Они все не те

Что может быть лучше тёплого вечера? Холодное пиво под палящим солнцем? Или найти пару пушек в забытом богом месте, да ещё и с полными магазинами? Ничего из этого. Как бы странно это ни звучало, но самое лучшее — это когда сносишь башку очередному щёлкающему упырю. Не бежать, спотыкаясь, от орды, нет. Совсем другое. А вот кинуть коктейль Молотова в толпу, а потом расстрелять выживших грибников — с этим ничто не сравнится. Витая в своих мыслях, парень медленно полз по земле, прислушиваясь к звукам. Особняк казался тихим, слишком тихим. — Гнездо, — прошептал он будто самому себе. Из высокой травы показалась ещё одна голова, покрупнее. Ну что сказать — по одному не ходят, опасно всё-таки. Мысленно перебрав всех богов, парень начал показывать напарнику жесты: гранаты, в определённые окна, прикрытие. — Ты думаешь, это смешно? — почти неслышно спросил мужчина. — Ты боишься? Если да — можешь чапать на вышку и смотреть оттуда. Ссыкун! — голова из травы медленно поднялась на корточки, изучая тёмные проёмы. — Серьёзно полагаешь, что взорвать гнездо со сталкерами — адекватная идея? — голос мужчины почти сорвался на крик. — По-моему, довольно весело, — ухмыльнулся парень и полез в походный рюкзак. Он покопошился там пару секунд, достал самодельные гранаты, принял боевую позицию. Заприметив в тёмном коридоре блеск глаза, одним движением выдернул чеку и метнул. Взрыв. Парни вскочили и рванули внутрь. Добили оставшихся сталкеров, принялись обыскивать дом. — Майк, — недовольно буркнул Алан. — А? — высунулся из тёмной комнаты парень. — Хуй на! Ты долго будешь привлекать к нам ахуеть какое внимание?! Одним взрывом мог призвать орду, лошадь лысая. — Во-первых, мы избавились от гнезда, обезопасили ребят для рейдов. Во-вторых, тут много полезного. Видел гараж сзади? — Майк ловко перевёл тему. — Думаешь, там есть что-то дельное? — Алан моментально потерял интерес к нотациям и чуть ли не вприпрыжку направился к выходу. — Я на это надеюсь! — крикнул вдогонку взрыватель. Через пару минут грохот сотряс воздух. Майк пулей ринулся к выходу, влетел в гараж и увидел: Алан барахтался в куче мусора и гнилого тряпья, будто в воде. — Ахахах, я думал ты умираешь! — Майк чуть не катался от смеха, но всё же подошёл помочь. Отряхнувшись, парни начали осматривать рухнувшие вещи. Копались ещё минут десять. Улов: немного спирта, запечатанные бинты и повязки, почти нетронутая автомобильная аптечка, и в тайнике под половицами — потрёпанный револьвер. Похвалив друг друга, они вернулись в дом, на второй этаж. Убедившись, что сюрпризов нет, начали обшаривать комнаты. В тайнике над камином обнаружился настоящий домашний арсенал: дробовик Remington R12, пистолет Prexer WIST-94 и небольшой запас обезболивающих — тех самых, что используют для тяжелораненых. Переглянулись. Начались споры. Пистолетов и так два, а вот дробовик даже с неполным магазином — ценность. Самый честный бой: камень-ножницы-бумага. Майк выиграл со счётом 3:0, накинул дробовик на плечо и потопал к выходу. Осмотрели ещё пару домов — уже не на добычу, а на наличие болванчиков с шампиньонами на головах. Закончив маршрут, добрались до смотровой вышки. Алан полез наверх осматривать горизонт. Океан был пуст. Ни одной живой души. Спустившись, он окинул взглядом берег и направился к другу. — Бляяяя, я так устал за сегодня. Ещё ты со своими тупыми выходками. Когда ты планируешь не подрывать гнёзда, а сообщать о них нашим? — Алан медленно перебирал ногами по песку, осматривая друга на предмет умственной деятельности. Вместо этого увидел лишь глупую ухмылку. — Ты такой душный стал. Что произошло, старичок? Ты посмотри, сколько плюсов ходить со мной в рейд. Первое — больше добычи, и если это оружие — оно только наше. Второе — незабываемые эмоции. — Майк чуть ли не по буквам произносил слова. — Знаешь, Алан, объясню одну непонятную для тебя вещь. Хоть ты и старше, но извилин в твоей голове меньше, чем у птенчика. Так что слушай внимательно… Он резко остановился. — Что? — с удивлением посмотрел Алан, занимая боевую