Спаси наши души

Начало положено.

Наверно, у любого человека было такое в жизни, что ты не знаешь, что тебе делать дальше. У тебя есть престижное место в университете, какая-никакая, но работа, и пара верных друзей. Но всё равно чего-то не хватает… …Дело было в мае двухтысячного года. Девяностые закончились, наконец-то наступило долгожданное тепло. Что на улице, и что в моей душе. Только вот… время не пощадило моего родителя. Папа ушёл ещё, когда мне было пять, если верить маме. А я не хочу ей верить. Вообще никому нет желания, кроме Игоря и Вани. Они были со мной максимально близки всегда, и только с ними мне было хорошо. Мама всегда была на работе, и видел её не часто, а когда приходила домой, то вечно устраивала если не скандал, то точно не очень приятный диалог, плавно переходящий в монолог (ибо не слушал я её). Почему, спросите вы? Она мне надоела. Постоянно одно и то же! Что я вечно прихожу домой поздно, то не успеваю прибираться в доме до её прихода, то ещё проблемы по мелочи… …Так, я же не представился, и вообще от темы далеко ушёл. Зовут меня Александром, мне двадцать два. Девушки нет, и никогда не было, ибо была одна проблема. Я не понимал их чувства. Вообще я человек такой, попросту не понимаю чувства других. Хорошо ещё, что у меня были друзья. Я с ними дружу ещё со старшей школы, с класса девятого, так как мы тогда только переехали в самый север нашей страны, в чудный город Н. Он был большим, и зимой было очень красиво. Я люблю зимы, в них есть что-то такое… …Сложно описать, что произошло тогда со мной, в обычный день третьей декады мая. Я шел с универа, как вдруг зазвенел телефон, простенькая модель Нокии 3310, купленная на первую зарплату! — Алло? — Сань, твою дивизию, ты где бродишь? Быстрее иди сюда! Был это мой начальник. Злой человек, постоянно на суете, у которого шило в одном… — Да, да. Иду. У меня только пары закончились, Олег Николаевич! — Да плевать мне! Ты хоть понимаешь, что сейчас работать некому?! Ольга на больничном, Серёга вообще хер пойми где, дозвониться не могу! Я работаю в частной конторе по продаже всякой восточной техники. Работка сама по себе не пыльная, проверяй документацию, уточняй товары. Да и трудиться не так чтобы много нужно, но нервы крепкие нужны, чтобы с таким начальником иметь дела. Зато зарплата хорошая! Около полтинника в месяц, что хватало покрыть квартплату (так как я съехал от мамаши, ибо она у меня уже в печёнках сидит!), да на мелкие расходы. За учёбу не платил, так как смог поступить по баллам на бюджетное место. — Послушайте, я и так быстро, как могу! Мне же ещё до маршрутки успеть надо! Да, до работы надо было ещё добираться через полгорода! Обидно, но зато, ради такой зарплаты, стоит того! — Шевели быстрее копытами, у тебя полчаса! И бросил трубку. Замечательно. Мне только на маршрутке одной столько ехать! Ну ладно, раз всё равно не успею, то какой смысл торопиться, верно?

***

…Птички весело щебечут о чём-то друг дружке, но о чём же конкретно они говорят друг другу? Что же Мать-природа хочет скрыть от нас, от её самой главной ошибки — человека? Пока я ехал, моя голова забивалась подобными вопросами. Я люблю подумать, ибо когда у тебя мозг постоянно в напряге, то ему будет проще сконцентрироваться на мелких деталях. А мне очень нужна была внимательность. По радио в машине играла какая-то попсовая мелодия, которую я не знал, так как вообще не любил музыку. Я считаю, что это что-то лишнее, что-то, которое лишь мешает нам, людям, в понимании самих себя. Бред. Я не понимаю, зачем всё это делаю. Зачем хожу на эту треклятую работу, на кой чёрт трачу время на всё это? Я так одинок. И не важно, что у меня есть друзья, пускай я их и долго не видел, ибо они разъехались по стране. А я остался один… …Но тут что-то привлекло моё внимание… Точнее кто-то. Я не знаю, кто это был, ибо видно было плохо, да и толпа людей закрывала этого человека. Но моё внимание привлекло… неестественный цвет волос. Как в мультиках. Он был… нежно-синим, словно морская волна. Так, всё равно опоздаю, нечего терять. Маршрутка остановилась, и телесная волна быстро вышла из неё, шагая по своим делам. Вышел как я, так и эта необычная… дива. Приятный весенний ветерок ударил в лицо, принося за собой пыль, грязь, и солёный прибрежный воздух, так как море было не очень далеко. Она молниеносно зашагала куда-то в противоположную сторону от моего места работы, и так как всё равно пока забил на неё отправился за ней. Она ловко, словно дикая кошка, переходила из одной подворотни в другую, петляя и словно запутывая меня. Буду последним дураком, если это и правда так. Но тут… …Что-то выпадает из её кармана. Я нагибаюсь, и это оказывается… …Медальон. Такой красивый, с какими-то непонятными иероглифами… Из-за моей работы пришлось немного подучить язык, а именно это был японский. Долго осматривать не стал, так как нужно было вернуть законной владелице, пускай и такой странной. — Девушка, постойте, вы обронили! Но её уже и след простыл. Да кто она такая?! Ладно, не важно. Я взглянул на медальон. Красивый, овальной формы, похоже нефритовый. И древний, если судить, что он был весь в царапинах и маленьких трещинах. И было что-то написано. Он был один. Иероглиф. И обозначал только одно слово — «надежда». Перевернул. И там был противоположный, только написан в обратную сторону — «отчаяние». Зараза, он хоть и красивый, но… жуткий какой-то. От него веет чем-то не хорошим. Ладно, это же просто вещь. Я кладу её в карман, и двигаюсь к своему месту работы, чтобы снова выслушивать своего конченого начальника и получать за это неплохие деньги…

***

Вечер этого же дня. После того, как я подобрал эту штуку, начало происходить что-то… странное. Точнее скачать, звучать. Стал слышать нечленораздельный шёпот. Он одновременно как и пугал, так и давал некое душевное спокойствие… Так что, даже тут есть плюс. Я пытался вслушиваться в него, пока на меня орал Олег Николаевич. Странно, но чем дольше вслушивался, то тем больше моё поле зрения снижалось, а мой разум уходил в небытие… Так, хватит! Это всё не здоровая херня! ***Нужно взять себя в руки, и… Чёрт, ошибся в бумаге. Хорошо ещё, что карандашом писал! Так вот, рабочий день протекал не особо спешно, да как и всегда, кроме той загадочной дивы и этого медальона. Почему она кажется мне слишком знакомой? Кто она, и где? Почему-то мне кажется, что это всё не просто так…

***

…Я снова стою на остановке. Но теперь стою и жду, когда приедет уже этот чёртов автомобиль. Стою. Пять минут. Десять. А он не едет, хотя должен. Достав пачку сигарет, я взял одну. Поднёс палочку смерти и наслаждения к губам. Чиркнул зажигалкой. Затянулся. Подержав в лёгких чёрную ядовитую смоль, которая приносит тебе минутную радость, выдохнул её. А ветер унёс за много метров от меня. Мама, да и друзья, были всегда против того, чтобы я курил, но мне было плевать. Какую цену имеет мнение людей? А вообще, зачем оно нужно, когда ты и так один? Теперь один… …Вот и она. Жёлтая повозка. Ну давай, вези меня. Я сел в неё, расплатился мелочью, и поехал потихоньку. Надеюсь, что не головой. Всё равно сжимаю в кармане Его. Он манит меня, хочется постоянно носить его с собой. Но надевать не стану. Мне… …Страшно. Я обычно очень редко чего боюсь, но тут. Без компромиссов, он, а точнее события, предшествующие к нему, вломились в мою тихую жизнь. Что-то будет, это точно. Но что? Машины, дома, люди, птицы, бродящие собаки проносятся мимо меня так быстро и мимолётно, как эти тёплые дни. Раз. Маршрутка проезжает мимо моря, которое было единственной красивой достопримечательностью в этом городе. Два. Море сменяется лесом. Величественным, красивым, но таким одиноким, словно Страж, который охраняет единственный кусочек живой природы от варварской урбанизации человечества. Я часто в нём гулял с друзьями. Три. Вот уже пригород. Ехал всего ничего — сорок минут. Дом уже недалеко. Снимать частные дома дешевле, чем квартиру. Мой дом был маленьким, но таким уютным. Две комнаты, спальня и уборная, но мне хватает с головой. Девушек всё равно не вожу, так что, какая разница, верно? Я снял куртку, и повесил на вешалку. С глухим звуком что-то упало на пол. Хм. А, вот он. Поднял его. Красивый, но странный. Положил на тумбочку, и пошёл в уборную…

