Медовый запах нашего лета.

□□□

Пустота.

      Было ли у вас такое ощущение ужасной ненужности, когда в душе не то что кошки скребут, а огромными лапами какой-то зверь разорвал грудную клетку и роется в ней, пытаясь найти более лакомый кусочек боли? Внутри настолько паршиво и гадко, словно кто-то влил тонну дектя в органы. Лёгкие с трудом справлялись со своей функцией, то ли от липкого ощущения жизни, то ли от трёх пачек Чапман со вкусом ванили. В голове который час, какую уже секунду на счету, ужасным звоном и писком разрывает разум белый шум. Какой сейчас день? Сколько я спал? У меня ещë осталась еда? За окном буйный дождь или дикий ветер? Да и зачем все это надо знать? Смысла не было и не будет больше наверное.

      

Пустота. И ничего более внутри не находилось.

      А когда-то на этом поле, застиланном толстым слоем пепла былых чувств, росли прекрасные одуванчики чистой радости, и летали бабочки самой первой влюбленности. Как же было легко, как непринужденно, как нежно и по-детски. Под ярким июльским солнцем распускались маки счастья, тянулись подсолнухи надежд. Где-то в тени старой раскидистой черёмухи лежал потрепаный жизнью жёлтый плед, а на нём букет из бархатных ромашек, перевязанный голубой лентой, и толстый альбом, у которого все листы были посвящены лишь одному человеку, с обгрызаными в раздумьях цветными карандашами.       Как же хочется вернуться в то время, туда где было теплее всего, туда где на высокое небо смотрел с восхищением и застывшем дыханием от того насколько распирал воздух в лёгких от глубины и простора этого прекрасного мира. Достать обратно из уголков памяти ту неземную улыбку, которую мог подарить лишь один, которую не сможет заменить никто. Тогда было так просто, пару жевачек в кармане и пластыри на коленках, глупые шутки, разговоры в рассуждениях о размерах самого большого кота в мире, маленькая холодная ладошка, что так любила поправлять мои растрепавшиеся волосы обратно за ухо.       Когда я успел все потерять? В какой момент на моих ладонях остались только горстки белого песка времени оставшегося от наших каникул, проведённых вдвоём на качелях под той одинокой черемухой в поле за забытой самим богом деревней? Все чаще в моей голове начинают блекнуть образы тех мгновений, я начинаю забывать как выглядело то поле, которое мы изучили вдоль и поперек, начинаю забывать твой голос и смех. Но... Но в подсознание маленького Хван Хенджина навсегда останутся созвездия на щеках солнечного мальчика, поцелованного счастьем.

