Перейти на ты

Ричард чувствовал себя отвратительно. И дело было вовсе не в подскочившей температуре, саднящем горле и не дающем покоя кашле. Куда противнее была мысль, что из-за какой-то нелепой простуды - он, северянин, закаленный суровым климатом Надора, ухитрился простыть здесь, в Олларии, вымокнув под дождем, какой позор! - нечего и думать явиться на работу. Да, всё так. Ричард Окделл рвался на работу. В небольшую шаддейню с гордым названием "Талигойя", где вечно пахнет шадди, корицей, маленькими пирожными "по гальтарскому рецепту", а с некоторых пор - еще и надорским печеньем, которое Ричард в детстве очень любил. Ричард сам предложил добавить это печенье в меню. Альдо, владелец шаддейни, тогда скептически хмыкнул, мол, едва ли пресыщенные столичные жители соблазнятся невзрачными на вид печеньками из пресного теста. Даже Валентин, коллега и однокурсник Ричарда, в новую идею не верил. Но, к счастью, надорское печенье пришлось посетителям по вкусу. К шадди его заказывали наперебой. А особенно часто... Ричард вздохнул и снова закашлялся. Себе можно было признаться - на работу он рвется не из-за Альдо, Валентина, и даже не из-за зарплаты. Всё дело в том, кто чаще всего заказывал в "Талигойе" шадди по-кэналлийски - и непременно с надорским печеньем. Рокэ Алва. Синеглазый кэналлиец, с роскошными черными волосами, владелец компании "Алвасете". В последнее Ричарду, признаться, верилось с трудом. Ну не походил Рокэ Алва на крутого лощеного бизнесмена. Ни шикарного костюма, ни супердорогих часов, ни телохранителей. Разве что личный водитель, которого Ричард однажды видел, и который по внешнему виду куда больше самого Алвы походил на бизнесмена. А вернее - на представителя легендарной кэналлийской мафии, слухи о которой доходили даже до Надора. А вот сам Алва... Ну не будет владелец компании носить простецкие голубые рубашки и небрежно накинутые на плечи пиджаки. И уж тем более - зачем ему забегать в маленькую шаддейню, заказывать день за днем крепчайший шадди и надорское печенье, да еще и запросто болтать и пересмеиваться со смущенно краснеющим бариста? Впрочем, вспомнилось Ричарду, особо краснеть его уже не тянуло. Даже вчера, когда Алва заглянул перед самым закрытием и позвал Ричарда немного прогуляться. Пешком, без охраны и дорогих ресторанов. Нет, этот бизнесмен определенно был странным. Но, кажется, именно поэтому Ричард и согласился. Они бродили по городу, болтали обо всём на свете, Ричард завороженно слушал о ласковом прибое, золотых пляжах и апельсиновых рощах Кэналлоа, и даже жалел что ничего похожего нельзя рассказать про Надор. А потом Алва вдруг поинтересовался изображением на любимой футболке Ричарда - оскаленной веприной головы, заметной даже из-под фартука бариста. - А, - Ричард смутился, - это Невепрь. Такая старая надорская легенда... И он рассказал о Невепре. И о цветущих вересковых лугах, на которых в сказках так любят танцевать фейри. О шумящей воде горных рек, и древних каменных стенах замка, в которых так звонко звучит смех его сестер. Прогулка затянулась до позднего вечера и длилась бы еще, если бы не надвинувшаяся грозовая туча. - Простите, эр Алва, но мне и правда пора бежать! - Мы с вами кое-что забыли, - Алва сжал его руку, и сердце у Ричарда ёкнуло, но кэналлиец лишь лучезарно улыбнулся и вкрадчиво произнес: - Не находите, что нам пора уже перейти на ты? Ричард залился румянцем. - Хорошо, перейдем. С завтрашнего дня. Согласны? - Уговор, - серьезно кивнул Алва. - Не забудьте, Ричард. Ричард, конечно, не забыл, но вот исполнить уговор никак не мог. Поскольку был не на работе, а шмыгал носом, сидя дома. Интересно, приходил ли Рокэ Алва сегодня в "Талигойю"? Что он подумал, узнав, что Ричарда нет? И думал ли он о нём вообще? Томительные раздумья прервал внезапный и требовательный звонок в дверь. Кажется, первый за всё пребывание Ричарда в Олларии. Выпутавшись из одеяла, Ричард нашарил ногами тапочки и поплелся открывать. По дороге нестерпимо захотелось чихнуть, но стоило только отпереть и распахнуть дверь - несостоявшийся чих замер на полдороге и испарился, справедливо решив, что Ричарду не до него. На