позицию. — Ты видишь? Это вроде лодка. — Майк указал рукой в сторону берега. — Когда мы проходили в ту сторону, её там не было. Алан прищурился. Метрах в двухстах, у выброшенных гнилых брёвен, стояла лодка. — Если мы проебали нарушителей, нас сначала убьют, потом обоссут и закопают, — выдавил Майк. Он уже мысленно писал завещание. — Алан, прости меня за всё! — чуть ли не всхлипнул он. — Да подожди ты. Лодка вроде не пустая. Переглянувшись, они медленно приблизились. Оружие с предохранителя снято. Подойдя вплотную, Майк увидел два тела. Проверил пульс. Живы. Подхватил то, что побольше, на руки и понёс в сторону бывшего казино. — Что ты мать твою делаешь? — протараторил Алан. — Бери в руки и пошли. Отнесём их в лазарет. Мужчина недолго думая взял второе тело и быстрым шагом нагнал соратника. --- Эбби открыла глаза. Помутневшим сознанием она пыталась сообразить, где находится. Тело ломило так, что каждая мышца кричала. Она поняла: лежит в палате. Полностью обездвижена. Руки прикованы к койке, с ногами то же самое. Она дёрнулась. Бесполезно. — Но я хотя бы попыталась, — прошептала она. — Это была попытка сбежать или у тебя жопа зачесалась? — раздался хриплый, прокуренный голос. Пожилая женщина небольшого роста, в белом халате, явно недовольная, смотрела на неё. — Если хочешь сбежать — вперёд, я тебя отпущу сразу после того, как прокапаю дозу лекарств. Ты и твой приятель явно пережили что-то страшное. — Тон женщины смягчился. — Где я? И где мальчик? — неуверенно спросила Эбби. — Ты в клинике Санта-Каталины. Наши ребята возвращались с рейда, увидели вашу лодку, нашли вас почти мёртвыми. Принесли сюда, выхватив пиздюлей за это, но настояли оставить вас в живых. Повезло вам не только из-за них, а потому что тебя узнала одна из наших лучших врачей — Кейла Ривера. Она сказала, кто ты и что ты бывшая цикада. Женщину перебил вошедший солдат. Парень в форме появился так же незаметно, как исчез. — Теть Свет, долго вы с ней возиться будете? — просверлив Эбби взглядом, монотонно затараторил он. — Там Ривера всех медсестёр созывает в кабинет. Вы как врач уже должны там быть. Он почесал затылок, не отрывая взгляда от короткостриженой. — Нужно поставить капельницу, посмотри на неё. Кожа да кости. — Женщина поднесла иглу к руке. Эбби невольно дёрнулась. — Слышь, не стоит. Тебе пытаются помочь, не мешай нашей старушке, — голос солдата стал жёстким. Он указал на кобуру с пистолетом — мол, выходки здесь опасны, даже такие, как ёрзанье. Эбби замерла. — Эбби, тебе нечего бояться. Как только мы поймём, что ты нам не угрожаешь, я сообщу Ривере, чтобы тебя отвязали. А сейчас успокойся и постарайся уснуть. За друга не переживай — с ним всё хорошо. Женщина ввела иглу, приклеила пластырь, окинула пациентку последним взглядом и вышла. Эбби осталась одна. Она перебирала слова старушки, прокручивала в голове события. Как им повезло доплыть до этого пляжа. Почему она не поплыла вдоль берега? Потому что боялась встретить тех, кто истязал их с Левом сутками напролёт, корча уродливые лица в жутких улыбках. От воспоминаний холод пробежал по спине, возвращая в реальность. Тело требовало сна. Спокойного. Мирного. --- Эбби проспала ещё целый день. Её разбудил запах еды. Та же старушка стояла у койки с подносом. Живот отреагировал громким урчанием. Женщина оставила поднос на тумбе, прошуршала к диванчику, прихватив что-то в руке. Эбби заметила: она больше не прикована. Она молча съела завтрак за пару минут, попробовала встать. Старушка то и дело поглядывала на неё, опуская глаза в потрёпанную книгу. — Слушайте, когда я могу пообщаться с вашим главным? Я хочу снова примкнуть к Цикадам. И где Лев? — Эбби побрела к окну, следя за мимикой врача. — Тебе пока не удастся поговорить с ним лично. Он с несколькими солдатами отправился в Санта-Барбару. Ему стало интересно, что там, после того как он увидел тебя в таком состоянии. Ближайшие две недели ты его не увидишь. За старшую он оставил Риверу. Можем прогуляться до неё, если сможешь дойти. А мальчик уже изучает местность с другими детьми. — Отлично! — с