***

…Позже, в тот же вечер. Я всё сидел за конспектами, готовился к скорой сессии. Использую телевизор как радио, ибо в тишине сидеть было не очень удобно с моральной точки стороны. Я люблю тишину, но только не тогда, когда она вгрызается в тебя, в твой разум и душу, поедая, переваривая и испражняясь туда, где были твой мозг и сердце. Всё пишу, и рука болит. А на часах уже почти за одиннадцать вечера… Долго сижу, несколько часов. Быстро перекусив куском мяса, так хорошо и красиво плавающим в остатках супа, с хлебом съел его. Питательно, но не очень вкусно. К сожалению, на фастфуд денег не особо осталось, ибо дорогой. Но ничего, послезавтра получка, можно будет сходить, и перекусить! Хоть что-то хорошее за эти дни… …Глаза сильно слипаются. Держать их открытыми всё сложнее, поэтому умылся, разделся, и зашагал медленной походкой к своей одноместной деревянной кровати. Матрас мягкий, но маленький для меня, ростом почти метр девяносто! Пытаюсь расслабиться, но что-то беспокоит меня. Терзает, гогочет так тихо в голове. Но… почему… Ответ приходит сам собой молниеносно. Медальон. Проклятый, или проклЯтый, неважно, медальон. ДА ЧТО ЖЕ ЭТО ТАКОЕ?! Я иду по неосвещённому коридору к Нему. Он зовёт меня, но не по имени, а в душе. Призывает, умоляет, чтобы я взял его. Лунный свет падает на него, как будто специально освещая его своеобразный «пьедестал». Стою перед Ним, и тупо смотрю, не решаясь взять его. А он уже не шепчет, и не говорит. А КРИЧИТ. КРИЧИТ И УПРОШАЕТ, ЧТОБЫ Я НАДЕЛ ЕГО. И… я слушаюсь его. Мори руки сами, сильно дрожа, берут Его, и надевают. Резкая тишина. Всё прекратилось. Нет ничего, кроме завывания сильного ветра за окном. Ни страха, ни тревоги. Ни радости, ни счастья. Пустота. Я аккуратными, спокойными, и тихими шагами, словно как в детстве, боясь разбудить родителей, сам иду к кровати. Отодвигаю одеяло, и ложусь, даже не укрываясь им. И закрываю глаза. Сквозь закрытые веки я ощущаю, как он слегка просвечивается…

Где я?

…Чёрт, как болит голова. Она словно налита горячим противным пивом, и тяжесть в ней же не позволяет открыть веки. Темно ещё. Скорее всего, всё ещё ночь на дворе. Так не хочется открывать глаза… Но всё же приходится. И не понимаю. Не могу нормально осмыслить! Это… не моя комната. Сердце забилось пуще прежнего, ведь глаза привыкли к темноте, и под моим взором появилась… Совсем чужое, не моё пространство и комната! Чёрт, да что это такое?! … …Тяжело задышав, я пытался осмыслить всё. ВСЁ Я СКАЗАЛ. Где я? Почему тут деревянный потолок, а за окном яркая, даже кислотная зелень?! И при этом на дворе ночь. Где я, мать вашу?! Так, успокойся. Я слегка привстал на кровати. Ощупал себя. Вроде, всё тот же. Худощавое, но сложенное телосложение, пару шрамов на груди и животе, полученные в армии, и… медальон. Это долбанный и злоебучий медальон! Злость переполняла меня, даже задвинув страх на самую дальнюю затворку подсознания. Встав, я начал осматривать местность. Разбросанные вещи на полу и рабочем столе, но зато соседняя кровать, которая была аккуратно застелена, придавала такой картине слишком… нормальный вид. Как будто я был тут очень давно. Чёрт, зато тут есть шкаф, и на нём даже есть зеркало! Как удачно! Я медленно, не торопясь, подошёл к зеркалу, чтобы уже осмотреть себя. Благодаря приятному лунному свету, который так удачно падал в сторону зеркала, я смог рассмотреть себя. А что ещё ожидал увидеть? Накаченную фигуру и второй хер? Но к счастью, предо мной появился обычный парниша, тот же самый, что я видел вчера вечером перед сном. Только щетины не было, и красных глаз с оттёками под глазами. Ладно, нужно что-то делать. Сидеть на месте не вариант, но… Где моя одежда? В чём мне ходить? И почему ЭТО волнует меня гораздо больше, чем то, где я оказался? На стуле, который был рядом с моей кроватью, лежали синие шорты, белая рубашка, и… красный галстук. Херня за гаражом, да что это такое?! Я, конечно, никогда не был пионером, ибо девяностые случились, но… как? Это всё этот треклятый медальон! Я попытался снять его, но… не получилось. Меня словно током ударило! Больно, чертовски больно! Ух, зараза, я узнаю, что ты такое! Ладно, хорошо. Делать нечего, кроме как снова лечь. Хотя, можно же просто выйти на улицу, чтобы немного осмотреться. Звук цикад заполнил мои уши самым противным звучанием, но зато приятный летний ветерок приятно обдувал мою грудь и спину. Стоп, что? Летний? И правда. На улице даже ночью было очень тепло и приятно. Мне страшно, что же мне делать? Куда идти? Что я здесь делаю? Многие вопросы сейчас лезли мне в голову, злобный шёпот теряющегося рассудка всё проникал в мой разум. Я закрыл глаза. И мне стало легче. Даже не обращаю внимания, что темень на улице такая, что собственного носа не увидишь. Только слышу, как будто кто-то ходит. Плевать. Не хочу разбираться во всём этом, я просто хочу домой! Вернувшись в домик, такой странной треугольной формы, я снова лёг на кровать. Удобная, почти как моя кровать. Страшно, где же я? Почему я здесь? Звуки на улице потихоньку затухали так же, как и мой разум, вновь отправляясь в сон…

Снова дома.

…Звук будильника. Очень громкого! Голова раскалывается, словно после хорошей выпивки на голодный желудок… Так, я отключаю будильник, не открывая глаза. Не хочется. Вдруг… это всё был не просто сон? Но долго так лежать нельзя, ибо от бездействия страх рос ещё больше. Нужно что-то предпринять, и я сделал это… Веки медленно поднялись, и предо мной снова появилась всё также старая, но такая родная и душевная комната! Птички пели за закрытым окном, ветер был всё таким же сильным. Я медленно поднялся. Голова сильно кружилась. И я на еле движущихся ногах пошёл в ванную… …Умылся холодной проточной водой. Как же хорошо! Словно заново родился. Желудок гудит, прося принести ему пищи. Но сейчас не до еды. Выйдя из ванной, я пошёл открыть окно. Ах, свежий воздух из пригорода! Ни разу не жалею, что не живу в городе. Да, пускай добираться и дольше, но зато какой красивый вид на лес и море. Летом хорошо, но зимой холодно, из-за влажности. Посмотрел на часы — восемь утра. Не так уж и плохо. А на календаре воскресенье. Хах, отлично. …Сидя на кухне, и кушая жареные яйца с луком, перевариваю события ночи. Что же это такое? Просто наваждение? Кошмарный сон? Или галлюцинация? Но я не принимаю запрещённые вещества, да и не страдаю шизофренией… Так, я помню некое свечение перед сном, и… Ощупываю некий предмет, висящий на шее. Странно, значит это всё он? Ладно, хорошо, позже разберусь. Голова всё ещё болит и гудит, но это скорее от голода и нервов. Но я уже поел, поэтому просто выйду на улицу и прогуляюсь.

