Переломный момент.

Женя устроилась в больницу под руководство знаменитого канадского ортопеда-травматолога Брайана Орсерса. Диана, находясь в реабилитационном центре Москвы, узнала, что Женя уволилась. Слухи расползаются очень быстро, и девушка решается позвонить маме, зная, что та уже вернулась из командировки. - Але, - голос Тутберидзе был охрипшим, она прокашлялась и шмыгнула носом. - Я слушаю, дочь. - Мам, - вздохнула Диана, поджав губы. - Что у вас с Женей произошло? - Спроси у Жени, Диан, - Тутберидзе сглатывает ком в горле и вытирает слезы, дорожкой скатывающиеся по щекам. - Не плач, пожалуйста, мамуль. Помиритесь, - пыталась поддержать девушка, но прекрасно понимала, что это просто слова. - Ага. Как ты себя чувствуешь? - Этери пытается отвлечься от мыслей о Жени, но все равно разглядывает пустые полки в шкафу и поджимает губы. Было больно. Невыносимо больно от того, что любовь всей её жизни ушла. - Да в порядке. Хожу потихоньку. Не загоняйся, ладно? Ты должна спасать людей. - Чтобы спасти людей, Диш, нужно спастись самой. А я... а я разбита. Не буду забивать тебе голову, дочь, позже поговорим, хорошо? - Этери, чувствуя, что новая волна истерики накроет, отключается, даже не дождавшись ответа от Дэвис. Диана, немного подумав, решает написать сообщение Жене, надеясь, что разрыв с мамой никак не скажется на их дружбе. Привет, Женька! Слышала, в Канаду уехала?)

Привет, Диш) Уехала... Осваиваюсь. Как здоровье?

В порядке, не волнуйся. У меня был замечательный лечащий врач. Медведева Е. А. слыхала про такую?)

Женщина травматолог? Смешно 🤣

Ага, всяко лучше мужика по бровям 😅

Диш... Мы расстались...

Расскажешь? Мама разбита, убита, плачет... Постоянно плачет...

Мне жаль. Но она сама сделала свой выбор.

Она бросила тебя?

Изменила. Одно и то же?

Как изменила? С кем?

На конференции. Эдуард Аксенов...

Ааа, долбаеб-то этот. Ну, слушай, я знала, что у них были... интимные встречи, скажем так. На каждой конференции. Но сейчас у неё есть ты. Вернее, была, пока не свалила за океан. У вас всё было хорошо в постели?

Ты действительно считаешь, что хочешь обсудить со мной секс с твоей мамой, Диан?)

Если проблем не было, она бы не изменила. Я то уж маму знаю, Жень..

Я уже ни в чем не уверена. Может и были, раз их застукали. Она была без рубашки. Неизвестно до чего бы дело дошло.

То есть по факту измены не было?

Она сидела без рубашки на столе. Его руки были на её грудях. Диш, зачем ты это делаешь? Не нужно. Мне очень больно. Ты даже не представляешь на сколько. Она моя первая. Первая и единственная. Я очень её люблю.

Любила*

Фрейд) Жень, надо было поговорить, а не бежать в Канаду. Не в обиду, подруга. Она любит тебя и страдает. Даже с конференции уехала. Хотя никогда не уезжала.

Я понимаю, что она твоя мама. Но не защищай. Разберемся, солнце) Отдыхай, а я пойду спать. У меня уже ночь на дворе)

Спокойной ночи, Женек!

Тебе, заранее, тоже)

