СНЕГОПАД ВЕСЕННЕГО ЦВЕТА

Четыре часа. Антон сидел на подоконнике и меланхолично курил в открытое окно. Погода как никогда отражала его состояние. Мрачно, ветрено, местами дождь. Ира так ничего и не написала, да и он ей ничего не писал, хотя порывался и не один раз. Порывался допросить, как понимать такое поведение. Порывался послать матом далеко и надолго. Порывался добиться слов раскаяния. Но какой во всем этом смысл? Тем более заходить ни в телегу, ни в вк не хотелось. Ведь если где-то убыло, то где-то прибыло. Теперь его осыпали сообщениями не только Поз, но и Вика. Он бы забил на всю эту ситуацию, да и вообще забил бы на всё, если бы вот не две вещи. Завтра экзамен. Завтра день рождения у Сереги. И ему в любом случае придется поговорить и с Ирой, и с Позом. Из меланхоличных размышлений его вырывает звонок телефона. Он смотрит на имя абонента, выключает звук, откидывает телефон, но абонент не сдается. Тогда сдается Антон. — Да. — Пизда! Это что за тотальный игнор?! Ты что там подох что ли?! — Раздается гневное верещание знакомого голоса, отчего Антон немного отстраняет телефон от уха. — Я готовился к экзу, не хотел отвлекаться, выключил телефон. — То есть для Иры у тебя телефон всегда включен, а для меня нет! — Она-то тут причем? — Тяжело вздыхает Антон и подцепляет вторую сигарету. — Она мне писала, сказала, чтобы мы озадачились вопросом подарка Сереге. — Забавно, я думал ты уже давно этим озадачен. — Усмехается Антон. — Озадачен, короче, я в твоем районе, могу тебя цепануть, вместе прогуляемся. — Ну цепани… — Минут двадцать и у тебя. — Жду. Антон откидывает телефон, тушит сигарету, тяжело соскребается с подоконника и плетется на кухню. — Фаааак… «Нет, Поз это точно видеть не должен.» Антон достает из кухонной тумбы перчатки и начинает нейтрализовывать следы своей поехавшей крыши. — Ну вот и славненько! — Оглядывает Антон два огромных мусорных пакета. «Время есть, надо это все выкинуть, чтобы у Поза не возникло вопросов.» Антон запрыгивает в кроссовки, накидывает куртку, вытаскивает два пакета в подъезд, закрывает дверь, запускает руку в карман и… пусто… В другом тоже пусто. Пусто даже во внутреннем кармане. Парнишка хмурит брови, заходит обратно, осматривает тумбочку у зеркала в коридоре, подоконники, рабочий стол, проверяет рюкзак, но ключей нигде нет. — Да какого хрена! Ему становится жарко, отчего раздражение на все вокруг растет в геометрической прогрессии. Он падает на четвереньки, осматривает пространство под кроватью, замечает что-то очень похожее на ключи, тянется, проникая головой вслед за рукой… — Красиво стоишь. Антон дергается, ударяется головой, высовывается из-под кровати, гневно сминает фантик из-под чокопая в руке и кидает его в дверной проем, где с самодовольной ухмылочкой и оценивающим взглядом стоял Арсений, который явно куда-то собрался. «Ну пиздец!» — Доброе утро! — Еще куда более саркастично приветствует его сосед. — В жопу твое доброе утро! — Фыркает Антон и соскребает себя с пола. — А что с настроением, неужто похмелье? — Облокачивается он на стену в коридоре, пафосно достает электронку, делает тяжку и выпускает дым, как самая распутная дама района Красных фонарей. — Отъебись. — Вылетает в прихожую взъерошенный таким внезапным появлением соседа Антон, открывает шкаф и начинает суматошно выворачивать карманы курток. — А я говорил тебе вчера меньше пить. — Себе бы лучше говорил, а не засыпал на чужих диванах. — Захлопывает он шкаф, упирается в него руками и начинает мучительно вспоминать, куда он мог засунуть эти гребаные ключи. — Ты меня вчера вымотал, имел полное право, тем более диван за диван. — Так, чего тебе? Я не в самом лучшем расположении для дружеского общения, так что если ты закончил изводить меня, можешь идти. — То уйди, то приди, тебя не поймешь. — Выдыхает он дым вверх, не сводя игривого голубого взгляда с пыхтящей мордашки напротив. — Если ты косплеишь опасного американского школьника, который ездит на байке и выбивает стекла битой, то у тебя неплохо так получается, а если это закос под дерзкую брутальность, то ты в пролете. — Находит к чему придраться Антон, осматривая Арсения. Он уже давно заметил, что брюнет капец как следит за своим внешним видом. Но сейчас, он, и правда, выглядел, как гребаная модель с обложки ретро журнала. Подранные черные джинсы, черная толстовка, огромная черная кожаная куртка с закосом под старину, да еще и электронка! Мда, на фоне побитого жизнью Антона, который что выпало, то и надел, выглядел просто бесподобно. Арсений ничего не отвечает на такую колкость, а лишь немного поворачивает шею, чтобы представить к рассмотрению свой самый выигрышный ракурс. Дверь резко открывается и в квартиру залетает Поз. — Ого! Мне даже не придется полчаса тебя ждать. — С ходу осматривает он готового к выходу Антона. — Кстати, я сегодня остаюсь у тебя. — Скидывает он рюкзак на пол и разминает затекшую спину. — А то я нихрена не учил, а ты мне хоть что-то объяснить успеешь. — Оооооо, это навряд ли. — Раздается голос с боку. — Твою мать! Вы может уже съедетесь?! — Ошарашенно осматривает Поз Арсения, на что тот лишь ухмыляется. — Да, этим и занимаемся, мне Антон даже ключи дал. — Поднимает он вверх руку, на пальце которой висела пропажа. Антон с минуты смотрит на свои ключи, а потом как понимает, что это ЕГО ключи. Он отрывается от шкафа, медленно подходит к Арсению, выдерживая зрительный контакт, поднимает руку вверх, сдергивает ключи с пальца соседа, открывает дверь и начинает его выталкивать. — Нет, ну я мог оставить дверь открытой. — Смеется Арсений. — Ты мог бы меня разбудить! — Ну ты так сладко спал… — Захлапывает дверь Антон, не дав соседу закончить свою насмешливую тираду. — Вы теперь еще и спите вместе, ну все, пора кому-то купаться в фонтане. — Кладет Поз руку на плечо друга, но тот резко ее скидывает. — А ты! — Пыхтит Антон, вглядываясь в искрящиеся карие глаза напротив. — Я? — Расплывается он в улыбке. — За собой следи! — Тяжело выдыхает Антон и выходит из квартиры. — Дерганый ты какой-то, все хорошо? — Выходит Поз следом. — О, да! У меня все хорошо! Все просто замечательно! Поз и Антон уже час кружили по огромному лофт пространству в тринадцать этажей, где каждый магазин, как отдельный арт-объект. Поз дал для Антона несколько вводных: - Серега любит рисовать; - Серега любит активно проводить свой отдых; - Серега любит крутые шмотки; - Серега любит вкусно поесть. И вот главный вопрос. А кто этого не любит? Да под это описание пол магазина подходит! — А почему я покупаю подарок с Ирой, а ты отдельно? — Отвлекает Антон друга от всасывания шариков из бабл ти. Поз подвисает с трубочкой во рту и сворачивает в очередной магазин с самодельными аксессуарами. — Я купил основной подарок, хочу что-то дополнительное посмотреть. — Берет он какие-то невообразимо большие кошачьи ушки из полимерной черной глины, украшенные ленточками и бубенцами, и надевает на Антона, но тому до этого нет никакого дела. — Что за основной подарок? — Сертификат на тату. — Неплохо. — Втягивает он чай с видом будто курит в следственном изоляторе, допрашивая преступника. — А когда вы так сдружиться успели, а то я