Душа скрытая за прекрасными глазами

— Выпей это. Исследователь в белой одежде и в маске протянул мальчику пробирку с прозрачной жидкостью. Внутри было снотворное, которое должно было усыпить его на несколько часов. Это было время работы над его телом. Итэр не знал, что с его телом делали, когда он был в отключке, однако он полностью был уверен в своей силе и превосходстве. Кроме того, он пообещал Иль Дотторе содействовать исследованиям учёных. Это уже была середина второй недели. Мальчик не мог дождаться, когда же придёт желанный им Доктор с его "наградой". Итэр послушно сел на операционный стол, принимая бутылку и выпивая её за один раз. Жидкость была безвкусной на вкус и действовала в течении нескольких минут. В это время он обычно думал о Втором Предвестнике, Девятом и Одиннадцатом... Однако, чувствуя посторонний предмет внутри себя, он каждый раз вспоминал больше всего Иль Дотторе. Чем же так заинтересован в нём Доктор, раз даже готов исполнять его влажные мечты? И стоит ли оно того? Стоит ли оставаться здесь, в логове антагониста? Возможно, этим действием он лишь наносит вред другим? Например кровь, которую они берут, служит для чего-то опасного? Почему нельзя романтизировать антигероев историй? Ему нравился Иль Дотторе как персонаж повествования, как невероятный антигерой, чьи действия не оправдывали всякими слезливими историями. Синьора, Тарталья, Царица, Сказитель, Вельзевул — они ему нравились до того момента, как он узнал о их историях. Тарталья не был антигероем как таким. Остальные же ступили на "путь зла" из-за ран прошлого. Иль Дотторе... Его мотивация — знания. Возможно, в будущем раскрыли бы больше информации о нём, добавили бы тоже какую-то драму... Однако сейчас он — идеальный антигерой. Но это больше не была история. Для него всё здесь — реальность. Этот мир — реальность. Иль Дотторе — Второй Предвестник, великий учёный, который нарушил не одну тысячу или даже сотни тысяч принципов человечества, морали, науки. Он был монстром, монстром, из-за которого произошло множество бедствий в этом мире. И он, Итэр, поддерживал этого монстра. Он тоже стал монстром. ...Но он не главный герой. ... — Я слышал что вы, Второй Предвестник, достигли за последний месяц невероятного множества достижений в науке, из-за чего даже смогли снискать помилование Её Превосходительства. Позвольте вас поздравить от всего сердца. — Ваши сладкие речи, Девятый Предвестник, всё больше побуждают во мне желания разрезать скальпелем вашу грудь и посмотреть, действительно ли у вас есть этот жизненно необходимый орган или же на его месте механизм. Мужчина в дорогих очках слабо рассмеялся, напоминая собой опасного хищника. Темные глаза под оправой упёрлись в металлическую маску ворона. — Не беспокойтесь — в отличие от вас я обычный человек с крови и плоти. Но не будем продолжать дальнейшее представление — ваши "исследования" в Сумеру больно ударили по казне Снежной. Я имею полное право отказать вам в финансировании, если вы не предоставите мне доказательств, что потраченные деньги не будут возвращены на свое место в двойном количестве. По холодной комнате медленно расползался тонкий аромат дорого чая. Никто с них так и не притронулся к своим чашкам, которые с вежливости принесли слуги. Регратор повёл плечами, удобнее располагаясь. Черные витые волосы упали на темную одежду, украшенную золотом. Тонкие длинные пальцы спрятанные под черными перчатками были сцеплены перед мужчиной. Прекрасное белоснежное лицо выглядело расслабленным и дружелюбным. Даже Иль Дотторе немного удивился, когда узнал о жестокости кровопийцы перед ним. В прочем, сидя с противоположной стороны стола, Доктор не чувствовал никакого страха. — ...