Лагерь "Надежда"

Глава 15 «Четырнадцатое июня, или же последний день подготовки к открытию»

      — Ауч! — Резкая боль в районе головы заставила прикрыть глаза и прикусить губу, в попытках сдержаться. Старался сдержать болезненные слова, но, к сожалению, не удалось. Глубоко вздохнув, пытаясь сдержать слезинку, что готовилась потечь. Как бы это странно не звучало, но мои волосы — это сильная слабость. Если хоть немного сильно потянут — почувствую боль, поэтому их доверить могу лишь единицам.       — Прости, сильно больно? — Мягкий голос послышался над моей головой, а через пару секунд, передо мной оказалась сестра, сидя на корточках. Та потянула руку к моему лицу и аккуратно погладила щёку, — я не хотела…       — Ничего страшного! — Перебив, ярко улыбнулся. На её лице тоже расцвела улыбка и она вернулась обратно заплетать мои волосы, — там ещё долго?       — Неа, пару штрихов и будешь готов на все сто. Тебе было куда легче меня заплетать, ведь волосы очень короткие. Да и причёска куда легче!       — Всё таки я рад, что вы выбрали именно этот наряд. Ведь он единственный выглядел самым закрытым. Вот не понимаю, почему выбрали именно меня? Ведь движения и одежда женские.       — Хехе, а это уже секретик.       — Подожди, только не говори, что вы снова решили воплотить свои извращенские штучки или как это называется? Неужели Навия и вправду разрешила вам? Всё таки не зря тебя и Фурину называют слегка помешенными на мне, но удивительно как смогли разрешить. Если все мои рассуждения окажутся правдой, то в следующей раз не соглашусь участвовать в соревнованиях, ай!       — Братец, ну зачем ты так много думаешь? Я и учитель Фурина ничего такого не удумали и директора не надо приписывать. Просто мы очень хорошо попадаем в такт движений, плюсом у нас синхронность хорошая.

***

      Шуршанье в комнате, какой дебил проснулся так рано? Точнее сказать, зачем? Едва слышно мыкнув, перевернулся на другой бок и сильнее укутался в одеяло. Хотелось ещё немного поспать, а желательно часок да другой. Интересно, давно ли постель стала такой мягкой и утягивающей? Даже не знаю, но подниматься с неё вовсе не хочется, наоборот остаться подольше. Спустя пару секунд послышались слышимые голоса, скорее шёпот, который пытались сделать куда тише, с целью не разбудить спящих. Неужели мои соседи и вправду уже проснулись? Может я проспал? Хотя возможность того, что те проснулись так рано нельзя убирать. Или вожатые пришли разбудить меня? Только проверять лень, хочу подольше поотдыхать, всё-таки сегодняшний и завтрашний дни будут трудными и многозабирающими силы… Звук щелчка, такой же когда фоткают на телефон, и он издался недалеко от моего лица. Резко открыв глаза, заставляя почувствовать небольшую боль, не обращая внимание сел и повернул голову в бок. Светлая макушка по имени Альбедо, победно улыбался и смотрел в экран. Нахмурившись, направил взгляд на дверь, возле неё стоял Чжун Ли. По его глазам можно было прочитать «господи мой, и ему двадцать один?».       — Альбедо, у меня к вам появился один вопрос, — немного сузив глаза, разглядывал эту лисью морду. Я ошибся, он не похож на сову, скорее на другое животное, ведь хитрости очень много. Тот спустя секунд двадцать отлип и глянул на меня, — что здесь происходит? И по какой причине вы меня фоткаете?       — Доброе утро, Итэр, — как-то обыденно произнёс голубоглазый, улыбаясь шире, — да так, фоткаю тебя спящим. Кто-то вроде бы говорил, что не собирается показывать себя таким? Неужели ты не держишь свои обещания? — Я мысленно уже начал его душить, эх, будь мы тут одни воплотил это в реальность, но надо держать себя в спокойствии.       — А разве вам разрешено это делать? —Мой ответ, заставил его застыть и задуматься. Глянув на второго вожатого, который улыбнулся, показывая, что ему понравились мои слова. Если говорить и вправду про правила, то им запрещено вытворять такое, ведь не возможно сказать точно, не будет ли он куда-то их сливать. Но это Альбедо, скорее на обои поставит, — может мне сходить к Джинн и пожаловаться на то, что меня фоткают без разрешения? — Теперь улыбался я, а лицо блондина обрело белый цвет. Знает, как получит от неё. Тишина заставляла лишь сильнее удовлетворятся, хмыкнув, прикрыл глаза, — да пошутил я, только если увижу где-то, то и вправду пойду пожалуюсь.

