Добро пожаловать домой

Лёгкое покалывание в области висков сменилось на гудение во всей голове, от чего появилось фантомное чувство того, будто девушку сейчас стошнит. Это заставило её сознание быстрее прийти в норму из-за привычного, но такого первобытного страха того, что очередной приступ рвоты приведёт к тому, что она не сможет нормально дышать и вместо воздуха её лёгкие наполнятся жалкими и несказанными мольбами о помощи. А вместе с тем приходит осознание того, что что-то не так. И это «что-то» ощущается наличием чего-то инородного внутри неё, что ритмично исчезает и вновь появляется где-то в области ягодиц. Ещё одна волна страха пронзает её насквозь. Она со всей силы хватается за простыню и отползает как можно дальше от того, кто сейчас занимался актом изнасилования над её ранее бессознательным телом. Сердце начинает бешено колотится, будто вот-вот выпрыгнет из груди, страх и отчаяние все больше окутывают конечности; дыхание неровное и судорожное, от чего кажется, будто она сейчас находится в приступе панической атаки. Нельзя отрицать, что это не есть она. — К…к-какого черта! — заикание не было свойственно ей даже во время сильных стрессов, да и голос от чего-то показался незнакомым, чужим. Это не был её голос. — Ох… — мужской голос звучал разочарованно и мерзко одновременно, от чего хотелось закричать, но девушка прикусила губу, слушая то, что говорит незнакомец, и пытаясь найти глазами в полумраке путь к отступлению или способ самозащиты. — Моя драгоценная пташка, что произошло? Твой голос так внезапно стих… Неужели я настолько хорош, что у тебя помутилось сознания? Матрас прогнулся под его весом. Кажется, он был раза в два больше неё. И голос казался знакомым, будто она его уже не один раз слышала. Девушка не могла думать о том, как ей удавалось понимать незнакомый ей язык и говорить на нём, будто она обучалась ему с рождения. Это последнее, что её волновало в данный момент. — Не подходи! — её вскрик был слишком громким и непривычным, от чего она сама вздрогнула и непроизвольно сжала простыни. Это точно не её голос. Что он чёрт возьми сделал с её голосом? Что он сделал с её телом? — Хм? Секундное замешательство мужчины и резкий вброс адреналина сделал своё дело. Все так же сжимая жалкую простыню, она сваливается с кровати, быстро поднимается с пола и, кое как укутавшись куском ткани, бежит в сторону двери. Она не заперта. Легкая волна радости окутывает, от чего она становится чуточку смелее и уже со всех ног бежит по незнакомом коридоре, открывает очередную дверь, спускается по крутой лестнице и вскоре находит долгожданный выход на улицу. Но такой ли этот выход долгожданный, если тебя встречают объятья полумрака и незнакомых улиц, в которых ты — словно брошенный в лесу котёнок, пытающийся найти свою маму? А твой насильник явно ориентируется больше тебя и даже если тебе удастся убежать далеко, то тебя найдут в любом случае. Она машет головой и слышит торопливые шаги за своей спиной. Сомнение отходят на второй план и девушка со всей силы отталкивает входную дверь и бросается навстречу тьме, которая может скрывать вещи пострашнее, чем тот, кто ее преследует. Но, к ужасающему удивлению, девушка узнавала эти улицы. Они казались ей знакомыми и незнакомыми одновременно, создавая вязкую кашу в голове. Поворот за поворотом отдавался болью в босых ногах и жутким холодом по всему телу — конечно, ведь единственная вещь, что была на ней — жалкая дешевая простынка. Она видит более широкий проход, ведущий в другое место, и не знает — радоваться ей или плакать. Девушка со страхом оглядывается и все же решает начать бежать в новую неизвестную локацию. По щекам все еще текут горячие слезы, которые сильно контрастируют с охладевшей кожей. В темноте плохо видно, поэтому она не замечает как врезается телом во что-то огромное и металлическое. Точнее, она не успевает понять. Это «что-то» тут же издает недовольные механические звуки с помехами и вонзает что-то прямо в неё. Неизвестное оружие начинает шевелиться внутри, медленно превращая все внутренности в кашу. От болевого шока и отсутствия воздуха, она даже не успевает издать предсмертный крик. Вместо этого из её горла слышны хлюпающие мерзкие звуки. В глазах темнеет. Кажется, это конец.

***

Единственная мысль, которая её посетила, когда она оказалась в неизвестном пространстве, была о том, что ее настиг такой ужасный конец. Уже, при чём второй раз, что делало ситуацию ещё более неприятной. Если так можно выразиться. Она помнила свою первую смерть, хотя и до конца не верила в неё и надеялась, что это очередной кошмар во время её дневного сна, как это и было всегда. Девушка уснула во время плановой капельницы, поэтому ощущение смерти не сразу настигло её даже после того, как случилась вторая. Последнее, что она помнила из первой — кровавую рвоту, невозможность вдохнуть и капельку воздуха и жуткую боль по всему телу. Что иронично, вторая смерть была похожей. За исключением того, что боли в этот раз было намного больше. Девушка всё ещё притрагивалась дрожащими руками к тому месту, где до этого в неё вонзилась бензопила. Всё было целое, что ещё больше ухудшало её самочувствие. Слёзы никак не останавливались, а дыхание становилось неровным. Тихий вой вырывался из сомкнутых губ и направлялся эхом в необъятную пустоту. Она не понимала ничего и это пугало её ещё больше. — Почему это происходит со мной? — тихий плач стал переходить в громкое рыдание, от чего сердце неприятно сжалось то ли от стресса, то ли от ощущения того, что в этом месте тебе точно никто не поможет. Хочется громко кричать. И как только она открывает рот, дабы издать душераздирающий вопль… Что-то меняется. Крик застревает в горле, как только её глаза фокусируются на чём-то огромном перед ней, возникшем из ниоткуда. Это нечто было похоже на темнокожего мужчину, использованного и с открытыми кровоточащими ранами, из которых сочилась не кровь, а настоящее жидкое золото. Его взгляд был направлен точно на неё, от чего тело пробивало крупной дрожью. Эти золотые глаза пугали больше смертей, которые она успела ощутить во всей красе за последние несколько часов. Слёзы вновь начали слепить глаза и девушка позволила крику вырваться из горла, прежде чем…

