Бабочки.

«Tu tornerai da me con le mani giunte..|| ты вернешься ко мне, умоляя..» Кисть медленно скользит по натянутому полотну. Каждый штрих – искусство, он не смеет сделать ошибки на том шедевре, который пытается закончить. Его единственная муза, что тает при прикосновении холодных пальцев к подбородку, только она способна обвить художника нужным ему спокойствием. Только она способна вытащить его из глубокой пучины озера мыслей, затянувшихся илом, что медленно пачкает бледную кожу на ногах. Он полностью погряз в своих переживаниях, полностью ушел в разговоры с самим собой, стараясь прислушиваться только к звучанию композиций, заполняющих комнату. Темное помещение заливается рыжим светом от солнца, которое пробилось тонкой полоской через приоткрытую штору; художник не сводит взгляда с картины, на которой слабо поблескивала серебристая пудра. Нежные крылья бабочек, сидящих на острых плечах, блестят, переливаются от тонкой полоски света, что будто бы обвивает холст толстой лентой, остается надеяться только на то, что вскоре сверху появится бантик, который будет дополнять шедевр своим неземным блеском. Светлые локоны торчат слегка распадающимися пиками, голубые глаза жадно впиваются в портрет музы, которую он так берег все это время. Сколько времени он потратил, чтобы изобразить его лицо точно, выточенными линиями. Темные волосы выглядят так, словно это реальные пряди; кажется, что еще чуть-чуть и из холста выйдет его муза, снова обнимет, уложив ладонь на мягкие волосы, перебирая пряди тонкими пальцами. Рука снова дрогнула, пока подушечки пальцев касались щеки, чтобы раньше на ощупь была такой мягкой и нежной. Сейчас же это просто холст, просто шершавая поверхность, покрытая слоем краски. Еще свежей, но уже слегка тающей под пальцами, оставляя на бледной коже слегка бежевые следы. —ты вернешься, ты вернешься ко мне, я уверен,—Сатору судорожно выдыхает, проводит ладонью по ребру деревянной рамы, на которой держится туго натянутое полотно.—Ты будешь умолять меня, чтобы я снова обнял тебя,—Грубый голос сходит на шепот, а бледные губы слегка сжимаются в тонкую полоску. Парень делает глубокий вдох, горбится и запускает пальцы в светлые пряди, слегка сжимая и оттягивая в стороны. Ерошит с неистовой силой, снова и снова кулаком бьет по виску, начиная раздражаться еще больше. Его единственная муза, такая нежная и легкая бабочка, как те, что на картине сидят на подушечках пальцев темноволосого, на его плечах. Растрепанный пучок украшен небольшими бусинами, выпадающие волоски держат несколько небольших цветных заколок, которые даже не обделены мягкими бликами. Сугуру Гето покинул его, ушел, не став мириться с собственничеством любимого художника, что не желал делиться натурой, что цеплялся за каждую возможность изобразить на полотне возлюбленного. Каждый раз, перебирая мягкие пряди темных волос, словно купаясь в шёлке, он заплетал ему косы, делал разные прически, чтобы его милый выглядел красивым, чтобы дополнить образ мелкими деталями. И эта картина выглядело божественно, она была великолепна, в момент ее написания казалось, что вот-вот с полотна сойдет приятный глазу образ, оживут бабочки с серебряными жилками. И как бы он не был уверен, что темноволосый, изнеженный повышенным вниманием, вернется к нему, все равно скучал. Сердце разрывалось на части, кривило, заставляло рыдать каждую ночь, когда в блеске луны темные глаза на картине казались такими живыми. Он больше не почувствует приятного ежевичного запаха шампуня, больше не уткнется в острые ключицы, не проведет кончиком носа по шее, опаливая горячим дыханием нежную кожу. Он скучает, скулит как щенок по своему хозяину, но не найдет в себе сил извиниться, все еще предпочитая думать, что бывший партнер придет самостоятельно, держась за подол футболки, оттягивая ее чуть вниз. В глазах художника это выглядит самой лучшей расплатой для того, кто сбежал, трусливо поджимая хвост. Наверное, все, что было ниже плеч – ошибка, все синяки, расположенные космосом, все это было огромной ошибкой по отношению к Сугуру, наверное стоило быть терпеливее и нежнее.. Но уже ведь ничего не исправить, да?