***

      Вздохнув свежего воздуха, присел на край сцены и глянул на небо. Посильнее укутавшись в белую рубашку, прикусил губу и глянул теперь вниз. Привычка, которая заставляла постоянно вспоминать плохое и не очень приятное, одни негативные чувства. Оно начинает потихоньку съедать мой разум и хотение жить. Единственное, что держит меня здесь — родные и Люмин. Сложно и больно представлять как они сидят на моей могиле и рыдают, а сестра винит себя в этом. Также Кэйа и Дилюк, пытаются успокоить её, но самим в душе не легче. Есть такое предчувствие, я не выдержу и сделаю суицид, любой. Ведь выдерживать это с каждым месяцем труднее. Причина есть, но капать уж очень долго нужно, всё-таки не зря закапывал их долгие года. Сейчас хотелось опустошить свою голову и пойти дальше готовиться, а то выслушивать волнующийся голос про моё состояние не хочется. Завтра важный день, а я тут грусть из себя излучаю, словно виновен в том, что терзает мою душу и скорее хочет захватить. Но и подводить не хочется, поэтому ответ очевиден и ясен — закину в чёрный список и до последнего буду улыбаться, не чувствуя как земля из под ног пропадает.       Руки элегантно то поднимались, то опускались. Каждое движение точное и без малейших ошибок. Длинные ноги быстро перемещались, пока губы расплывались в тёплой улыбке от наслаждения. Прекрасный танец, который создавал, был подобен ветру, ускоряясь и затихая, заставляя всех прикрывать веки. Я уже навряд ли вспомню, в какой раз играет эта мелодия и сколько раз делал элементы танца. У меня была цель поскорее вспомнить его, чтобы хоть закрытыми глазами смог всё это сделать. Не хочу опозориться перед всеми, ведь все взгляды и камеры будут направлены на меня. Иногда от спешки или возможной усталости, падал, что до ужаса не нравилось мне. Во мне не должны найти какую-либо ошибку, или же понять, это даётся с огромной лёгкостью. Душа, нет, сердце хотело видеть похвалу от родителей, как они хлопают и в их глазах видно, что очень горды своим сыном, и хотят видеть как продолжаю развиваться, а не "Ты опозорил нас. Как можно было упасть на таком плёвом моменте? Люмин вот, сделала всё куда лучше, мы даже не надеялись на тебя. Просто брось это занятие и иди рисовать, хотя и там у тебя ничего не получится." Их слова и голоса больно ударяли о разум. Все старания, отдаваясь полностью, тратил последние силы, желая получить такой желаемый плод. А в ответ лишь ужасные слова, которые разрывали и так потрёпанное сердце. Но я не сдавался, совершенствовался, в танцах стал куда лучше, не обращая внимания на всю боль, которую это причиняло. Худел сразу же после их небольших упоминаний. Все попытки стать их любимчиком никогда не увенчалась успехом и не будут. Я больше не их сын. Они меня выбросили как ненужный хлам, от чего становится всё больнее. Хочется упасть и зарыдать на всю, крича им в след "за, что вы так со мной? Разве я не натерпелся всего?!".       