Не одобрите даже если это приказ Её Превосходительства? У Панталоне еле заметно напряглись скулы. Видя это, Иль Дотторе почувствовал удовлетворение. Ему нравилось злить Девятого Предвестника, наблюдать за его эмоциями. Регратор посмотрел на пергамент перед собой, который ему принёс Доктор. Всё, что от него требовалось, это поставить свою подпись. «Какая пустая трата чернил...» Красивая завитка появилась на нужном месте. Второй Предвестник изогнул губы в довольной ухмылке, забирая бумаги. Ему пришлось потратить много времени на все бюрократические процедуры. Однако сложнее всего было убедить Царицу в своей ценности, чтобы та не убила его из-за "предательства". К счастью результаты и достижения последнего времени, которые он достиг с помощью крови Путешественника, позволили ему не только заслужить "прощения", но и получить финансовую поддержку Снежной. Поездка не была потрачена впустую. — Если это всё, я попрошу вас удалится. У меня ещё много работы. Мужчина нетерпеливо поправил очки, видя, что его собеседник не собирается уходить несмотря на то, что заполучил желаемое. — ...Тебе так не терпится жёстче трахнуть шлюху, что сейчас тебе отсасывает? Панталоне замер. Его глаза медленно стали темнеть, наливаясь убийственным намерением. Даже сквозь линзы очков Доктор видел, как Регратор хочет его уничтожить сейчас. — Не понимаю о чём вы. — Мне устроить здесь световое шоу, чтобы сюда сбежались все ближайшие живые души и стали свидетелями этого? Панталоне открыл на мгновение алые губы, лишь чтобы вновь их крепко сжать. Его рука нырнула под стол, после чего он сам отодвинулся, быстро поднимаясь и поправляя штаны. Потеряв опору с под стола вывалился мальчик лет одиннадцати. — ...Ты правда беспринципный ублюдок. — Приятно слышать это от Доктора, который заживо замучил сотни тысяч детей. Иль Дотторе изогнул губы в язвительной ухмылке. — Это было во благо науки. Кроме того, я никогда не пускал под смертельные эксперименты тех, у кого были шансы на жизнь. Благодаря жертвам тех, кто бы и так умер, удалось спасти бесчисленное количество жизней. Пустое оправдание. Целью Доктора с самого начала было не исцеление и спасение смертных, а процесс, познание нового. Однако для остальных, с кем он работал и кто спрашивал его о подобном, нужна была какая-то причина более существенная. В итоге он просто заучил несколько строк, которые зачастую решали множество возникших проблем. Панталоне ничего не ответил. Он подхватил на руки красивого мальчика и перенёс его на стул, вручив ему на последок белый платок. Ребёнок от страха сжался, крепко сжимая ткань в маленьких ручках. Он даже не додумался вытереть ею рот, на котором можно было заметить влажные следы. — Полная парализация нижней части тела? — Доктор сразу заметил безжизненность двух конечностей. Регратор не счёл достойным что-либо объяснять. — Что вы хотите, Второй Предвестник? — Психологическую консультацию человека с извращённым состоянием ума. — Вам купить зеркало? — От этого зависит окупятся ли потраченные Снежной финансы в десять раз, в сто раз или же в несколько сот раз. Панталоне был помешан на деньгах и на детях. Деньги занимали больше места в его "сердце". Регратор опустился обратно на стул, потянувшись к чашке чая. Горячая жидкость опалила края его губ, разгоняя кровь и делая их ещё более алыми и сочными. — Я слушаю. ... Итэр тяжело открыл глаза, чувствуя, что лежит на чем-то твёрдом. Это был операционный стол, но не тот, на котором он уснул. — Похоже, последняя доза действовала дольше обычного. Мальчик замер, чувствуя, как его сердце пропустило удар. Он быстро развернулся в сторону звука, видя статную спину в знакомых одеждах. — Вы вернулись... — в его голосе можно было услышать нотки щенячьей радости. Второй Предвестник развернулся к нему, попутно что-то быстро записывая в своем блокноте. Он отсутствовал почти что две недели из-за чего Итэр успел соскучится за ним. ...Если так подумать он был тем, с кем он дольше всего пробыл в этом мире. Нет — он больше ни с кем не взаимодействовал толком за исключением Доктора. Его линия подбородка, губы, шея, скрытое под одеждой телосложение — он впивался в Дотторе голодным взглядом, словно пытался проглотить его целиком. Второй Предвестник отложил в сторону записи, подходя к прекрасному мальчику ближе. Его руки скользнули по белоснежной одежде, снимая ее с хрупкого тела. Итэр не возражал, чувствуя восторг от происходящего. Он не ожидал, что будет настолько счастливым просто от близости этого мужчины к себе, от его прикосновений. Его крепкая уверенная хватка и терпкий