Кафе на углу

Взрослые оставили Сашку в комнате одного, чтобы отдохнуть. Первое время в голове у Сашки еще плавали разные тревожащие мысли: всплывали картинки того, как кто-то из взрослых все-таки будет развешивать его белье после стирки… Но глаза Сашки стали закрываться сами собой, ставя переживания на дальний план. В конце концов, он почти смирился с этим, Максим хорошо ему все объяснил и успокоил, и здравый смысл стал возвращаться к Сашке. Довольно вымотанный подросток быстро заснул на большой мягкой кровати. Объемное одеяло приятно обнимало его со всех сторон. Дождь барабанил по стеклу за окном, но это совсем не мешало мальчику крепко спать. Проснулся Сашка сам, когда ливня уже не было. Остались только редкие маленькие капельки, что летели то ли с неба, то ли с крыш. Сашка медленно двинулся к выходу из комнаты, и остановился возле зеркала. — Пф… — фыркнул ребенок, разглядывая себя: пушистые длинные волосы волнами спадали на плечи, футболка была такой длинной, что походила на платье, серые спортивные штаны Сашке пришлось завернуть сверху резинку пару раз, чтобы они сами держались на талии, и теплые толстые носочки, большой размер которых скрывался под штанами. В целом, не было бы на Сашке штанов, любой бы принял его за девочку. В этом возрасте еще нет других отличий во внешности, кроме волос и черт лица. Сашку это не беспокоило. Выбора у него сейчас все равно не было. Вся его одежда была в стирке. Дверь в комнату тихо приоткрылась и Сашка вздрогнул. — О, как хорошо, что ты проснулся, — сказал Максим, смело открывая дверь полностью, — Пойдем кушать, а потом поедем в больницу. — Мужчина протянул руку вперед, и когда мальчишка подошел ближе, положил ее ему на спину. Еще в коридоре Сашка сразу почувствовал приятный запах чего-то очень вкусного и горячего. И от этого Сашкин живот радостно отозвался, тихонько порычав. После позднего обеда, Максим и Кира перерыли весь гардероб, чтобы тепло одеть ребенка. Часть одежды Сашки, что была в рюкзаке уже успела высохнуть, но ничего из этого не подходило для погоды за окном. Сашке пришлось надеть большую толстовку Максима и его ветровку. Рукава были немного длиннее, что пришлось их загнуть, но в целом, Сашка выглядел очень даже неплохо. Штаны ребенок не менял, это был и так самый лучший вариант. — Я надеюсь, ты не собираешь прыгать по лужам, — настойчиво сказал Максим, как только они вышли из подъезда. Мужчина держал в одной руке зонт, в другой Сашкину ладонь. Большая часть всего асфальта (парковка, тротуары, дорога) была в воде. — У тебя только кроссовки высохли… — Нет… — хохотнул Швепс. Он же не какой-нибудь маленький ребенок, чтобы так делать. Но он все равно приоткрыл рот, рассматривая столько много больших озер. До больницы они добрались быстро. Сашка был спокоен. Ему было немного неловко видеться с Робертом. Врач наверное, переживал, может будет ругаться. Но возвращаться он не боялся. Все было уже решено и известно: Лебедевы заберут его скоро домой и все будет хорошо. Пугало только то, что он может приболеть после таких выходок, но это Сашка решил, что будет это если что скрывать. А вот Максим по дороге ворчал что-то по поводу того, что снова придется мыть машину. — Ну что? Принцесса Рапунцель вернулась в башню? — с нотками недовольства прозвучал голос Роберта, когда тот вошел в палату. Сашка сидел на кровати. Максим помогал ему переодеться и убрать все по местам. — Простите… — пробурчал Сашка, опустив голову. — Я надеюсь такого больше не будет, или мне попросить Максима, увезти всю твою одежду домой вместе с кроссовками? — спросил врач. Сашка поднял глаза, наполненные испугом и непониманием. Дополнительная одежда, полупустой рюкзак и Котик, по факту, все, что у него было. И отдавать это он очень не хотел. Даже если кроссовки лежат в пакете в тумбочке и не пользуются спросом в больнице, отдавать он их не хотел. — Не надо, Роберт, — спокойно сказал Максим. — Мы поговорили. Он больше не будет убегать. И Сашка выдохнул. На душе стало как-то очень тепло, за него заступились… И Роберт не стал настаивать, молча соглашаясь. Попрощавшись, Максим уехал на работу. Роберт провел осмотр, проверил температуру, и Сашка снова остался один. Но на этот раз не было ничего гнетущего. Он был в хорошем настроении, находясь в полном спокойствии, он лежал на кровати, смотрел в окно и обнимал Котика. Он верил Максиму — они правда заберут его, а сейчас он один, но не было никакого чувства