Женя хоть и писала Диане с улыбочками, но по щекам текли слезы. Она не может отпустить свою Этери. Казалось, что даже простила ей это недоразумение. Девушке было тяжело на столько, что она лезла во все смены, бралась за тяжелые случаи, чтобы сломать себе голову. Выматывала себя лишь бы для того, чтобы не думать о блондинке. Но в каждую свободную секунду времени она вспомина её. Свою Этери. Её бархатные руки. Её голос, что будоражил, заставляя сердце биться с каждым разом всё сильнее и сильнее. Её запах духов, который она слышала даже в Канаде. Её шепот о любви. Все эти воспоминания отзывались в сердце слишком больно, заставляя девушку обливаться горькими слезами. Сейчас, спустя уже пол года рабочей деятельности в Канаде, Женя помудрела и стала неузнаваемой даже внешне. Шутки сошли на нет. Девушка завела новые знакомства, но так никого и не впустила в своё сердце. Никому не дала ключ от своего тела и души. Всё вернулось в то время, когда она не знала, что значит любить и быть любимой. Медведева зачахла и обозлилась. Она стала жёсткой. Говорила то, что думает. И так целеустремленная девушка превратилась в человека, идущего вперед, невзирая на остальных. Женя шла к своей цели. А цель у Медведевой была одна - зарыться в работе, чтобы не думать о своей первой любви. Этери эти пол года тоже отдавала всю себя в работе. Проведя неделю дома, давая слабость, женщина смогла взять себя в руки и идти дальше. Было сложно, было тяжело. Особенно найдя тетрадь Жени, где она, совместно с Тарасовой, кардиологами и нейрохирургами, составляли план лечения для Дэвис Дианы Сергеевны. В больнице много мелочей напоминали о Жене. Её кружка, которая стояла на своём месте, ручка, забытая на столе с надписью "Медведь". Множество конфеток, которые Женя любила есть по ночам. Даже кроксы, которые Этери приложила к своей груди, присев на корточки. Заведующая отделением травматологии сидит на корточках, прижимая к себе кроксы и плачет. Эту картину по случайности увидел Дудаков, но незаметно скрылся из ординаторской, чтобы не дай Бог, его не убили. Ведь свидетелей убивают первыми. Сергей Викторович поддерживал связь с Женей, иногда помогал советом с тяжелыми пациентами. Даня был рядом с Этери, стараясь отвлечь блондинку от страданий. Через пол года сердце лучшего друга блондинки не выдержало страданий, которые он видел изо дня в день. На Тутберидзе не было лица. Она была роботом, который выполнял свои заданные функции. Женщина перестала улыбаться совсем. Не осталось никаких эмоций, даже злости и агрессии. Она была убита, разбита и раздавлена. Глейхенгауз впервые в жизни видел на столько морально уничтоженного человека. Через пол года разлуки, Даня звонит Жене. У той было начало рабочего дня. - Неожиданно, - отвечает Женя, явно идя по какому-то коридору. - Привет, Жень! - Даня старался не давить на девушку, разговаривая с долей радости. - У нас тут конференция намечается в России. Тебе Орсер ничего не говорил? Будут лучшие специалисты из Германии. Пройдутся по всем частям человеческого тела. - Ого, - Женя искренне удивилась, потому что подобную информацию ей Брайан не давал, что было странно. Орсер пытался затащить Медведеву на несколько конференций, но как только Женя узнавала, что там будет Тутберидзе, отказывалась. Начальник не задавал вопросов, а лишь тяжело вздыхал и пожимал плечами. - А Этери Георгиевна будет? - хмыкнула девушка, скривив лицо. Давно она не произносила это имя вслух. Только в переписке с Дишей, связь с которой поддерживала всё это время. - Нет. Она не может поехать. Вот решил тебе предложить. Поговори с Брайаном. Очень странно, что он тебе не сказал, - Даня улыбался, Женя это слышала по голосу. - А почему она не может? Что-то случилось? - сразу спросила Женя, сдавая себя с потрохами. Сердце брюнетки ёкнуло, вдруг блондинка снова попала в аварию или еще что-то случилось. Она переживала. Очень переживала, потому что любила всем сердцем, душой и телом. - Да завал, у неё плановых много назначено на эти дни. Сама понимаешь, - усмехнулся Даниил. Мужчина бы хотел задать банальный вопрос "волнуешься за неё?", но благоразумно промолчал. Боясь спугнуть девушку. - Хорошо. Я поговорю с Брайаном. Спасибо, Дань... И..., - Женя закусила нижнюю губу, прикрыв глаза. Оба собеседника молчали. Женя пыталась собраться с мыслями, а Даня ждал. Давить на девушку было не в его планах. Он поставил разговор на громкую связь и положил телефон на стол, внимательно глядя в глаза Этери. - И... У неё есть кто-то? - выдохнула Женя, мотая головой. - Прости. Я... Я не должна была. Не отвечай, не нужно. Столько времени прошло, а я на что-то надеюсь. Всё это неважно. Спасибо за предложение, - протараторила брюнетка. - У неё никого нет, Жень, - выдохнул Даня, продолжая смотреть на Этери. Слезы из глаз женщины покатились по впалым щекам. Она достала салфетку из кармана, которые стала часто носить с собой вот для таких ситуаций, и медленно вытирала свои слезы, гипнотизируя взглядом телефон