Огонь, доверие и еда

Каждый встречающий на своём пути самого Старателя, огненного героя номер один, во время его работы, старается отойти подальше, боясь попасться под руку. Все так поступают. И мирные жители Токио, и, конечно же, злодеи, и даже некоторые герои. Работать со стихийными причудами непросто, а когда речь идёт о трудноупровляемом огне в руках вспыльчивого человека – и вовсе опасно. Конечно, у него была своя команда, из тех, с кем его сила вполне совместима и приносит ещё больше пользы при поимке очередного злодея. Но, были случаи, когда приходилось работать с совсем несовместимыми причудами. Например, с такими, как у Древесного Камуи. Его геройское имя говорит всё за себя, ведь этот парень буквально весь из дерева. И вместо того чтобы сосредоточиться на победе над злодеями – спасением горожан занимаются другие герои – приходится всё время сдерживаться и заботиться о том, чтобы деревянного не задело и он не сгорел как какая-то несчастная спичка. Поэтому Энджи и не любит работать с кем-то ещё, помимо своих проверенных людей, которым он даже доверяет. Но был ещё Ястреб. Молодой, пернатый!, и, кажется, с шилом в одном месте. Иначе как объяснить то, что ему никогда не сидится на месте? Особенно в присутствии Старателя. А он в свою очередь всё никак не поймёт в какой момент и каким образом они так сработались, что стали напарниками. Не понимает, но предусмотрительно убирает огонь с плеч, когда красные перья оказываются опасно близко. Хотя его больше волнует вопрос откуда такое доверие со стороны Кейго. И почему в моменты, Тодороки выходит из себя и все опасливо отступают минимум на несколько больших шагов, тот подходит только ближе и подначивает, будто старается взбесить ещё больше? Ястреб вообще странно воспринимает столь опасную причуду. То пытается подлезть под руку и обвиться вокруг неё, со словами, что ему холодно, то использует огонь с своих ужасных голодных интересах. Первое Старатель с натяжкой может понять, и в такие моменты просто кладёт руку ему на крылья, тогда его собственной повышенной температуры хватает, чтобы немного отогреть птенца; повышать её Энджи не рискует. Это одно, но жарить на его огне еду – совсем другое. Наглое, насмешливое и унизительное. И конечно Энджи до сих пор помнит, когда это произошло в первый раз. Такого шока у него не было уже давно. Он злится. Злится настолько сильно, что огонь на лице, на плечах, сам собой становится ярче и выше. Переливаясь всеми возможными огненными оттенками, предупреждает об опасности и злости хозяина. Старатель не знает, как выглядит сейчас, но в глазах у надоедливых реперов, которые и стали причиной его полыхания, задав крайне не этичный и личный вопрос, промелькнул страх. Может, это к лучшему, но Тодороки не любит когда его боятся и старается взять себя в руки. Не хватало ещё поджечь тут всё. Энджи вспоминает о дыхательных упражнениях, которые могут в этом поспособствовать, но не вспоминает откуда знает одну из них. Всё, что нужно — это дышать. Делать равномерные глубокие вдохи с небольшими паузами между ними. Всё это время телеведущая говорит что-то в камеру, а он даже не смотрит на неё. Раз вдох, счёт до четырёх, выдох, счёт до восьми; и через несколько секунд по новой. Раз вдох.. Почему резко запахло жареным? — Блин, подгорело, — слышит Старатель за спиной и поворачивается. Ястреб поднимает на него глаза, лыбится и машет рукой с куриной ножкой из фастфуда. На ней и в правду образовалась чёрная корочка на одной из сторон. Они пару секунд пялятся друг на друга. Энджи удивлённо, Ястреб – по глупому счастливо. Потом всё внимание репортёров переключается на Ястреба и тот начинает отвечать на вопросы, не стесняясь при этом поедать ту самую ножку. И как его ещё не обвинили в каннибализме? Энджи пользуется случаем и быстро покидает их. Произошедшие оставляет в памяти запах еды, невинно хлопающие золотые глаза и послевкусие изумления на языке. А ещё это остаётся на карте памяти в камере, которая снимала их и вечером эту сцену крутили по одному из главных телеканалов. После Ястреб начинает эксперименты. Он жарит разную еду на разных состояниях огня и разных расстояниях от него. Кое-что оставалось абсолютно неизменным: всё и всегда подгорало, хоть и в разной степени. Тем не менее, все продукты, даже почти до черна сожжённые — о чём позаботился сам Старатель — Таками съедал. И Старателя это бесило. Все попытки отогнать от себя надоедливого вкусового извращенца, или выбросить его еду, оставались тщетны. Оставалось только смириться и с осуждением наблюдать как тот готовит очередной свой кулинарный шедевр. Однажды, когда прошло уже несколько месяцев с начала поварского пути Ястреба, на одном мини интервью после очередной победы, у него спросили не боится ли он за безопасность своих крыльев и себя самого, при работе с напарником. Тот лишь на секунду задумался, а его лицо непривычно нахмурилось. — О чём вы? — это прозвучало даже как-то обиженно — Как я могу бояться человека, с которым каждый день сражаюсь плечом к плечу? Вдруг к нему снова вернулась наглая ухмылка и мечтательно блестящие глаза — Да, у нас разные причуды, разные стили борьбы и разные приоритеты в работе, но мы отличные напарники. Разве вы этого не видите? Лично мне иногда кажется, что я был рождён только для того, чтобы работать с ним. И пока Старатель-сан не превратит меня в горстку пепла, я буду доверять ему на все сто. Знаете, это и значит быть героем – уметь доверять, делать так, чтоб доверяли тебе и помогать. Закончив, Ястреб отсалютовал, подставив два пальца к виску, и взмыл в небо под восторженные возгласы и щелчки камер. — Зря ты это сказал, — первое, что сказал сидящий на краю крыши Старатель, когда Ястреб приземлился позади него. — Ничего не зря. Может, наконец-то перестанут задавать глупые вопросы, — он сел рядом, недовольно фыркая — Боюсь, ага, как же. Ответа не последовало, Энджи смотрел на убегающее от них солнце. Небо окрасилось в красивые цвета, будто горело, и Ястреб с улыбкой подумал о том, как же оно похоже на Старателя. Таками не замёрз, но прижался к его руке и положил голову на предплечье – до плеча в таком положении не доставал. Комфортное молчание окутало их как тёплое шерстяное одеяло и они оба смотрели вслед солнцу, пока оно всё больше скрывалось за горизонтом. Через некоторое время Ястреб достал из принесённого с собой пакета упаковку маршмеллоу и посмотрел на Энджи. Тот неожиданно, вместо того, чтобы просто создать огонёк на ладони, взял её, открыл и достал один кусочек. Пачка была отложена куда-то в сторону, а Кейго заворожённо наблюдал как Старатель самостоятельно поджаривает маршмеллоу для него. И в этот раз оно не подгорело.