***

Позже, в этот же день. Каждый раз, когда я прохожу мимо одной опушки, всё время останавливаюсь именно на ней. Я сажусь постоянно на один и тот же пенёк, и смотрю вдаль, постоянно уходя в себя. Я нелюдимый, и это правда так. Была бы моя воля, я уехал куда-нибудь вообще в тайгу, построил бы домик, жил охотой и следил за матушкой-природой. Но сначала нашёл бы девушку. Но всё же понимаю, что нужно жить как все, чтобы не выделяться. Да и… хочется иметь вторую половинку, ибо не хочу остаться в старости одним. Ладно, всё это лирика. Всё же нужно будет отправиться в город, за продуктами, а в холодильнике совсем перекати-поле. На маршрутке ехать желания нет от слова совсем, да и торопиться некуда, поэтому попросту пройдусь пешочком. Всего ничего идти — километров 6. Шёл я спокойно и размеренно. Морской ветер на набережной приятно дул мне в спину, да и на душе было прекрасно. Давно мне не было так хорошо. Даже сам не знаю отчего. Я всё шёл и шёл, тихо наблюдая за природой и тем, что есть вокруг. Прошёл ровно половину пути. Я совершенно не устал, но всё же на обратном пути придётся ехать на машине, ибо на небе уже собрались большие чёрные тучи, которые словно алчно забирают и отбирают для себя всё хорошее и доброе. Подхожу к небольшому магазину, где закупаюсь за дёшево необходимыми товарами на недельку. Но тут я замечаю из толпы… …Те же аквамариновые косы их толпы… Я крепче сжимаю пакет, нервно сглатываю слюну, и двигаюсь к ней. Она спокойно идёт, не замечая меня, но я также не спишу идти к ней. Мне… …Страшно… Но почему?! Она может дать все ответы, я знаю это! Но что-то останавливает меня… Она всё идёт. И снова заходит в переулки. А я иду за ней. И почти дохожу. Мне остаётся всего ничего до неё, и я почти хватаю её за плечо своей свободной рукой, как вдруг… …Она делает полуоборот, и я вижу некоторую часть её прекрасного лица. И её глаз. Очень синий, и такой… прекрасный… Я ничего не могу ей сказать. Язык не слушается, и голова начинает очень жутко болеть. Глаза слипаются и при этом одновременно заливаются слезами. Она что-то шепчет мне, но я не могу её слышать. Голова забивается словно ватой, мои ноги слабеют, и я падаю на колени. Пакет уже на земле раньше меня, но плевать. Мне страшно. Жуткий, животный страх заполняет меня всего, но я пытаюсь ему сопротивляться! Рука сама тянется к медальону, и… …Всё резко прекращается. Как будто вообще ничего не было! Теперь, вместо страха, меня накрывает уже ярость. Ярость и непонимание, что же со мной происходит. Той незнакомки больше нет. Она пропала. Как будто также и не было. Может, я всё же схожу с ума? Работа, стресс и переработки могут давать свои негативные результаты! Да ладно, некоторые люди и больше меня работают, и ничего. Но что же это такое тогда? Кто она, что это за медальон, и что было вчера ночью?

***

…Дождь начал медленно капать. Я люблю его, но сейчас он совсем ни к звезде. Я медленно шёл до остановки, пытаясь всё уложить в своей голове. И впервые за это время у меня ни хрена не получалось! Я нервничал, и видать, это сказывалась на моём лице, так как пешеходы постоянно презренно озарялись на меня. Пошли вы все к чёрту! Так и хотелось это выкрикнуть, но мне было настолько всё равно, что даже этого не хотелось. Апатия загрызла меня, и я просто хотел спать. Но ещё столько дел нужно по дому сделать! Стою и курю. Убиваю себя ради минутного спокойствия и удовлетворения. Словно мастурбация, которая делает вид, что помогает тебе расслабиться, но это только жалкая иллюзия. Стою и жду, а чёртов водитель всё не торопится приехать. Мне грустно. И страшно. И я в ярости. Почему я? Почему именно со мной всё происходит? Да, это я дурак, что попёрся за ней, но всё же неприятно, я хотел как лучше… Женщина: — Можете не курить, пожалуйста? Тут дети! Я: — Посрать. У меня свои важные проблемы. Женщина: — Нахал! Да, диалог получился не особо конструктивным, но всё же на детей совсем плевать не было. Они же не виноваты в моих проблемах. Так что, пропустив с их мамашей вперёд, я зашагал следом. Оплатил. И сел на самое дальнее место. Моё любимое, так как на него редко кто-то садится помимо меня, и никто ведь не трогает! Пока ехали, на меня всё время смотрела маленькая милая девочка, та самая, которая была со мной на остановке. Мне было неловко, так как я попросту не знал, как отреагировать! Ладно, это же ребёнок, так что ничего страшного, верно ведь? Неверно. Девочка: — Красивый медальончик. Она указала на выглядывающий из-за воротника футболки медальон. Спокойно, и даже меланхолично проговорила она. У неё был красивый голосок, ей бы петь, отлично получилось бы, я так думаю. Я: — Спасибо. Хочешь, подарю? С жуткой иронией в голосе произнёс я. Блин, была бы возможность его снять… Девочка: — М, нет, благодарю. Просто он такой красивый, но жуткий… А где Вы его нашли? С ней было приятно общаться, на самом деле. Зря я так поначалу о ней думал. Я: — Да так, на улице. Его кто-то, похоже, обронил, но не смог найти хозяина. Девочка: — О, классно! А Вы можете… дать посмотреть? Совершенно нормальный для ребёнка вопрос, но… что мне ей сказать? Соврать? Похоже, да, ведь правде она вряд ли поверит. Я: — Прости, но нет. Он… Не успел договорить, так как её мама решила вмешаться в наш спокойный разговор. Женщина: — Катя! Оставь в покое человека! Девочка по имени Екатерина очень грустно посмотрела на меня. В её глазах читалась искренняя грусть. Мне стало её даже жаль. Она отвернулась и уткнулась, подобно мне, в окно. Интересно, а мы ещё встретимся?

***

Вернулся домой с полным пакетом и тяжёлым сердцем. Интересно то, что она живёт не так далеко от меня, но при этом я раньше её не видел. Странно. Я хорошо знаком с соседями, но эти, похоже, переехали недавно. Ну и ладно. Поставив грязный пакет на пол, который успел в своё время поваляться на грязной земле, я снова направился в уборную, чтобы ополоснуть лицо, привести мысли в порядок и помыть руки. Мысли, подобно муравьям, пытались собрать целую картину из паззлов воспоминаний воедино. Гляжу на себя в зеркало. Уставший взгляд, красные глаза и впалые щёки. Голова болит, но обойдусь без таблеток. Нужно разобрать новые продукты и приготовить поесть. Та дева так и не выходит из моей головы. Но всё, что я помню, так это её глаз… Явно не человеческий, ибо такого цвета в жизни вообще не бывает! Линзы? Возможно, но выглядел он совершенно настоящим, как от рожденья. Кто же она? И что хочет от меня? А может… Ладно, хватит думать об этом. Надо сконцентрироваться, и начать готовить ужин… Самый простейший, но при этом самый вкусный. Обжаренная в кляре колбаса с макаронами. Да, это не мой максимум, но пока ты бедный студент в двухтысячных, выбирать особо не приходится. Готовлю неплохо, хоть что-то приличное и хорошее от матери (кроме её денег на первый съём жилья) досталось. Так, поев и помыв посуду, пошёл смотреть телевизор, чтобы как-нибудь убить время до момента сна. Абсолютно ничего интересного. Типичные тупые передачи, выпуски новостей, где всё всегда либо хорошо в стране, либо недостаточно хорошо, но вот скоро будет совсем хорошо. Глянув на часы, убедился, что время идёт, точнее, ползёт по-пластунски! Ибо так ме-е-е-едленно ещё никогда не шло, даже на парах. Может прогуляться? Всё равно делать нечего, так как конспекты уже все готовы. Хотя, конечно, прибраться не помешает… Быстро переоделся, взял куртку, при этом не забыв запереть дом, а то было бы как в прошлый раз, когда забыл закрыть! Хорошо ещё, что не так далеко ушёл.

***

…Как говориться, большое путешествие начинается с одного шага. В моём случае, оно произошло намного позже, чем один. Солнце давным-давно уже село, и я шёл по тихой и, наверно, самой спокойной улице в этом городе. Медленно, но уверенно прогуливался, дышал весенним воздухом. Я был совершенно один, и только ветер был моим спутником. Интересно, что будет завтра? Я переживаю, что это всё не просто так… Что это? Циановые красивые волосы до колен, уверенная походка… Неужели… (играет напряжённая) Я снова нашёл её. И снова иду за ней. В этот раз я не упущу её. Только не в этот! Я: — Стойте! Девушка, я жду объяснений! Хочу требовать сразу же от неё ответов. Хватит. Но она словно не слышала меня, продолжая идти только одной ей известной дороге.