что-то упустил этот момент? Поз пробегается пальцами по украшениям из бисера, крутит в руках цветастый браслет, усмехается, откладывает его и направляется к выходу. Антон сменяет своего друга и внимательно осматривает украшения. Он выцепляет один голубой браслет с белыми облаками и расплывается в улыбке. «Ире бы понравился.» Антон с минуты ломается. Чувство разочарования борется с чувством надежды. Он резко отдергивает руку от украшений и уходит в сторону выхода. — Вам все посчитать? Антон стоит на кассе, внимательно осматривает голубой браслет с белыми облаками в своей руке и думает, а как можно посчитать не все? Нет, только застежку, пожалуйста, пробейте. — С вас семьсот рублей. «Сколько! Этот бисер откуда везли? Да ему красная цена пять рублей! Я конечно все понимаю ручной труд все дела, но не семьсот же рублей!» Антон прикладывает карту, забирает аккуратно свернутый пакетик, сует его в карман и догоняет Поза. — Это какой-то развод! Обычный браслет семьсот рублей стоит! Поз поднимает глаза на ушастого друга, который так и не снял кошачий ободок, пытается сдержать смех, но у него не получается, поэтому он лишь отмахивается и убегает вперед. — Ты так и не ответил. — На что? Да девушка, а у вас есть кигуруми акулы? — Обращается он к консультанту магазина, у которой на лице живого места не осталось от пирсинга. — А какой размер вас интересует? — Наклоняется она к ребятам, облизывая верхнюю губу разрезанным языком, отчего Антон непроизвольно отворачивается и начинает делать вид, что рассматривает товар на витрине. — Самый большой, плюс минус на меня чтобы подошел. — Отходит Поз и крутится вокруг своей оси, показывая свое телосложение. Девушка равнодушно меряет взглядом странного покупателя, переводит свое внимание на смущенного Антона, усмехается и уходит, оставляя ребят одних. — Когда вы успели так сдружиться? — Наконец-то отрывается от изучения витрины парнишка. — Да с первого курса как-то заобщались и все. — Увиливает Поз от ответа. — А он твой лучший друг или просто друг, или знакомый, или товарищ? — Активно жестикулирует Антон, взбешённый откровенным враньем, и ударяется больным пальцем о витрину, отчего бесится еще больше. — Антон, слушай… — Пытается угомонить он друга. — Давай этот вопрос обсудим у тебя дома. — А есть что обсуждать? — Нет! Акулы нет, но есть олень! — Выныривает девушка со склада. Ребята переглядываются, смеются, отрицательно качают головой и выходят. — Ого! Может ему светящийся презерватив в подарок докинуть? «Схлестнетесь джедайскими мечами так сказать.» — Думаю, прикол он оценит. — Можно его? — Тыкает Антон в витрину, запрокидывая голову на продавца, чьи девственные усики шли в резонанс с секс шопом, в котором тот работал. — А что у тебя с Ирой? — А что у меня с Ирой? — У меня просто складывается такое ощущение, что я вашей совой сегодня работаю. — Активно что-то печатает Поз в телефоне. — Что происходит, почему она мне написывает? — Спасибо! — Забирает свою покупку Антон и скидывает в подарочный пакет. — Хз, может потому что она меня вчера продинамила самым жестким образом и даже «извини» не написала. — В смысле продинамила? Так, а с этого места поподробнее. — Идеально! — Трогает Антон плотную ткань черной футболки. — Беру. — Кивает он продавцу с дредами кислотного цвета. — И ты с горя решил кинуться в объятия своему педи… — Поз осекается, замечая навострившиеся дреды продавца. — Своему соседу? — Спасибо. — Оплачивает Антон покупку, берет Поза за плечо и выводит из магазина. — Во-первых, он не педик! И давай больше не поднимать эту тему. Во-вторых, я подыхал от горя, а он составил мне компанию за просмотром фильма. Все. — И что даже не приставал к тебе? — Ааааааааааа! Откуда такие мысли! Все, идем в Хобби рум, а потом сразу ко мне домой, посмотрим, что ты мне скажешь! — Фыркает Антон и тянет друга к выходу. — То есть ты с Ирой порвал? — Было бы с чем рвать. — Бубнит Антон, осматривая краски по ткани. — Просто знаешь, после такого с ней общаться, себя не уважать. А ты ей даже браслет купил. — Это не ей. — Ну Сереге точно маловат будет. — Смеется Поз. — Завтра мы с ней увидимся, думаю, у нее была веская причина так поступить. Антон настороженный долгим молчанием поворачивается на друга, который сверлил его осуждающим взглядом. — Как можно быть таким непробиваемым?! Что? Что еще должно случиться, чтобы ты перестал перед ней в три слоя стелиться?! — Прыгает на месте от гнева Поз, заламывая руки вверх. — Как шавухой пахнет, у нас есть три секунды прежде, чем я захлебнусь желудочным соком! — Стонет Поз, косясь на пакет с чудом уличной кухни в своей руке. Антон нажимает на нужный этаж, дверь лифта закрывается, но в последний момент чья-то нога, а точнее кроссовок, препятствует этому процессу. — Я как всегда вовремя. — Со своей фирменной улыбочкой заходит к ребятам Арсений. — Ого, классно выглядишь, на свидание гонял? — Пристально осматривает его Поз. — Предположим. — Пристально осматривает Арсений Антона. — И с кем, если не секрет. — Улыбается Поз, за что сразу получает пру ударов от друга в плечо. — По классике жанра должен ответить с твоей мамкой? — Приподнимает Арсений куртку Антона и оглядывает его спину. — Чего тебе? — Выдергивает парнишка обратно свою куртку. — Ничего, так, смотрю, где у такого котика скрывается хвостик. — Какой хвостик? — Возмущенно вскидывает он брови. Поз зажимает рот рукой и отворачивается в любимый угол Антона, сотрясаясь от смеха. Парнишка переводит непонимающий взгляд с Арсения на Поза и обратно, на что брюнет хихикает и кладет свою руку на его волосы, осторожно поглаживая. — Извини, но ко мне больше нельзя, Лена сказала никаких животных. Поз сгибается от хохота, хватаясь за пресс. Арсений не выдерживается и присоединяется к нему. Антон сбивает руку брюнета со своей головы и цепляется за что-то инородное. Он отдергивает Поза от стены лифта и смотрится в зеркало. На нем красовались огромные черные кошачьи уши. — Так вот, что у меня башка весь день болит! Так вот, значит почему браслет… — Антон замирает, закрывает глаза, сжимает кулак, выдерживает небольшую паузу, а затем обрушивается на друга, попутно сдергивая с себя уши. — Да ты охренел! Я весь день с это херней на голове проходил! — Не такая и херня, тебе идет. — Успокаивается Арсений. — Да пошли вы оба! — Фыркает Антон и выходит из лифта. — Да ладно, Тоха, тебе, и правда, идет. — Догоняет его друг. — Гори в аду! — Да, эти поездки в лифте становятся моим любимым развлечением. — С интересом смотрит он на уходящие спины ребят. — А знаешь, этот педик мне начинает нравится. — Смотри, чтобы Серега не заревновал. — Скидывает кроссы Антон и уходит с пакетами шавухи на кухню. — Что? — Замирает Поз с курткой в руке. — В каком смысле? — Ну, он ведь теперь твой лучший друг. — Все еще дает Антон шанс на самостоятельное признание. — Я так и знал, что ты ревнуешь! — Облегченно выдыхает Поз и идет за ним на кухню. — Единственный мой лучший друг это ты. «Ага, охотно верю.» — А он кто тогда для тебя? Лучший друг номер два? — Просто хороший знакомый. «И со всеми хорошими знакомыми ты сосешься по углам?» Как бы Антон не намекал, как бы не пытался подвести, как бы не докапывался, но Поз филигранно отражал все его нападки, переводя тему, то на Иру, то на Арсения, то на экзамены. На экзамене они, кстати, и закончили, а точнее на: — Что хоть завтра сдаем? — Таааак, я надеюсь это не из-за Сереги? Ты гребаный собственник! — Удивленно смотрит Поз, как его друг любезно расправляет для него диван. — Нам осталось спать три часа, а с тобой я опять не высплюсь. — Отмахивается от его вопросов Антон. — Раньше тебя это не смущало. — Обиженно надувает губы Поз. «Раньше я жил в блаженном неведенье!» Антон кидается в него подушками, одеялом и уходит к себе. — Спокойной ночи. — Да уж, спокойнее некуда. — Оглядывает предоставленное спальное место Поз, понимая, что что-то тут не так.

