Haikyuu International

25 июля, Ариаке, Токио, Япония... Настал долгожданный день, день открытия Олимпиады, первый матч, первый сет, первый шаг на корт, шанс сыграть перед всем миром. Играть против лучших команд мирового уровня и представлять свою страну было бы мечтой каждого волейболиста. Бразилия, Франция, Тунис, Аргентина, США, Сербия, Иран, Польша, Канада, Куба, Египет, Россия, Италия — все эти страны будут играть там на Олимпийских играх, и Япония будет рядом с этими командами. Имея привилегию домашней толпы, все ожидали, что они продемонстрируют хорошую игру против других команд в качестве принимающей стороны. В следующий раз у них не будет такого гарантированного шанса. Это будет происходить только каждые 4 года, Олимпийские игры. Что бы у них ни было, не оставалось ничего другого, как тут же все это показать, когда главный тренер решит им довериться. Это было особенно верно для Хинаты, которую пригласили просто по счастливой случайности. Из-за его роста маловероятно, что его снова вызовут в сборную. Существовал высокий шанс, что он переживает свою последнюю Олимпиаду. Это было особенно верно для Хинаты, которую пригласили просто по счастливой случайности. Из-за его роста маловероятно, что его снова вызовут в сборную. Существовал высокий шанс, что он переживает свою последнюю Олимпиаду. Ариакэ Арена собрала так много страстных зрителей. Атмосфера в зале взбудоражила игроков. Все они чувствовали энтузиазм в каждом дюйме своего тела, дрожали и демонстрировали рвение. Эти сильные эмоции и острые ощущения могли достигать скамейки запасных, вызывая покалывание кожи и мурашки по рукам. Он понятия не имел, каково это играть в такой атмосфере. Несмотря на то, что он сидел прямо сейчас на скамейке, он все еще чувствовал сильную нервозность. Каково это было бы для тех, кто на корте? Какие ощущения при касании мяча? Возможно, никто из тех, кто находился на корте, не ожидал столкнуться с таким удивительным духом, но то, что произошло в конце первого сета, было тем, чего никто не мог предсказать. Именно тогда подавляющий шум толпы превратился в глубокую тишину. Все глаза, будь то зрители или игроки на площадке, были выпучены и в недоумении смотрели на табло. "24:24" В воздухе стадиона не было ничего, кроме тишины и недоумения. Все место было в шоке. Все игроки обильно потели, совершенно озадаченные и сбитые с толку. В выражениях не было ничего, кроме недоумения. Взгляды выглядели ничем не шокированными. "Я-это не может быть..." Этот счет не показал ничего странного. Счет 24-24 не будет считаться странным. Но почему все продолжали смотреть на него? Что в этом такого неправильного? Как это могло удивить? Что произошло? Чтобы ответить на эти вопросы и прояснить ситуацию, нужно вернуться в прошлое примерно на... ─Шесть месяцев назад!─ Именно в это время, в Бразилии, где проходил матч по командам, которые "воевали" друг с другом несколько лет подряд, набирая всё новых и новых игроков, но проводящих старых, счёт был 24:24. В памяти Хинаты это оставило некий след, который был столь важный, что вызывал дрожь, частое пото выделение и сильную боль. В итоге шесть месяцев назад команда Хинаты и Ойкавы Тоору проиграла команде соперника.        Если бы Хинате каждый раз, когда он вспоминает об этой ситуации 250 йен, то он был бы уже богаче всех людей мира, и на его счету было бы около пяти миллиардов йен, а может и больше. В команде с Ойкавой а этот момент играл очень даже хороший либеро — Сантьяго Данани, который как не странно был выше Шоё, и доигровщик Бруно Лима . Из-за этого Хината и переживал, ведь Тоору, его друг, который буквально пол года назад играл с ним, перешёл в другую команду, хотя Ойкава и давал клятву, что пойдет я национальную сборную Японии, если его туда примут. И его бы приняли, если бы не его желанию, что он может вновь играть против Шоё, как и в старшей школе. Где Ойкава, когда Шоё был на 1 курсе обыграл его, но тот дал отпор во втором матче, взял реванш, и выиграл Сейджо. Что ж, лучше вернёмся... —В наше время!— Счёт всё ещё "24:24". Обе команды видно переживают, но Хината старается не подавать виду. —Хината!—крикнул Кагеяма, перед тем как дать пас нападающему. Как бы Шоё не хотел бы идти в атаку, голоса его напарников подзывали к нему, и заставляли что-нибудь подобное сделать. Отчаявшийся Хината бежит в атаку. Высоко прыгнув он оставил след в воздухе.