Deepwaters Song

Ему было скучно. Оторванный от привычной среды, где всё ему было знакомо и понятно, Шэдоу не знал, чем он мог бы себя занять. Ничего особенно интересного увидеть у двуногих обитателей суши ему не удавалось до сих пор, а выдумать развлечение самостоятельно… на неизведанной территории он не был готов рисковать. Пока что. Поэтому житель окенических глубин угрюмо ковырялся в тошнотворно безвкусном разнообразии морепродуктов, предложенных ему в качестве еды, когда за пределами его временного обиталища раздались уже знакомые голоса. — Спокойной ночи, Тейлз! — громко произнёс сейчас невидимый синий ёж. За восклицанием последовал похожей манеры ответ, затем снаружи послышался звук приближающихся шагов, кто-то остановился точно за дверью и начал медленно открывать её. Шэдоу тут же отпрянул в сторону от подноса с едой и настороженно подобрался, машинально хватаясь ладонью за бортик ванной. Опасности от того, кто вытащил его из ловушки сетей и спас от возможности по-идиотски задохнуться под водой, он не чувствовал. Но это не означало, что житель глубин за такой короткий срок проникся к спасителю доверием. Мало ли что тот мог придумать помимо решения навредить напрямую. Однако синий ёж даже полноценно заходить в комнату не стал. Он лишь приоткрыл дверь достаточно, чтобы просунуть внутрь голову и оценивающим взглядом окинул представшую перед ним картину. — Вау, ты сегодня активный, — Соник немного натянуто улыбнулся, наткнувшись на подозрительный прищур красных, слабо мерцавших в полумраке глаз. — Это хорошо. Значит, восстановление идёт полным ходом! Он немного помялся. Затем глубоко вдохнул, будто собирался с силами, и торопливо выпалил: — Но ты лучше отдыхай побольше. И ешь активнее. Не отравлено, даю слово! Где ты на воле такое раздолье найдёшь? В общем, спокойной ночи. Зови… то есть кричи… то есть пой, если что-то будет нужно! Ёж преувеличенно бодро усмехнулся на последней фразе, но добился только того, что Шэдоу сплющился в углу ванны ещё сильнее, угрожающе поднял несколько щупалец и предупреждающе зашипел на него. Соник сглотнул с лёгкой опаской и, пробормотав что-то вроде «раз-ты-в-порядке-тогда-я-пошёл», быстро скрылся из его поля зрения. Хлопнула напоследок дверь, и щелчок затвора показал, что гостя из глубоких океанических вод заперли в его временном жилище. От греха подальше. Шэдоу, ещё немного подождав в угоду осторожности, выполз на сухой кафель и несмело приблизился к закрытому проходу. За ним по полу потянулись влажные следы воды и естественной слизи вперемешку. Прижав ладонь к обработанной древесине, он внимательно пригляделся к металлической ручке и узкой щели между дверью и дверным косяком, пытаясь на ходу разобраться, как местный запирающий механизм работает. Кажется, он нашёл себе развлечение на ближайшее время. Всё-таки Шэдоу очень не любил, когда его где-либо запирали.

