Анекдот про двух рыб

Большой синяк на лице, очень заметный и яркий. Он говорит о том, что Аонунг вновь подрался. И Ротхо к сожалению не понаслышке знал с кем. Он и сам участвовал в этой драке, но таких сильных увечий как главарь банды не получил. — И мы и они своё получили, не думаешь, что стоит все таки попробовать выйти на контакт? — Ротхо старается как-то усмирить пыл своего "особенного друга". — Нет уж, эти уебки ещё извинятся передо мной будут. Их же отец прибьёт, если они этого не сделают, — злорадно улыбается Аонунг. — Может и так. Но тебе все это нужно? Пошутили и хватит, — Ротхо вздохнул и осторожно приложил пальцы с равномерно распределенной на них мазью к чужому синяку. — Мать твою, ты на чьей стороне вообще?! — вспылил сын вождя и недоуменно посмотрел на парня рядом с собой. Тот в это время бережно обрабатывал раны и царапины. Мазь уже лежала на синяках прохладной пленкой. — Спасибо, уже не так болит, — только и говорит Аонунг, легонько притягивая Ротхо к себе за заднюю часть шеи и целуя его в лоб. — Да без проблем, просто постарайся в следующий раз уклоняться лучше, а то я тебя по частям не соберу потом, — хихикнул парень и погладил сына вождя по щекам. Осторожно, чтобы не задеть саднящие царапины. — Эй, собирать меня не надо. Так говоришь, будто я слабак какой-то, — Аонунг нахмурился и потрепал Ротхо по волосам, взъерошивая их. — Как скажешь конечно, но судя по тебе сейчас, в следущий раз у тебя точно что-нибудь отвалится, — он продолжает упрямо настаивать на заботе, это в нем Аонунг любит. Ох, как любит. — Может тебе в Тса’хик податься? — смеётся Аонунг, представляя Ротхо во всяких бабушкиных вуалях. — Сдурел что-ли? Я тебе просто раны обработал, — сказал Ротхо так, будто воспринял это серьезно. — Я ведь шучу, чего ты? — ухмыльнулся сын вождя, словно задумал что-то. — Шутник из тебя хуевый, ну, честно, — Ротхо улыбается, мягко, несмотря на сказанное секунду назад. — Ты минут пять назад убеждал меня в том, что я блять должен подружится с теми, кто меня довёл до того, что ты сейчас меня штопаешь, — Аонунг усмехнулся и сжал пальцами щеки Ротхо, чтобы тот не смог больше сказать ничего внятного. — Если так подумать, то это мы на них первые полезли, — парень решает все же немного повыебываться, как это воспринял Аонунг. Вместо внятного ответа к сожалению у него вышло лишь какое-то мычание, ведь щеки все ещё были сжаты чужими пальцами. — Если так подумать, то тебе пора закрыть рот, — в своей манере отвечает горделивый сын вождя. — Заставь, — принимает вызов Ротхо, на что незамедлительно получает реакцию. Поцелуй в губы. Быстрый, как скимвинг, рассекающий волны своими крыльями. Жадный, требовательный. Со стороны Аонунга конечно же он был таковым. Ротхо наоборот, старался чуть умерить темп, что только сильнее раззадоривало его возлюбленного. — Что? Уже не хочется спорить? Ты же так это любишь, — издевается Аонунг. — Я в любой момент могу снова начать, не забывай, — Ротхо старается не сдавать позиций. — А я в любой момент могу сделать так, — сын вождя нагло и вновь так же беспардонно целует парня рядом с собой. На что тот реагирует почти мгновенно, целуя и сминая чужие губы в ответ. — Можешь-можешь, я не спорю, — Ротхо улыбается в поцелуй, что чувствуется на влажных, мягких губах Аонунга. Ладони сына вождя требовательно ложатся на чужую талию, оглаживают ее. Наверное ничего приятнее чем такие ласки нет. Ещё долго родителей Ротхо не будет в маруи, можно чуть-чуть больше времени побыть вдвоём.