запах одеколона... — Как ты себя чувствуешь? Голос... Голос кружил голову похлеще дурмана. Итэр сглотнул, чувствуя сухость во рту. Он желал большего. Хотел, чтобы Доктор говорил больше, чтобы прикасался к нему сильнее, вдавливая кожу и оставляя фиолетовые следы... В полной тишине послышался звонкий шлепок. Чуть не вскрикнув от неожиданности мальчик вмиг пришёл в себя, чувствуя сильное жжение на щеке. — Г-Господин... Итэр прикоснулся к пострадавшему месту. На мгновение в его голове появилась мысль, как же невероятно было бы, если бы его ударили по другой щеке. Однако, вспомнив причину получения пощёчины, он быстро вернулся в реальность. — Я спросил тебя уже несколько раз о твоём самочувствии. Похоже, ты не очень-то и ждал "награду", раз не можешь ответить на подобный вопрос. Мальчик ощутил страх, уловив холодные и недовольные нотки в голосе. Он не хотел злить Предвестника просто... Как же он по нему соскучился. — Я чувствую себя отлично, господин. Итэр сглотнул. Да, он чувствовал себя отлично. Даже больше и лучше, чем просто "отлично". Ведь "награда"... Она ведь уже ждёт его, верно? Губы Иль Дотторе слабо поднялись в довольной улыбке. Мужчина нежно погладил щёку, которую только что ударил, словно показывая, что он прощён. — Слушал ли ты исследователей? — Да, я делал всё, что они говорили. — Хочешь сделаем это сейчас, здесь, или в моей комнате? — ...? Сердце мальчика забилось чаще. Сделать здесь что? Неужели Доктору надоело заниматься извращениями в своей комнате, из-за чего он решил сменить обстановку? Итэр поднял глаза, смотря с опаской на металлическую маску. Кристал внутри с каждой секундой становилось всё сложнее удерживать, поэтому он быстро дал "ответ." — Где бы вы хотели этими заняться? Как всего лишь шавка своего господина он не может выбирать, где они будут "это" делать. Скорее всего вопрос о месте был лишь формальным. Дать ему выбор означало дать ему немного свободы — Предвестник явно бы не пошёл на такое.. ...Ну или же мальчик слишком много себе понавыдумывал. В прочем, Дотторе одобрительно кивнул на его ответ. — Здесь множество опасных и дорогих препаратов. Пойдём в мою комнату. Итэр ощутил давку в шее — в руках мужчины виднелась цепь, которую он натягивал, призывая идти за ним. Собирался ли он довести его туда самостоятельно? Раньше он всегда добирался туда сам, ожидая Доктора. В прочем, он был не против. Было что-то возбуждающее в том, чтобы идти за мужчиной на цепи, слушать глухой стук каблуков его сапог. Итэр невольно отметил, насколько же прекрасная осанка у Доктора. Даже широкий лабораторный халат не мог скрыть его стройности и аристократического величия. Двигался он плавно и опасно, даже не думая скрывать в тишине свое присутствие. Путь от лабораторий в жилые помещения не был длинный, однако мальчику казалось, словно дорога заняла вечность и одновременно краткий миг. Уже в своей комнате Иль Дотторе отпустил цепь, одновременно с этим одним движением снимая с себя халат и отбрасывая его в сторону. Он остался в одной тёмно-синей рубашке, поверх которой была заплетена чёрная портупея. Его светлые волосы шелком опускались на белоснежную шею, создавая странный контраст с синим и чёрным. Ледяной блеск маски хищно сверкал в тусклом освещении. Дотторе плавно подошёл к мальчику, поднимая рукой в чёрной перчатке его аккуратный подбородок. Его крепкая хватка сильно сжала кожу, не давая надежду на спасение. Он заставлял смотреть ему на то место, где должны были бы быть у него глаза. Увы, но за маской глаз не было видно. Они находились достаточно близко друг от друга, из-за чего Итэр снова ощутил тот самый знакомый терпкий запах одеколона. Он еле сдерживался, чтобы не вырваться с рук и не уткнуться мужчине в грудь. Мышцы у Доктора были великолепно сложены — тонкая рубашка не могла их скрыть, а портупея только подчеркивала все выпуклости. — Итэр... Ты правда очень терпелив и послушный. Я считаю, что ты полностью заслужил свою награду. Мужчина силой пихнул мальчика, заставив сделать его несколько шагов назад и упасть на пол из-за потери равновесия. Предвестник идеально рассчитал для этого время, специально перед