ВЫБОР

ВЗЯТЬ ЗА ЛОКОТЬ

ОТСТУПИТЬСЯ

ВЗЯТЬ ЗА ЛОКОТЬ: Я подошёл ещё ближе, и в этот раз уже смог даже взять её за локоть! Но она даже не обернулась, а только выпрямилась, и заговорила довольно красивым и приятным голосом, словно богиня любви: ? : — Ты нашёл меня. Поздравляю. Но ещё рано, так что пока скажу только одно — думай, что ты делаешь. Я: — Прошу, ответь хотя бы, кто ты такая?! ? : — Солнышко, ещё слишком рано. Хех, мне нужно идти, но ещё обязательно встретимся. Всему своё время. И, аккуратно освободившись из моей хватки, которую я и так ослабил от шока, она начала уходить, постепенно ускоряясь. Да настолько быстро, что я даже не увидел, в какую сторону она ушла. И что же мне теперь делать? Не, оно то понятно, что идти домой, но конкретно в этом случае? Почему не может сейчас подойти пожилой негр с веснушками и всё мне объяснить? Ох, всё же верно, пора идти домой, иначе ещё на что-нибудь нарвусь… ОТСТУПИТЬСЯ: Что-то не дало мне взять её за руку. Не знаю, внутренний страх ли, или чувство самосохранения, но передо мной как будто выросла невидимая стена, и я не мог что либо сделать… Я упустил её, потерял свой шанс, чтобы узнать правду, и мне больше ничего не остаётся, кроме как идти домой… Уже дома. Включив свет, я разделся, и лёг сразу же на кровать. Сил не осталось. Взглянул на время — почти десять вечера. Сколько же я так гулял? Час, наверно. Неважно. Нужно спать, ибо завтра рано вставать. Интересно, кто же она? Явно не простой человек. А человек ли? Тем более, с таким цветом волос. И это явно не парик. Пускай я и не видел её лица, но чувствовалось, что она не была… злой, или дьявольской, или ещё хрен пойми кем. Но что-то было всё-таки, я разгадаю это. Но сначала… …Сон. Я так хочу спать. Спрошу ещё раз. Кто же ты, загадочная незнакомка? И почему… так мне понравилась?

И снова в странном месте.

…И снова открываю глаза. И СНОВА Я ТУТ. Я этого и боялся. Ладно, нужно взять себя в руки, ибо нытьё тут сейчас вообще не поможет (а помогало ли когда-либо?), так что, медленно и не спеша привстаю с кровати. Яркое солнце «выжигает» сетчатку даже при закрытых глазах. За окном птички весело щебечут, слышится даже ветерок. Как будто всё это абсолютно нормально и естественно. Прошлый раз я видел эту комнату только ночью, когда она была очень плохо освещена. А сейчас… Хм, как будто вернулся в прошлое. Лет эдак на двадцать. Хоть и странно, но эстетика тут приятная. Надо осмотреться, вдруг (маловероятно конечно, но всё же) будут подсказки насчёт моего «перемещения». Хорошо, и что же тут у нас есть… А не так уж и много из необычного. Обычный деревянный шкаф, такой же стол, да само помещение! Но самое главное, что привлекло моё внимание — календарь. Самый ни на что есть стандартный, не особо даже интересный или красивый, кроме одной важной детали. А именно — советской красной звезды. И года. ГОДА! Одна тысяча девятьсот восемьдесят восьмого года… М-да… Назревает вопрос. И такой, нескромный. КАКОГО… но не успел подумать, как вдруг… …Открывается входная дверь. Я только и успеваю, как схватить шорты. Тут входит… Девушка, примерно моего возраста, а может и чуть старше, с красивыми глазами карего цвета, с такими же волосами до груди (крайне…объёмной), и она была буквально чуть ниже меня! На её щёчках появился лёгкий румянец, и, не произнеся никаких звуков, закрыла за собой дверь. А ещё она была в той же форме, которую я держу в руках. Ладно, хорошо. Если мир этот хочет, чтобы я играл по его правилам, то… хер ему, я не успокоюсь, пока не добьюсь хоть какого-нибудь ответа! Я что, их не заслуживаю? Одежду надел даже быстрее, чем в «своём» мире. Чёрт. Ладно, всё равно на всю эту мистику. Надо что-то делать, поэтому посмотрел себя в зеркало. Ничего необычного я не увидел. Стандартная одежда! Белая, почти впритык, рубашка, синие шорты, удобные шорты. Только этот галстук дурацкий надевать не стал. Стыдно взрослому дяде в таком ходить. Так, сколько сейчас времени? Половина шестого утра… (играет повседневная)

***

…Вот я и вышел на улицу. Солнышко блестит, ветер приятно задувает за воротник, а птички всё также активно щебечут, что голова заболела… Но осмотреться я не успеваю, так как оказывается, что эта приятная на вид девушка лежала на шезлонге, который так заботливо поставили возле кроны большого дерева. Она встаёт, медленно разминает шею, спину и руки, и приятно улыбаясь мне, говорит: Девушка: — Привет, утро доброе! Прости, я думала что ты спишь, и поэтому решила войти… А, меня зовут Анна, я начальница третьей группы, то есть, пятого, шестого и седьмого отрядов! Меня это поразило. Жесть. Ладно, молчать просто так нельзя. Я: — Ладно, Анна, приятно познакомиться. Меня зовут Александр. Где я? Что здесь происходит? Она на меня посмотрела странно, но её взгляд быстро сменился на дружелюбный. Анна: — Я знаю. Ты вчера поздно ночью приехал, и лёг сразу спать. Так что, не стала тебя беспокоить. И почему ты такие вопросы задаёшь? Если шутка, то не особо смешная. Либо она хорошо скрывается что-либо, или же правда ничего не знает, и думает наверно теперь, что я реально странный. Да и плевать на самом деле. Ведь я совершенно в «обычной» ситуации, не правда ли? Я: — Да не, просто я… забыл, да. Знаешь, меня закинули сюда, и даже не сообщили куда. Всё-таки решил подыграть местному населению. Втереться в доверие так сказать. Анна: — Ладно, похоже, всё настолько хуже, чем я думала. — она сменила позу на более расслабленную, обняв сама себя руками. Она милашка. — Ты в оздоровительном лагере «Исход», и тебя направили сюда в качестве вожатого для седьмого отряда. Прошлый сильно заболел, и его пришлось увезти в город. Так что, до конца смены будешь за главного! Ах да, смена будет идти ещё две недели, и надеюсь, что тебе понравится! Здесь хорошо, на самом деле. И тебе показать, что где находиться, или сам разберёшься? Она посмотрела мне прямо в глаза. У неё они были красивыми, но также читалось, что это ненастоящие её чувства. Хотелось бы узнать эту милашку поближе. Я: — Давай ты проведёшь меня. А то вдруг ещё заблужусь!

***

Пока мы шли, я одновременно осматривал как территорию, так и пытался её разговорить на наличие полезной информации. Что, где, и почему: Я: — Анна, не против на «ты»? Она мило улыбнулась. Анна: — Нет! Мы же одногодки, как-никак. Тебя что-то интересует? А то почти всю дорогу молчишь. Я: — Есть несколько вопросов. Где мы находимся? Анна: — Эм, ты серьёзно? Плоский у тебя юмор, конечно. Но так уж и быть, отвечу. В (данные удалены) области. А нормальные вопросы будут? А меня далеко занесло! Чёрт, как будто в кроличью нору попал! Я: — Сколько человек в моём отряде? И как мне ими руководить? Я… Тут она остановилась, и насупилась. Положила свою руку мне на плечо. Приятно и тепло. Анна: — Прошу, только не говори мне, что тебя даже не готовили! Жалобу буду писать на кадровиков за такое халатное отношение! Да, а к такому вообще можно как-то подготовить?! Ладно, соберись. Анна: — А вообще не беспокойся! Я не брошу новичка одного. Не волнуйся, под твоим руководством будет не так много людей. — и тут она заговорила голосом, полный строгости, но всё равно не ушедший за грани злости. — У тебя под ответственности будут четыре девушки. Так как это по большей части санаторий, а не пионерлагерь, тут не нужен строгий надзор, но ты должен будешь максимально много уделять внимание для них. Они, эти девушки, с… особенностями. Тут она отвела от меня взгляд, словно виновата в чём-то. Анна: — Ты не подумай! Они все хорошие! Почти. Просто у них своеобразные характеры. Ты как, с подростками нормально ладишь? Хах. Как сказать! В моём положении это сейчас лишнее, но… что мне ещё делать? У всего есть своя цель, и я не могу здесь быть просто так. Верно? Я: — Хм, да, думаю, что нормально. Но попробовать же можно? Где они все? Она слегка ухмыльнулась, словно одобряя моё поведение. Анна: — Они все должны быть ещё в своих домиках, ибо до подъёма ещё десять минут. Не переживай так, они ещё успеют тебе надоесть! Хотя, есть среди них одна особа… Она так мило задумалась, может, всё-таки стоит…

