Наедине

      Хонсу часто думал, что всё-таки отношения с человеком слишком порочны. Порочны в том плане, что из-за долгих прогулок и посиделок с Севером, луннику достаётся так, что потом довольно проблематично передвигаться на большие расстояния. Тем не менее, он прекрасно осознавал, что нашёл ор-ху — родственного духа — и был вполне счастлив с ним. Но за счастье часто приходится платить, и в этот раз не обошлось без наказания и выслушивания длинных поучений от Тэха. И клокочущая ненависть тут не помогала, не глушила обиду на несправедливость по отношению к Хонсу, не могла перекрыть внутренний поток магии.       А потому яркие языки пламени убивали своим теплом лежащий на земле снег. Тихие шаги младого луна едва ли можно было услышать, не смотря на огромные габариты и некую неуклюжесть, ведь Хонсу снова прихрамывал на левую руку. Не было больно, но неприятности доставляло. В особенности тогда, когда он почти подошёл к дому Севера и, не удержавшись на всех конечностях, кубарем скатился по склону и со всей дури впечатался в забор. Благо боли лунник не чувствовал, а потому только недовольно чирикнул и встал на ноги, отряхиваясь от снега.       — С-сарас-са, — фыркнул Хонсу себе под нос, стряхнув снег с оголённого торса.       Услышав на улице грохот чуть не упавшего забора, Север подскочил на месте и неосторожно полоснул себя ножом по руке. Длинная глубокая рана тут же набухла кровью, а парень матюкнулся, чуть прикусил губу и, выдохнув носом, наспех перемотал увечие платком, после чего подошёл к выходу, наклоняясь, чтобы обуться и проверить, что, собственно, произошло       — Хонсу, ты чего? Забор мне чуть не свалил… — хлопнув глазками, парень влез на стопку дров и облокотился руками о забор. Пару секунд, и блондин вздохнул и отвёл взгляд. Каждый раз, когда лунник из-за него получал вот таких пиздюлей, ему стыдно было до трясучки, но сердцу же не прикажешь       — З-зо з-зклона кубарем з-зкатилз-зя, — честно отозвался лунник, стряхнув остатки снега со штанов. Огонь уже прилично растопил снег, а потому можно было заметить небольшие островки с пожухлой травой, которая пряталась до этого под белым покровом. Левая рука была покрыта неровными полосами, тёмными и старыми — только на прошлой неделе получил наказание, потому, пока они не заживут, младого луна никто трогать не будет.       — Поскользнулся или опять? — тряхнув головой, игрушечник уперся щекой в забор, отчего она немного расплылась и прикрыла один глаз. — Заходи во двор, расскажешь, — а он что? Соскучился малой, сильно причём       Щёлкнув пальцами и потушив ненавистный магический огонь, Хонсу плавно опустился на все конечности и, отойдя чуть назад, с размаху перепрыгнул через забор. Приземлившись в небольшой сугроб, лунник чихнул и тряхнул головой, выгоняя из золотистых кудрей белых «шмелей». Дискомфорт снова доставила рука, отчего он чирикнул и нахмурился, стряхивая снежинки со спины хвостом.       Пхикнув, Сева стал слезать, но полено под ногой поехало, и в итоге молодой человек с писком плюхнулся на задницу. Окровавленный платок быстро слетел с ладони, обнажив рану, но синеокий этого не заметил и встал, отряхивая задницу от снега и отворачиваясь, чтобы вернуть деревяху в поленницу       — Ты как вообще? я скучал, меня без тебя плющило       — Нормально. Немного поругалз-зя з-з Тэхом… Ну и вот, — повернувшись к парню, Хосну показал руку, а после ещё больше нахмурился. — Это что? — младой лун кивнул на руку Севера, подходя ближе.       — Опять… — вздохнул Вер, слегка пальцами коснувшись чужой кожи. — М? Да ничего, порезался, когда ты в забор вписался, — слегка усмехнулся человек и немного задумчиво глянул на глубокую рану. Пальцы он чувствовал, шевелил, и нормально       Хонсу поджал губы в тонкую линию, немного прижимая уши к голове. Из-за него парень порезался, да ещё и глубоко… Мотнув головой, лунник мягко скользнул кончиком хвоста по щеке Севера, будто поглаживая.       — Ну ты чего, солнце?       — Ничего, — младой лун дёрнул ухом, чуть отходя назад. — Поц-цли в дом, а то с-самёрс-снешь.       — Пошли, — кивнул хозяин дома и, подойдя к Хонсу, провел пальцами по рёбрам со спины и по лопатке, а то ладонью коснуться не мог. Выскочил он в домашней одежде и кардигане поверх, так что холодно было       Лунник покорно двинулся в сторону дома, прихрамывая на руку. Всё же, досталось в этот раз нехило, ещё и дискомфорт никуда не уходил. Покачивая хвостом из стороны в сторону, Хонсу осматривался на наличие чужаков. Привычка опасаться других людей так крепко засела в голове, что без этого младой лун уже жить не мог. Потому и напрягся, внимательно вслушиваясь в звуки, доносящиеся из деревни и соседних к дому Севера домов.       — Ирис с дядей уехали вчера вечером, а больше тут никто и не ходит, — усмехнулся Сева и легко и быстро взбежал по ступенькам, ибо ноги морозило уже нехило, после чего открыл дверь и отошёл, пропуская гостя вперёд. — Заходи       — Надолго? — слегка склонив голову в бок, лунник прошёл внутрь, стараясь ничего не задевать. Со своими габаритами это было трудновато, но со стараниями самого Хонсу пройти в гостиную оказалось довольно просто.       — Дней на десять, по-моему… Ириска говорила, но я не помню, если честно, сонный был       Чирикнув в ответ, лунник поудобнее сел неподалёку от дивана, обвивая ступни хвостом. В доме было тепло, только сам Хонсу не чувствовал это тепло — не дано было от природы. Сложив руки на груди, он глянул на парня, прижимая уши к голове в жесте «удели мне внимание».       Замок щелкнул, закрываясь, а сам игрушечник повесил кардиган на крючок сохнуть и подошёл к Хонсу, обнимая его и тыкаясь лицом в шею       — Я никогда не привыкну, походу, что ты тёплый как печка… Всегда буду балдеть, — на лице проступил румянец, а губы расплылись в смущенной улыбке       Лунник замер, неуверенно фырча что-то себе под нос. По сравнению с ним, Север был совсем мелким, даже слишком. А потому Хонсу каждый раз боялся, что задавит его и случайно зажмёт в объятиях так крепко, что у человека могут затрещать кости. Аккуратно обняв парня одной рукой, другой зарывшись в белёсые волосы, Хонсу прикрыл глаза. Аромат дерева был приятен, даже слишком.       — Мальчик мой… — пробормотал Вер, прикрывая глаза и немного расплываясь. Знал он эту неуверенность, смеялся немного с неё, но впринципе понимал и радовался, что может обнять старшего в полную свою силу. И что его нормально могут поднять на руки, чтобы покружить — это дело он любил. — Можешь покрепче обнять, разрешаю…)       — Не думаю, что это хороц-цая идея, — лунник едва дёрнул ухом на горячее дыхание в районе шеи, всё же немного расслабляясь. Хвост сполз со ступней, тонкой пушистой змеёй оборачиваясь где-то на талии Севера.       — Ой, да ладно тебе, я ж не стеклянный       Хонсу недовольно заурчал, но хватку чуть усилил, обвивая парня уже двумя руками. Правда, когти могли впиться в бока человека, что ещё больше напрягало самого лунника. Уткнувшись лицом в плечо Севера, младой лун несильно укусил через ткань кофты, тут же тихо чирикая.       — Ой!.. ты чего кусаешься?.. — от укуса парень вздрогнул, и его слегка передёрнуло, а тело всё мурашками покрылось и мелкие волосы дыбом встали. Хотя обнимашки были крайне уютными       — Проз-зто так, — не сразу отозвался Хонсу, больше смотря на кофту. Мешала, крайне неудобно было кусать через ткань. Говорить про то, что так лунники выражают чувство любви друг к другу младой лун не стал — пусть человек сам догадается или хотя бы вспомнит, что ему по этому поводу говорила Ирис.       Несколько секунд молчания, после чего юнец с характерным тихим хмыком улыбнулся       — Я тебя тоже люблю, заяц       Словами хотелось ответить, да только не получалось — больше опоры шло на действия. Потому, зубы снова сомкнулись на чужой коже, теперь уже в районе шеи. Чёрный язык только концом прошёлся по месту укуса, оставляя после себя мокрую полосу.       — Мх… Хонсу, ты сильно не увлекайся… а то следы будут, вопросов много начнется…       Заметное изменение в дыхании человека заставило насторожиться, немного приподнять голову и взгляд на Севера. Прижав уши к голове, лунник чуть нахмурился, тихо выдыхая:       — Вз-зё нормально?       Восприняв это как не совсем нормально, младой лун стукнул хвостом по полу. Не знал он, что делать в таком случае, ведь не был знаком с… элементарными признаками возбуждения у людей. У лунников сие действие происходило несколько иначе, а людей, видимо, даже укусы вызывали такую интересную реакцию.       — Вер? — Хонсу виновато отвёл взгляд в сторону, аккуратно ставя подбородок на плечо человека.       — М?.. — Север тяжело сглотнул и прикусил губу, сопя носом и кладя руку на голову лунника как-то сбоку. Пальцы вплелись в светлые волосы, а уже покрывшуюся кровавой корочкой рану закололо немного, но внимания на это синеокий не обратил. Да он вообще на раны не реагировал толком, привык       — Точно вз-зё нормально? — Хонсу чуть боднул парня в плечо, прикрыв глаза и снова укусил, только за ухом. Проверял, верна ли его догадка о реакциях человеческого тела.       — Мгх… Да, только ты кусаешься…       Мокрый язык прошёлся от уха к губам парня, на мгновение скользнул внутрь, наткнувшись на зубы. Спрятав язык, лунник поудобнее перехватил парня так, чтобы было не слишком дискомфортно держать того — рука всё-таки раздражала своим лёгким покалыванием.       На поцелуй блондин ответил и прикрыл глаза, что-то сипло урча и слыша грохот крови в ушах. Ощущения были несколько странными, но внизу постепенно становилось жарко и как-то немного болезненно       Хонсу снова скользнул языком внутрь, полностью поглащая чужой и медленно посасывая, обжигая своим присутствием. В отличие от людей, лунники были менее возбуждаемы, потому даже если и горело где-то внутри, снаружи этого не было видно. Хватало только одного языка, чтобы доводить Севера до того состояния, в котором он сейчас находится — полностью целовать парня не получилось бы в любом случае. Потому оставалось довольствоваться малым.       — Хонсу… — едва слышно прошептал игрушечник в кратком перерыве между двумя поцелуями и положил здоровую руку на щёку младого луна, поглаживая большим пальцем по скуле. Хорошо было, тепло       — Что? — лунник чуть отстранился, глядя на Вера из-под ресниц: томно, почти устало, но с долей чего-то нехарактерного. Рука мягко залезла под кофту, поглаживая в районе поясницы.       — Довести меня хочешь?..       Склонив голову в бок, Хонсу пожал плечами, мол, не знаю. Он и в правду не знал, просто было любопытно наблюдать, какая смена эмоций происходит на лице человека. Рука скользнула ниже, куда-то под штаны, пальцами очерчивая копчик и переходя вперёд. Когти едва царапнули по внутренней стороне бедра, останавливаясь. Младой лун делал всё, что знал из опыта с Мехлирсом и старался применять это на Севере.       Снова тяжело сглотнув, человек прикусил губу и как-то странно мотнул головой, немного отворачиваясь, пока краснела сейчас даже шея; лицо у юноши было багровым, но уже от нарастающего возбуждения       — Нравитз-зя? — совсем тихо произнёс Хонсу где-то над ухом, после аккуратно проводя языком по губам. У самого где-то в спине был горячий, тугой узел, который грел даже грудь своим теплом.       — Не знаю, если честно, — нравилось ему, Севера колотило как банный лист       Более-менее удовлетворённый таким ответом, лунник аккуратно положил человека на пол, нависая над ним. Хвост болтался из стороны в сторону, медленно, выражая этим доверие и спокойствие. Рука скользнула под кофту, мягко проводя по торсу, намеренно задевая соски и царапая чувствительную кожу рядом с ними.       Младший раскинул руки в стороны и каким-то мыльным взглядом смерил лицо любимого существа. Пол сейчас отдавался прохладой по всей спине, пояснице и ногам, кои он сейчас согнул в коленях, чтоб если что хранить некоторую дистанцию       Подцепив когтями край кофты, Хонсу приподнял элемент одежды до подбородка человека, глядя на него сверху. Жёлтые глаза едва блеснули чем-то непонятным, слегка томным, а из горла донеслось что-то похожее на урчание. Огромная ладонь почти полностью покрывала собой оголённый торс, а когда скользнула к паху, остановилась. Без разрешения лунник не собирался ничего делать дальше, боясь получить отказ в таком случае.       