этим заставив Итэра отвлечься на его прикосновения и голос. Мальчик с удивлением покачал головой, чувствуя как уходит сладкий гипноз. Холодный пол под ним немного привёл его в сознание. — Вытаскивай кристалл. Так, чтобы я всё видел. Иль Дотторе опустился на свою кровать рядом со сброшенным халатом. Итэр был уверен, что Доктор сквозь маску пристально смотрит на него, ожидая начала. Понадобилось всего несколько секунд, чтобы мальчик вспыхнул алым со стыда. На такую чистую и невинную реакцию мужчина лишь довольно ухмыльнулся. Ему правда было интересно, как можно было одновременно так пылать от стыда и быть насколько бесстыдным в своих желаниях. Мальчик слабо руками сжал белоснежные ткани, собираясь их поднять и обнажить полностью нижнюю часть своего тела. Хотя он медлил в действиях, но все равно высоко поднял ткань, демонстрируя нежную розовую кожу. — Доставай. Упираясь в пол одной рукой Итэр коснулся пальцами второй крошечного сжатого колечка. Его ноги были широко разведены, а сам он уже жалел, что делает это. Несмотря на то, что он ждал этого долго, он был готов отступить в последний момент... Как противоречиво. Под цепким взглядом внутрь проник один палец. Мальчик крепко сжал зубы, чувствуя боль от проникновения. Он ещё немного углубился, наконец ощутив что-то острое и немного прохладное. Проблема была в следующем... Как он должен достать кристалл с помощью одного лишь пальца, не прибегая к своим читам? Со стороны Доктора послышалось довольное протяжное и насмешливое мычание. Он явно догадывался о проблеме мальчика и ждал продолжения. Вводить второй палец было намного больнее и труднее. Не говоря уже о том, что у него не было никакой смазки, так ещё и эффекты ран от грубого проникновения кристалла внутрь него недели спустя давали о себе знать. Нет, он мог бы просто убрать их, однако тогда зачем он начинал всё это? Он и так шёл против обещания самому себе тем, что подавлял сильную боль от сексуальных пыток. А ведь он изначально собирался стерпеть её сам полностью... Наконец два пальца Итэра прикоснулись к кристаллу. Он осторожно попытался зацепить камень, однако понял, что не может сдвинуть его. Грани кристалла были идеально гладкими. Его сложно было бы достать, только если не обхватить его крепко с обеих сторон. Любые лишние движения пальцами раздражали нежные стенки. Мальчик не заметил, как начал хныкать от того, что медленно начала раздвигать себя пальцами. Возможно, смени он позу, это было бы проще сделать, однако почти незаметные жесты Предвестника говорили, чтобы он не делал лишних движений. Итэр медленно двигал пальцами, чувствуя боль и какое-то странное наслаждение одновременном от этого. Фактически... Он трахал себя пальцами на глазах мужчины, которого звал "господином". А если быть точнее, то делал он это на глазах одного с главных антагонистов этого мира, которого вероятно его создатели не смогли бы никогда полноценно "обелить". ...Как хорошо, что он не "главный герой". Стон немного громче чем остальные сорвался с его губ, когда его пальцы наконец проникли с двух сторон кристалла, захватывая его. Мальчик осторожно вытягивал твёрдый и прохладный предмет, к которому так и не смог привыкнуть за эти две недели, чувствуя одновременно с этим чёртов жар и опустошение. Несмотря на то, что кристалл был прохладным, внутри него всё пылало и было опухшим. Итэр не знал, какого изначально он был цвета, но сейчас кристалл был покрыт плотным слоем его крови. Он не раз в день резал его мягкие мышцы внутри своими острыми концами. Даже сейчас, когда мальчик доставал его, он невольно создал новый порез. Из его маленькой опухшей дырочки вытекала кровь, что явно позабавило Доктора. ...