***

Антон просыпается от запаха кофе. Он слышит на фоне смешные голоса, кажется, что это мультик, возможно даже Спанч Боб, нет, это точно Спанч Боб. Он сладко потягивается, скидывает ноги с кровати, открывает окно и высовывается в него наполовину, втягивая свежий аромат весны. Болото под его балконом постепенно высушивается, зелень проклевывается, птички поют, жизнь прекрасна! Он запрокидывает голову наверх, но там никого. «Спит наверное. Ему ведь не надо экзамен идти сдавать. Вот хорошо устроился. Сопит в подушку и жизни радуется.» Антон расплывается в улыбке, но потом резко меняется в лице, трясет головой, закрывает окно и уходит умываться, проскакивая мимо Поза, который решил сготовить завтрак. — Доброе утро! — Доплое! — Выходит Антон с щеткой в зубах и облокачивается на стену в дверном проеме. — Знаешь, а без тебя, и правда, классно спать, никто не толкается, не посягает на твое личное пространство, не говорит во сне, одни плюсы. У Антона по подбородку течет пена и капает на грудь, он спешно стирает ее и уходит в ванну. — Да, а еще никто одеяло не забирает, в стену тебя не впечатывает и не храпит. — Доносится голос, заглушаемый шумом воды. — Эй, я не храплю! — Откуда тебе знать, ты же спишь. — Мне бы сказали! — Ого, и кто? — Заходит Антон на кухню, стягивает кружку с полки, набирает воды и делает жадные глотки, усаживаясь на стиральную машинку. Поз уходит в себя, отстраняет друга, достает с сушилки тарелки и накладывает что-то на подобие омлета, а точнее курицу с картошкой залитую яйцом. — Твоя девушка? — Продолжает пытки Антон, не дождавшись ответа. — Ага. — А как ее зовут? Может я ее знаю, все-таки из нашего уника. — С…Света. — Света значит... А сегодня она будет? Или С…Серега пригласил только твоих друзей, а не девушку? Поз ставит на стол тарелки и включает чайник. — Он пригласил своих друзей. Света не сможет прийти, а так бы вас познакомил. — А чем она занята? — Игриво крутит на пальце Антон пустую кружку. — Работает. — Кем? — Официанткой. — Где? — В кафе. — Каком? — Пиццерии, не помню название, на Приморской. И вообще, я так не интересуюсь своей девушкой как ты. — Рассыпает Поз по кружкам кофе и заливает кипятком. — Ну, перспективы зарождения моей личной жизни пока далеки, так что хоть твоей поинтересуюсь. — Падает Антон за стол и включает Спанч Боба, но Поз останавливает. — А вот смотри, если бы ты узнал обо мне что-то, что, скажем так, осуждается людьми. — Наркотики? — Издевается над ним Антон, делая самое непонимающее лицо в мире. — Да, предположим, ты бы узнал, что я наркоман. Ты бы стал ко мне хуже относиться? — Я бы запер тебя в подвале. — Плохой пример. — Отворачивается Поз к окну и задумывается. — А если бы ты узнал, что я ем конину. — Конину? — Да, конину. Многие же люди осуждают и считают это дикостью. Ты бы стал есть конину? Антон задумывается и пожимает плечами. — Я никогда не ел конину, но многим нравится, я бы по крайней мере попробовал прежде, чем осуждать кого-то. «Да какая в жопу конина! Ты пидорас несчастный имей смелость признаться!» — Ну, а если бы она тебе не понравилась, ты бы осуждал меня, за то, что я ее ем. — О вкусах не спорят. Ешь, что хочешь, только при мне коня не заваливай и не свежуй. — Смеется Антон. — А при чем тут вообще конина? «Колись! Последний шанс даю! Чистосердечное облегчит приговор!» Поз внимательно осматривает друга, порывается что-то сказать, но потом опускает взгляд в тарелку, отрицательно качает головой и включает Спанч Боба. «Хорошо, подождем, но сегодня вечером, я заставлю тебя признаться. Ты можешь врать мне, но не алкоголю.» Ребята легкой походкой без нервяка идут по коридору уника. Обычно люди волнуются когда что-то знают, а так, нет знаний, нет проблем. Пусть они вчера и что-то читали, но оба думали о другом. Так что Поз, как обычно, надеялся на удачу, а Антон, что не зря посещал все лекции. На ребят невозможно было не обращать внимание. Они были настолько воодушевлены предстоящей попойкой, что буквально освещали этот день. Плюсом у Антона в руках был огромный подарочный пакет, а у Поза букет из крокусов, которые они купили, ведь когда ты счастлив сам, то хочешь осчастливить и ближнего, а в частности молодую преподавательницу, с которой им предстоял экзамен. Они заворачивают за угол и все лучезарное настроение Антона тут же меркнет стоит ему пересечься взглядом с Ирой, которая стояла с телефоном в руке и усердно зубрила. — Просто делай вид, что ничего не произошло. — Шепчет ему Поз на ухо. — Поговорите вечером под бокальчик вина. Антон опускает на него суровый взгляд и натягивает улыбку. — Как скажешь. Ребята подходят к Ире, она обнимает Поза, тянется к Антону, но тот демонстративно делает шаг назад, облокачивается на стену и достает телефон. — Привет, Антон. — Привет. — Сдержанно отвечает парнишка, не отрываясь от телефона. — Ого, вы купили подарок, кому перевести деньги? — Тохе. — Напишешь сколько? Антон кивает. Ира виновато смотрит на друга, переводит взгляд на Поза, в надежде, что тот ей поможет и разбавит этот неловкий диалог, но тот лишь отрицательно качает головой. — Антон… — Доброе утро, ребята! — Подбегает запыхавшаяся преподавательница, которая выглядела ну просто сногсшибательно. — Так, староста, соберите зачетки. В аудиторию заходят те, кому хватит и тройки. — Тяжело выдыхает она, поправляется и открывает дверь. — Давайте это будет наш самый быстрый экзамен, уверена, сидеть в такой духоте никому не охота. Раздается одобрительный гул. Все-таки сколько преподавателей, столько и подходов к проведению экзамена. Половина студентов заходит, а святая троица остается стеречь подоконник. — Антон… — Я готовлюсь, не отвлекай, пожалуйста. От такого ответа охренели все и даже сам Антон. Поз и Ира переглядываются, смотрят на невозмутимого друга, снова переглядываются и утыкаются обратно в свои телефоны. — Тааак, с одними отстрелялись! — Радостно выпроваживает преподавательница довольных студентов. — Кто хочет четверку, милости прошу! Антон и Ира смотрят на Поза, а тот показывает им фак. — Идите нахрен, я еще лучше вас сдам. Лучше тебя уж точно. — Тыкает он в Антона. — Пффф, я, в отличие от некоторых, на парах не спал. — Я, в отличие от некоторых, успел с утра док прочитать. Ира улыбается, порывается, как обычно, разнять ребят, но этот суровый взгляд Антона заставляет ее не высовываться дальше своего телефона. — Так так так. Значит вы хотите пять? — Выпускает преподавательница