Всё скоро закончится, а может и нет

***

В аудитории раздавался хриплый монотонный голос, слушая который хотелось закрыть глаза и отправится в прекрасный мир грёз. Любая информация, которая была произнесена им, становилась недосягаемой для слуха и совершенно не ясной для слушателя. Однако здесь такой был один, в его группе никто и помыслить не мог, о таком, как же иначе. Все всегда внимательно слушали и вкладывали глубокий смысл в каждое слово профессора Хаккинза. Правда, очень часто все эти покорные мыслители, его разочаровывали своими умозаключениями. Профессор был человеком нескладного телосложения: слишком высокий, слишком худой, с длинными руками и такими же стопами, издалека напоминающие небольшие лыжи. Его голова была пухлой и круглой настолько, что, глядя на неё, глазу буквально не за что было зацепиться. На лице располагались почти незаметные, маленькие тонкие губы, большие уши лопухи, нос картошкой и большие глаза, глазные яблоки которых так и норовили выпасть из глазниц. Кроме этого на его голове красовалась лысина, о которой знали все и о которой было сочинено множество шуток. Но несмотря на все это, профессор старательно прикрывал её париками и каждый день выбирал новый, из-за чего в младших группах верили, что вместо дома у него завод по производству париков. Одет он был всегда в скучные официальные костюмы, белые рубашки в которых всегда были туго затянуты красным галстуком бабочкой. Что касается цвета его пиджака и брюк, то они менялись в зависимости от дня недели и эта последовательность была неизменна, невзирая ни на праздничные мероприятия, ни на официальные. Так он однажды появился на похоронах в ярко жёлтом костюме просто потому, что была среда. Сегодня он рассказывал нам новую «невероятно интересную» тему, которая должна была, по его мнению, заставить нас задуматься о смысле и цели нашего существования, помочь нам стать осознанными унитанами, чтобы служить на благо нашей Родины. «Хотя судя по всему он снова впечатлил всех присутствующих сегодня.» На кульминационном моменте этого монолога раздался тихий вздох, юноша слегка откинулся на стуле и закрыл глаза, погрузившись в свои мысли. «Повторения, повторения и ещё раз повторения. Может наш профессор и не человек вовсе, а попугай который может бесконечно повторять одно и тоже.» Усмехнувшись Эйнич резко подскочил. Ему показалось, с что его смешок был слишком громким, поэтому аккуратно осмотревшись, сел за свой небольшой белый стол, как и полагается студенту, не переставая думать об абсурдности, которая повторялась из раза в раз уже на протяжении 30 лет. «Сколько, да и вообще, как можно говорить одно и тоже день за днем.» Он искренне поражался этой способности профессора, хотя ему тоже были интересны некоторые лекции, но он в этом упорно не признавался даже самому себе. «М-да, и с кем я учусь», юноша обвел группу взглядом, «они же как куклы каждый раз пишут что-то, и благодарят профессора за полезно проведённое время. Интересно, зачем? Это де его работа». Вернувшись в реальный мир к скучному монологу профессора, который всё никак не заканчивался. Решив поспорить с собою, он решил немного послушать профессора, чтобы убедиться в несуразности всего происходящего. «Если и в этот раз в конце он все подведет к тому же, я перестану посещать его лекции. А если нет, то подружусь с одной из этих рыбок и месяц буду прикидываться примерным учеником.» Он уже спорил так сам с собой множество раз и выигрывая, всё внутри него ликовало. И сегодня он с нетерпением ждал, когда же и в этот раз его триумф повторится. – «Итак, как известно на сегодняшний день из исторических капсул, в начале 21 века произошла катастрофа. Человечество не смогло миновать все кризисы и дошло до точки невозврата, начав уничтожать само себя. Из-за чего началась третья мировая или ядерная война, в которой никто не мог считать себя победителем. Осуществление этой войны было возможно с помощью, с помощью…Так называемого, ядерного оружия, которое работало на основе деления ядер плутония и урана в геометрической прогрессии, после чего они взрывались. Однако при запуске этого оружия что-то пошло не так и в середине полета к своей цели из-за неизвестной ошибки в работе системы наведения, это оружие развернулось и вернулось к отправителю, тем самым уничтожив его.» Сделав небольшую паузу Хаккинз, внимательно обвел взглядом группу и сев в кресло спросил: – «Кто хочет объяснить по каким основным причинам люди дошли до этого и дать рекомендации как этого избежать?» Вся группа подняла руки, кроме сидящего за самой дальней партой в углу юноши. В этот момент он будто перестал существовать, его голова стала неимоверно тяжёлой и в ней осталась только одна мысль: «Я проиграл» но от злости, моментально окутавшей его, сразу же возникла вторая, «Ну почему именно сегодня, теперь придётся общаться с одним из этих.» Больше всего ему не нравилось проигрывать и вновь оглядев свою группу, решил любыми способами избежать новых ненужных ему знакомств. Не дав ему закончить начатое, профессор заставил его вернуться в реальность, резко окликнув: – «Ну что ж отвечать будешь ты Эйнич, вставай и подходи ко мне, мы с тобой очень долго уже не беседовали, помниться последний раз это было 6 лет назад.» Осознав, что из-за своей невнимательности он попался, негативных эмоций по мере приближения его к профессору становилось все больще и больше. И пока Эйнич проклиная все на свете, заставлял себя идти, Хаккинз пристально смотрел на своего ученика.