Все началось с Halloween .

Мое состояние не желало лучшего. Мои пальцы почти зацепились за ее пуловер, но все равно соскользнули. Теперь я нахожусь среди вонючих и потных людей, они толкают меня из стороны в сторону, словно я ничего не стою. В этом помещение настолько плотный воздух, что дышать почти нечем. Несколько лампочек освещают подвал и, посмотрев на них, я замечаю насколько пыльно и грязно здесь. Хочу протолкнуться и выйти, но попытки оказываются бесполезными. Один парень локтем заезжает мне в челюсть, а другой в печень. Аппетитная попка громилы стоящего впереди меня, впивается в живот, в точности повторяя его очертания. Мне так не хватает кислорода, все смешалось в спертом воздухе: табак, алкоголь, свежий пот, напряженность, пыль. Прежде чем я пытаюсь оттолкнуть их всех, некая особа в красном платье и уродливых ботфортах на шпильках наступает мне на ботинки. -Хватит!- кричу я, пытаясь вдохнуть и выбраться из плотной массы людей. Глаза начинает щипать, потому что я осознаю, то с чем мне придется столкнуться, когда я выйду отсюда, с массой проблем и предательством. Мои глаза открываются и я, озираясь по сторонам, пытаюсь найти Брук, ну почему я ее упустила. Девушки нигде не было. Черт как меня это достало! Я смотрю наверх и вижу, как Кайл восседает на высоком стуле, кажется, на таком сидят судьи в большом теннисе. Наконец обретя силы я начинаю расталкивать людей локтями и пробираться вперед. Это почти срабатывает и я хоть и медленно, но двигаюсь вперед. Запах табака ударяет в ноздри, и внезапно под натиском толпы я падаю на колени перед тем самым стулом. Черт! Как больно. В глазах мутно, я пытаюсь вытереть слезы тыльной стороной ладони. Наконец когда я могу разобрать хоть что-то, поднимаю глаза вверх. -Ты, сукин сын подними меня! Кайл опускает глаза и в упор смотрит на меня пока до него не доходит. -Ханна, что-то случилось? – его глухой смех смешивается с гулом в помещение. -Вставай, не маленькая, я ведь слежу за поединком! От услышанного, мне становиться не по себе, и я сквозь боль пытаюсь подняться на ноги. Моя челюсть ноет, это ужасно. Наконец я оказываюсь у самого основания стула. Этот сукин сын ответит мне. Я поднимаюсь на «трон» и меня встречает ступня Кайла, этот парень решил совсем меня разозлить. Я хватаю его ногу и толкаю, он почти скатывается с седла. -Эй, Кайл, дашь мне мигофон или познакомишься с моим кулаком? Кайл смеется и я, быстро забравшись на самый вверх, ударяю его в нос, блять это больно, моя рука, мои пальцы. Их глаз брызжет новая порция слез, а мои ноги подкашиваются, но я быстро хватаюсь за ручку, и это не дает мне полететь вниз. Парень хватается за нос и сквозь боль начинает спрашивать, что со мной не так, одновременно пытаясь, столкнуть со стула. Боль до сих пор не утихла и опять что бы увидеть хоть что-то сквозь пелену слез мне приходиться вытереть глаза от влаги. Скоро я свалюсь, это совершенно точно. Пока парень занят своим носом, мегафон свисает на толстом проводе, и я хватаю его. Он еще ответит мне, но мне необходимо найти другого придурка. После прохождения испытания с толпой сил совсем не осталось, кажется именно она, высосала из меня всю энергию. Судя по всему еще чуть-чуть, и все рухнет перед глазами. Я сажусь на ступеньку и прислоняю мегафон к губам. -Эй!- толпа кричит, и пялиться на арену, мне приходиться обратить их внимания на себя.- Стайлс выйди к главному входу или яйца твоего дружка здорово пострадают, а может и твои,- продолжаю я. Когда люди совсем замолкают и тупо пялятся на меня Кайл пытается повернуться и невзначай толкает меня со стула, и я лечу на землю. Боль. -Дорогие болельщики! Кажется, Тим выиграл! – кричит в микрофон парень, и весь зал снова оборачивается к арене и помещение разоряет гром бурных аплодисментов и крика. -Ханна… черт! Моя спина так ноет, что маленькие звездочки сыпется из глаз, а голова жутко болит. Я пытаюсь встать, что бы стадо ни затоптало меня, но получается лишь отползти в сторону. Распластавшаяся я лежала на холодном бетоне около десяти секунд, но потом чьи-то сильные и теплые руки подняли меня, я