студентов. Все трое переглядываются и решительно кивают. — Хорошо. Держите зачетки. Староста подбегает к преподавательнице, перенимает зачетки и вопросительно смотрит то на них, то на ребят у подоконника. — Раздавай, поверю вам на слово, что вы не спали всю ночь, усердно готовились и так далее и тому подобное… — Закрывает она дверь. — Хороших вам летних каникул и практики! — А вам приятного вечера! — Игриво подмигивает ей Ира. — Ой, спасибо, Ириночка. — Убегает она, спешно переставляя каблучки. — Ну вот! День становится все лучше и лучше! — Радостно принимает Поз зачетку из рук старосты и лицезреет в ней свою пятерку. — Вот я уверен, если бы тебя с твоей хитрожопостью с нами не было, мы бы до утра ей зачет сдавали! — Сокрушается Антон. — Так радуйся, что позволяю пользоваться тебе своей хитрожопостью! — Ударяет он Антона по плечу, делает два шага вперед и танцует победный танец, веселя друзей. Как бы Дима не старался, как бы он не поднимал настроение, сколько бы шуток не отпускал, но эту гнетущую атмосферу между Ирой и Антоном мог растопить только высокоградусный алкоголь, много алкоголя. — Вы чего так рано? — Открывает дверь загнанный Серега. — С ДНЕМ РОЖДЕНИЯ! — Хором кричат ребята, а Поз впихивает ему в руки букет так и не подаренных цветов. — Ого, надеюсь в придачу не идет комплект нижнего белья? — Указывает Серега на праздничный пакет в руках Антона. — Нет, лишь сертификат в викторию сикрет. — Смеется Ира и обнимает именинника. — Мы готовы напиться и забыться, так что ищи для себя тазик, мы пленных не берем. — Обнимает его Поз и похлопывает по спине. — Счастья, здоровья. — Протягивает руку Антон, но Серега его тянет на себя и сжимает дохлое тело до хруста костей. — О! Всем привет! — Выскакивает в прихожую подруга Сереги Софа. — Кто отправится помогать мне в битве с салатами? — Я могу! — Вызывается Ира и радостно обнимает девушку. — Я там только мешать буду. — Показывает Антон свой израненный палец. — Решил принести в жертву на этот раз не кухню а себя? — Прерывает давящее молчание Ира, оглядывая палец друга. — Да, типа того. — Ну, по всем правилам сексизма, девочки на кухню, а парни за алкахой. — Обрушивает крепкие руки Серега на плечи Поза и Антона. — Если вы придете с бутылочкой хорошего джина, я согласна на такой сексизм. — Провожает их Софа. — Ну что, по пивку? Ира радостно кивает. Антон наблюдал за этой сладкой парочкой, как Гнида за студентами на экзамене, только вот он старался разглядеть не шпаргалки, а признаки гейства. — Тоха, ты что пить будешь? — Обводит задумчивым взглядом Серега стенд с алкахой. — Я как все, джин. — Или виски? — Неее, не виски, не переношу этот вкус. — Кривится Антон. — Или водку? — Только не водку мне ее на выпускном хватило с тех пор я к ней равнодушен. — Или вино? — Вино я недавно пил, тоже такое себе развлечение. — Или ром? — Серега, твоя днюха бери, что хочешь. — Не выдерживает парнишка, у него, в принципе, с выбором сложно, а под таким давлением он просто готов сбежать. — Я хочу джин. — Ну так и все! Бери и не еби мозг. Где кстати Поз? — Оглядывается Антон в поисках своего внезапно исчезнувшего друга. — За запивоном может ушел. — Пожимает плечами Серега, перекладывая бутылки в продуктовую тележку. — Кстати, все спросить хотел, вы с Софой встречаетесь? — Начинает прощупывать почву Антон. — А что, имеешь виды? — Расплывается в улыбке именинник, упираясь локтями в ручку тележки. — Только учти, она быстрее тебя отымеет, чем ты ее. — Даже думать о таком не думал. Просто вы столько лет дружите, странно как-то, что вы еще не встречаетесь. — Переходит Антон к полкам с чипсами. — Ну так, по этой логике вы с Иркой тоже под ручку должны ходить. «Гиблое дело, проще китайский выучить, чем его расколоть.» — Да неужели! — Несет в руках Поз бутылки швепса и сока. — Я заебался тащить, вы что тут встали? — Обрушивает он свою поклажу в тележку. Антон нагибается и осматривает ассортимент. «Надо было оставить завещание, потому что это нас убьет!» — А чего не кричал? — Боюсь на ЭЙ ТОРМОЗА, сбежится весь магазин! Антон поднимает голову и пересекается со взглядом Сереги. — Нееееет, он на тебя смотрел… ну…так…заинтересованно. «Заинтересовано… Так вот, что он тогда имел ввиду.» Антон внимательно следил за ребятами, и вот если на секунду выключить звук, отодвинув на второй план их пререкания, то по взгляду можно заметить, что между ними, и правда, что-то большее, чем просто дружба. — Тоха! — Щелкает пальцами Серега перед носом парнишки. — А? — Приходит тот в себя. — Бэ! Погнали, а то Софа, Ира и пиво в один момент поймут, что им и без нас хорошо. Антон быстро кивает, отрывается от тележки и идет за ребятами. — Пиздец… Антон стоял посреди комнаты с тарелкой салата в руке и смотрел, как друзья Сереги во главе с Софой делают Американский коктейль в Русской интерпретации. Они взяли тазик, который был приготовлен под первого сдавшего позиции, выбили из советской морозилки всю шубу льда, взяли весь алкоголь, который был в доме, и слили в него, приправив все мармеладом, швепсом и соком. — Серега, до дна! — Радостно зачерпывает Софа получившуюся адскую смесь и втюхивает в руки именинника под гул толпы. — ДО ДНА! ДО ДНА! Серега кидает взгляд на Поза, который берет свой стакан, зачерпывает напиток и кивает ему. Именинник выдыхает, запрокидывает голову и пьет, пропуская струйки алкоголя мимо рта. Смятый стаканчик летит на пол. Софа радостно запрыгивает на друга, обнимает его и кричит, а Поз пьет, кривится и смеется. — Меньше ешь, больше пей! — Втюхивает Антону адский напиток друг Сереги, который весь вечер только и занимался, что всех спаивал. Антон смотрит в стакан, видит на его дне завтрашний стыд, усмехается и выпивает залпом под непомерно открытый от удивления рот Поза. — Вот так-то! — Ударяют его по спине и толкают в круг, где все отрывались под какой-то новомодный слэм. Антон чувствует легкость, веселье растекается по его телу, музыка уже не кажется такой убогой, а хрен пойми откуда взявшаяся новогодняя гирлянда в сумрачной комнате такой лишней. Он закидывает руки вверх и дергается, будто к нему подцепили проводки с током. Он никогда особо не танцевал. Трезвым. Тут его кто-то пихает, Антон опускает возмущённый взгляд и видит перед собой Иру, которая провокационными движениями вызывала его на танцевальный баттл. В отличии от парнишки Ира умела танцевать, да еще как. Поз пьет и смеется с дурачащихся друзей, которые разошлись не на шутку. Ира показывала движение, Антон пытался повторить, а потом они менялись местами. И им одинаково было сложно. Антону подняться до уровня подруги, а Ире опуститься до уровня друга. — Когда ты пустишься в пляс? — Выводит Диму из подвисшего состояния бархатистый голос Сереги, мурлычущий в районе уха. — Думаю после бокала пятого. — Не правильно думаешь! Поз не успевает сообразить, как Серега хватает его за руки и вытягивает в центр круга. Антон и Ира с уважением отходят в сторону. Поз тушуется, но берет себя в руки, допивает содержимое стакана до дна и выдает пару танцевальных па. Серега перенимает его манеру и ребята переключаются на новых королей танцпола. Ира пользуется моментом и утягивает Антона