Имеет значение

Олег понимает, что выпил слишком много, когда не раздумывая соглашается играть с Вадимом в «правду или действие». И это совершенно невыносимо, потому что на неизменное Олегово «правда» Вадим спрашивает: — Правда, что ты хочешь мне отсосать? — Правда, что пялишься на мою задницу, пока я не вижу? — Правда, что у тебя на меня стоит? — Правда, что в своих влажных снах ты меня трахаешь? Олег не говорит, что вообще-то необязательно начинать вопросы со слова «правда», чтобы не усложнять себе жизнь, и на все отвечает нет. Нет, нет, нет. Отчаянно врет, нарушая правила игры. Видит насмешку в глазах Вадима, который в свою очередь всегда выбирает «действие». Олег догадывается, каким «действием» мечтает заниматься Вад круглыми сутками, поэтому наверняка жутко раздражает его своими «50 отжиманий», «залпом три стакана» и «сбегай вверх и вниз по лестнице в подъезде». Впрочем, Вадим если и злится, то виду не подает, и на следующий свой ход неожиданно выбирает «правду». Олег думает. Они с Вадом знакомы лет пять, пережили огонь, воду и медные трубы, Олег знает, как над Вадимом издевались в школе и как пару лет назад, после похорон матери в родном городке, Вад хладнокровно пристрелил своего одноклассника Леху. Олег знает, что Вадим дрочит перед сном почти каждый день. Видел его голым тысячи раз, изучил все его шрамы и даже его страхи. Знает, что у Вадима нет ни одного близкого человека, и тот планирует состариться на огромной вилле в Португалии, с охуенным видом и ровно тысячей сексуальных партнеров за плечами к концу жизни. Олег знает и то, что они оба давно уже тянутся друг к другу, но не решаются эту грань пересечь. Что пошлые шутки Вадима звучат звеняще отчаянно, потому что за ними скрывается огромная потребность хоть в какой-то близости. Олег знает это все, выучил Вадима со всех сторон, и даже с тех, о которых Вадим молчит. И только одного он не знает наверняка, поэтому спрашивает предельно серьезно, ожидая, однако, что Вадим снова отшутится в ответ: — Правда, что ты в меня влюблен? У Вадима взгляд не меняется ни на секунду, все так же хищно сверкает в полумраке комнаты их временной трешки на двоих, лишь губы сжимаются в тонкую линию и подбородок кажется острее. Он делает очередной глоток, склоняется к столику — единственной преграде, которая разделяет их, — чтобы поставить стакан. Выпрямляясь в кресле, глядит точно в глаза. Выдает четкое, сбивающее дыхание «да» и ждет. Ждет следующего хода Олега. — Действие. Вадим усмехается криво, грустно даже. — Сигаретку бы сейчас. — Мы же не курим, — напоминает Олег, и от этого почти осязаемого «мы» сердце замирает. — Точно, мы не курим, — повторяет Вадим бездумно. — И не трахаемся, а то можно было бы хоть твоим членом рот занять. — Так попроси, — бросает Олег небрежно, а у самого внутри все клокочет. Вадик и правда сейчас поможет попросить его отсосать, и Олег, наверное, не откажет. Но что будет дальше и что это сделает с ними? Они всегда держались на одних лишь шутках, потому что так безопаснее. — Я не насильник, — отмахивается Вадим, спуская ноги с кресла на пол. — Пойду еще алкашку притащу. — Попроси. Они сталкиваются взглядами. Олег видит, что Вадика что-то выводит из себя. Он эмоции скрывать умеет превосходно, вот только вздувшиеся ноздри и отнюдь не задорный блеск в его глазах выдают его. Говорит он тихо, спокойно даже: — Иди нахуй, Олежек. Олег встает со своего кресла и подходит ближе. Нависает сверху, закрывая собой свет от торшера, и Вадим в его тени выглядит жутковато. — Испугался, Вад, да? Олег и сам не понимает, на что рассчитывает. Но алкоголь в его крови выпускает наружу то, о чем оба молчали все это время. Заставляет рискнуть, попробовать. — Чего ты хочешь? — устало, совсем трезво выдыхает Вадим. — А ты? — Ты знаешь. — Хочешь выебать меня? — Олег… — Так хочешь или нет, Вад? Вадим молчит. Олег напирает снова: — Ты хочешь. Почему не можешь просто попросить? Я дал тебе возможность. Ну и в чем проблема? Вадим все-таки встает с кресла и собирается уйти из комнаты. Но Олег хватает его за запястье и, развернув к себе, повторяет вопрос: — В чем проблема? Вадим хмыкает и опускает взгляд на руку, которая держит его крепко. — Не хочу так. Трахнуть тебя из-за ебаной игры, а наутро забыть. И чтобы потом это ничего не значило. Я могу получить секс когда угодно и с кем угодно, даже с тобой, но так не хочу. И рушить нашу дружбу тоже, Олег. Потому что, долбоеб такой, слишком привязался к тебе. Олег выдыхает оглушительно громко. — Правда или действие, Вадим? Вадим качает головой, но готовящееся сорваться «отьебись» вдруг меняется на безразличное: — Вообще-то все еще твоя очередь делать. — Похуй. Правда или действие. — Ладно, действие. — Поцелуй меня, Вадь. Вадим хмурится и прежде чем успевает что-то сказать, Олег продолжает: — Поцелуй так, чтобы это имело значение. И чтобы наутро я не забыл. Вадим смотрит. А потом и правда целует, кажется, понимая наконец, что стареть на вилле в Португалии им теперь придется вместе.