лишь еще крепче зажмурила глаза и легла на его плечо. -Ханна мне так жаль… Ты в порядке? Скажи же… Наконец. Холодный воздух забирается под кожу, и она вмиг покрывается мурашками. Мой рот жадно хватает воздух, а уши пытаются расстаться с гулом звенящим в голове, тишина. Мелкие снежинки падают с неба. Я открываю глаза: руки Гарри держат меня перед собой, голова все еще кружится. Не держи меня, отпусти! Убери свои лживые руки от меня. Я смотрю на него в упор и начинаю убирать его от меня. -Отпусти! Ты мне больше никто! Твои тупые фокусы и обещания больше не прокатят,- я так кричала, что кажется, сорвала голос, теперь он такой хриплый и глухой. Соленые слезы застыли на щеках, и они покрылись не здоровым румянцем, мое лицо горело от злости. Ненавижу его, пусть катиться к чертям. Расскажу все маме, и вышвырну все его шмотье на улицу. Замечательно так и сделаю. Я разворачиваюсь в сторону дороги, но что-то заставляет меня обернуться. Я вижу его лицо, оно уже не идеальное, шрамы, синяки, которые Гарри пытается скрывать. Я резко подхожу к нему и ударяю его по челюсти, от души, со всей силы и не чувствую боли, СОВСЕМ! Его голова повернута, он поднимает руку и трогает челюсть. -Хорошо… хороший удар девочка,- не заметно улыбается он. Мои глаза наполняются слезами, а грудь болью, как надоело, черт, почему все так ужасно? Я поднимаю голову и смотрю ввысь, шепча: -Я знаю Гарри, я знаю, в каком ты дерьме. Лео всегда отдувался здесь, пока его не прикончили и не отослали в Мехико, а ты звонил ему? Нет? Я тоже не звонила. А знаешь почему? – я пытливо смотрю на него, но его взгляд направлен на землю. - Потому что он раб, а у рабов нет телефонов, потому что он будет горбатиться там пока не сдохнет, а ведь сначала он начинал как ты, он просто торговал и развлекался с красивыми девочками, потом он вляпался и вступил в эту шайку, затем его поймали на дерьме и заставляли бороться здесь. Я знаю, что некоторые люди даже не подозревают, зачем другая половина собирается здесь, почему проводятся эти бои … кто-то просто считает это …увлечением, но ты просчитался, я ведь знаю. Все. Ты просчитался Гарри, мне так жаль, что я верила тебе, между прочем долго, я думала, что все в порядке. Да они сделали, так что бы ты страдал, но ты не сделаешь так, что бы страдали они…никогда. Мама отправила тебя в Нью-Йорк, но ты сам выбрал его, сам,- я снова поворачиваюсь к дороге. - Выметайся, я выкину твое шмотье на задний двор, подбирай и выметайся, что бы ни делать нам больно. Я не замечаю , как слезы катятся по моим щекам, как тихие всхлипы вырываются из моей груди, как я дохожу до остановки и падаю на лавочку, начиная заливать слезами свой свитер с горлом, как на куртке остаются следы от влаги… Достав пачку сигарет из кармана я протягиваю ее к губам и поджигаю, спокойствие разливается по моему телу и я жду. -Привет,- шепчет мне на ухо спокойный голос. Я поворачиваю голову в сторону парня и понимаю что это он, это Лайл или Кайл. Он радостно улыбается и тянется к моему лицу. Я смотрю на него и даю пощечину. У меня галлюцинации, уже. Достаточно. Я выкидываю сигарету и встаю со скамейки. Пойду пешком, если не ошибаюсь, я на северо-востоке, а значит час и я у Эллин. Получше замотавшись в шарф и застегнув куртку, я направляюсь вперед. Луны совсем не видно, мой путь освещают лишь уличные фонари. Неровная дрога выводит меня на главную улицу, где расположены основные магазины, торговые дома, салоны красоты. Людей здесь много, поэтому мне приходиться кого-то обходить, на кого-то случайно налетать, они в свою очередь дико ругались, но я продолжаю идти дальше. Преодолев этот гам я все ближе к Эллин, скоро начнется ее улица и тогда мне будет легче добраться, как раз недалеко есть мини-маркет где я смогу купить лекарство. Вдруг в моем кармане начинает вибрировать телефон, я тяну руку в карман и отвечаю: -Да мамочка,- мой голос звучит не совсем дружелюбно. -Ханна, где тебя носит, папа волнуется ну и я, разумеется, тоже, ты даже не предупредила, возмущается мама, хоть и тревога в ее голосе ощущается, я ей не верю. - И почему ты не посетила