одиночества. *** Наверное, было глупо полагать, что, промерзнув на улице столько времени, Сашка сможет остаться здоровеньким. Он только недавно начал хорошо кушать, тело было еще слабенькое для такого закаления. Но Швепс надеялся до последнего. Он списал ночную дрожь на холод за окном, подумав, что здание просто не успело прогреться. И только утром, когда в горле появился какой-то странный ком, до ребенка дошло. Как скрыть это в больнице он уже не представлял. Анна Николаевна сразу, как зашла в палату, взволнованно обратила внимания на его слишком болезненный вид. Бледная кожа, красные щечки. Сашка еле глаза открыл, когда девушка пыталась мягко привести его в себя. Подросток чувствовал, как болит голова, горло, которые никак не давали ему хорошо выспаться, но и проснуться до конца у него не было сил. Так что не успел он встать, как скрывать уже было нечего. — Ох… Добегался же ты… — сочувственно сказала медсестра, посмотрев на результат градусника. Она ласково провела рукой по белым прядям мальчика. — Тридцать восемь с половиной… Я позову врача. — вздохнула Анна Николаевна, вставая с кровати. Сашка грустно промычал с закрытыми глазами, сжимаясь под одеялом. — Ну что «Ммм»? Надо понять, что с тобой делать. И сбить температуру нужно. Роберт пришел очень быстро. И тогда парень понял, что такое действительно неприятный осмотр. Больно, как и раньше, не было. Но раньше хотя бы Сашке не было так холодно. Мальчишка еле сел в кровати, с досадой выбираясь из-под одеяла. Раньше ему приходилось раздеваться и это ему не нравилось. А сейчас в добавок ко всему он сильно дрожал и все приборы как назло были холодными. Мальчишка только и мог мечтать о моменте, когда снова заберется под одеяло. Хотя даже одеяло не могло согреть достаточно. Сашке хотелось бы обняться с горячей батареей и завернуться в одеяло и может бы тогда эта противная дрожь в теле прошла. — Можешь отпустить кофту, — сказал Роберт, вешая стетоскоп обратно на шею. Врач протянул обе руки к шее ребенка, не дожидаясь, когда тот полностью поправит на себе одежду, и стал прощупывать лимфоузлы. Прикосновения были совсем мягкими и даже могли бы показаться Сашке нежными, только было немного больно. Когда все закончилось, мальчик как можно быстрее улегся в кровати, все его действия были плавными и вялыми. — Ну вот что мне с тобой делать… — Роберт озадаченно вздохнул и взял карточку, чтобы сделать записи. — Сейчас выпьешь таблетку и ляжешь спать… — начал врач, параллельно заполняя бумаги. День шел медленно и был одновременно очень коротким для Сашки. Максим почему-то не приходил, да и Сашке было почти не до него. Большую часть он спал не очень крепким сном, а все остальное мучался со странным ощущением своего тела. Было целым путешествием даже обычный поход в туалет: было ощущение, словно кто-то перепутал местами все кнопки на джойстике, будь Сашка персонажем в игровой приставке. Анна Николаевна проверяла его несколько раз, измеряла температуру и приносила попить. Роберт говорил много пить и предупреждал, что ему будут приносить воду. Но медсестра приносила еще и горячий чай, чему Сашка был очень рад. Это было приятно и, как будто согревало его изнутри не физическим чувством. Утром следующего дня Сашке стало немного хуже по его мнению. Но, на самом деле, ночью просто закончилось действие обезболивающего препарата. Снова поднялась температура, появился кашель, который пока что было невозможно куда-то деть. Он стоял одним неприятным комом и просто раздражал своим присутствием хозяина. Мальчишка все время спал и вырубался, несмотря на любую боль в теле. — Сашка, вставай… — услышал подросток, когда кто-то нежно потряс его за плечо. Голос был очень сильно знакомым, но Сашкино подсознание словно отказывалось верить в это и отдавать эту информацию сознанию. — Сашенька, поднимайся… — мелодично и приятно прозвучал нежный женский голос. — Мам? — промямлил Сашка, губы еле шевелились, и он с трудом смог приоткрыть глаза. Но нет. Это было не мама, хотя во сне было ужасно сильно похоже. На кровати рядом сидела Кира и нежно перебирала волосы на Сашиной голове, пытаясь привести его в себя. Она размерено гладила мальчишку, и головная боль, словно вместе с движениями, смахивалась. Становилось легче. — Сашок, просыпайся… — сказал Максим, подходя ближе. — Нужно собрать твои вещи, и поедем домой. — Как так? — удивленно произнес Сашка. Глаза до конца он пока не открыл, щурясь от неприятного света, который резал