друга. Сердце от родного и любимого голоса готово было выпрыгнуть наружу. Этери очень хотела поговорить с Женей, но было нельзя. - Да... Да... Спасибо. Спасибо, Дань, - Медведева отключается и подпирает спиной стену, медленно сползая по ней вниз. Спрятав лицо руками, Женя начинает глубоко дышать от нахлынувших эмоций. "Не реви. Не реви. Тебе идти к пациентам. Встала и пошла!" - настраивала себя девушка. Затем резко поднялась, приняв вертикальное положение. Проморгавшись, Медведева принимает каменное выражение лица и двигается в сторону первой палаты, взяв перед этим карты больных. В Москву действительно прилетели врачи из Германии. Женя сидела в большом зале, листая буклеты, которые были выданы каждому участнику. До начала конференции оставались считанные минуты, как вдруг рядом появилась тень. Женя медленно поднимает голову и слегка улыбается. - Самолет летел, колеса терлися, вы не ждали нас, а мы приперлися! - хихикнул Чигирев и упал рядом с Женей. - Ты изменилась с нашей последней встречи. Пропала, на звонки, на сообщения не отвечаешь. В глазах... Женя, боже, это точно ты? - парень приложил свою руку к щеке Медведевой, вглядываясь той в глаза. - Ты тоже изменился, Дим, - хмыкнула девушка и отвела своё лицо. - Давай будем уважать личные границы, хорошо? Ты не в моём вкусе, как парень. Как друг и собеседник у меня претензий нет, - Женя отвернулась от Чигирева, продолжая листать буклет. - Понял тебя, нет проблем, - Дима пожал плечами. - Оп-па. Опять они и снова вместе. Прям попугаи-неразлучники, - кивнул вперед Дмитрий, указывая взглядом на Этери и Эдуарда. - Кстати, на прошлой конференции она ему так здорово леща дала, мне аж самому стало больно, - парень потер ладонью щеку, хмурясь. Женя медленно подняла свой взгляд, понимая, кого имел в виду её товарищ. Два взгляда встретились. Этери, не моргая смотрела на Женю. Рот Медведевой слегка приоткрылся, встреча была действительно неожиданной. "Даня же говорил, что её не будет. Да и в списках её не было. Что тогда она здесь делает?" - куча вопросов кружились в голове брюнетки, глядя на свою любовь. - Все в сборе? - оглянул Аксенов присутствующих, быстро пробегаюсь по всем глазами. - Начнем, - Этери нехотя отвела взгляд от Жени и сглотнула слюну. - Тутберидзе Этери Георгиевна - заведующая травмотологическим отделением больницы имени Пирогова. На повестке дня... - Этери говорила очень уверенно, но Женя даже не пыталась вникнуть в её слова. Девушка слышала только до боли любимый голос, который вызывал в ней мурашки. Когда взгляды девушек пересекались, Женя смотрела, как заворожённая, стараясь не шевелиться и не моргать, чтобы ничего не упустить. Чтобы насладиться этим моментом, когда родные карие смотрят на неё. Женя отметила для себя, что Этери действительно стала выглядеть хуже. Мешки, уставший болезненный взгляд, острые скулы и выделяющийся нос. Но Женя принимала Этери и такой. Она любила её любой. Даже внешний вид не отторгал девушку. Она соскучилась. Соскучилась по Этери. - Вопросы? - закончив свою речь, которая длилась уже добрых два часа, Этери выдохнула и окинула взглядом присутствующих. Женя первый раз отвисла и наткнулась на заинтересованный взгляд Чигирева. - Что? - шептнула девушка. - Тема то интересная, - Дима пожал плечами и показал десять листов исписанных страниц. Женя опустила взгляд на свою тетрадь, которая даже не открывалась. - А ты ничего не написала. - Задумалась, - Женя тяжело вздохнула и посмотрела в сторону Этери, но та уже скрылась из виду. Медведева начала крутить головой, судорожно пытаясь найти блондинку. - Да что с тобой такое, Жень? - Дима положил руку на плечо девушки, слегка пошатав. - Ты в порядке? - Где она? - прошептала Медведева, озираясь по сторонам. - Тутберидзе Этери Георгиевна где? - Я здесь, - слегка улыбнулась женщина, подходя из-за спины Жени, заставив ту дернуться и обернуться. - Какие-то вопросы? - Нет, всё понятно. Спасибо, - Женя поджала губы, а уголки предательски опустились. - Останьтесь после конференции. Вы сегодня ничего не писали. Я хотела бы знать причину, - Этери провела рукой по плечу любимой. Миллион мурашек по телу Жени вмиг пробежались, волна наслаждения от такого мимолетного действия заставила брюнетку чуть ли не захлебнуться от эмоций. Но Женя лишь кивнула. Дима тяжело вздохнул, подперев ладонью щеку. Когда Этери отошла, тот толкнул Женю в бок, привлекая внимания. После того, как девушка проводила взглядом женщину, она перевела взгляд на Чигирева. - М? - Что м? Фоткай и потом перепишешь. Прилетит же. М! - цокнул Дима и подвинул свою тетрадь. - Где витаешь? - Влюбилась, - Женя слабо улыбнулась и сглотнула ком в горле. - Влюбилась... - Жаль, что не в меня. Давай побыстрее, - Дима посмотрел по сторонам и вздохнул, увидев, что уже все собираются. - У нас вечером немцы. - Спасибо, - Женя кивнула и сфотографировала записи Димы, возвращая ему тетрадь. - Не пропадай, - подмигнул Чигирев и вышел из зала последним. Оставляя двух любящих сердец наедине.