ВЫБОР

СДЕЛАТЬ МАЛЕНЬКИЙ КОМПЛИМЕНТ

ПРОМОЛЧАТЬ

ПОШЛО ПОШУТИТЬ

СДЕЛАТЬ МАЛЕНЬКИЙ КОМПЛИМЕНТ: Я: — Знаешь, а тебе идёт эта форма. И кстати, почему она… пионерская? Она сильно покраснела. Я же вроде ничего такого не сказал, ну ладно уж. Она и правда, милашка. Но тут она снова взяла себя в руки (быстро же, уважаю таких), и начала говорить: Анна: — Спасибо! Не каждый день такое говорят. А вообще не запаривайся ты так! Но ты прав, да. Но она универсальная, у нас её как в лагере, так и в школе используют! Она удобная, и не такая дорогая. С-слушай, ты не стесняйся! Спрашивай ещё что-нибудь, я помогу тебе! И она снова покраснела. Да что с ней не так? И снова пришла в себя. Странная она. Рано её похвалил. Я: — Да если честно, из вопросов у меня остался только один. И про то, что где тут находится… Анна: — А, да, точно! Я даже сначала не подумала. Вот, давай, пройдёмся… ПРОМОЛЧАТЬ: Я не решился ей что-либо говорить. Не особо люблю всякие глупые комплименты к месту и не к месту. И мы просто снова продолжали говорить: Я: — Слушай, у меня ещё есть вопрос. Анна: — да, конечно, я слушаю тебя. Я: — А что где тут находится? Анна: — Пойдём, я покажу тебе с радостью. ПОШЛО ПОШУТИТЬ: Сам не знаю, какой чёрт меня дёрнул за язык, но тогда мне показалось это немного смешным и отчасти милым: Я: — А ты в курсе, что у тебя… хорошая грудь? Я имею в виду, что тебе хорошо в платьях, на подиуме… Она зло, но всё равно сильно раскрасневшись, посмотрела на меня, и шёпотом произнесла: Анна: — Вот дурень, а. Никакого воспитания! — перешла теперь на нормальный тон, но не менее злобно. — Давай, пойдём быстрее, пока горн не прозвучал, я покажу тебе, что тут есть. Она поправила свои красивые волосы, фыркнула, и пошла медленно вперёд. Похоже, обиделась. Ну и ладно, я просто хотел ей сделать приятное.

***

По пути мы спокойно идём, и обсуждаем повседневные элементы жизни этого места. На самом деле, ничего удивительного или сверхъестественного, к счастью, не было. Подъём в семь утра, завтрак в восемь, потом линейка, после которой оздоровительные мероприятия. Через четыре часа свободное время перед обедом. Он, кстати, в четырнадцать часов. Потом снова поправляющие здоровье детишек лечение, и затем уже ужин в семь. А вот после ужина… Время полностью подчиняется тебе. Ты волен делать что хочешь (в рамках дозволенного, конечно), гулять с друзьями, или… не совсем. Потому что вот идёт парочка, и они держатся за руки. Ха. Противно немного. Аня ещё что-то говорит и рассказывает, но красота лагеря, который так удачно находился на холмах, уводит моё внимание от неё. Красивые виды на горы с шикарной протекающей рекой, которая очень сильно шумит, но всё равно так расслабляет… Птицы очень красиво поют, ветерок также красиво звучит, спасая от жары… Я: — А? Ты что-то говорила? Аня меня легонько ударила по плечу, и заявила: *** (если выбрали СДЕЛАТЬ МАЛЕНЬКИЙ КОМПЛИМЕНТ или ПРОМОЛЧАТЬ) Анна: — Саш, прости, но на что ты такое интересное отвлёкся? Тоже хочу посмотреть! *** (если выбрали ПОШЛО ПОШУТИТЬ) Анна: — Слушай меня, второй раз повторять не буду! *** Я указал ей на чудную реку, которая протекала словно большой поток слёз. Анна: — Да, и правда, красиво! Но пожалуйста, пойдём дальше, нам ещё многое нужно успеть, пока… Она не успела договорить, так как прозвучал горн к завтраку. Ребята, которые были вокруг нас, резко оживились, и помчались, чтобы жадно наполнить свои желудки. Аня резко погрустнела: Анна: — Обидно, как я этого и боялась! Ладно, мне ещё до двух других отрядов добраться нужно! Ты не волнуйся, в этот раз я сама за ними схожу. Так что ты иди в столовую. Вот, смотри. Сейчас идёшь чисто прямо, а затем метров тридцать налево. И всё! Давай, ещё встретимся. Она нежно похлопала меня по плечу, и быстрой походкой двинулась куда-то в свою сторону. И я снова остался один. Не страшно, так даже будет чутка спокойнее. Желудок предательски заурчал, и не оставалось ничего другого, кроме как идти вперёд…

***

…На моём пути было много ребят. И все, похоже, были не мои. Ну и ладно, ещё успею с ними сегодня встретится, наверно… А лагерь был реально большим! Получается, от домика до столовой идти было не меньше трёх ста метров! Кто его таким большим сооружал? И зачем? Здание снаружи казалось не таким большим, но стоило мне зайти вовнутрь, как понял, что сильно ошибся. Оно было реально большим. От пола до потолка было примерно метров пять, при этом здание ещё было изнутри очень широким и массивным само по себе! Но стоило внимательно осмотреться, чтобы понять, сколько же здесь было много людей! Интересно, а сколько здесь их вообще? Человек триста? Четыреста? Тяжело вздохнув, я взял поднос и встал в очередь. Длинною в человек десять-пятнадцать… Меня ещё вот какой вопрос мучает. Если я сейчас тут, то в своём времени я тоже пропал? Или же просто сплю? А это не более, чем сон? Пока я стоял и думал на вопросы о жизни и… после жизни, я услышал активную и достаточно громкую речь двух девушек у себя за спиной. Нет, тут все громко говорили, но вот именно они привлекли моё внимание, так как: Девочка 2: — А ты слышала, что у нас новый вожатый будет? Как думаешь, кто это будет? И старше ли Анечки? Засыпала вопросами одна девочка другую. Я спиной чувствовал, как ей всё это надоело, но отвертеться она не может. И да, поворачиваться я не стал. Девочка 1: — Роза, мне то откуда про это знать? Я сама не знаю больше тебя. Девочка 2: — Олечка, ты чего? Прости, я не хотела… И тут я услышал тихий шёпот боли так называемой Ольги: Девочка 1: — Господи, ну вот опять…

***

Взяв пищу, которая на внешний вид была не такой уж и плохой, особенно когда она бесплатна! А была такова: — каша манная, сладкая — одна тарелка; — бутерброд с колбасой и сыром — одна штука; — кружка с горячим чаем — один стакан. Да, набор был скромным, но не мне ли критиковать его, особенно когда у тебя рацион не особо разнообразный, так как овощи и фрукты до безумия дороги. Дороже даже чем мясо. Я присел за столик, где было пару свободных мест. И я сел туда. Медленно ковыряю кашу ложкой. Мысли прут одна за другой, и каждый раз всё хуже. Начиная с того, что у меня галлюцинации, и заканчивая тем, что я уже умер, и просто мой агонизирующий разум пытается хоть как-то уцепиться за тонкую грань реальности… Хочу попить, но чай — голимый кипяток, до которого нереально даже до коснуться, чтобы не обжечься, а про пить — вообще молчу. Но в одиночестве мне долго сидеть не дали. На оставшееся место присела девочка. Я не решился говорить, и, похоже, что она тоже. Я не говорил, так как не хотел, а она — потому что сильно стеснялась. Девочка: — Эм, привет? Как тебя зовут? Ты же недавно приехал, да? Я просто раньше не видела похожих на тебя мальчиков… По голосу, она была похожа на ту, которая стояла за моей спиной, и заваливала другую потоком вопросов. Я: — Ты же Роза, да? И для тебя я не мальчик, а твой новый вожатый. И желательно на Вы. Она ещё сильнее покраснела, но на удивление, не испугалась. И даже взгляд убирать не стала. Хм, интересная она. Роза: — Хорошо! Простите меня! А как Вас зовут? С улыбкой, полной живой радости спросила эта удивительная девочка. На вид примерно пятнадцать-шестнадцать лет. Красивые, бежевые волосы с ярко-голубыми глазами, полными жизни и радости. Хотя, если всмотреться в них полностью, можно прочитать… тяжёлую грусть… Но вот меня отвлекла её приятная, взрослая сформировавшаяся фигура с приятной небольшой грудкой, которая медленно приподнималась с каждым её вдохом и также с каждым выдохом. Роза: — С-со мной что-то не так? Она неловко улыбнулась, и теперь уже отвела глазки в сторону. Что же мне ей ответить?