Послышался тихий смешок, после чего ладонь лунника немного накрыла рука Севы. Большой палец прошелся по тёмной коже, и юноша сипло выдохнул, едва заметно кивая и откидывая голову назад, чтобы обнажить уже покусанную шею       Склонившись ниже, существо аккуратно прикусило ключицы, зализывая выступившую кровь. Ладонь несильно надавила на пах, а длинные пальцы прошлись по бокам члена, не торопясь стягивать мешающие штаны.       — Молчи, — беззлобно попросил Хонсу, мельком глянув на парня. Пальцы всё-таки стянули штаны до колен вместе с нижним бельём, слегка задевая возбуждённый орган. Один из когтей намеренно коснулся головки, несильно надавливая — риск переборщить с силой был и напрягал.       — Ага, щас… — выдохнул синеокий, немного приподнимая бёдра и после глухо мыча. — Я у себя дома…       Приоткрыв рот, лунник недовольно зарычал, будто слегка клокотал, только ниже и более глухо. Ладонь тут же обхватила член, проводя сверху вниз с небольшим нажимом. Не смотря на то, что размерами Север не уступал обычному нелуну, Хонсу старался действовать более сдержанно и помягче.       — Мф…~       Ладно, тело у человека было явно чувствительнее, чем у лунников. Специально опустившись ниже, младой лун развёл ноги парня в стороны, пристраиваясь между ними. Ладонь сменилась на горячий, тёмный язык, обвивая им член полностью. Сжимая и расслабляя его, Хонсу внимательно наблюдал за Севой, отмечая, что его тело охотно отзывается на такие простые ласки.       — Ха-аХонсу-у-у, — внутри будто что-то перевернулось, а дыхание на несколько секунд замерло, пока блондин широко распахнул глаза и приподнял голову, чтобы посмотреть на ор-ху       Лунник чуть вскинул бровь, будто немо спрашивая о чём-то. Кончик языка скользнул в уретру, проводя внутри нарочито-медленно, будто примеряясь. Не сказать, что было несколько странно, даже слегка страшно что-то сделать не так, просто… Просто хотелось ничего не испортить.       С губ сорвался тяжелый стон, а сам игрушечник уперся локтями в пол и снова откинул голову, так что все волосы упали с плеч и повисли кудрявой волной       Уши у Хонсу тут же приподнялись, вслушиваясь в дыхание человека. Тяжкое, тихое, протяжное. То, что заставило сердце в груди дрогнуть и на мгновение замереть, наблюдая за движениями его ор-ху. Его неповторимого человека.       — М-мх… ха-ах…       Язык выпустил член из своей хватки, размашисто проводя сверху вниз и обратно. Естественная смазка на вкус была солоновата, но приятна, оседая на кончике языка. Надрачивая в неспешном темпе, лунник аккуратно поглаживал ладонь Севера, пытаясь тем самым заставить того ещё больше расслабиться.       Полностью расслабиться пацан не мог, ибо поза не позволяла, но кисть Хонсу он сжал быстро и крепко, снова застонав       Решив, что это вполне красноречивый знак на более откровенные действия, существо неспешно накрыло орган ртом. Горячо, наверное, точно сказать было нельзя, — температура всегда была затруднительна для младого луна, — но до тянущего жара приятно. Губы плотно сомкнулись голова двинулась снизу вверх, замирая на пике. Зубы у Хонсу были острыми, а посему двигался он аккуратно, чтобы не поранить парня.       — Мальчик… мой… — пусть Хонсу его и кусал за это прозвище, Северу оно очень нравилось, до жути просто. Посему ничто его особо не останавливало, чтобы так называть старшего, пусть синеокий и был во много раз младше партнёра       Недовольно проурчав, существо тем не менее чуть ускорило темп, глядя на парня из-под ресниц. Пальцы плотным кольцом сомкнулись на запястье, когти чуть впились в собственный свободный участок ладони. Хватка Севера была так, совсем слабой по сравнению с его, которая с лёгкостью могла раздробить кости. И в тоже время, а именно сейчас, нежно сжимала тонкое, маленькое запястье.       — Хорошо…~ — глаза закатывались, а сам Сева то краснел, то бледнел, то тихонько вскрикивал, когда зубы случайно задевали нежную кожу       Хонсу виновато урчал, когда понимал, что зубы задевают возбуждённую плоть. Зализывая места, где острые края всё-таки немного царапали, лунник сводобной рукой дотянулся до светлых волос, мягко пропуская их сквозь пальцы.       Довольно проурчав, Хонсу намеренно вовремя очередного движения головы залез языком в уретру, проводя по стенкам самым кончиком языка. Дыша через нос размеренно и глубоко, лунник всячески старался ослаблять хватку на руке человека, дабы случайно не сломать кость напополам.       — Да… да, пожалуйста…       Тот в свою очередь скулил, хватался за руку ор-ху и, царапая её короткими ногтями, подавался бёдрами навстречу. По виску пробежала капля пота, да и мелкие волосы поприлипали ко взмокшему лбу. В глазах мутнело от того, как было хорошо       Стоны человека производили неизгладимое впечатление на лунника и давали чётко понять, что всё идёт правильно. Горячий рот сменился не менее горячей ладонью, в быстром темпе проводящей по члену. Облизнувшись, Хонсу оставил пару укусов на внутренней стороне бедра, после несильно сомкнул зубы на коленке, глядя на парня томно и устало. Зубы не впивались в кожу, но и не царапали, даже если Север двигался навстречу руке.       — Бо-о-оже… — вырвалось вместе с тяжёлым выдохом, а молодой человек лег и немного потянулся к партнёру, поджимая пальцы ног       Склонившись поближе к парню, лунник мягко прильнул к губам, уже без языка. Жалко, что руки заняты, а так, можно было бы обхватить лицо и держать голову в нужном положении.       Поцелуй был встречен с ленивым энтузиазмом, а парень прикрыл уже слезящиеся глаза и выдохнул носом. В голове, где-то на задворках, мелькнула мысль, что Хонсу будет им пахнуть и что ему прилетит сильно, но она тут же почти потухла, когда их губы соприкоснулись       Лунник чуть быстрее двинул рукой, зажав член у основания не вполную силу. Зубы снова сомкнулись для укуса, только теперь на линии челюсти, оставляя после себя след. Хорошо было в груди, приятно, что отдалось мелкими огоньками в лопатках и висках.       — М-мха-а-а…       Хонсу ещё рад укусил, только за мочку уха, горячо и, кажется, со стоном выдыхая тихое:       — Ве-е-ер…       Севера на секунду как молнией прошибло, отчего он вытянулся в струну и обнажил шею, после чего он припал губами к щеке младого луна и несколько поплыл, прикрывая глаза снова.       — Вер, — рвано выдохнул лунник от прикосновения к щеке, при этом размашисто проведя снизу вверх. Самого слегка тряхнуло, хотя особого возбуждения не было — может, совсем чуть-чуть, но где-то глубоко.       — Что?.. — тон был явно подплывшим, а парень дышал тяжело и старался как-то прийти в себя после такого раунда. М-да уж, кто ж ожидал-то       — Хороц-цо… Было…       Опустившись рядом с человеком, Хонсу прикрыл глаза. Нет, он не устал, хоть и выглядел как раз наоборот. Просто было приятное чувство пустоты и тепла, заставляющее немного расстечься по полу. Больная рука слегка — по нормальным понятиям — должна была гореть, но… Но нет, просто дискомфорта стало больше.       — Оче-… очень… — в голове ветер гулял, а волосы немного лезли в рот, но на это игрушечник не реагировал. Порезанная ладонь саднила и немного горела, только приятная нега всё перебивала и кутала Севу в какие-то сонные объятия       Проурчав что-то себе под нос, лунник подполз ближе и заключил своего человека в объятия. Ткнувшись лицом в макушку, Хонсу довольно проурчал что-то, лениво хлопая глазами.       — Большу-ущий…       Тихо фыркнув, младой лун дёрнул ухом и прикрыл глаза. Аромат хвои вперемешку со стойким запахом недавнего секса… прекрасно, будоражуще. Хонсу от такого ещё больше растёкся, обвивая хвостом низ Севера — совсем мягко, почти невесомо.       И неважно, что потом влетит, главное, что это было хорошо. Хорошо, когда наедине.