на балкон, где по сравнению с шумной гостиной был просто вакуум. — Электронку? — Пф, это развлечение для детей, табак, вот в чем истинное наслаждение. — Достает он пачку сигарет, зубами выуживает одну, закуривает, предлагает Ире, а она и не отказывается. Девушка опирает локти на балконную перегородку и выдыхает, всматриваясь в заходящее солнце. Антон садится на подоконник, упирает ноги все в ту же перегородку и скользит взглядом по подруге. Она, как всегда, была прекрасна. В этих рваных джинсах, черной майке, клетчатой рубашке, перевязанной на поясе, и с хвостом, в который она забрала когда-то завитые волосы. — И правда, истинное наслаждение. — Ловко делает она колечки из дыма. — Прости, что не приехала и не предупредила. — Почему ты не приехала? Ира долго молчит, а затем разворачивается, откидывает спину на перегородку и прогибается, запрокинув голову в небо. — А это имеет значение? Просто так получилось. — Имеет. Я тебя ждал. — Повседневно отвечает Антон, у него не было обиды или злости, лишь одно сплошное непонимание. — Извини. — Ужин приготовил, хотел тебя хоть раз в жизни у себя дома едой нормальной накормить, а не пиццей или шавухой. — Ловит он пальчиками разлетающийся в весеннем легком ветерке дым сигарет. Ира поднимает на него голову и расплывается в улыбке. — Мне приятно, хотя, с трудом верится, что ты смог хотя бы поджечь газ. Но мне, правда, приятно. — Ну, я не прямо сам, мне немного Арсений помогал. — Антон усмехается и делает тяжку. — Нет, он мне очень много помогал. Но все же почему ты мне не сказала? Я волновался, думал уже морги обзванивать. — Он тушит сигарету об подоконник, складывает окурок обратно в пачку и достает еще одну. Ира протягивает руку, парнишка улыбается, подставляет ей пачку, она выуживает сигарету, Антон достает зажигалку, они сближаются, огонь освещает их лица, они прикуривают и синхронно выдыхают дым. — Это все из-за Миши? — Возможно, но по большей части из-за меня. — Тихо выдыхает она и сползает спиной по прутьям. Антон соскакивает с подоконника и усаживается напротив Иры. — Честно говоря, все стало как-то слишком сложно в последние месяцы… — Ира грустно улыбается, берет его руку в свои и кладет голову на его колено, отчего Антон замирает. — Я, правда, не хотела тебя обижать, больше такого не повторится, и давай закроем эту тему, если ты не против. Антон смотрит в ее большие карие глаза и кивает. Ну конечно же он не против. — Спасибо. — За что? — За то, что ты такой. — Какой? — Просто такой. — Преданно заглядывает Ира в его детские глаза. Антон поднимает руку и хочет дотронуться до ее локонов, спадающих с плеч, но девушка отстраняется и удивленно наблюдает за другом. — У меня для тебя небольшой подарок есть. — Натягивает смущенную улыбку Антон и убирает руку в задний карман. — Ого, надеюсь не гильотина. — Смеется девушка. Антон выуживает голубой браслет из бисера с белыми облачками. — Это что за прелесть?! Только не говори, что сам сделал! — Оживляется она. — Ахаха, ты слишком высокого мнения о моих корявых руках. — Осторожно ухватывает он подругу за запястье и застегивает на нем браслет, не упуская момента подольше задержать пальчики на ее бархатистой коже. — Он такой весенний, нет, даже летний! — Осматривает она браслет и резко падает на друга, заключая его в объятия. — Спасибо! Антон смыкает руки на ее плечах, прижимая к себе, и зарывается носом в ее локоны. «Пусть это длится вечно.» — Ага! Сосетесь! — С ноги залетает Софа на балкон. — Ебетесь! — Фыркает на нее Ира. — Погнали Серегу в торт окунать! «Софа, гори в аду!» — Чтобы я еще раз пригласил вас на свой день рождения, да никогда в жизни! — Смывает с себя Серега торт, шатаясь из стороны в сторону под краном. — Да не ворчи! — Шлепает его Софа по заднице, за что тут же получает брызги воды. — Ну, сам напросился! — Смеется Софа и рукой полностью загоняет его голову под струю воды, моча волосы. Антон хихикает, честно говоря, он уже со всего хихикает. — А ну иди сюда! — Хватает ее Серега и закидывает в ванну, она тянет его за собой, и вот два полупьяных тела барахтаются в ванне под освежающим потоком воды. — Да фак! Серега! Раздавишь! Да твою ж мать! Я вся мокрая! Тоха, хватит ржать! Антон приходит в себя и пытается достать ребят, влетая по пути в раковину и стиральную машинку. — Тоха, спасибо, ты лучше башенного крана. — Обнимает Серега парнишку, в очередной раз оформляя перелом всех ребер. — Да ты весь мокрый, отвали! — Отталкивает он его. — Эй, вы про меня не забыли? — О тебе забудешь. — Хватает ее Серега за руку и в миг ставит на ноги. Антон выходит в прокуренный коридор и пытается поймать равновесие. Потому что либо кружился он, либо комната, но наверняка все вместе. Он делает пару решительных шагов и смачно впечатывается в дверь. — Откуда ты тут взялась?! — Ударяет он ее в отместку и улавливает знакомые голоса по ту сторону. — Что за нахрен?! Антон поворачивает ручку и проваливается в темную комнату, где яро спорили два силуэта на разрыве аорты. — Да ты дура слепошарая! — Я все прекрасно вижу! — Тогда сука бессердечная! — Вы что тут делаете… — Соскребается с пола парнишка, хватаясь за ручку и ставя себя на ноги. Ребята замирают. Ира смотрит заплаканными глазами на Антона и выбегает, впечатывая того в дверь. — Поз, ты что сделал? — То, что надо было давно сделать тебе! — Я сам буду решать, что и когда мне делать! — Заводится Антон, постепенно трезвея и вникая в суть происходящего. — Что ты ей наговорил?! — Правду, которую, как оказывается, она и сама прекрасно знала! — Да кто тебя просил соваться?! Ты все испортил! — Гневно рычит Антон и делает пару шагов на друга. — Я? Я испортил?! Она тебя кинула, а ты ей браслетик подарил! Серьезно? Ты совсем тупой или слепой?! А может все вместе? А может тебе уже группу оформить?! — Мое дело кому и что дарить! Она извинилась, а тебя это вообще ебать не должно! — О да, моего друга, как собачку на поводке держат, а меня ебать не должно! — Вы что тут устроили? — Заходит на крик Серега. Антон прожигает гневным взглядом лучшего друга, желая вцепиться зубами в его шею, но вспоминает про Иру, вылетает в гостиную, на балкон, кухню, проверяет туалет, ванну, но ее нигде нет. — Софа, мать твою, Софа! — Соскребает он девушку с пола и садит на стул. — Где Ира? — Домой ушла, вроде как. — Фак! Антон быстро выбегает в прихожую, сталкивается с каким-то парнем, отлетает в шкаф, сдергивает свою куртку так, что у нее отрывается петелька, наспех надевает кроссовки, скатываясь по стене спиной, соскребается, открывает дверь, на секунду повисая на ручке, и бежит к лифту. Он нажимает на кнопку, двери открываются, и он видит заплаканную Иру, которая судорожно нажимала на первый этаж. — Стой! — Запрыгивает он вовнутрь и с ходу обнимает ее. — Я не знаю, что он тебе наговорил, но ты его не слушай, он дурак, перепил, завтра ему будет стыдно. — Оставь меня, я домой! — Вырывается Ира. — Послушай. — Антон отстраняется от нее, делает пару глубоких вдохов и выдохов и решительно кивает. — Стой, не говори, ничего не говори! — Выставляет девушка вперед руки. — Я должен сказать, я давно хотел тебе это сказать. Ты мне нравишься, очень, я влюблен с