***

В этом не было ничего необычного. Тейлз уже спал в своей комнате на другом конце дома, оба подопечных находились в их временных обиталищах, и никто не мог случайно потревожить синего ежа, норовя поставить его в неловкое положение. Организм требовал разрядки, и перед сном Соник всё-таки не отказал себе в маленьком быстром удовольствии. Благо, под рукой всегда были влажные салфетки и привести себя в порядок можно было на месте, исключая необходимость выползать из-под одеяла и тащиться через весь дом в свободную душевую. Синий ёж уже заканчивал, переживая приятный звон в ушах и собираясь с силами, чтобы подняться и обтереться, как странное, неоформленное в полной мере чувство заставило его насторожиться. …когда Соник открыл глаза, чтобы зрительно удостовериться, что опасность ему просто из-за сонливости мерещится, он чуть не заорал: из самого тёмного угла комнаты на него уставились два слегка мерцающих красных огонька. Несколько долгих мгновений тихой паники потребовались ему, чтобы понять, что это были глаза и из тьмы на него пялился недавно спасённый житель океанических глубин. — Так и до инфаркта довести можно… — негромко выдохнул синий ёж, проводя чистой ладонью по лицу и пытаясь унять дрожь испуга. Спустя несколько минут, за которые спасённый осьминожек ни капли не изменил своего положения, Соник полностью успокоился и, последний раз глубоко вздохнув, деланно беззаботно поинтересовался: — И как ты выбрался из ванной? — он даже улыбнулся, пусть и слегка натянуто, пытаясь продемонстрировать, что его ни капли не беспокоит побег подопечного из выделенного ему помещения. Мгновением позже синий ёж спохватился. — Тебе что-то нужно? Болит где-нибудь? Соник хотел было подняться, чтобы включить свет и хотя бы издалека осмотреть нежданного визитёра… но вовремя остановился, вспомнив, в каком положении он сейчас находится. Краска залила лицо непроизвольно и неумолимо. Вот тебе и «некому поставить в неловкое положение». — Может ты вернёшься в ванную и подождёшь меня там? Я подойду через пару минут и помогу тебе… с чем бы то ни было, — без особой уже надежды на ответ попросил ёж, отмечая про себя, что на все его предыдущие слова осьминожек вообще никак не отреагировал. Только продолжал пялиться из темноты и сверлить его внимательным, с каким-то странным выражением, взглядом. …это что — голод? Соник сглотнул, совершенно не замечая, как его улыбка стала более натянутой и нервной. Он конечно многого не знал конкретно об этом виде океанических обитателей, но раньше как-то даже предположить не брался, что они могут иметь вкусовые пристрастия отличные от тех, которые проявляли уже знакомые ежу подводники. Его же не хотят съесть, верно? — Эм, приятель, сейчас я был бы рад хоть какой-нибудь конкретике. Я не умею читать мысли и хотел бы знать, какие у тебя… намерения. На последнем слове голос дал петуха и осип, стихая, потому что осьминожек резко сдвинулся с места и странным, неуловимо быстрым движением оказался совсем рядом, нагло вторгаясь в глубоко личное пространство синего ежа. Соник не удержался, вскрикнул, едва ли не писком, и мёртвой хваткой вцепился в единственную преграду, хоть как-то отделявшую его от глубоководного хищника, — одеяло. Впрочем, защита вышла неубедительной, потому что одного рывка оказалось достаточно, чтобы вырвать плотную ткань из пальцев и отбросить её куда-то на пол. — Не ешь, подумай! — сдавленно закричал Соник и зажмурился, тесно сводя бёдра, липкие и немного влажные из-за того что он не успел обтереться до начала этой дико конфузной ситуации. Прошло мгновение. Ещё несколько. Минута, практически. Маленькая вечность в восприятии одного сбитого с толку синего ежа… однако ничего страшного так и не произошло. Наконец, он решился приоткрыть один глаз и уже с удивлением обнаружил, что осьминожек действительно… задумался. Хмурый, в какой-то степени даже напряжённый взгляд прошёлся по лицу Соника, скользнул ниже и наконец остановился на наиболее заинтересовавших подводного хищника местах. Румянец на лице синего ежа стал горячее и ярче. — Э-это… — он пытался найтись с каким-то разумным объяснением. Но прежде, чем удалось подобрать слова, подопечный снова удивил его, схватив за испачканную руку и внимательно принюхавшись к ней. Постыднее ситуация стать вряд ли уже могла, поэтому Сонику оставалось только смириться и ждать, что выкинет непредсказуемый осьминог дальше. Впрочем, как оказалось, до предельной неловкости им ещё было, куда идти… — Ты что делаешь?! — вскинулся ёж, когда почувствовал на своей ладони тёплый, практически горячий язык. Вырвать руку из крепкой хватки перепончатых пальцев не получилось, и Сонику оставалось разве что бессильно наблюдать, как житель глубин сосредоточенно слизывал оставшиеся на персиковой шерсти прозрачные капельки смазки и спермы. Когда ничего, кроме чужой слюны, на ладони не осталось, ёж оторопело уставился на удовлетворённо облизнувшегося подопечного. И в откровенном шоке завис, стоило ему увидеть простенькую пантомиму, в которой от него требовали добавки. — Это самая странная вещь, о которой у меня просили спасённые мной русалки, — честно признался Соник из-под пальцев чистой руки, прикрывших лицо, слишком красное и удивлённое, чтобы показывать его внешнему миру.