ВЫБОР

НЕ ВОЛНУЙСЯ ТЫ ТАК, ВСЁ В ПОРЯКДЕ

ДА, БУДЬ ЧУТОЧКУ СМЕЛЕЕ

ОТВЕРНУТЬСЯ К СВОЕЙ ТАРЕЛКЕ

НЕ ВОЛНУЙСЯ ТЫ ТАК, ВСЁ В ПОРЯКДЕ: Я: — Нет, не волнуйся, всё хорошо. Приятного аппетита тебе, но поговорить ещё успеем, так что ешь. И я отвернулся к своей тарелке. Потому что… я стеснялся. С чего бы? Что с тобой не так? Это же обычная девочка, которую ты видел не одну в своей жизни, так почему у тебя трясутся руки? Попытавшись собраться в кучку, я принялся за еду, но беглый взгляд снова зацепился за неё. И она была словно в не своей тарелке. Ей тоже было не по себе. Ладно, всё равно, нужно думать, что делать мне дальше после завтрака… ДА, БУДЬ ЧУТОЧКУ СМЕЛЕЕ: Я: — Да, есть маленькая проблемка. Будь более… смелой. Научись правильно показывать себя перед людьми. Не нужно так стесняться. А теперь ешь, приятного аппетита. Она отвернулась, и можно было заметить, как на её личике появилась миленькая маленькая ухмылка. Интересно, а о чём она думала таком? Сам отвернувшись, я принялся за трапезу… ОТВЕРНУТЬСЯ К СВОЕЙ ТАРЕЛКЕ: Я не стал ей ничего говорить, ибо просто не хотелось. Она не раздражала, конечно, просто не было желания. Бросив случайный взгляд, то увидел немножко грустное личико этой дамы. Я хотел есть, и поэтому просто отвернулся в свою тарелку, чтобы насладиться пищей…

***

Поев быстрее, чем она, и отнеся грязную посуду на подносе к месту с другой грязной посуде, я вышел на улицу. Приятный ветерок дул со стороны реки, отчего был слегка прохладным. Чудное это место, однако. Если бы было такое в моём мире, то с радостью приехал бы сюда. Облокотился на перила, и стал наблюдать за природой. Река была, примерно, ещё в метрах двухстах, так что, с места столовой, вид открывался превосходный! Интересно, а где это я? Имею в виду, это правда, всё сон? Или же… как это называется… Параллельный мир? Снова проклятые мысли лезут, будто тараканы. Как хорошо, что меня отвлекли именно сейчас! Девочка: — Эм, здравствуйте, Вы же будете нашим новым вожатым, верно? Из-за спины раздался голосок второй девочки, которая общалась тогда с Розой. Как её там? Оля? И, не став оборачиваться, я ей ответил: Я: — Да, верно. Ты же Оля, да? Оля: — Ага! А где Вы живёте? Её вопрос поставил меня в тупик. Я уже и забыл, где он находится. Вроде там же, где и Аня живёт. Я медленно к ней оборачиваюсь. И меня встретила девушка, у которой был обычный внешний вид. Средняя фигура, такая же грудка, зато пышные бёдра и ножки придавали ей вид более лучший. Но вот что мне запомнилось лучше всего — это её лицо. Красивое, привлекательное даже без косметики. Приятные зелёные глаза, яркие губы, аккуратный носик без горбинки, и длинные, почти рыжие волосы, длинною до тех самых бёдер, которые аккуратно заплетены в косу. Я: — Живу в том же домике, где и Анна. А ты подруга Розы, да? Она приняла сначала серьёзный вид, но потом быстренько поменяла выражение на более дружелюбное и приятное. Оля: — Да, вы правы. Точнее сказать, подруга по несчастью. У нас одинаковый недуг, да и живём в одном домике. Болтушка непомерная! Но зато очень добрая. Если подружится с кем-то, то всегда будет рядом и поддержит. Мне стало интересно. А что у них за болезни-то? И не заразные ли? А то вдруг подцеплю что-нибудь от них… Я: — А что у вас за болезни у всех? Оля: — Да так, не особо интересные для вас. А вы откуда? И были ли уже вожатым? А ещё сколько вам лет? И… у вас есть девушка в городе? Не думайте, просто интересно! Она смелая, но не тактичная. И каждый её вопрос звучал подобно допросу. Надо это прекращать… Но как?

ВЫБОР

ПОСТАВИТЬ НА МЕСТО

ПЕРЕВЕСТИ ТЕМУ

ПОСТАВИТЬ НА МЕСТО: Грубить, конечно, не нужно, но всё-таки нужно показать ей, кто главный сейчас: Я: — Слушай, к чему ты задаёшь такие личные вопросы? Тебе интересна моя жизнь? А вот не будет ответов. Ты не имеешь права задавать такие вопросы, малышка. Я твой начальник. И настроение у меня сейчас пока хорошее. Так что, сделаю вид, что ничего не слышал, и иди на линейку, поняла? Я говорил серьёзным тоном. По крайней мере, попытался хотя бы. И сначала подумал, что возможно перестарался, но взглянув на неё, понял. Понял, что она очень странная, так как в её глазах появился огонёк… Оля: — Простите! Хорошо, только сами не опоздайте! И в спокойно отвернувшись от меня, ушла в сторону, похоже, площади. Странно, мне показались, или у неё загорелись щёчки? А, ну её, хрен поймёшь этих особей женского пола… Пора идти на площадь. ПЕРЕВЕСТИ ТЕМУ: Не придумав ничего лучше, чем просто банально перевести тему, я заговорил: Я: — Слушай, почему ты так относишься к Розе? Она вроде нормальная, А ты с ней так. Она легонько рассмеялась, и заявила: Оля: — Просто поживите с ней три недельки, и поймёте, о чём я! Она болтушка без остановки, как уже говорила, да и на самом деле, в серьёзных вещах полная зануда. — И тут она подошла ко мне чуть ближе. — А вы что, уже присматриваетесь? Я покраснел. Да что она себе позволяет? Нужно сейчас же идти на площадь. (Если выбрать аквамариновый, то продолжиться их диалог, а если красный, то продолжится основной сюжет) ((извиняюсь, фикбук чёрно-белый у нас))

ВЫБОР

ПОДЫГРАТЬ ЕЙ

УЙТИ ОТ ВОПРОСА

ПОДЫГРАТЬ ЕЙ: Ладно, она хочет поиграть. Тогда я приму её игру. Я: — Да, а что? Она милашка, да и фигуркой не дурна. Было бы ей ещё лет побольше… Она надулась, но совершенно не от злости. Похоже, Оля этого даже не ожидала, походу. Оля: — Ладно-ладно, я же просто пошутила! Хорошо, что вы ещё шутку поняли! А не как эти зануды остальные. Скучные эти вожатые, постоянно серьёзные такие. Ну ладно, я пошла, ещё увидимся! И, помахав мне, она быстро скрылась из поля зрения. А она интересная, однако. Ладно, похоже, и мне пора идти туда… УЙТИ ОТ ВОПРОСА: Так как это была очевидная провокация, я решил хоть как-то уйти от неё. Я: — Слушай, тебя вообще родители воспитывали? Прости, я не хотел показаться грубым, но всё же помни, с кем ты говоришь. Она погрустнела, и, развернувшись, стала уходить. А я не стал останавливать. И, если бы не мой хороший слух, то я даже не расслышал бы, что она сказала на подобии: «Ещё один зануда». Но я не зануда! Ладно, делать здесь больше нечего, нужно и правда идти на площадь.