тебя с первого курса, я очень дорожу тобой, и я хочу, чтобы ты это знала. Я ничего от тебя не требую, просто знай, что я отношусь к тебе не как к просто другу. Прости, я знаю, у тебя есть парень. И такое вываливать на тебя не правильно, но я хочу, чтобы ты это знала. — Он заканчивает, облегченно выдыхает, смотрит в глаз напротив, которые были наполнены только одним - безграничным сожалением. — Извини, Ира. Девушка лишь крутит головой, закрывает ладонями лицо и скатывается спиной по стенке. — Он все правильно сказал… — Тихо шепчет она. Антон падает к ней на колени, осторожно убирает руки от ее лица и стирает ручейки слез. — Нет, не правильно. — Откуда тебе знать?! — Я знаю, я все знаю. — Нихрена ты не знаешь! Антон замирает, всматривается в эти блестящие от слез глаза, в этот покрасневший носик и припухлые губы. — Знаю. Он стремительно приближается к ней, обхватывает двумя руками за скулы и целует. Он так давно хотел это сделать, так долго думал об этом поцелуе, что сейчас ему не верилось во все происходящее. Вдруг Антона резко кто-то хватает за шкирку и вырывает из лифта. — Миша, нет! — Раздается оглушительный визг. Антону в лицо прилетает кулак, острая боль в носу, привкус крови во рту и мигом проступившие слезы на глазах. Еще один удар прилетает куда-то в ребра, отдаваясь глухой болью в печени. — Миша, стой! Не надо! Нет! Антон видит, как Ира пытается оттащить разъярённого Мишу, но тот лишь резко отталкивает ее да так, что она затылком впечатывается в стену. Антон собирает все силы в кулак и с размаху ударяет его в нос. Миша отступает назад, Антон поднимается, ему прилетает удар с ноги в живот, парнишка сгибается, ощущая как парочка его органов точно надорвались. Вдруг перед ними из ниоткуда появляются Серега с Позом. — Ебать! Они оттаскивают вцепившегося в Антона Мишу, но тот бьется, оставляя пару отметин и на ребятах. — Да успокойтесь вы! — Наконец-то разнимает их Серега. — В машину! — Рычит Миша, кидая гневный взгляд на Иру. Она поднимается с пола, Поз помогает ей, уговаривая остаться, но она уходит с Мишей, оставляя напоследок Антону взгляд полный сожаления. — Тоха, ты как? Эй, прием! — Осторожно поднимают его ребята на ноги. — Ну, днюха без драки, это не днюха. — Разбавляет атмосферу Серега. Антон ловит равновесие в своих ногах и отступает от парней. — Тоха, стой, сейчас машину вызову и домой тебя отвезу. — Пытается закинуть его руку себе на шею Поз. — Вот мудак, он и есть мудак, да и она хороша раз с ним поехала. Антон хватает его за футболку и впечатывает в стену. — Ты со своими пидорскими отношениями разберись, а потом в мои лезь! — Рычит он на друга. Поз в шоке смотрит то на него, то на Серегу. — Так, ты знаешь… — О ваших поцелуях на подоконнике? Знаю! Ты мне врал! Ты. Мне. Врал. — Он отпускает Поза и отшатывается в сторону выхода. — Антон, давай мы сядем в такси, и я все объясню. — Свете своей объясняй! — Отбивает его руки Антон и выходит из подъезда. — Да твою же мать! — Рычит Поз и выбегает за ним, но кроме темноты никого уже не находит. «Надо приводить в норму свое питание, это уже не адекватно бегать и искать круглосуточные магазины ради сушёных кальмаров.» Арсений оглядывает пачку в своих руках, нажимает на кнопку лифта и в шоке замирает. — Ебаааааать! В лифте на полу сидел Антон весь в крови и пытался ногой достать до своего этажа. — Ебать! — Подлетает Арсений к нему, но тот выталкивает его ногой. — Отвали, тебя еще не хватало! — Рычит парнишка. Арсений хватает его за ногу, задирает ее вверх, отчего Антон полностью съезжает спиной на пол. Брюнет нажимает нужную кнопку и ждет пока дверь закроется. — Отпусти! Арсений осторожно опускает его ногу, наклоняется, ухватывает парнишку за куртку, перехватывается руками за его спину и прижимает пьяное избитое тело к себе. — Что произошло? — Осторожно облокачивает он его на стену, фиксируя бедрами и рукой. — Ничего, отпусти меня обратно, мне больно стоять. — Шепчет Антон ему на ухо, опаляя шею тяжелым придыханием. — Тааааак… — Арсений убирает руку с его плеча, парнишка тут же заваливается на него, но он прижимает его обратно своим телом, запуская под футболку руки. — Ты что меня лапаешь? — Укладывает Антон голову на услужливо подставленное плечо. — Да, сам виноват, сейчас доедем еще выебу тебя для профилактики. — В своей фирменной саркастичной манере отвечает Арсений. — Хм, давай, пусть этот вечер окончательно меня добьет. Только тете Лене не рассказывай. — Пытается язвить Антон, но тут же пищит от боли. — Да, сука! Что ты там делаешь?! — Вдохни, как можно глубже. — Больно. — Пищит Антон и откидывает голову на стену лифта. — Вдыхай! Антон со страхом смотрит в серьезные голубые глаза, послушно кивает и вдыхает, щурясь от острой боли где-то на уровне печени. Арсений пальчиками ведет по каждому ребру, проверяя на прочность. — Больно? Антон кивает. — Сильно или поболит и перестанет? — Поболит и перестанет. — Стонет он, пытаясь смять жестяную стену под своими руками. — Выдыхай до упора. Антон выдыхает и опускает голову обратно на плечо брюнета, холодные руки которого сдавливают его, как мягкую игрушку. — Ребра не сломаны, жить будешь. — А так не хочется, если честно. — Всем не хочется, так что не ной. — Нежно похлопывает он парнишку по голове. Двери лифта открываются, Антон порывается идти, но Арсений нажимает на кнопку первого этажа. — Ты чего творишь? — В больницу поедем. — Нет! Не надо в больницу! Антон с силой отталкивает брюнета, выскальзывает из лифта и тут же падает на ступеньки. — Надо, поехали. — Я никуда не поеду. — Стонет он, ползя по ступенькам вверх, как червяк. — И походу я разбил бровь. Антон отрывается от ступенек и вновь повисает на руках Арсения. — Поедем. — Не поеду, да фак, я просто хочу домой! Я хочу домой! Не хочу никуда ехать! Не хоч… — Орет Антон на весь подъезд, но ладонь вовремя прерывает его тираду. — Хорошо, домой так домой, только не ори. Антон что-то бубнит, выворачивая лицо из-под его кляпа. — Ты что-то сказал? — Антон не видит, но затылком чувствует его фирменную улыбочку садиста. — Да уже не важно. — Фыркает парнишка в ответ. — Вот мне интересно, каким способом ты бы добирался до своей квартиры, если бы меня не было? — Перекидывает брюнет руку Антона через шею, обхватывает его за талию, приподнимает и шагает вверх по лестнице, делая остановку почти на каждой ступеньке, чтобы это полудохлое тело могло за ним поспевать. — Не знаю… Просто донеси меня до дома и не издевайся, мне и так плохо… — Да дошли почти, не ной. Арсений дотаскивает Антона до двери, запускает одну руку в карман его куртки, желая найти там ключи, а другой прижимает его к себе, но это не помогает. Антон отлетает назад, повисая мостиком на его руке. — А ты сильный. — А ты тупой малолетка. — Хватает он его за куртку, притягивает к себе и бедрами впечатывает в стену, продолжая обыск. — Я не специально… — Нажрался или… Да хрен пойми, что ты там делал, тебя же будто через мясорубку пропустили. — Запускает он руку во внутренний карман, щекой задевая кончик носа Антона. — Ты меня поцарапал своей брутальной мужской щетиной. — Обхватывает Антон его за скулы, проводя руками взад вперед, отчего щеки