Учитывая его состояние, что он собирался сделать с ним? — Похвально как для портовой шлюхи... Однажды в записях я нашёл следы о существовании тысячелетия назад недалеко от границ Сумеру и Фонтейна одного портового города, который процветал благодаря пиратству. Азартные игры и бордели — это была основа города. Скажем так... Тот, кто вел записи, почему-то решил уделить особое внимание борделям, а также услугам персонала, который они предоставляли своим гостям. Хочешь узнать, как наказывали шлюх, которые трижды подряд не смогли удовлетворить ни одного клиента? Бархатный баритон звучал богоподобно. Мальчик всё бы сделал, лишь бы Дотторе больше говорил. Даже если продолжение ему не понравится. Даже если он знал, что этот мужчина чахнет над количеством сказанных слов даже больше, чем Регратор над Морой. А поэтому предпочтёт прямую демонстрацию, вместо длительных объяснений. И Итэр не прогадал. Дотторе хищно улыбнулся, слабо приподнимая губы в демонстрации оскала. В его руках появилась цепь и он потянул мальчика на себя, заставляя его подняться. Ткань наконец-то покрыла его нижнюю часть тела, однако на ногах Итэра можно было легко увидеть алые пятна отнюдь не от покраснения кожи. Боль от порезов он почти полностью убрал, из-за чего теперь испытывал трудности лишь из-за жара внутри. И стенки, и само кольцо пылало, требуя продолжения ласок. Двух пальцев было далеко не достаточно. Их путешествие не было долгим — несколько метров до покрытого лаком чёрного стола. Мужчина отпустил цепь, которая снова стала неосязаемой... Это его новая разработка? Ему надоело каждый раз цеплять к его ошейнику цепь, поэтому он как-то что-то модифицировал, чтобы цепь появлялась в руке при его желании и также исчезала? Честно сказать, мальчик заметил это лишь сейчас. В принципе, это было достаточно удобно. Должно быть, Предвестник внёс изменения в то время, когда он был без сознания. Итэр чувствовал, как в его бок упирается твердая поверхность стола. Доктор пока что просто словно оценивающе смотрел на него, не предпринимая никаких действий. — Сними рубашку и ложись на стол. ...Что? И это всё? Разве он в прошлые раза не управлял одеждой, чтобы создать для него жаркие наряды? Неужели в этот раз без этого? — Я дважды повторять не собираюсь. Смирившись со своей судьбой мальчик покорно снял через голову рубашку, немного сжимаясь от пристального взгляда, который можно было ощутить даже сквозь ледяную маску. — ...Ты слишком низок. Нужно, чтобы ты был немного выше. Не успел Итэр понять, что хотел передать этими словами Дотторе, как он почувствовал странные ощущения на ногах. Его белые лодочки удивительно увеличились. Судя по размерам подошвы и длине каблуков, это был идеальный вариант для танцев на пилоне. ... Чёрт подери, откуда в этом мире подобный дизайн? Мальчик был вынужден согласиться, что туфли выглядят очень элегантно на нём. Верхняя их часть была сделала в виде классических закрытых туфель, однако без помощи своих способностей ему было очень трудно удержать их на ногах. Чтобы не упасть Итэр поспешно схватился за край стола. Стоило ему сделать это, как он сразу же оценил и плюсы этих туфель — его рост и правда увеличился, из-за чего если он будет упираться в стол это доставит ему меньше дискомфорта. Удивительно, что Доктор позаботился об этом. Мальчик осторожно опустился спиной на стол, чувствуя, как его спину щекочут холодные мурашки. Его тело было горячим из-за возбуждения, что создало ещё больший контраст с ледяным столом. Возможно, ему было бы удобнее лечь на него передом, но близость Предвестника не позволяла ему развернуться. — Неплохая поза... Ноги шире. Итэр немедленно выполнил команду. И так... Постыдный вид предстал прямо перед глазами Иль Дотторе. Мальчик снова ощутил как краснеет из-за стыда, хотя ещё несколько минут назад ублажал себя пальцами на глазах у него же. — Наказание было достаточно простым, — Доктор вкрадчиво продолжил свой рассказ, впиваясь своими цепкими пальцами в нежную голень и немного ее приподнимая. — На половые органы провинившегося выливали горячий воск, а иногда даже — кипящее масло. Будь это наказание, я бы повторил это с тобой, но я ведь пообещал тебе награду, поэтому мы обойдёмся обычными каплями воска. Предвестник с воздуха достал толстую алую свечу. Спустя мгновение фитиль сам вспыхнул пламенем, отбрасывая тени на окружающие предметы. — Ах, хочу добавить, что эта свеча сделана с редких материалов, которые намного повышают чувствительность мест, на которых упал воск. Поэтому будет казаться больнее обычно. Кроме того, ты ведь не хочешь, чтобы ценный ресурс