***

…М-да, девушки тут и правда, с особенностями. Это что получается, я уже с двумя встретился? Получается, на площади сейчас ещё обе. До центральной части этого лагеря было идти не так уж и далеко. Ещё интересно то, что похоже, я тут старше всех! По крайней мере, по внешности уж точно. В основном, идя по дороге, я видел подростков и других вожатых. Странно, почему в моём отряде так мало людей? Нет, это хорошо конечно, меньше ответственности и подобной фигне, но всё же… И почему одни девочки? Как будто в гареме оказался, прости господи. Подхожу и вижу, как меня своей длинной рукой показывает своё… нашего отряда местоположение. Пока подхожу, на меня нацеливается все четыре пары очень любопытных глаз. Как же хорошо, что я уже с половиной из них уже знаком! Пока выстраиваются другие отряды и группы, мои уже собраны и ждут только меня одного. Я становлюсь рядом с Аней: Я: — Ещё раз привет. Я ничего не попустил интересного? Она мило улыбнулась, и ответила на мой вопрос: А: — А ещё ничего. Все только собираются, и когда прозвенит горн, я дам для тебя задание и отпущу с твоими подопечными. Вопросы есть? Конечно! Задавай, не стесняйся. Эх, женщина. Вы на такие вопросы не ответите. Но всё же, для этого мира, они у меня тоже есть: Я: — Почему в моём отряде так мало людей? А: — Тебе просто повезло так крупно, на самом деле. Вот, у моей подруги из первой группы их почти тридцать! Так там такой кошмар! И давай объясню тебе. Смотри, чем старше цифра у группы, тем старше в ней дети. Вот в нашей, третьей, уже подростки, и их не так много. У тебя самый последний отряд, седьмой, поэтому и так мало. Я: — Это всё хорошо, но почему одни девушки то? Я не против, конечно, но всё же раньше не имел дел с девушками… А ведь так и было. Ни в школе, ни в универе я почти не общаюсь с ними, так как попросту неинтересны. А она вот мило улыбается мне, как будто ничего такого и не говорил. А: — А это, сыщик, правильный вопрос! На самом деле тут нет ничего такого. Просто они все из одного города, и почти одного дома, поэтому их родители и попросили местное начальство назначить их именно в этот отряд. Доволен ответом? Ну, почти. Всё равно эти её «ответы» не дали мне ничего, кроме как информации о лагере. Но ладно, не всё же сразу, верно? Хотя страх всё равно подгонял узнать всё быстрее и свалить отсюда к такой-то матери… Но задать ещё пару вопросов я уже не успел, так как прозвучал этот надоевший горн. Не нравился он мне. Раздражал. Но делать нечего. Анна всем нам (даже вожатым) дала команду на стойку «Смирно». Я хоть в армии пока не был, ибо… Да… Я, честно признаюсь, скосил, да. Но мне не совестно. Это получилось не очень легко, пришлось заплатить кое-кому, чтобы поставили заветный красный штамп «Не годен!» Забавно, что это мир, с каждой минутой и часом, кажется всё… нормальным. Естественным. Как будто я всегда тут был. И не дали мне долго думать. Снова! Но на то были свои причины: А: — Так! Вожатый и бабочек ловит! Повтори, что я только что сказала! Она была злой, и не очень поняла бы сейчас шутку…

ВЫБОР

*ПРИДУМАТЬ ХОТЬ ЧТО-ТО*

*ВИНОВАТО ОПУСТИТЬ ГОЛОВУ*

*ПОПЫТАТЬСЯ ОТШУТИТЬСЯ*

*ПРИДУМАТЬ ЧТО-ТО ОРИГИНАЛЬНОЕ*: Нельзя просто молчать и ничего не делать, нужно хоть что-то сказать! И я решил: Я: — Анна кто-вы-там-по-отчеству, виноват, признаю. Так, что вы там говорили? Да, знаю, что это было немного глупо, но лучше честно признаться, чем соврать. Считаю, что ложь — это далеко не всегда выход. Зато, похоже, мою честность Аня оценила, так как приятно и от всей души мне улыбнулась. Даже самому себе стало приятно. А: — Спасибо конечно за честность, но больше так не делай, хорошо? Не подавай плохой пример своим подопечным. После такого милого монолог, она продолжила: *ПОНУРО ОПУСТИТЬ ГОЛОВУ* Ну что тут ещё поделать? Да, виноват. Да, молчу. Но говорить тут нечего, поэтому просто виновато опускаю голову, в надежде, что всё проканает. Не прокануло. А: — Ну и что ты молчишь? Стыдоба! Не знаю, как тебе, но мне перед ребятами стыдно! И ведь не поспоришь. Стоило перевести взгляд, на ребят, и можно было спокойно это понять. Их насмешливые взгляды говорили о многом. Но вот взгляд Оли был… разочарованным… После чего, она всё же продолжила: *ПОПЫТАТЬСЯ ОТШУТИТЬСЯ* Я: — Анна кто-вы-там-по-отчеству, виноват, признаю. Но просто на такую красивую фигурку грех не посмотреть! Мои слова вызвали если не бурную, но всё равно реакцию. Все тихо посмеивались, но даже среди них выделялась одна — Оля. Она посмотрела на меня таким взглядом, который был красноречивее слов — взгляд, полный одобрения. Но вот Аня… И впервые мне стало стыдно. Можно сказать, что теперь из-за меня она у ребят потеряла немного в репутации. Да ей и стыдно было очень! Анна, скорее всего, желает сейчас одного — провалиться сквозь землю! Но всё же она выстояла перед такой невзгодой. Поборола себя, и не убежала. Мне стоит поучиться у неё… А: — Ты… Ты… Нахал… — Проговорила она сквозь зубы. — Ещё одна такая выходка, и… Но она не смогла договорить. Вместо этого просто громко вздохнула, поправила галстук с рубашкой, и заговорила: А: — Для особо одарённых вожатых повторю отдельно потом. А сейчас я думаю, девчата, лучше будет познакомить вас с вашим новым вожатым! Зовут его Александром, и прошу вас, он ещё зелёненький у нас, не доводите его! Но тут высказались уже знакомые мне люди: О и Р: — А мы знаем! О: — Уже успели познакомиться, правда? Оля подмигнула мне. Неужели заигрывает? Странно однако. Но всё равно были ещё две девушки, которые… Как я мог раньше такого не приметить?! Впервые в своей жизни вижу близняшек. Только их можно сразу различить, так как у левой были…оранжевыми, а у правой — ярко-зелёными. Аккуратные носики, небольшие ушки, слегка пышные, ярко-красные губки… У обеих черные, не особо длинные, примерно до плеч волосы с примесью фиолетового, и с худыми, но всё равно красивыми фигурами, но вот к сожалению, почти не было груди. Может, примерно единичка. Не плохо, но и не хорошо. Они обе смотрели на меня, ожидая моего действия. Я уже встал рядом с Аней, и принялся рассказывать сначала немного про себя: А: — Дамы, приятно познакомиться. Меня зовут, как уже сказала Анна, Александр. Я буду вашим вожатым на оставшиеся четырнадцать дней, и надеюсь, что мы с вами подружимся, бла-бла-бла. Сколько раз вы уже подобное слышали? Короче, дамы, с которыми я ещё не знаком, как вас зовут, красавицы? Они немного покраснели, но при этом так хитро и тепло улыбнулись, что мне стало немножко… не по себе. Л: — Я Лилия. — Учтиво сказала левая. Э: — А я — Эмилия. — Также произнесла правая. Л и Э: — Приятно познакомиться, товарищ вожатый! — они ещё шире улыбнулись, нежно обняв друг дружку. Милашки. А: — Так, это всё хорошо, что вы познакомились. Но вам всем пора на процедуры. А тебя, Александр, прошу пройтись со мной в домик. Её тон голоса не звучал по-доброму. Ух, неужели будет кричать? Она указала рукой, чтобы я следовал за ней. Но я пока не стал. Ибо начал смотреть вслед девушкам, которые уходят и весело общаются между собой, но самой интересной для меня была… А: — Александр, что ты там встал? Пошли! Уже совсем без злости сказала Аня. Или же была…