почти детской радостью произнесла Эбби и направилась к выходу. — Но сначала ты примешь горячую ванну, я помажу твоё тело травяным кремом и подберу одежду. Только после этого пойдём к Ривере. Я ясно выражаюсь, юная леди? Старушка взяла Эбби за руку и повела в комнатушку — почти в идеальном состоянии, что удивило девушку. Посередине стояла большая ванна, рядом — шкафчик со склянками, маслами, мылом. — Снимай больничные тряпки, я наберу воду. У меня есть эфирные масла, выбери любое. Женщина протянула четыре баночки. Эбби взяла с надписью «Древесная Похоть» и подозрительно посмотрела на неё. — Это точно масло? — Представь себе. Я сама, когда прочитала, решила, что ребята пошутили. Но кто придумывал это в те годы, явно испытывал что-то к деревьям. — Женщина хихикнула и взялась за полотенца. — Как наберётся, капни пару капель и погружайся. А я схожу за одеждой. Оставшись одна, Эбби разделась и ступила в горячую воду. От непривычки пошли мурашки. Капнула масло — комната наполнилась хвойным запахом. Она представила лес, пение птиц, журчание ручья. Она не заметила, как старушка вернулась. С мочалкой и мылом. И с лёгкой, почти злорадной улыбкой. — Встаём, моя дорогая! — Я и сама могу. Эбби резко дёрнулась — и тело пронзила резкая ноющая боль в районе лопаток. Она закряхтела и пошатнулась. Старушка придержала её, помогла сесть, помогла поднять руки. Эбби никогда не чувствовала себя такой беспомощной — даже тогда, в лесу Сиэтла, когда её держали подвешенной без оружия. Пройти через унижения — и наконец-то одеться самой. Они вышли. Старушка вела Эбби по коридорам через дворик для пациентов. Жара стояла невыносимая, но внутри здания было прохладно. Завернув за угол, они вошли за железную бронированную дверь — будто в бункер. Ни окон, только большая занавеска. Старушка отодвинула её и указала на темноволосую женщину, которая объясняла что-то солдатам. — Это доктор Ривера. Иди к ней, только без глупостей, дорогая. — Спасибо, — прошептала Эбби. Она уверенно шагнула к женщине, но не успела пройти и половины пути, как оказалась в крепких объятиях. — Ох, девочка моя, ты так выросла! Ты, наверное, не помнишь меня, — Ривера стояла в слезах. Осознав, что они не одни, она быстро взяла себя в руки. — Разбежались мышки по углам! — рявкнула она, и солдаты растворились. — Я в полном ахуе. Так что по порядку: вы кто? — Эбби приподняла бровь. — Давай присядем. — Женщина указала на два кресла. — Я знала твоего отца ещё до пандемии. Мы были в одном институте. Я видела тебя совсем маленькой. Вскоре Джерри забрал тебя в Солт-Лейк-Сити. Я пыталась отговорить его — ты была слишком мала, нужно было заботиться о тебе. Кстати, что с ним? — Был убит. Пытаясь спасти человечество. Перед глазами Эбби промелькнула картина: отец лежит в луже крови. Она застыла, уставившись в одну точку, прокручивая этот сюжет снова и снова. Ривера взяла её за руку. — Слушай, не хочешь прогуляться? Я покажу тебе всё здесь. — Да, я могу увидеть Лева? — Конечно. Он, наверное, на полигоне с Евой. Они так хорошо ладят — прямо как парочка. Они вышли из бункера. Ривера начала экскурсию: указывала на здания, рассказывала. Через некоторое время подошли к ангару в конце улицы. — Здесь наши ребята ремонтируют машины. Там есть небольшой тир и спортзал. Всем заправляет Мия. Своеобразная женщина, но, думаю, вы поладите. Внутри ангара у разобранных машин стояла женщина с длинными до пояса волосами, в грязном комбинезоне. Она орала на парней: — Я больше не буду объяснять. Если к вечеру эти крошки не заведутся — у вас либо ничего нет между ног, либо руки из жопы. Глядя на вас уже три часа, я склоняюсь ко второму варианту. Все меня поняли? Ответный крик — и все разбежались. — Вот о чём я тебе говорила: баба с яйцами, палец в рот не клади, руку оторвёт, — быстро протараторила Ривера. — Оп, ты мне как раз нужна. А ну иди сюда, Айболит! — автомеханица злостно двинулась к ним. На лице Риверы читалось только одно: «Как быстрее уйти». — Что случилось? — с ноткой страха спросила она. — Нам нужно отправить рейд за запчастями