***

— Ну-ну, что же ты кричишь? Неужели кошмар приснился? — мягкий ласковый голос разносится откуда-то со стороны, а вместе с ним появляется испуганный детский плач. — Анна, пожалуйста позаботься о своей малышке. Девушка медленно открывает и закрывает глаза, пытаясь прийти в себя. В голове все ещё стоял образ пугающего существа и она понимала, кем он являлся. Она даже начинала понимать, что к чему, хотя осознавать это и принимать не было никакого желания. И голос. Женский, приятный, мягкий. Он принадлежит Наташе, ведь так? Руки сжимают простыню и она кажется даже очень реалистичной, ни капельки не похожей на призрачные, едва уловимые ощущения во сне. Девушка пробует вдохнуть воздух. Тяжелый, слегка теплый. В нем не чувствуется огромного количества кислорода, как будто они в каком-то ограниченном пространстве с не особо хорошей подачей кислорода. И вокруг — все знакомо после многочисленных дней, проведенных в игре. Если это попаданчество, то оно отнюдь ей не по нраву. Оно в разы отличается от того, о чем она привыкла читать. Да и сама реалия внутри игры оказывается не такой радужной. Резко всплывшие воспоминания о пережитом за последний небольшой промежуток времени вновь нагоняли панику и слёзы произвольно начали течь по щекам, дыхание вновь сбивалось, а руки, сжимающие простыню, начали неистово дрожать. Наташа подошла к ней, с интересом и беспокойством разглядывая девушку. — Тебе ведь говорили, что связь с ним рано или поздно приведёт к чему-то такому? — сейчас Наташа напоминала больше мать, которая отчитывала свою дочь за неправильный выбор в партнёре, но девушка не понимала о ком идёт речь. — С к-кем? — Хм, — женщина задумчиво смотрит, прищурив глаза. — Неужели амнезия?.. Ах, с кем? С Сампо, конечно. Я, конечно, понимаю, что нынче трудно с деньгами, но в качестве клиентов стоит брать более надёжных людей. Клиентов…? Девушка нервно сглотнула. Неужели предыдущая владелица тело была проституткой? Это многое объясняет. В частности, почему она очнулась во время разгара полового акта и кто предположительно был тем самым «клиентом». Любовь к одному из фаворитов в игре дала небольшую трещину. — Нет, д-дело не в амнезии… Просто я… Это… — девушка не знала, поверят ей, если она скажет свои небольшие выводы или сочтут сумасшедшей, но все же попробовать стоит. — Не моё тело. Это не моё тело. Я ничего не знаю об этом мире и об бывшей хозяйке тела. Скорее всего, это прозвучало очень странно для человека, живущего в подземье. Даже для любого жителя Белобога это звучало бы странно. В этом ничего странного не увидели бы на Лофу Сянчжоу точно. А тут… Скорее сочтут сумасшедшей. Может так даже и лучше. — Не твоё тело?.. Тогда, как тебя зовут и откуда ты? — Я… — но вместо имени в памяти будто образовалась маленькая чёрная дыра, которая не давала мне назвать своего настоящего имени. — Я… Я… Девушка прикусила губу и потупилась в потолок. Она не помнит ни своего имени, ни того, откуда она родом. Но остальные важные воспоминания у неё сохранились, что казалось ей очень странным. Похоже в попаданчестве есть свои законы. И один из них — ты никогда не сможешь назвать или вспомнить настоящую информацию о себе. — Я… почему-то не помню…не могу назвать… — сквозь зубы выпалила девушка. — Я ничего не понимаю. — Думаю, тебе стоит ещё немного отдохнуть. Я приготовлю тебе отвар из успокоительных трав. Твоя нервная система наверное сильно пострадала после…такого опыта, — Наташа не особо понимала, что происходит, но кое-какая картина у нее складывалась в голове. Если то, что говорит девушка — правда, то у неё большие проблемы. И наверное эти проблемы пока не стоит вываливать на хрупкие плечи той, кто только пережил неприятный опыт с одним из величайших мошенников Белобога и тяжелые ранения от вышедшего из строя робота. На тумбочке оказывается жидкость с приятным травянистым запахом, а шторка, огораживающая койку от остального помещения оказывается закрытой. Девушка дрожащими руками берет чашку с отваром, после чего начинает медленно пить его, одновременно очищая разум от ненужных тревожных мыслей. Наташа права — ей сейчас нужен хороший отдых, чтобы прийти в себя. Но кто же знал, что этот отдых закончится так быстро. Открывается входная дверь и слышится голос, который она меньше всего хотела сейчас услышать. — Наташа, дорогая! Я пришёл узнать, как дела у моей подруги Сойки.