глаза. Говорил Сашка с трудом, получалось, не очень внятно, но взрослые его понимали, что было большим плюсом. Ведь в таком состоянии повторять что-то по два раза было бы сложно. — Я же еще болею… — Роберт выписал тебя, чтобы долечиться дома. — сказал Кира, помогая Сашке присесть. — В больнице лечиться от обычной простуды сложнее. А дома мы сможем хотя бы за тобой присматривать все время, ухаживать и помогать. Выспишься хорошенько. — Ммм… Классно. — грустно отозвался Сашка. Он был рад, что окажется у Лебедевых дома раньше, но сейчас не представлял, как он должен собирать вещи, идти до машины и квартиры. Это все казалось мучительным испытанием, которое придется преодолеть сейчас. — Где у тебя вещи? — спросил Максим, когда уже начал шариться по тумбочке и искать одежду. — А нашел! Хорошо, — сказал он, мальчишка даже пошевелиться не успел. Бизнесмен достал портфель из нижнего ящика, куда они сами его и положили пару дней назад. — Так, кофта, ветровка… — стал доставать все необходимое. Сашка просто сидел, когда взрослые с радостью помогали ему. Кира сразу стала аккуратно надевать на подростка уличную одежду, Максим собирал все необходимое в рюкзак, чтобы ничего не забыть, а самое главное Котика, которого он первым делом поместил в портфель. Мужчина заботливо обул Сашку, чтобы ему не приходилось нагибаться, и помог встать с кровати, крепко поддерживая. Сашка мог идти полностью сам, но держась за Максима, это было легче. Тот держал его одной рукой за руку, другой прижимал к себе. Перед тем как выйти на улицу, Кира заботливо накинула капюшон Сашке на голову и завязала объемный шарф так, чтобы он прикрывал и грудку и шею, и закрывал любые щелки между ветровкой и Сашкой, не давая ветру добраться до подростка. Всю дорогу до квартиры Сашка спал на заднем сидении. В салоне было очень тепло шарф был мягким и приятным, поэтому он сам не заметил когда уснул в теплоте и уюте под размеренные покачивания Машины на дороге. — Ох, Сашенька, ты заснул, — просюсюкала Кира, когда открыла заднюю дверь. — Пойдем осторожно. Мы уже приехали. Немного осталось-то всего. Как придем домой, сразу спать ляжешь, хорошо? — девушка провела ладонью по волосам подростка, мягко выводя ребенка из сна, и помогла ему выбраться из высокой машины. Сашка старался держаться поближе к взрослым. Он был не против находиться в полуобъятиях, ведь так было намного теплее. В квартире Кира разделась и пошла готовить еще одно спальное место. Максим занялся Сашкой и помог ему раздеться. — Пойдем, помоем руки, — сказал мужчина и повел его в ванную. Сашка уже устал стоять на ногах так долго и негромко недовольно замычал, хотя это больше было похоже на хныканье. Трогать воду ему тоже не очень хотелось, даже горячую. Любая вода на коже остынет, а он из-за этого замерзнет. — Надо, Сашка, а потом будешь отдыхать. Ты же в больнице был, по улице ходил. Столько микробов мог набрать по дороге. Максим вместе с Сашкиными ладонями мыл и свои, одновременно мыля две пары рук. Сашке делать вообще ничего не приходилось. А точнее он ничего и не успевал сделать. Максим стоял позади него, наклонившись над ванной, его руки находились по обе стороны от подростка, так что никуда деваться он не мог. — Эй! — недовольно промычал Сашка и попытался отвернуться. Он не успел понять, как после рук, старший успел умыть и его лицо, проводя по нему мокрой ладонью. — Ну все… Может так температура немножко упадет. — Максим выключил воду и до суха вытер их руки полотенцем, словно маленькому ребенку, лицо Сашка вытирал уже своим рукавом, обидчиво хмурясь. — Пойдем спать. В гостиной они обнаружили большую кровать, в которую превратился диван, когда его разложили. Сашка тут же юркнул под одеяло и уронил голову на очень мягкую подушку. В больнице было все не так приятно. Подушки были жесткими, старыми и скорей всего перьевыми. Одеяла там кололись даже через пододеяльник, хоть были теплые, а тут Сашка ощутил себя словно в раю. Мягкое постельное белье, воздушное одеяло, и в меру упругий диван. Если бы не было еще головной боли, кашля и неприятной дрожи, он точно бы подумал, что уже умер и попал к Богу… и к маме. — Спи, Сашка. Я принесу тебе горяченький морс в термосе. Температуру попозже измерим. — Кира погладила Сашку по спинке и притронулась ко лбу, проверяя критичность. — Если будет плохо или что-нибудь понадобится, зови, хорошо? Не стесняйся. — сказала Кира и улыбнулась. Сашка кивнул и провалился в сон, не успев вздохнуть.