пороге стоял Рокэ Алва собственной персоной. Всё в том же небрежно наброшенном пиджаке и с объемистым пакетом в руках. - Добрый день, Ричард... О, смотрю, вы и правда разболелись. Можно войти? - Эр Алва? – прохрипел Ричард. - Как вы нашли меня? - О, это было не таким уж сложным заданием, - Рокэ ловко просочился в квартиру со своей ношей мимо оцепеневшего Ричарда. - Ваш коллега озаботился запомнить ваш адрес и весьма любезно его сообщил. А сейчас мне предстоит кое-что посложнее. Видя испуг в глазах Ричарда, он невольно улыбнулся: - Буду лечить вас, чтоб вы скорее встали на ноги и перестали так ужасно кашлять. Словно в доказательство, Ричард снова зашелся в приступе кашля. - Горло болит, - пожаловался он, - это все тот вчерашний ливень... Пока бежал до дома от метро, вымок насквозь. А дома тоже холодина. - Хм, еще бы не холодина, нынешний месяц Весенних Волн решил, что он – месяц Зимних Волн. Отопление уже отключили, а тепло еще не наступило. Где тут кухня? В крохотной студии, которую снимал бариста, все было вместе, и кухня – то же, что и комната в расправленной кроватью. Рокэ поставил чайник, достал из пакета коробочку с травяным сбором. - Сейчас заварю чай, будете пить с медом. - Вы и мед купили? - Юноша, я отличаюсь предусмотрительностью, как вы уже заметили. А еще у меня отличная память, - он улыбнулся. - Мы собирались сегодня перейти на ты, верно? - Верно, - Ричард смутился. - Я не забыл. Хотел даже выйти сегодня на работу, чтобы не нарушать своё обещание, но Альдо заявил, что я должен оставаться дома и нечего заразу разносить, от этого заведению только убытки. - Он прав, - серьезно кивнул Алва. - Заведение-то, конечно, никуда не денется, а вот тебе, - Рокэ сделал упор на последнее слово, - нужно беречь здоровье. - А ты, - забавно оказалось возвращать это слово, точно играя в теннис, - не боишься за своё? - Я вырос на кэналлийских апельсинах. С таким количеством витаминов опасаться за здоровье причин нет, - небрежно отозвался Рокэ. Наполненная чашка грела ладони, поднимающийся парок пробивался своими ароматами даже сквозь насморк, а горьковатый травяной привкус смешивался со сладостью меда - и больному горлу, кажется, и впрямь становилось легче. - Эр Алва... - Ричард смутился, уткнувшись взглядом в чашку. - Рокэ... - Да? - Почему ты решил прийти ко мне вот так? И адрес узнал у Валентина... - Ну, во-первых, - Рокэ лукаво прищурился, - мы условились сегодня встретиться, а я не привык менять планы. Во-вторых, - он снова зашуршал пакетом, извлекая оттуда еще один пакет, поменьше, и крайне знакомый Ричарду на вид, - ты сам мне сказал, надорское печенье вкуснее всего именно свежим, и я совершенно не хотел, чтобы его вкус ухудшился. - Ты купил мне печенье? - Ты столько раз приносил его мне, что я просто обязан ответить тем же самым, - Рокэ подмигнул. - Угощайся, думаю, с этим сбором они вкусны не меньше, чем с шадди. - Спасибо, - Ричард взял печеньку, - но мне почему-то кажется, что есть еще и "в-третьих". - Угадал, - улыбка Рокэ стала чуточку коварной. - В-третьих, видишь ли, я слышал, что благовоспитанные, а особенно надорские юноши целуются не раньше третьего свидания. И мне не хотелось бы чересчур затягивать ожидание. Ричард кашлянул, поперхнувшись целебным напитком. - Ты... Ты не можешь меня целовать! - выдавил он. - Само собой, - примирительно поднял руки Алва. - У нас ведь только второе свидание. - И я болен! - выкинул Ричард на всякий случай решающий аргумент. - А к следующему свиданию могу и не поправиться! - Ну, лучше тебе точно станет. И будет отличный повод проверить, как укрепили мой иммунитет кэналлийские апельсины. Наверное, Ричарду надо было возмутиться. Заявить, что уж он-то лучше любого кэналлийца разбирается в том, как должны вести себя благовоспитанные надорские юноши. Что к себе домой они приглашают минимум на четвертом свидании, а сейчас только второе. Но вместо этого Ричард ответил улыбкой на улыбку и неторопливо надкусил новое печенье. Он уже определенно чувствовал себя лучше. И очень хотелось убедиться, что Рокэ не ошибается и в остальном. С висящей на спинке стула футболки одобрительно скалился Невепрь.