Танец, музыка, пение и рисование. Именно они спасали, помогая успокоиться и уйти от разных мыслей, легче говоря, забыться. Мир стал настолько жестоким, что появились вещи, которые могут спасти от него, но лишь временно. Нет такого увлечения, которое поможет на веки вечные забыть свои переживания и хотения прекратить эту жизнь. Вселенной полностью всё равно на тебя, они помогут кому угодно сиять с лёгкостью, а ты давай через пот и слёзы добивайся. Больно? Терпи, обязан. Если хочешь получить многое, нужно платить такую же цену. Устал? И? Повторяться не надо. Всё эти слова и размышления вечно были в моей голове. Хочется узнать по какой причине я должен так страдать? Неужели грех в моей прошлой жизни настолько плох.       — Итэр, — вздрогнув, остановился и глянул на сестру, которая уже вернулась. В её руках был бумажный пакет. А в глазах читалось переживание. Вновь прикусив губу, опустил взгляд, — солнышко моё, — спокойно и тихо начала дева, обнимая меня и прижимая к своей груди, со всей любовью поглаживая макушку. Спустя пару секунд, обнял в ответ, пытаясь сдержать слёзы. Резкое хотение разрыдаться начало бушевать. Обожаю, когда она так делает, — ответь мне на один вопрос. Зачем ты себя настолько изводишь?       — Одобрение, — едва слышно ответил, прижимаясь сильнее. Хочется спрятаться и быть всегда с ней, не наблюдая какой мир жестокий, и то как он хочет меня окончательно убить. Люмин ждала продолжения, давая время подумать и собраться с мыслями, — они вечно твердили, что должен стараться сильнее, сиять ярче. А когда всё это делал, постоянно твердили недостаточно. Родители, по какой причине они меня ненавидят? Даже избавились, не разобравшись, словно кот, который перестал быть им нужным.       — Братик, — аккуратно начала, пытаясь подбирать нужные слова, пытаясь помочь мне. Только не сумеет, всё стало настолько плохо. Даже Бай Чжун, я прекрасно вижу как он задумывается или иногда обречёно смотрит на меня, осознавая ужасность моего состояния. Никто не сумеет залечить все эти раны, даже я своей ложью. Мне остаётся лишь плыть по течению, получая больше боли и страданий. С самого начала стало понятно, какая жизнь меня ждёт. Поэтому и выбросили, — они не достойны твоих стараний и сил. Ты вечно старался, отдавался полностью делу, а родители слепо смотрели на меня. Хотя ты сиял куда ярче. Нам будет лучше забыть их и всё, что с ними связанно. С самого начала отказались от нас и прощения им не получить. А попытки через меня за....       — Нет! — Резко крикнул, перебивая её речь. Отлипнув, глянул в очи сестры. Там читалось удивление и непонимания моих действий, ведь это не было на меня похоже. Обычно стоял словно пришитый и просто слушал, принимая заботу, но сейчас не хочется. Надоело слышать и видеть то, что из меня делают слабака, который только и может плакать и сожалеть обо всём. Но поменять жизнь невозможно, изменить тоже. Лучше буду отдаляться от всех. Неудача и чёрная полоса всегда ходят со мной за ручку и заражать других не хочется. Сейчас она борется с белой и понять кто выиграет невозможно, может мне и дадут временное спокойствие и счастье, но на маленький срок. Уже давно осознал, насколько плоха моя жизнь.

Итэр.