брюнета тут же краснеют. Арсений останавливает поиски, чтобы одарить парнишку взглядом полного негодования от происходящего со своим лицом. — Бедный твой носик, вот не разбитая губа, бровь, фингал, а именно носик и моя щетина тебя сейчас беспокоят. Антон кивает и дурацкая пьяная улыбка освещает его лицо. — Оп! Оп! Ты рыбка! — Сжимает он его щеки, но быстро замечает, что Арсений не разделяет его радости. — Я опять бездарно расходую твою жизненную энергию? — Есть такое. — Шлепает он рыбьими губами. — Извини. — Отпускает он его щеки. — Где твои ключи?! — Возвращается к поискам Арсений, но находит лишь телефон. — Сукаааааааа… — Стонет Антон и заваливает голову обратно на уже излюбленное место - плечо Арсения. — Давай, добей меня. — У меня рюкзак был. Я самый косячный человек в мире. Антон откидывает голову на стену и пытается сползти по ней на пол, на что брюнет его впечатывает сильнее, буквально вжимаясь всем телом. — Если бы я знал, что вечер закончится так интимно, захватил бы из машины презервативы и смазку. — Выдыхает Арсений в стену и упирает в нее голову. Антон начинает трястись под ним, смеясь и скуля от боли одновременно. — Да что за пиздец! Арсений, прости, ну я, правда, косячный, так повелось, я тут бессилен. Телефон звонит. Арсений смотрит на экран, где красовалось «ПОЗ». Антон пытается забрать трубку, но брюнет блокирует его руки и принимает вызов. — Ты куда свалил?! Ты где?! Скинь геопозицию! — Так вот откуда у этого дурдома ноги растут. — Он с тобой? Он дома? — Со мной, но не дома. Он рюкзак где-то оставил. Антон пытается высвободить свои руки, но все бесполезно, он головой падает ему в плечо, ощущая на волосах легкие поглаживания. — Да, он у меня, я сейчас приеду. — Не надо, не хватало еще одному тупому малолетке по ночам шляться. Завтра приезжай. — Хорошо, но только попробуй к нему сунуть свои пидорские руки. — Даже так, а что ревнуешь? — Как-то уж совсем не по доброму улыбается брюнет, пропуская сквозь пальцы мягкие волосы парнишки. — Я тебя уебу! Арсений отключает телефон и убирает его в задний карман. — Ты там жив? — Я хочу домой… — Стонет Антон. — Сейчас пойдем, только для начала скажи, в какой момент в вашем общении появилась мысль о том, что я пидор? Антон отрывает голову, издает стон отчаяния и падает обратно. — Убей меня. — Смерть для тебя слишком легкое наказание, ты будешь страдать долго и мучительно. Арсений подхватывает Антона под руки и тащит наверх. — Нет, пожалуйста, все, хватит… — Долго и мучительно. — Гестапо! Антон стоит на коленях, перекинувшись голым торсом через ванну, в то время, как Арсений смывает с него следы кровавой расправы. — Я хочу в кровать…отпусти… я все осознал… Гестапо! Арсений промывает его волосы, умывает лицо и руки. — Ну хватит… Вода выключается, на Антона падает полотенце, которое начинает взъерошивать его волосы. Парнишка усаживается на пол и перехватывает полотенце, протирая лицо и руки. Он видит на полотенце кровь и его начинает трясти. Самое страшное для организма человека - это видеть собственную же кровь. Мозг в миг мобилизует все силы, высвобождая кортизол. А под кортизолом организм готов либо убивать, либо притворяться мёртвым. Слезы непроизвольно скатываются по трясущемуся лицу, а руки скользят по кровавому пятну на полотенце. — Это пиздец… пиздец… — Шепчет он, погружаясь в полубред. Арсений быстро приходит в себя, подхватывает Антона и тащит его в свою комнату. Он одной рукой подцепляет покрывало, отдергивает его в сторону и укладывает в кровать трясущегося парнишку. Антон сворачивается клубочком и зарывается в одеяло, брюнет решает его пока не трогать и уходит на кухню. — Пиздец… пиздец… Антон правда пытался взять себя в руки. Он проклинал Арсения за то, что тот нашел его в лифте, ведь он планировал дотерпеть до дома и дать выход своим эмоциям разнеся кухню, заплакав все носовые платки, допив остатки вина. Но также Антон был безумно благодарен соседу, ведь если бы не он, то дальше лифта его избитое тело навряд ли смогло бы куда-то уползти. Арсений через пару минут возвращается с таблетками, мазями и бинтами. Он осматривает кокон из одеяла и принимается его распутывать. — Вылазь, ты тратишь наше время, я тебе дам пару таблеток и хоть в три слоя тут обмотайся. Да Господи, сколько можно водопадить. — Находит он заплаканное лицо парнишки. — Прости… — Выдыхает Антон, даже не замечая своих слез, потому что гребаный мозг, мог бы сначала разрешение спросить, прежде чем открывать краны. — Вот, выпей. — Садится Арсений на край кровати и протягивает горсть таблеток. Антон равнодушно смотрит на них, подползает вверх, подтягивает к себе ладонь Арсения, губами собирает все таблетки, берет стакан воды и запивает, чувствуя, что его вполне может и стошнить. — Ты бы хоть интересовался, что тебе дают. — Удивленно осматривает он свою ладонь, чувствуя ускользающие следы прикосновения чужих губ. — Похуй. Надеюсь это меня добьет. — Сползет он обратно. Арсений берет маленький тюбик мази, садится в позу лотоса, нависает над Антоном, выдавливает немного геля на палец и тянется к его лицу, на что тот непроизвольно дергается. — Не усложняй мне работу. — Что это? — Поздно на полпути интересоваться. — Кладет он ему одну руку на лоб, а второй проводит по разбитой брови. Арсений осматривает его влажные светлые волосы, пряди которых топорщились в разные стороны, зеленые измученные глаза, которые, несмотря на тяжкий вечер, продолжали светиться для брюнета, веснушки, которые только-только проклевывались на встречу солнцу, припухлые нежные губы, которые продолжали держать улыбку. Да, таких не называют красивыми. Красота отвергает, а милая несуразность притягивает и даже поглощает. Вот если бы только не сине-красный градиент на все лицо от побоев. — Больно… — Всхлипывает парнишка и новая дорожка слез пересекает его лицо. — Переживешь. — Выходит из своих мыслей Арсений. — Не переживу! Арсений улыбается, придвигается ближе, легко обдувает рассечения и продолжает наносить мазь. — Легче? — Пойдет. — Смущенно отводит он глаза от такого тесного контакта. — Так какая машина тебя переехала? Антон рассматривает узорчатые обои, он всегда их рассматривал раньше, когда засыпал, не дождавшись тетю Лену с работы. Но сейчас он хотел сконцентрировать все свои мысли лишь на этих цветочках, но сука не получается! Он по привычке закусывает губу и дергается от боли и вкуса крови во рту. — Ты совсем дурак? Давай еще в бровь себе потыкай. — Извини… — Дрожащим голосом шепчет он, переводит взгляд наполненный болью и негодованием на Арсения и новая волна дрожи охватывает его. — Ну что опять… Переставай… Ты так, и правда, отъедешь… — Успокаивает его Арсений, поглаживая по волосам. — Поз гей! Он мне врал, два года! Два сука года! А Ира… Ира… Да что у нее в голове вообще! Как можно с таким мудаком общаться! Он же ее… А… Да сука! Да как так-то вообще можно! — Вертится Антон, размахивая руками, чуть не попадая по Арсению. — Не дергайся, пожалуйста. — Фиксирует он его голову. — Это Поз тебя так? Что он сделал? — Нет, он бы такого никогда не сделал. — А кто тогда? Стоп. А с чего ты взял, что он гей? Что вообще за выводы ни с хрена на счет