Игра в прятки

В гиганском особняке стоит полная тишина, нарушает которую только судорожное дыхание одного из жильцов. Веймар зажав себе рот ладонью и плача навзрыд, так что грудную клетку разрывает от боли, прячется от Брагинского, слышит тихий шёпот духов этого дома и больше ничего, только духи и его собственное сердцебиение. И вдру устаявшуюся тишину пронзает скрип метала о пол и сладкий, но оттого не менее холодный, даже ледяной голос. — Веймар, давай поиграем в игру. Если я тебя не найду до полуночи, то наказание отменяется, а если найду, то пеняй на себя. Наказание будет намного жёсще. Ну так что?… Дыхание совсем спёрло. Надо лучше спрятаться или выйти и здаться прямо сейчас, но не успел он подумать, как послышался более тихий, но всё ещё слышимый ответ. — Молчание, знак согласия. И хохот, ледяной, пробивающий до костей. На негнущихся ногах Веймар рванул вперёд, подальше от сюда, а зади прозвучало. — Раз, два, три, четыре, пять – я иду тебя искать. Он спрятался, сжался ещё сильнее в углу чердака, надеясь на то что Россия сначала будет осматривать низ и только потом медленно пойдёт наверх, и ему просто не хватит времени, но не только он так думал. И вот перед ним стоит его оживший кошмар, он старается не смотреть Брагинскому в глаза, но его подбородок крепко цепляют двумя сильнными и крепкими пальцами. По телу пробигает дрожь от столкновения их глаз. — А я тебя нашёл. От этих слов хочется исчезнуть, провалиться, умереть, но не признавать что сейчас начнётся самое страшное его наказание. И чёрт его знает что с ним сделают, изогнутые в предвкушающей ухмылке губы говорят что ничего хорошего. — Чего же ты боишься. Через пятнадцать минут в загородном поместье слышится невероятно искалеченный крик страха, боли и ужаса.