Во всём виноват завтрак

— Итак, экстрасенсы, теперь прошу достать фотографию Дмитрия Матвеева. После слов Марата Башарова все достали фотографию чернокнижника. И каково же было удивление Димы, когда он увидел десятку от Гецати. Но к удивлению добавилась обида и даже злость, стоило увидеть оценку Олега. «Вот скотобаза. Ну ничего, я научу его Родину любить» — думает Дима, когда видит на чёрном картоне долбанную девятку. — Вижу, Дмитрий, вы удивлены оценкам, — как хищник, Башаров внимательно смотрит на него. — Немного оценка Олега удивила, — ровным тоном ответил Матвеев. — Почему же? Если не секрет. — Думал будет ниже, — невозмутимо отвечает Дима. Башаров хотел спросить что-то ещё, но старший Шепс отвлекает его каким-то вопросом, на что брюнет бросает на него благодарный взгляд, замечая приподнятые уголки губ. Но сверлящий его щёку взгляд заставил Диму отвлечься от созерцания прекрасный стенки и посмотреть на хозяина этого взгляда. У того глаза горели, как у чёрта, а губы были сжаты в тонкую полоску. Не понимая этого негодования, Дима вопросительно нахмурил брови и Шепс младший еле заметно кивнул на дверь, что значило «Дома поговорим». Ну дома, так дома. Чего злиться то?

***

— Ну? — вопросительно смотрит на своего парня Матвеев. — Что «ну?» — даже не оборачиваясь в сторону старшего, спокойно произносит Олег. — Почему девятка? И что за недовольные взгляды, а-ля «дома тебе пизда. Лучше сиди и молись, мразь» — зловеще шипит Дима и Олег удивленно смотрит на его профиль. — Почему сиди? Стой, — невозмутимо парирует младший и прикусывает нижнюю губу, сдерживая смех от злого личика чернокнижника. — Ты… Боже, — громко стонет татуированный и Шепс громко усмехается. — Никогда не слышал, чтоб ты так громко стонал. Даже в постели, — играет бровями Олег, — Мне нужно лучше стараться? Матвеев не поддержал его игривый настрой и бросил на младшего злой взгляд, вжимая педаль газа, отрываясь от нескольких машин, оставляя их позади. — Что ты мне там поставил? Девять? — наигранно задумался Дима и Олег уже знает, что тот скажет, но всё равно скрещивает пальцы, — Девять дней без секса. — Чего?! — взрывается младший от негодования и теперь время чернокнижника усмехаться. — Ну что ты, Олеж. Если бы ты поставил восьмёрку, то десять дней без секса. Семёрка — одиннадцать дней. А если бы единица, — медиума аж в пот бросило от взгляда, который на кинул на него парень, — То вообще месяц. — А если бы десятка, то восемь дней? — сарказмом так и прет от младшего Шепса. — Нет, — отрицательно качает головой, — Если бы десятка, то было бы десять новых поз в десяти разных местах, — сладко произносит Дима и Олег сглатывает. — Блять, — выдохнул медиум и откинул голову на сиденье. — Сам виноват, — невозмутимо поднимает плечами чернокнижник. — Я?! — воскликнул младший, округлив глаза, — Это я тебя послал, когда ты попросил сделать завтрак?! — Да я опаздывал! — возразил в ответ громко брюнет. — Ну да! — Да! В салоне повисает тишина, а парни к этому времени уже подъехали к дому, в котором снимали квартиру. Лизнув нижнюю губу, Дима прижался губами к напряженной жилке на шее младшего. Тот вздрогнул и обнял своего парня за шею. — Долбанный завтрак, — тихо буркнул Олег и прижался своим лбом ко лбу Матвеева. — Да. Во всём виноват завтрак, — кивнул чернокнижник и рассмеялся. — Слава богу. Нашли кого обвинить, — усмехнулся Шепс. — А как же, — усмехнулся старший, — Люблю тебя, — чмокнув парня в губы, тихо шепчет. — Люблю, — так же тихо отвечает младший. Все-таки новые позы они попробовали. В квартире Саши, когда того не было, и который вернулся не в самый подходящий момент.