***

Прогуливаться так было хорошо. На улице почти не жарко, душно правда, но не суть. Не как в моём городе, где либо очень жарко, либо очень холодно. А ещё ведь только утро… Вот мы уже подошли к дому. Эх, сейчас бы прилечь на этот шезлонг, и попить холодного пива… Но мои мечты снова прервала начальница: А: — Ну что, Саш, заходи. И я зашёл. Говорить ничего не хотелось. Я: — И какая же у меня будет работа здесь? Она самодовольно улыбнулась, медленно подошла к уже чистому столу, и похлопала по большой, даже слишком большой стопки с журналами… И теперь я понял, почему она так улыбалась… Я: — Только не говорите, что… Видели бы вы её лицо! Не будь она жёсткой начальницей, рассмеялась бы во всё горло. Но просто тихо хохотнула. Она подошла ко мне чуть поближе, и нежно похлопала по плечу. А: — Не волнуйся и не бойся ты так! Всё равно тебе делать до обеда будет нечего! Вот, присаживайся, всё покажу, расскажу! Тебе не будет скучно! Добавила она уже играющим голосом. Вот только мне не было до смеха, ведь с такой огромной стопкой я и до утра не управлюсь! А ещё так погулять хочется… Зато у меня получилось выпросить у Ани личные дела! И, открыв папку седьмого отряда, которая была очень тонкой, ведь было лишь только по одному тонкому бежевому листу. Аня в это время вышла, а я, взяв папку, удобно уселся на кровать и начал читать: — Роза Авнерова Абентова. Есть два гражданства: израильское и русское. Родилась в Москве, третьего мая одна тысяча девятьсот семьдесят втором году. Характер спокойный, тихий, скромный. Когда сильно взволнована, может очень много и долго говорить, но быстро успокаивается. Имеет открытую душу и сильный инстинкт «матери». Учиться хорошо и успешно. Диагноз: хроническая сердечная недостаточность. Так хорошо. Я в принципе так и думал, что она добрая и позитивная. Обычная девочка, ничего примечательного. И больное сердце, говорите. Значит, надо будет быть более аккуратным с ней. Так, дальше: — Ольга Николаевна Богатырёва. Родилась в Москве, двадцать второго февраля одна тысяча девятьсот семьдесят второго года. Характер непоседливый, девушка очень активная. Может взяться за много дел, и успеть их выполнить за короткий срок. Любит готовку и шитьё. Она староста в классе. Отличница. Диагноз: эпилепсия с ремиссией. Лечение проходит успешно, и скоро возможен выпуск. Ха, описание полностью ей соответствует. Девочка непоседа, да и такая… Хех. Но всё же она поправляется, рад за неё. Следующая. Точнее, следующие, так как идут дальше эти милые близняшки: — Лилия и Эмилия Майер. Русские немецкого происхождения. Родились в Москве, пятого марта одна тысяча девятьсот семьдесят второго года. Сильно замкнутые, тяжело вывести на разговор. Их родители подтвердили, что они общаются только с теми, кто им понравился. Зато держат своё слово. Исполнительные, умные. Хорошие манипуляторши. Учатся средне, в основном уделяют время для творчества. А какое именно — не рассказали. Диагноз: (закрашен чёрным маркером. Странно, и очень интересно). Вот и всё. Узнал практически обо всех. Кроме одной загадочной и привлекательной мадам! Вот только перед тем, как дать эту папку в руки, она сама её открыла, вытащила листок с её данными, и передала мне, хитро так улыбаясь. Ладно, пора и делом теперь заняться… Эх…

***

И да, я немного всё же погорячился. Ничего страшного в этом не было, нужно было лишь открыть журнал, поставить подписи, расписать процесс того, как у детей проходит день (а для этого приходилось иногда выходить из домика, чтобы дойти до пункта назначения в виде целого здорового корпуса в четыре этажа. Как я раньше мог его не замечать?) Туда мне сейчас и нужно было идти. Но на какой этаж сперва?

ВЫБОР

*СХОДИТЬ НА КАРДИОЛОГИЧЕСКИЙ ЭТАЖ* (Выход к Розе)

*СХОДИТЬ НА НЕВРОЛОГИЧЕСКИЙ ЭТАЖ* (Выход к Оле)

*ПРОГУЛЯТЬСЯ ВОЗЛЕ ЗДАНИЯ* (Выход к близняшкам)

(выборы выше будут в полной версии)

*СХОДИТЬ НА КАРДИОЛОГИЧЕСКИЙ ЭТАЖ*: Так как кардиологический был на первом, решил пройтись к нему. Нужно было спросить врачей, как проходит день, что нового, и не произошло ли чего плохого. Идти было не близко, поэтому взяв папку, поправил рубашку, закрыл дверь и вышел на улицу. Пока шёл, ничего необычного не произошло. Я наблюдал за природой, смотрел, чем заняты другие дети. Вот, к примеру, чужой вожатый сидит, и что-то рассказывает интересное ещё совсем маленьким детям. Лет по шесть, примерно. Боже, как хочется сейчас просто полежать и поспать! Но ладно, надо и работу делать. Надеюсь, за неё хотя бы мне что-нибудь перепадёт… Вот и подошёл я к нему. Обычная советская коробка, ничего примечательного. Хотя, вот! Стены красиво обрисованы, будто морская волна уносит в прекрасную даль… Здание окружал маленький забор из сетки-рыбицы, зачем, непонятно. Я открываю калитку, и спокойно вхожу. Рядом с корпусом была ещё одна детская площадка, но вот уже она была красиво украшена. Много декоративных деревьев, лавочек, песочница, даже горка и качели есть! На которых, кстати, сидят две уже знакомые мне фигуры. Ладно, потом к ним подойду. И да, раз их диагноз, похоже, засекречен, то куда мне идти-то потом?! Хорошо, если цель работы неизвестна, то можно и забить, я думаю. Открываю большую деревянную дверь, и вхожу вовнутрь. Меня встретила приятная прохлада, которая резко обволокла моё тело, а запах лекарств резко забил в нос. Внешний вид был не особо чем-то примечательным, если вы видели советские больницы, то сразу поймёте, о чём я. Но зато здесь было… уютно. Наверно, да. Мерное гудение приборов, тихие разговоры, которые всё равно отдавались эхом по помещению, и было всё слышно. Так, и куда мне теперь идти? Ладно, хоть и помещение было не очень большим. Пойду на право. На вывеске красовалось табличка с надписью «Процедурная». Скорее всего, мне сюда. Занеся кулак для того, чтобы постучаться, то я заметил большую замочную скважину. Желание заглянуть сразу же возросло.

ВЫБОР

*НЕ СМОТРЕТЬ* (Твоя проверочка на совесть: 3)

*ЗАГЛЯНУТЬ* (В полной версии откроет эччи сцену)

*НЕ СМОТРЕТЬ*: Я не стал смотреть, так как всё же грани личного пространства знать тоже нужно. Я постучался, и оттуда спокойный женский голос: — Идут процедуры! Зайдите через пять минут. Хорошо. Это не так долго, поэтому просто присел на ближайший стул, положил папку на колени и прикрыл глаза… *ЗАГЛЯНУТЬ*: Всё же, любопытство перевесило чаши весов. Совесть, прости, но… Я присел немножко, и заглянул вовнутрь… Ого! А вид… классный. Роза лежала на кушетке с закрытыми глазами, без верха, полностью. Только её локоны едва закрывали грудь. Она медленно дышала, отчего её грудка также поднималась и опускалась. Какое же у неё красивое тело! Красавица, пускай и еврейка. Ладно, хватит. А то вдруг сейчас кто подойдёт. Я отстранился. И как же вовремя! Тут как раз кто-то шёл. Я постучался, и оттуда спокойный женский голос: — Идут процедуры! Зайдите через пять минут. Хорошо. Это не так долго, поэтому просто присел на ближайший стул, положил папку на колени и прикрыл глаза… …Сквозь дрёму чувствую, как кто-то нежно трясёт меня за плечо. Не хочу открывать глаза. Но приятный девичий голосок всё же заставляет меня их открыть. Р: — О, как же хорошо, что вы проснулись! Я думала, что совсем уже уснули. Она присела рядышком со мной. Я: — А-ах… — Я зевнул. — И долго ты так стояла? Она ещё раз мило улыбнулась. Она всегда такая позитивная? Р: — Хах, да нет. Минуту назад примерно. Вот выхожу, а вы тут сидите и спите. Думала сначала, что устали, и не хотела будить… Она немножко отвела глазки. Но она же не виновата, всё правильно сделала. Я: — Да не волнуйся ты так. Ты наоборот всё верно сделала. Работа не ждёт. И куда ты теперь пойдёшь? Она призадумалась, но снова быстро повеселела: Р: — Сначала в домик! А потом с Олей прогуляюсь немножко. Ведь до обеда не долго. А можно поинтересоваться? Рози заглянула ко мне в глаза. Это было неловко, если честно, но всё же стоит ей ответить: Я: — Да, конечно. Вожатый я или кто? Мы мило улыбнулись друг дружке. Затем она положила свои ручки себе на грудь. Р: — А что вы будете делать сейчас? Я: — Да ничего особенного. Поем, да отдохну немножко. Что-то и правда за документами устал немножко. Теперь пришла моя очередь задать ей вопрос: Я: — Рози, скажи, ты тут дружишь с кем-то? Она не задумываясь, ответила: Р: — Да, с Олей, как вы знаете уже, да и с Аней у меня очень хорошие отношения. Я: — А Эмилия с Лилией? А ведь она про них ничего не сказала. Роза немножко погрустнела: Р: — Ну… Тут сложно, если честно. Я пыталась с ними пообщаться, но они… холодны. Поэтому на второй попытке прекратила. Всё-таки, когда она грустит, это не очень хорошо. Но сделать я ничего не могу. Я: — Ладно, иди уже, а то и так тебя задержал уже. Она вздохнув, встала и направилась к выходу. Но тут, перед тем как выйти, она повернулась ко мне и ещё раз посмотрела на меня. А я сделал вид, что не заметил. Зайдя в помещение к доктору, начал заполнять соответствующие документы…