      Снова. Кон, почему ты меня не оставишь? Хочешь до конца добить? Показать насколько всё плохо, что и шиза появилась? Может и вправду лучше будет лечь в психбольницу и полежать там пару лет, в целях помощи для меня. Хотя навряд ли туда отпустят. К глубочайшему сожалению, им придётся, ведь тьма и много другое слишком часто заполучают моё тело с целью заставить сдасться. Мои мысли редко идут в другое русло... Шлепок и резкая боль на щеке, словно отрезвила меня. Удивлённо глянув на сестру, что хмурилась и всматривалась.       — Прийди в себя! — Я следил за её действиями. Она кинула пакет на пол, подходя ближе и хватаясь за плечи, всматриваясь в меня сильнее. Такие действия очень удивили, да и слова, — ты не мой брат! Он бы никогда не стал грустить! Да, жизнь подсыпала разных ужасных вещей, но ты обычно до конца брал всё хорошее. Открой же свои глаза и начни веселиться! Даже из плохого ты способен брать хорошее, так докажи мне и родителям, что тебя сломить очень трудно. И пошли ёбаного бога к чертям собачим! Покажи же ему, что он сделал огромную ошибку!       — Люмин, — мои губы сами по себе расплылись в улыбке. Та тоже скопировала мою эмоцию, после схватила пакет и моё запястье, ведя в неизвестную сторону, — и куда мы идём?       — Переодеваться! — Ответ очень удивил, даже чересчур. Она, заметив, тихо посмеялась и помогла спуститься с лестницы. Настроение у меня поднялось на высоту, как и у неё, — Дайн же отправил костюмы, сегодня репетиция будет в них! По этой причине я и задержалась, Джинн передавала их. Малыш в красивом платье со мной на афтерпати       Тихо напевая песню, с прекрасным настроением начал приводить себя в порядок. Всё таки Люмин умеет выбирать нужную песню для наших образов. Она стояла где-то сзади и доставала одежду. Я уже достал, поэтому лишь осматривал её, вспоминая как одевать и заплетать волосы. Всё таки песня и одежда Ванилы и Чокола прекрасны. Больше всего мне подходит характер белой кошечки, но образ надеваю коричневой. Всё из-за моей длинны волос. Время признаться в любви, признаться в любви       Взяв, зашёл в туалет и начал переодеваться, слушая, как сестра поёт песню. Всё таки одежда немного отличается от оригинала, ведь мне специально слегка удлинили шорты и сделали пышными. Сначала идут колготки в сетку, как-то не по себе описывать в своём же уме как одеваюсь. Конечно, я огромный нелюбитель такого, но взгляд сестры вычно убивает и заставляет это делать. После топ из такого же материала и небольшое украшение на место чуть ниже плеча. Малыш, какие планы?       Весь образ состоял из трёх цветов: оранжевый, чёрный и тёмно-фиолетовый. Вздохнув, взял что-то на подобие купальника с вырезом на спине, точнее там почти ничего не было, а всё держалось на куске ткани у шеи. После него надел шорты, образ уже можно было назвать законченным и сразу вести в стриптиз клуб. Хмыкнув, дальше шла юбка, точнее что-то похожее на неё. Дрожь прошла по телу, когда посмотрелся в зеркало. Теперь меня и вправду можно полностью спутать с девушкой, хотя плечи выдают. Но кто на них смотрит... Давай крутить романы       Обуться решил в конце, поэтому продолжил. Распустив свои локоны, расчесал и начал делать два высоких хвоста. Для удобства высунул язык, не знаю, ленты так делают и решил повторить. Оказалось очень прикольно. Закрепив чёрными резинками, встал боком и проверил, чтобы выглядели нормально. Взяв искусственные уши, немного покрутил и надел. Заколки с двумя цветками и ленты. После перчатки без пальцев, с которых шли тонкие ленточки, они были соединены, но нужной длины, чтобы не упасть во время танца. И под ногами весь мир, под нами весь мир       Прикусив губу, глянул на обувь. Очень давний вопрос снова появился в уме: "Как в этом можно танцевать?". Длинные сапоги, которые выше колен, подошва примерно пять см. И в таких возможно танцевать, но очень травмоопасно, и обычно на них танцуют под присмотром, а тут же.. Максимум Нин Гуан будет молиться, чтобы мы не упали. Обувшись, почувствовал как мой рост значительно увеличился.       — Малыш в красивом платье со мной на афтерпати, — выйдя из туалета, очень удивился. Сестра уже была собрана и стояла посередине, танцуя. Это строчку песни она посвятила мне, протягивая руку. Приглашение подсоединиться принял, улыбаясь и начиная с ней плясать от этой имбовой песни.       — Время признаться в любви, признаться в любви, — пропев, получил в ответ ухмылку.       — Малыш, какие планы? — Ловким движением Люмин обняла за талию и посмотрела в мои очи.       — Давай крутить романы, — положив свои руки ей на плечи, задорно глянул на неё.       — И под ногами весь мир, под нами весь мир, — обнимая друг друга, начали крутиться, продолжая петь.       Давно я не расслаблялся настолько, чтобы чувствовать себя птицей. Люмин — самая лучшая сестра, которая поможет отвлечься и веселиться. Закончив своё пение, мы засмеялись от этого. Всё таки мы друг другу идеально подходим. Немного поболтав, решили подняться на сцену и порепетировать, ведь скоро придут наши и несколько человек с других отрядов, чтобы порепетировать. В планах у нас быстро повторить танцы, песню и сценку, после отдыхать. Поднявшись, увидели диджея, что сидел за столом и тоже готовился. До конца завтрака время ещё есть, значит ничто нам не помешает. Специально раньше отпросились, с целью подготовить всё нужное. Мужчина поднял взгляд и удивлёно разглядывал образы. Улыбнувшись, подошли к нему.       — Здравствуйте, как вам наш образ? Думаю, Итэру идеально идёт! — Мы словно под копирку поставили руки на бёдра. А мужчина завис, продолжая осматривать. Это не удивительно, ведь резко увидеть в таких нарядах необычно.       — Люмин и Итэр, это и вправду вы? — В его голосе слышалось недоверие, только наши волосы подтверждали это. Ещё немного пообщавшись, обсудили некоторые моменты и начали репетицию танца.

