***
Душно, тесно, но так весело и комфортно. Парни отжигали, как-будто в последний раз в своей жизни. Будто они вновь подростки, которых переполняет энергия и буря эмоций. Это всё ещё так же неплохо подпитывает алкоголь, которого было много. Очень много. Просто представьте: два огромных стола с кучей алкогольных напитков. Это можно было назвать даже шведским столом, но состоящим полностью из алкоголя и закускам к нему. Толик Череватый просто плачет в сторонке, ведь он, как главный любитель алкоголя, увы, не попал на эту тусовку. Да оно и к лучшему, не все были бы в восторге, узнав, что с ними в одном помещении ещё и демон со своим донором тела. Парни напились до такого состояния, что даже стоять было в априори сложно. Дима свалился прямо на руки Олега, а тот, совладав со своим телом, сумел удержать бухого в хламину чернокнижника. Тот лишь рассмеялся, игриво проводя по шее медиума тыльной стороной ладони. — Ты такой сильный, — говорит Матвеев, а затем заливается громким смехом, который частично перебивал музыку, заставляя привлечь внимания окружающих, но никто даже не обернулся. Всем было все равно. Они были заняты своим делом, алкоголем или же другим человеком. Кстати о последнем: эти страстные парочки были уж слишком не стеснительны, что раздевались прямо на танцполе, даже не доходя до выхода в более благоприятное для секса место. Одна такая пара просто была выкинута охраной за приделы здания, ведь многие уже стали жаловаться на столь неприятные сцены. Может завидовали, а может и реально неприятно смотреть было. Но те, кто жаловались, были явно странными людьми. Жаловаться на бесплатную порнуху — грех! — Дим, не неси хуйни, пожалуйста. Может уже пойдем отсюда? Время сейчас явно за полночь, — говорит младший Шепс, потащив своего коллегу к выходу из шумного помещения, но тот остановил его, хмуря бровки. — К своей шавке торопишься поскорее, да? А говорил, что не любишь её, — начинает Матвеев свою пьяную истерику, которую точно не вспомнит утром. Олег, не смотря на то, что рассудок был помутнен из-за выпитого алкоголя, всё ещё мог мыслить в нужном направлении и примерно понимал, что сейчас, если они не уйдут отсюда, то их выкинет охрана, за неадекватное поведение. Шепс словно жопой чувствовал, что сейчас, да, именно сейчас Дима закатит пьяную искрику на почве отношений Олега и его девушки. Взяв чернокнижника за шкирку, Олег повел, нет, потащил юношу к выходу из помещения. Тот даже не был в состоянии брыкаться, так что послушно брёл за Шепсом. Выйти из здания не составило труда, но вот ожидание такси было мучительным, ведь Дима всячески пытался привлечь внимание медиума, то оглаживая его спинку, то что-то шепча ему на ушко, а по телу Олега от таких действий бегала стая мурашек, но он всем видом показывал, что тому всё равно, а бабочки в животе Олега все пархали и пархали, словно на поляне, полной цветов. Он думал, что вот-вот сорвётся.***
Голова жутко болела. Дима кое как открыл глаза и первые пару минут просто втыкал, не совсем понимая где он и кто он. В комнату зашел Олег в футболке и шортах, словно у себя дома, но вот дилема: Олег жил с братом и маловероятно, что он бы потащился с Димой к ним домой. Шепс в это время присел на кровать, рассматривая ахуевшее лицо Матвеева, который мало что понимал. — Во-первых, доброе утро, а, во-вторых, мы в отеле. Я сам не совсем помню, как именно мы тут оказались, но самую главную часть я запомнил хорошо, — Олег хитро улыбается, уводя взгляд в окно, где солнце уже было давно на своем рабочем месте и ярко освещало улицы прекрасного города, заставляя его жителей щуриться, но идти дальше, не смотря на неудобства солнечной погоды. Дима чуть привстал, всё ещё приходя в себя ото сна. — А че было то? — задает прямой вопрос в лоб Олегу Матвеев, а тот усмехается, расплываясь в довольной кошачьей улыбке. Диму это слегка напрягает, ведь он просто ничего не помнит, начиная с того момента, как он пьет очередной стакан какого-то алкоголя, перед этим чокаясь с Шепсом. — Ну, раз так, то слушай.