пропал зря, пролившись мимо? Не двигайся. Первая капля упала ещё до того, как Доктор закончил объяснять. Она опустилась на нежную кожу голени, обжигая ее сильной болью. Итэр тихо зашипел, пытаясь улучшить ситуацию отодвинувшись в сторону, однако Иль Дотторе предвидел его действия и силой удержал на месте. — Тише... Сейчас будет вновь больно, но потом приятно. Ещё одна горячая прозрачная капля быстро стекла по свече, в этот раз упав на половые органы мальчика. Итэр зашипел со сведёнными зубами, крепко пальцами сжимая край стола. Его потому Доктор не связал? Будь он обездвижен, может быть легче бы перенёс это. Сейчас ему приходилось не только терпеть боль, но и сопротивляться желанию вырваться. Его член начал пульсировать, кровь вмиг прилила к нему. Место ожога покраснело вокруг застывшего воска, вызывая зуд. Спустя почти что мгновение рядом опустилась вторая капля. Мальчик отбросил голову назад, издавая болезненное мычание. Третья капля упала на уретру, из-за чего он чуть не сошёл с ума. Дальше Предвестник решил создать тонкую дорожку с капель до его сосков. Когда на бусинки упал воск Итэр застонал, чувствуя как с его глаз текут слезы. Дотторе хищно улыбнулся. — И не стыдно возбуждаться от боли? Стоит ли мне в следующий раз увеличить дозировку "тех" материалов? Мальчик не ответил, так как во время речи Доктор продолжал держать свечу над его телом. Он создавал причудливые узоры, которые застывали на нежной коже. Вокруг его шеи уже появилось великолепное ожерелье, которое требовало прикоснуться к нему и содрать прочь. Неожиданно Дотторе потянул своё тело вперёд, теперь фактически упираясь в Итэра и нависая над ним. Одна его рука схватила аккуратный подбородок, зафиксировав его неподвижно, а вторая со свечей приблизилась к пухлым губам. — Не двигайся. Мальчик быстро закрыл рот, надеясь что внутрь ничего не попадет. Действительно — капля попала ровно на мягкие губы. В тот же миг Доктор отстранился, позволяя Итэру свободно издать стон. Маленький язычок прикоснулся к застывшей капли, ощутил ее рельеф и мягко надавил на неё, пытаясь сбросить прочь. Пока мальчик отходил от сладкой пытки Предвестник отложил в сторону свечу. Он поправил одежду и выровнял дыхание, которое слегка сбилось. Нельзя было сказать, что он очень возбудился от происшедшего, но всё же бесчувственным с таким видом в сантиметрах от себя он тоже не мог остаться. Доктор отошёл от стола, внимательно осматривая свою комнату. В конце концов он остановил свой взгляд в центре, решив, что всё же это будет лучший вариант для его следующей "награды". На том месте, куда он смотрел, неожиданно появился гладкий длинный шест, от короткого исходил холод. Он словно вырос из пола, одновременно с этим упираясь в потолок. Итэр тоже это увидел. Первое, о чём он подумал, это о танцах на пилоне, из-за чего ощутил смущение — он не умел танцевать, не говоря уже о таком... Тем не менее, у Дотторе были на него другие планы. — Подойди сюда. ...Легче сказать, чем сделать это на подобной обуви, тем более после такой стимуляции тела. И всё же приказ есть приказ — пытаясь не упасть мальчик начал медленно двигаться, шатаясь подобно пьяницам и попутно сдирая с нескольких мест воск. Несмотря на подъем обуви он оказался всё равно ниже Доктора. Когда Итэр подошёл к мужчине тот толкнул его под плечи, заставив упереться в шест. Мальчик чуть ли не вскрикнул, ощущая под руками лёд, и быстро попытался отстраниться. Однако сделать это не дала ему одна деталь — а именно цепочка, которая проходила сквозь тонкую дырку в шесте и прицепились к его двум соскам, сильно их сжимая. Если он попытается отстраниться, он, вероятно, нанесёт себе этим ущерб. Цепь не только сжимала его эрогенную зону, но и заставляла находиться в фиксированном месте — если он сейчас оступиться и упадёт, то буквально повиснет на ней. Будь это нормальный шест, он мог бы ухватиться за него руками и так удержаться, но этот... Он был просто обжигающе холодным. — Похоже, тебе нужно будет быть осторожнее. Смешок Предвестника послышался прямо над его ухом. Вслед за этим Итэр ощутил на своей талии крепкую руку, которая сжала его кожу чуть