***

      Время уже подходило к концу завтрака, а мы как раз закончили. Решив слегка отдохнуть, ушли каждый в свою кулису. Присев на деревянный пол, приобнял колени и положил подбородок. Мысли заполнили переживания насчёт образа. Вдруг меня осудят? Скажут, что мне не идёт и зачем я нарядился в такое? Не хочу видеть в их взглядах отвращение и хотение забыть всё увиденное. Если меня начнут из-за этого булить... Просто не выдержу и сбегу, а после где-то закончу свою жизнь. Найдут мой труп в реке, попытаются найти виновного. А его не будет. Просто подросток, который не сумел держать всё это на своих хрупких плечах. От размышлений отвлёк голос Мико, и многих других. Видимо уже тут. Встав на ноги, глянул на сестру и кивнул ей. Микрофоны уже были прикреплены, поэтому выходить с укрытия не прийдётся.       — Джон! Где близнецы? Они должны быть тут, ведь отпросились уйти с завтрака пораньше, — её голос слышался очень плохо, ведь расстояние между нами большое, да и на одно ухо глухи.       — Они тут, уже готовы. Так что садитесь и наблюдайте. Уверен, если будите стоять, то упадёте от их выходок.       — Ась?       — Мико, иди садись, сама всё увидишь, — со смехом ей ответил диджей. Сердце начало резко стучать в страхе, но глубоко вздохнув, ожидал знака от него, — готовы? — Послышалось в наушнике, к котором подключён микрофон. За нас двоих ответила сестра. Подготовившись, начали ожидать, — раз, два, три.       La, la-la-la-la-la-la, la-la-la-la       La, la-la-la-la-la-la, la-la-la-la       Допев эти слова, мы вышли нашим фирменным выходом. Начиная от различных элементов, заканчивая колесом, всё это помогло оказаться в середине на расстоянии двух метров от друг друга. За маленькое мгновение сумел увидеть эмоции всех. Некоторые открыли рот в удивлении, другие наблюдали в ожидании. Если же глянуть на Нин Гуан, та была в полном шоке и страхе за нас, ведь обувь, в которую мы обуты небезопасна. Взгляд каждого блуждал по нам с ног до головы, разглядывая каждый элемент одежды, пытаясь запомнить навечно. Каждый задерживал на мне свой взгляд подольше, а Сяо же не собирался его отводить.       Why am I always hit on by the boys I never like?       Ухмыльнувшись, начал петь свои слова. Моя походка была сравнима с кошачьей. Также иногда двигал бёдрами, а руки аккуратно вырисовывали рисунки, которые идеально подходили. Тонкие ленты на перчатках и одежде добавляли грациозности и красоты. Все переживания, которые терзали душу, ушли на второй план и я перестал о них помнить, отдаваясь полностью чувствам и лёгкостью танца.       I can always see 'em comin' from the left or from the right       I don't want to be a priss, I'm just tryna be polite