миссис Вуд? Я слушаю тебя. -Мама да когда это прекратится! Она мне не помогает, а только хуже делает, я останусь у Эллин или приду, до свидания мама. Я отправила телефон в карман и побрела дальше, необходимо скорее успокоиться и напиться, что бы притупить боль, блуждающую во мне. Она открыла мне дверь ни сразу, а только когда я уже почти пинала ее. -Что случилось? -Все просто ужасно… Я толкнула дверь, и Эллин захлопнула ее. Дома было жутко холодно, уверена все, потому что она опять лениться выходить и платить за отопление. Камин совсем не греет помещение, но от слабого огонька все, же идет хоть какой-то жар. Я сажусь в неудобное кресло и подставляю руки к огню, они ужасно замерзли. Ощущение будто из меня все выжали до последней капли, я тяжело вздыхаю и смотрю, как ко мне подходит Эллин и садиться около кресла на камин. -Будешь?- она протягивает мне бутылку виски, я смотрю на нее и пытаюсь понять давно ли она в загуле. -Ну как хочешь, мне вот тепло,- отвечает подруга. -Эллин хватит пить, расскажи что, черт возьми, с тобой? Я то думала сейчас приду к подруге и расскажу, какие проблемы у меня и как мать твою я облажалась, ну нет же, мне теперь придется выслушивать все твое дерьмо, - я вдохнула, и быстро глотнул виски, напиток обжег горло и тепло разлилось по телу. -Я готова слушать Эллин, начинай мать твою! Подруга закрыла лицо руками и тихо прошептала: -Он преследует меня Ханна, он не дает мне и дом покинуть, я даже сигнализацию установила, сигнализацию! Сигнализацию? Эллин? Все плохо. Это действительно настораживает, она никогда им не доверяла охранным службам и не желала тратить деньги впустую, а теперь обратилась к ним за помощью. Я снова глотнула виски и поставила бутылку на столик. Мои руки обволокли ее холодное тело, и девушка начала потихоньку всхлипывать. Я еще крепче прижала ее к себе и прошептала: -Эллин, ты не должна бояться, не должна… Девушка отлипла от меня, и я только заметила, что ее глаза просто ужасно красные, а под ними красуются мешки. Волосы совсем запутанные и грязные, теперь достают до плеч. -Нет, ты отстригла свои волосы,- прошептала я. Эллин зажмурила глаза, что бы слезы ни потекли из них и тяжело вздохнула: -Да, я это сделала, потому что мне теперь все равно, я просто хочу скорее свалить отсюда, я хочу избавиться от всего этого и начать новую жизнь, жизнь с Тони. А еще хочу просто убить этот кусок дерьма, он не дает мне проходу,- девушка уже кричала. - Я… я за отопление не могу заплатить, потому что им необходимо мое присутствие, что бы подписать некоторые бумаги, я ведь отправила Тони слишком поздно,- рыдала подруга ее голос совсем сник и теперь я едва слышала что она бормотала. -О, госпади мне так жаль, но мы все в дерьме Эллин, совершенно все, даже Брук во что-то влипла, наша Брук. Она написала мне неделю назад, что кое-что произошло, но потом приказала забыть. Пойми не все в этой жизни гладко, каждый из нас несет свое бремя, но мы, же вместе, несмотря, ни на что. -Мне жаль Ханна…тебе пора. Она сейчас выпроводила меня? Мое сердце сжали чьи-то противные руки, я узнаю их, я узнаю их… Внезапно мне ставится трудно дышать и я соскакиваю с кресла и пытаюсь открыть защелку, но не могу, мои пальцы онемели, они не слушаются. Наконец замок щелкает, и я толкаю дверь, что бы скорее выбраться на воздух. -Ханна! Ханна, прости! Не обижайся Ханна! Умоляю! Я почти не слышала ее, мое сердце охладело, а легкие нуждались в воздухе, и я пыталась втянуть его в себя, я пыталась насытить им свои легкие. Наконец ее руки отпустили меня и она прошептала: «Скучала Ханна?». Ее противный смех звучал во мне, и отдавался эхом в ушах. Я облокотилась на деревянный забор и принялась тереть глаза, что бы из них не потекли слезы. Наконец она перестала издеваться надо мной и уселась в свой уголок, где спала долгое время со своей грязной и мерзкой куклой. Я снова глубоко вдохнула и попыталась достать телефон, но его не было, где он, черт возьми? Мои глаза опустились на землю, и там я увидела свой телефон, как он выпал меня не интересовало, я просто должна позвонить ей, позвонить Кае.