людей? — Прости, ты не гей, это Позу что-то ебнуло, а он гей. Я застукал, как он с Серегой сосался в унике. Я у Сереги на дне рождении был. Он с ним сосался! А мне не сказал! Наврал, сказал, что у него девушка появилась! А я его друг! Он должен был мне сказать! Я ему намекал мне рассказать, а он не сказал! — И что тебя больше возмущает, что он гей или то, что он молчал? — Да хоть маньяк с сорока жертвами, но я об этом должен был знать! А он мышь полевка врал мне! Дела у него, меня динамил, с Серегой своим сосаться вот у него дела! — Твой лучший друг гей. — Призывает Арсений обратить на этот факт чуть больше внимания. — Мой лучший друг меня обманывал! Да больно! Что это за хрень?! — Пытается вырвать он свое лицо. — Не хрень, а мазь, иначе будешь выглядеть, как побитая собака. — Я в любом случае буду выглядеть, как побитая собака! Так что завязывай! — Почти все… — Наносит он последние штрихи на фингал, отстраняется и закручивает мазь. — Руки прочь. — Пресекает он попытки парнишки проверить свою работу. — А Ира, это та, которая твой ужин на парня променяла? — Ты откуда знаешь? — Прочитал твою переписку, когда ты мне ноут давал. — Значит свою историю ты стер, а мои переписки читаешь! — Ты лазил в мой комп? И что ты там хотел найти? — Удивленно вскидывает бровью Арсений. — Ничего. И вообще, я ничего не нашел, а ты мои переписки прочитал! — Осудительно тыкает парнишка в него пальцем. Арсений смотрит на его костяшки, хватает за руку, кладет себе на колено и снова откручивает мазь. Антон чувствует лёгкое тепло, а еще странное беспокойство внутри себя. Вроде ничего такого, но как-то странно, вот так просто и легко касаться чужого, можно даже сказать незнакомого, человека. А можно ли так сказать после двух недель тесного соседства? — Так что ты там хотел найти? — Пытается перевести внимание парнишки брюнет со своего колена на себя. — Порно. — Честно даже для самого себя выдает Антон. — Я открою тебе секрет, но порно ты можешь смотреть и на своем ноутбуке. — Осторожно втирает он мазь в разодранные костяшки. — Да фааааааак! Я искал гей порно, доволен! — Гей порно тоже можешь посмотреть на своем ноутбуке. — Арсений замирает, закатывает глаза и откидывает его руку со своего колена. — Вот знаешь, даже обидно, что я такого успел сделать, что вы на меня такой ярлык повесили? — Да ничего, просто Поз сказал, что ты пидор, а я решил доказать ему, что нет, потому что да ну нет. Ты не похож на пидора. А он сказал, что похож. — А Поз похож на пидора? — По внутренним характеристикам так уж точно. — А что с Ирой? Неразделенная любовь? — Да какая там любовь, разве что у нее с ее мудаком. Ну как так можно! Он же конченый! Арсений встает, отходит к краю кровати, ухватывает Антона за ноги и тянет вниз, укладывая его на спину. — Ты чего? — Испуганно приподнимает Антон голову. — Перевязывать тебя буду, готовься. — Морально или физически? — Морально, твоей физикой займусь я. — Растягивает он бинт, опускается обратно на кровать, просовывает руку под спину Антона и продевает под ней бинт. — Так, значит это Ира тебя так? Неплохой удар. — Да что ты там делаешь? — Отрывает Антон голову и смотрит, как Арсений выдавливает на его наливающийся краской синяк в области печени гель. — Расчленять тебя думаю начать, можно? Антон кивает и откидывается обратно. — Не Ира. Какой же я дурак... — Обхватывает Антон голову. — Будешь трогать руками лицо, я тебе их свяжу. Антон смотрит на руки и откидывает их вверх на подушку. — У меня до этого то шансов не было, а сейчас тем более! Ааааааааааааа! Вот не надо было пить! Я когда выпью херню одну вытворяю! — Что ты сделал? Антон отрицательно качает головой. — Закроем тему. Я завтра себе лучше сам мозг вынесу. — Оу, это будет весьма кстати. Хотя, навряд ли это поможет. Антон погружается в скомканные воспоминания о поцелуи, странно, ведь он думал, что запомнит его на всю жизнь, но в голове стоял лишь образ этих виноватых золотых глаз, уходящих от него. «Сука! Она меня никогда больше видеть не захочет! Заблокирует и пошлет ко всем чертям! Сука! Я самое убого существо на этой планете!» Но тут Антона из пучины самобичевания вырывают легкие поглаживания, граничащие с болью в районе живота. И опять это странное волнение. Будто ты стоишь над пропастью и вот это щекотное, взволнованное чувство растекается по твоему телу. Антон резко хватает Арсения за руку, отчего тот удивленно осматривает парнишку. — Странное… ощущение… Арсений хмурит брови, а затем мягко улыбается. — Мазь с охлаждающим эффектом, не пугайся, обморожения не будет. А дальше пошли самые странные манипуляции в жизни Антона. Арсений его, как марионетку, то поднимал, то опускал, обвязывая бинтами, чуть ли ни как мумию. — Не туго? — Завязывает брюнет на животе парнишки перевязочный узелок. — Нет. Меня еще в жизни никто столько не лапал, как ты за последние два часа. — Истерично улыбается Антон. — Ну, я же старый гей педофил, думаю мне простительно. — Встает Арсений и собирает все свои мази. — Ладно, гейсто и педофилию так и быть спишем с тебя. — Игриво улыбается парнишка. Арсений смотрит на довольного своей шуткой Антона, на бинт в своих руках, улыбается ему в ответ, расправляет бинт и делает пару шагов к кровати, отчего тот прячется под одеяло, но это ему не помогает. — Все! Нет! Я все понял! Не будем отнимать заслуженных званий! — Смеется он. Антон чувствует, как его ноги стягиваются, он быстро откидывает одеяло, его руки ловят и быстро обвязывают бинтами. — Хаха, очень смешно! Развязывай меня! Арсений скользит взглядом по своему беспомощному творению и одобрительно кивает. — Скотча не хватает, слишком ты шумный, никуда не уходи, я скоро. — Стой! Нет! Все! Я пошутил! Нет! Арсений возвращается через пару минут с кружкой воды, уже знакомым гелем и ложкой. — Побег? Антон снимает с языка ворсинки, сминает бинты и кидает в Арсения, но тот их тут же ловит. — Это было не смешно! — А по моему забавно. — Ставит он на тумбочку кружку и показывает гель. — Помню помню, не пить, а мазать. — Арсений ударяет гелем себе по лбу и устало опускает его на тумбочку к кружке воды. — Ну не пить, а мазать. Да фак! Да помню я! Не тупой! Выпью. — Завтра утром. — Завтра утром. — Гуд! Тазик принести? — Не надо. И это… — Смущенно отводит он взгляд, но потом берет себя в руки и поворачивается на Арсения. — Спасибо. — Отработаешь. — День рабства, я помню. — За такое я имею право забрать тебя на месяц. — Приоткрывает Арсений окно на проветривание. — Похуй, забирай, от заката до заката в поле лучше, чем завтрашнее утро. — Ты просто королева драмы. Что-то еще надо? — Топор. — Королева драмы. — Театрально показывает Арсений корону, улыбается и идет к двери. — Спокойной ночи. — Стой, а ты куда? — Подрывается Антон, но тут же скулит и падает обратно. — Стеречь покой королевы, куда же еще. — Нет, я не хочу занимать твою кровать. — Антон, заебешь, спи уже, я лягу на диване. — Точно? — Уж сомневаться в моих способностях перемещаться и расправлять диваны, я пока повода не давал. — Гасит он свет. — Спокойной ночи, если что, стучи. — Арсений… — Окликает он уходящий силуэт. — М? — Спокойной ночи. — Сладких снов. Закрывает он дверь и уходит.