***

      Осталось допеть последние слова песни и всё будет готово. Подойдя почти к краю сцены, быстрым движением оказались на полу и сели в позу, улыбаясь. Сердце колотилось от восторга и адреналина. Как только песня остановилась, все начали хлопать, а некоторые встали. Во всех взглядах виднелись восхищение и удивление. Не каждый же день увидишь такое. Отдышка только сейчас начала себя проявлять, поэтому нам пришлось лечь и пытаться восстановить.

***

      Приоткрыв окно, холодный ветер ворвался в помещение, спасая от жары. Расслабленно улыбнувшись, присел на подоконник, чтобы чувствовать себя шикарно. Обняв свои же колени, положил на них голову, осматривая вид. Сегодня в корпусе слишком тихо. Все засели по своим комнатам и продолжили доучивать всё нужное. Для меня всё это один кайф. Нет криков, ссор и много другого. Можно спокойно посидеть и подумать о своём. Сяо, Гань Юй и Кэ Цин ушли дополнительно репетировать. Потому комната была в моём полном распоряжении. Мысли, что до этого заполняли меня, ушли к чертям собачим...       — Итэр! — Резкий крик со стороны двери заставил вздрогнуть и недовольно глянуть на того человека. Что за дебил орёт? Это оказалась сестра, что выглядела слишком довольной. Приподняв бровь в знаке вопроса, она заулыбалась шире, — пошли с нами петь?       — Что? — Теперь я уже нахмурился. Ей, что-ли, не хватило? Если да, то это не мои проблемы. Мне вот нужно голос восстановить слегка, а то завтра придётся же много говорить, — не мешай мне, я кайфую.       — Эй! — Недовольно буркнула она, когда я отвернулся обратно. Видимо, мой ответ не понравился, ведь спустя пару секунд девушка подошла и положила руку на плечо. Люмин, даже не надейся. Ты у меня в игноре, я хочу отдохнуть. Но вдруг, схватила меня за талию и резко подняла. От такой неожиданности ахнул и глянул на неё. Губы девы расплылись, — значит сама потащу! — После она и вправду понесла в их комнату.       — Водил меня Серёга. На выставку Ван Гога, — первый начал петь я. Девушки заулыбались, ведь наконец согласился. Всё таки их предложение расслабиться и потанцевать принял. Песню я выбрал самую любимую.       — Там было тёлок много. И нервы как канат. Но я не недотрога. Дала понять с порога. На выставке Ван Гога. Я — главный экспонат, — уже пели все вместе, танцуя. Теперь кайфовали вместе. В комнате были двести первая и двести четвёртая, и конечно же, сами владельцы помещения, двести вторая. На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! Штанах! Штанах!       После этих слов, все мы пошли в отрыв. Музыка играла, все танцевали и пели песню. Веселье и смех с того, как кто-то падал. Или же как Тарталья надел каблуки Розарии и танцевал в них. Многие снимали, пытаясь не умереть от смеха с картины. А когда к нему подсоединились и остальные с компании, девушки попадали с болью в животах. Настолько всё выглядело прекрасно, что улыбка просто не слетала с моего лица. Мы старались не шуметь, но у нас так себе получалось. Только вожатые ещё не приходили, потому мы не останавливались. Вдруг меня схватили за руку, посмотрев на улыбающиеся лицо Кэйи, напрягся. И понял почему, он меня и Дилюка заставил обуть каблуки, чтобы мы все одинаково выглядели. Девушки уже обулись. На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! На лабутенах, нах И в ахуительных штанах! Штанах! Штанах!       