Люби, но только живи.

***

Надо было же.. Влюбиться в своего психолога, к которому когда то ты ходил даже не по своей воле. "Всему виновато сердце". Сердце - сложная вещь как в медицине, так и в психологии. Врачи могут помочь исправить проблемы со здоровьем, но никто из них не сможет помочь с настоящими проблемами: когда сердце разрывается по частям, ноюще болит и медленно перестаёт подавать признаки жизни. Это ведь уже не жизнь. Многие скажут что то про жизненный опыт, про то, как всё изменится со временем и пройдёт. Но на деле это - очередное выживание. .. Где то на проспектах Санкт-Петербурга уже привычно лил осенний дождь за окном, распевая приятную, успокаивающую и даже навевающую грусть мелодию. На улицах, беспомощно спасаясь от холодного ливня разноцветными зонтами, бегали люди, которые казались обычно такими маленькими из окон старой квартиры с обшарпанными обоями. И он их ненавидел. Каждого до единого, кого даже вовсе не знал. Ненавидел эту самую квартиру. Ненавидел дожди, осень, лето, весну. Свою жизнь тоже. От осознания того, что он становится ближе к этому обществу, когда приходится выходить на улицу в такую паршивую погоду - становится до жути тошно и противно. Говорить с ними и вовсе для него что то свыше, до чего просто невозможно достигнуть. Но Антону приходилось. Из за него. *** Приглушённый гул машин больше не слышно: за то стал слышен шум со всех сторон, разговоры и душераздирающий крик, который пришлось глушить где-то в себе, чтобы тот не вырвался наружу. Вокруг раздавались просьбы о заказах, приятный запах выпечки кружил голову.. Но не его. Ему было тошно. – Здравствуй, Антон. Присаживайся. - Этот мягкий мужской голос уже стал слишком привычным. Такой дружелюбный, нежный, что аж иногда "за излишнюю заинтересованность" хотелось врезать по с идеальными, строгими, но одновременно не менее мягкими чертами лицу его обладателя. – Сегодня погода не из лучших, не так ли?.. Не замёрз? Может, будешь чай? - Этот брюнет - Арсений. Он был очень осторожным с подходом ко своим клиентам. Старался аккуратно подойти к теме, развивая разговор лишь постепенно. – Не буду... - Буркнул в ответ парень с кудрявыми, каштановыми волосами - Антон. Где то за окном кафе послышался сигнал скорой помощи. Мысли в голову полезли сами, не успел шатен даже сесть. Ему давно хотелось знать, почему люди так пренебрежительно относятся к жизни и осознают всю её ценность только когда на грани от того, что бы потерять абсолютно всё, что только у них есть. Всё, чего они достигли. Но.. Разве есть смысл бояться всё потерять, если терять и нечего? Конечно нет - так считал он сам. Поэтому он хотел умереть. Поэтому он сейчас именно здесь, именно с этим человеком, именно со своими проблемами, которые стали раздирать ему всю душу изнутри. – Что ж.. Тогда.. Как твои дела? - Но ответа не послышало. Пришлось вырывать студента из своих мыслей. – Антон? – М?.. Всё в порядке, да. - Покачав головой, чтобы окончательно вынырнуть из этой пучины, Шастун уселся напротив Попова. – Тогда рассказывай.. Что случилось? Как ты себя в целом чувствуешь за те дни, после нашей последней встречи? Может, у тебя есть чем бы ты хотел поделиться? - Психолог поправил поближе к переносице съехавшие очки и аккуратно заглянул в зелёные глаза, которые, казалось, уже совсем потеряли тот живой отблеск, как только заметил нервное постукивание пальцами по поверхности столика. – Всё хорошо, Антон.. Можешь не переживать. Ты знаешь, что мы с тобой постараемся найти выход из любой ситуации, хорошо? – Из любой, но не из этой. Какого чёрта, раз Вы такой всемогущий как себя всем представляете, то не можете даже понять, что мне в помине не всрались Ваши советы? Хотите помочь? Так помогите! В чём дело? – Антон... Что-..? Хотел спросить.. Но его резко перебил подрагивающий голос. – Ревматический порок сердца. Поздно узнали. На фоне анемии - слишком поздно. Хроническая ревматическая болезнь сердца - это поражение клапанов сердца (приобретенный порок сердца), которое развивается после перенесенной ранее острой ревматической лихорадки. В данном же случае, ревматическая лихорадка возникла в последствии острой ангины. И.. В его случае это слишком опасно. Он отчаялся. Даже через чур. За свои девятнадцать лет он не успел совсем ничего, кроме как прочувствовать почти всё саморазрушение изнутри. У Арса не хватало слов впервые, кажется.. За всю его карьеру. Такая внезапная, ужасная новость.. *** С этого разговора прошёл уже месяц. И в этот раз.. Он не пришёл. Волноваться было бы не о чем: мало ли, может, занят? Но учитывая, что его состояние всё постепенно ухудшалось, а сам он перестал отвечать даже на сообщения, то различные ужасные мысли то и дело лезли в голову. "Да что ты к нему прицепился, Арс? Действительно, может он просто занят, так в чём дело? Это неправильно." А разве правильно бросать тех, кому пообещал помочь? Нет. И он поможет. Судорожно собрав все вещи, дверь громко захлопнулась, даже оставив щеколды открытыми. Квартира осталась пустовать. Судя по всему, вернётся он теперь точно не скоро..