в Карсон. Ещё пара вещей. Желательно сегодня, чтобы завтра вечером у меня всё было. Сама понимаешь, скоро поход, нужно подготовиться. — Не хочу встревать в разговор, но могу я осмотреться? — спросила Эбби, делая шаг в сторону. — Свободна! — рявкнула Мия. Эбби забрела в небольшое помещение внутри ангара — тир. Там было полно народу. Все палили из разного оружия. Она подошла к оружейнику, который даже не поднял глаз. — Здравствуйте. Я новенькая. Могу пострелять? — Да почему бы и нет. Он открыл дверь тира и положил перед ней ПП-91 с полным магазином, даже не взглянув. Эбби зашла. Почти все места были заняты. Она подошла к последней кабинке, привела в действие мишень, попробовала прицелиться. Руки дрожали. Промах, ещё промах. Она уже хотела бросить, когда заметила парня, который стрелял так, будто пистолет — продолжение руки. Каждый выстрел — в центр. Она вышла, положила оружие на стол. Пошла изучать ангар дальше. Под одной из машин копошился кто-то. По обуви не понять, парень или девушка. — Привет, помочь как-нибудь? — спросила Эбби. Из-под машины выкатился парень на скейте. Чуть старше её. Удивлённо посмотрел. — Я Эбби. Так сказать, новая старая цикада. — Ты так быстро очухалась. Я поражён. — Парень встал, протянул руку. — Майк. Твой спаситель. — Серьёзно? Как же ты меня спас? — Если не против, можем выпить и поговорить. Я знаю место с отличным видом на океан. — Не знаю, можно ли мне уходить. — Я думаю, Ривера не будет против, если я покажу тебе всё здесь. Не ссы, крошка. Он взял её за руку и ускорил шаг к выходу. Они отошли от ангара на пару сотен метров. — Как ты узнала о нас? — спросил Майк, глядя в небо. — Искала вас в Санта-Барбаре, но наткнулась на бывший опорный пункт. Потом на нас напали, избили, отправили в ад. Я видела, как беременную женщину били в живот, прыгали на неё. Мы сбежали, но нас сдала та беременная — она сошла с ума после того, как её малыша отдали щелкуну. Нас хотели казнить: подвесить на деревянные столбы под солнце. Я бы там и сдохла, если бы одна девчонка не захотела закончить свою вендетту… Она отпустила нас. Слёзы потекли по лицу. — Эй, успокойся. Теперь всё хорошо. Тебе рано умирать. Она улыбнулась сквозь слёзы. — Спасибо, что спас нас. — Если тебе ещё разрешат ходить в рейды, ты не раз мне это скажешь, крошка. — Ты это говоришь лучшей убийце? Не смеши меня. Эти слова будешь говорить мне ты, крошка. Они подошли к небольшой башне. Майк взял её за руку. Подъём был адским. Эбби с трудом переставляла ноги — то, что пару месяцев назад было разминкой, теперь казалось пыткой. — Боже, долго ещё? — простонала она. — Ещё два этажа. Такая ты невыносливая — зато лучший убийца? Он специально провоцировал её. И у него получилось: она взбежала на последний пролёт и едва заползла за дверь. Майк уже сидел в кресле-качалке и наливал что-то в кружки. — Ты… ты… просто ахуевший. — Да ладно, не дуйся. Мотивация. Ты только погляди на вид. Она села, сделала глоток — и выплюнула. — Блять, что за херня? — Не херня. Настойка на корне имбиря и мёде. — Как ты это пьёшь? Он ничего не ответил. Они смотрели на закат. Эбби не заметила, как прошёл целый день. — Пойдём, крошка, нам надо успеть до начала кино. — Кино? У вас тут кино крутят? — Ой, ты не знаешь что это? — Хер с тобой. Только возьмём Лева с собой. — Сначала ужин, потом баня, потом кино. Тебе разве не сказали — вам выделили комнату на двоих? — Почему меня не ставят в известность? Я же не ребенок, который ссытся в трусы! — Я бы тоже так относился к ребёнку старого друга. Так что не жалуйся. Он указал направление до их квартиры и ушёл в столовую. Эбби добралась до трёхэтажного здания, поднялась. Квартира была открыта. Две комнаты, кухня, туалет, душ. Посреди комнаты — старенький телевизор. На комоде — форма для неё и для Лева. В комнату ворвался Лев, как метеорит, и повис на ней. — Эбби, с тобой всё хорошо? Меня не пускали к тебе из-за твоего состояния! — Ты меня задушишь. Я тоже скучала. Они постояли ещё минуту, потом пошли в столовую. Там их уже ждала Ривера — с явной злобой на лице.