Музыка уже играла в пятый раз, а нам было всё равно. Ведь вокруг веселье и смех. В особенности от того, как выглядел Дилюк, ему очень "повезло", что сегодня надел обтягивающие штаны, потому его поставили в центр и танцевали вокруг. Он же смерился и тоже веселился. Венти нашёл расчёску и использовал как микрофон, передавая по кругу. Спустя две минуты Тома залез на стол и мы начали ему хлопать, когда тот начал петь. Веселуха шла своим чередом. Иногда мы менялись с Томой и делали что-то на подобии концерта. Хлопки и свистки начали тогда, когда Тарталья залез и начал танцевать вприсядку. Столько смеха было, что казалось, мы все умрём.       — Двести вторая, что у вас тут тво... — резко дверь открылась и там показались Чжун Ли и Альбедо. Именно тогда, когда Тарталья танцевал на столе. Повернувшись, многие не выдержали и упали на пол, смеясь, я был в их числе. Ведь лицо старших нужно было видеть. Первый стоял в шоке, а второй тоже смеялся. А рыжий даже не собирался успокаиваться и останавливаться, потому продолжил петь и танцевать. Кажется, завтра у нас будет болеть живот.       — Ахахахх, господи, — пытаясь успокоиться, встал, смотря в сторону двери. Музыку уже отключил, что вызвало небольшое недовольство у танцора, — Аякс, ну ты и конечно устроил. Аж вожатого сломал. Мы тут просто отдыхаем, вы имеете что-то против?       — Нет, веселитесь. Но, Итэр, как тебе на каблуках и вам парни? — Только сейчас все вспомнили о какой обуви.       — Хотите к нам? — Спросил рыжий, улыбаясь и разуваясь. Так сделали и другие, ведь ноги от непривычки уже болели.       — Я, пожалуй, откажусь, — первый ответит темноволосый, уходя.       — Я только за, — улыбнулся светловолосый, заходя и прикрывая дверь.       Дальше мы выбрали другую песню и веселились вместе с вожатым. Малыш в красивом платье со мной на афтерпати Время признаться в любви, признаться в любви Малыш, какие планы? Давай крутить романы И под ногами весь мир, под нами весь мир Малыш в красивом платье со мной на афтерпати Время признаться в любви, признаться в любви Малыш, какие планы? Давай крутить романы И под ногами весь мир, под нами весь мир

***

      Упав на кровать, довольно прикрыл глаза. Всё было готово, да и повеселились на славу. К нам потом чуть позже моя комната подсоединилась. На часах уже десять и все готовы ко сну. Я был в этом числе и уже собирался лечь спать, как отвлёк голос темноволосого.       — Итэр, ты спишь? — Вздохнув, присел и глянул на Сяо, который сидел за столом в телефоне. Не думал, что он первый начнёт диалог.       — Нет. Что-то случилось? — Облокотившись о стену, ответил.       — Неа. Просто хотел с тобой кое-что обсудить, — после этого он замялся.       — М? Говори.       — Не против завтра немного погулять перед открытием? — Такой вопрос приятно удивил. Не ожидал, что он предложит такое. Улыбнувшись, попросил повернуть его голову. Честно, так нравится смотреть в очи Сяо, они такие красивые, как и он.       — Конечно не против! Точно, как тебе мой образ? Нравится? Просто ты так долго на меня смотрел, — после моих слов, его щёки слегка покраснели и он попытался это скрыть.       — Да, очень красивый и очень идёт тебе.       — Рад слышать! Ладно, спокойной ночи!              — Спокойной ночи.

To be continued.....