ли не посинения. Другая же рука... Мальчик издал тихий стон, когда к его нежному колечку мышц прикоснулся палец в чем-то прохладном и скользком. Вслед за этим, не дожидаясь разрешения, в него вошли. Палец не был особенно большой проблемой после кристалла, поэтому вскоре к нему присоединился второй. Два пальца уверенно смазали его, увеличивая объем мягких стенок. Как и ожидалось, внутри уже всё зажило, из-за чего стимуляции пальцами приносила лишь удовольствие. Как от подобного Итэр мог стоять на месте истуканом? Он изгибался насколько это было возможно, стараясь насладиться глубже, одновременно с этим ощущая сильную боль в соскам от натяжения и дурманящий аромат одеколона мужчины. Руками он вцепился в цепи, что не очень помогло. Однако если бы он вцепился бы в себя результат был бы хуже. Что же насчёт Доктора... Этот вариант он даже не рассматривал. Время от времени толчки заставляли его прикасаться грудью к шесту — в этот момент он издавал особенно сладкие стоны, вдоволь смакуя столь сильный контраст между горячим и ледяным. Наконец два пальца покинули его тело, оставив после себя вновь разбухшую дырочку, из которой стекала вязкая прохладная смазка. Из члена мальчика, который тоже стоял колом, сочилась жидкость. Честно говоря ему не хватало последнего толчка чтобы довести своё слабое тело до экстаза и кончить. — Если я не ошибаюсь, то для тебя "это"... Впервые? Тогда я буду немного осторожнее. В этот раз две руки скользнули по его телу, обнимая и сжимая нежные места, притягивая к себе. Спина Итэра прекрасно чувствовала каждую складочку ткани на груди Предвестника, все его ремешки и даже сам рельеф мышц. Одна рука обхватила его талия, а вторая сомкнулась вокруг груди, время от времени впиваясь в нежную кожу. Что же... Это было не самым страшным. Мальчик снова громко застонал, ощущая, как внутрь него проникает что-то длинное и толстое. От этого предмета отдавало одновременно и теплом, и холодом жидкости, в которой он был. Миллиметр за миллиметром член Доктора проникал в него, пока не вошёл полностью, а их обнаженная плоть не соприкоснулась. Член был намного длиннее пальцев и достал к той зоне, которая не была смазана. Чувствуя сильную боль мальчик заерзал. Пытаясь уйти от нее он поддался вперёд, из-за чего тут же пожалел — его член во всю длину налетел на шест. Это и стало последней каплей — он бурно излился, не сдерживаясь в сильном оргазме. Жидкость растеклась по шесту и по полу впереди, а также вызвала довольный смешок у Дотторе. Мужчина лишь крепче обнял его, массируя рукой мышцы груди вокруг цепей и тем самым сильно стимулируя нежную кожу. Он на мгновение отстранился, лишь чтобы снова плотно войти внутрь быстро и больно, чуть не сбивая его с ног. Итэр ощутил, как слезы текут с его глаз. Он чувствовали каждую вену чужого члена, каждый рельеф. Доктор не сдерживался, двигаясь грубо в удобном для себя темпе. Его движения становились всё быстрее и быстрее, тогда как дыхание над красным нежным ушком всё тяжелее. Дотторе не снял маску, из-за чего ее холод заставлял Итэра вздрагивать, когда она прикасалась к его коже. Например, как в те моменты, когда Предвестник кусал его шею, трепетно смакуя плоть. В такие моменты ее острые углы даже оставляли небольшие царапины на его коже. Мальчик ощущал жар и головокружение. Он уже давно бы упал и повис на цепи, если бы мужчина не держал его, фактически обнимая и прижимаясь уже своими руками в одежде к ледяному шесту. Итэр чувствовал пульсацию внутри себя. От жестоких движений он ощутил, как его член снова крепчает, готовясь излиться во второй раз. Как он и предполагал последними крупицами своего сознания, дело близилось к концу. Предвестник вдалбивался в него ещё минуту, прежде чем с низким рыком излился прямо в задницу мальчика, находясь внутри во всю свою длину. Чувствуя, как внутри него разливается инородная жидкость, Итэр тяжело выдохнул, также кончив на пол. Не имея больше сил он начал проваливаться в пустоту, ощущая на своём теле крепкие руки, которые тут же его подхватили. Последнее, что он почувствовал перед потерей сознания, был холод мягкой ткани, на которую его положили.