметив никакой реакции, послушался приказа старшего. — По-моему, ты много на себя берешь, Чу-чан. — Он ребенок. — Мы были в его возрасте, когда вступили в мафию, и он знал на что идёт и согласился. — Потому что иначе, ты, подонок, оставил бы его и Гин умирать в трущобах. — Так устроен мир, Чуя-кун, выживают сильнейшие, а ты своей мнимой заботой делаешь из него жертву. Заделался в мамочку-наседку, а, Чуя? — Тц, закрой свой поганый рот, Дазай. Я заберу его к себе. — Мори не одобрит, можешь не пытаться. Ему нужен выдрессированный сторожевой пес, а не бесхребетная шавка. — Чё вякнул? Считаешь, что я не смогу сделать из пацана бойца, скумбрия? — Конечно, нет. Озаки-сан совсем тебя разбаловала… — Он не успевает договорить. Чуя подходит ближе и бьёт ещё раз по лицу и в живот. — Как тебе собственные методы обучения? Может ещё пули в тебя запустить? — Чуя смотрит, как Дазай поднимается, опираясь на стену, держа руку у живота. Он отходит, ищя взглядом на полу пули. Поднимает способностью их в воздух, наблюдая за реакцией напарника с усмешкой, и с размаху кидает пули в Дазая. Осаму раскрыл видимый глаз от удивления. Пули со свистом врезались в стену аркой вокруг Дазая. — Запомни, долбанный гений, на любую силу найдется ещё большая сила. Он разворачивается и уходит, даже не думая помочь избитому напарнику. Но на выходе все же отмахивается охране, чтобы пошли и забрали его. Чуя поднимается к себе в кабинет. У двери на полу сидит Рюноскэ, уставившись в одну точку. Услышав шаги, он резко поднимается и болезненно хмурится, держа руку у живота. Накахара не комментирует, открывает дверь ключом и пропускает парня. — Садись, — он отмахивается в сторону небольшого кожаного дивана. — Кофе пьешь? — мальчик кивает, осматриваясь. В кабинете Накахары он первый раз. Чуя возится с кофемашиной в углу кабинета, Акутагава спокойно сидит, наблюдая за его ловкими действиями, хоть это и простые манипуляции, кофемашина делает все остальное сама. — Рассказывай. — Накахара вручает ему чашечку кофе и садится напротив отпивая из своей чашки. — Спасибо, Накахара-сан. — Рюноскэ не поднимает глаз, смотрит на тёмно-коричневую жидкость в своих руках. Бодрит. — Вы спасли мне жизнь. Но это единственный раз, Дазай-сан помогает мне овладеть способностью в полной мере, я благодарен, что он учит меня, правда. — Методы Дазая жестоки. — Но мы ведь в мафии. — Думаю, ты ещё не до конца понял, куда попал. — Усмехается Чуя. — Мафия — это огромный механизм. Ты либо подстраиваешься под него, либо остаёшься за бортом, как бы не хотелось это признавать, в этом Дазай прав. Но методы бывают разные. Иди сюда. — Чуя достает из ящика стола набор теннисных мячей. — Я буду кидать в тебя мячи, а ты должен защититься способностью. Понял? — Да. Оставшийся день и вечер Чуя и Рюноскэ тратят на отработку щита способности Акутагавы, прерываясь ещё пару раз на обед и ужин с заказанной доставки. Рука у Чуи тяжёлая, поэтому следы от мячей расплылись по всему телу, вызывая лёгкую боль от движений, но она ощущается как что-то правильное, плата за силу. — На сегодня все. — Говорит Чуя, собирая способностью мячи по кабинету и складывая их в какой-то ящик в столе, и падает на диван, уставший, но довольный. — Можешь заварить чай или сделать кофе, если хочешь. — Нет, спасибо, Накахара-сан. — Мнется Рюноскэ, оставаясь стоять посреди кабинета. — Можно просто Чуя. — Накахара приоткрывает один глаз и смотрит на мальчика. — Иди сюда, падай. Ты разве не устал? Я тебя хорошо погонял. Идём. Рюноскэ подходит и садится на свободный край дивана. — Ложись. — Но, Чуя-сан, я… — Ложись. — Акутагава сдается и аккуратно ложится головой Чуе на грудь, стараясь не давить всем весом. — Я по твоему хрустальный? Ляг и расслабься. — Спасибо, Чуя-сан. «А Чуя-сан показал, что не обязательно платить за силу кровью». — Думает Рюноскэ, лёжа на груди самопровозглашенного наставника из-за ограниченного места на небольшом диване.