＊*•͙✩•͙*˚　˚*•͙✩•͙*˚＊

      Сплепящая яркость пробуждающегося восхода на горизонте заставила разлепить тяжёлые веки. Гребаный петух за окном рвал глотку прямо у самой форточки, а вот как он туда залез только черт и знает. Не хотелось двигаться и понимать что все это остаётся режущей реальностью, а не очередным миражом ужасного времени. Шея так болела из-за неудобной позы, что создавалось ощущение действительности моего прерванного сна.       Маленькая серая машина отца ехала одиноко по межгородней трассе, уходившей куда-то в даль нескончаемой лентой асфальта, на старой магнитоле было высвечено название последнего вышедшего альбома The Neighborhood, и спокойная тихая мелодия "West Coast", звучавшая из колонок, заполняла все пространство меланхоличным настроением. Папа что-то опять пытался со мной обсудить, ну или делал вид что хочет превратить свой монолог, об очередном провале на работе, в диалог со своим "любимым" сыном. Хах, даже во сне бесил этот его вездесущий эгоизм. В салоне автомобиля было неимоверно душно от запаха очередного дешевого ароматизатора, купленного где-то по дороге на заправке, открыв затонированое заднее стекло, в лицо ударил лучь света, а глаза непроизвольно зажмурились. В лазурной вышине, свободной от каждого кудрявого облочка, периливался диск жаркого солнца, что слепило как-будто бы намеренно.       На этом конец, точнее начало этого ненавистного нового дня. Уже неделю я контуюсь у бабушки в еë заведшалом домике на окраине улицы. Как же неимоверно скучно было проводить своё время здесь, бесило все: от жуков, ползующих везде где только есть возможность, до запаха книг, доживающих свои дни в слабых от коррозии времени переплетах. Где-то в другом конце коридора от комнаты, любезно предоставленной мне в пользование, слышалось шарканье изношенных тапочек и звон потертой керамической посуды. Мда, эти бабушки - интересные создания - встают ни свет ни заря и сразу бегут что-то делать: подметать пол, кормить скот, мешать тесто на блинчики и проверять как же там новая рассада, стоящая на полу в прихожей. Столько сил что даже завидно становится. А мне хотя бы оторвать свою задницу от мягкой скрипучей перины - просто неимоверный труд, ведь сладкий плен подушки казался максимально соблазнительн, но сон как назло ушёл из-за этого горластого кретина. Ужасное утро.       Все-таки поставив свои ноги на холодный деревянный пол, я почувствовал лёгкое покалывание в затекшей руке. Надо все же найти более удобную позу для сна. Бабушка постучала в дверь в тот же момент как треугольные часы с кукушкой пробили пятый час утра. В еë больших глазах, похожих на глаза раритетной куклы, за которой ведут охоту все коллекционеры мира, застыл немой, но такой понятный, вопрос: "Ты будешь кушать?".       Решив не прерывать звенящей тишины между нами, я просто покачал головой в согласном жесте и проводил еë глазами за дверь. С какой-то стороны мне даже жалко свою бабушку: она любила меня всем сердцем, наверное даже больше чем кого-то в нашей семье, каждый мой приезд сопровождался еë милой улыбкой и слезами счастья, то как она, не изменяя себе, каждый раз обнимала меня впервую же секунду и принималась оставить по двум чмокам на моих щеках, заставляло меня чувствовать что я нужен здесь - с ней рядом. Я - единственный человек в еë старческом одиночестве, как бы это больно не звучало. Наша семья не часто навещала еë в полном составе, чаще всего отец просто отвозил меня сюда в середине июня и забирал в конце августа, иногда приезжая вместе с мамой, не задерживаясь в деревне больше двух суток. Так что бабуля предоставляла всю свою заботу мне, в ответ я был примного ей благодарен, отвечал ей на еë нежность вежливостью и любовью, помогал в тяжелой работе по хозейству, иногда готовил нам что-нибудь легкое, конечно то что позволяли мне мои 13 лет.       В общем, в моих раздумьях о бренности жизни моей бабушки я не заметил как встал с кровати и натянул на себя шорты и футболку. Постель было лень заправить, но я все же заставил себя это сделать.       На кухне приятно пахло чаем с мятой и шоколадным печеньем, бабушка уже мило сидела за столом у окна с книгой и отпивала из своей кружки горячий напиток. Я отодвинул стул напротив и приземлился на него тяжелым грузом. Настроения все же не было совсем. Об мои ноги потерся кот, прося обратить на него внимание. Подняв его на свои колени и почесав за ушком, я взял свою чашку в руки настраиваясь на коммуникацию.       Я спросил очень хрипло о том что же читает она, правда казалось будто пробулькал как вскепевший чайник, но бабушка подняла свой взгялд сквозь круглые толстые очки на меня.       – "Волшебная гора", Томас Манн. Он чем-то мне как будто знаком, такой родной какой-то, роман этот то, как будто, вот прям из жизни моей его взяли. Хотя вроде ничего такого у меня и не было никогда... – дальше старушка продолжила свой монолог про сюжет книги, которую читала казалось уже в сотый раз. То с каким рвением она читала в минуты, когда позволяла себе отдых, приносило мне некое удивление.       Уже явно потеряв мысль бабушки, я погрузился в себя, пока на коленях довольно мурлыкал черный комок кота. Чай придал бодрости ума и чуток вернул настроение в русло "нейтральное". Ещё денек и я опять привыкну...всего денек и...       – Внучок, что-то ты совсем расскис у меня. Это не дело, допивай свой чай и ложись ещё полежи, рано же, а ты уже встал, – всего денек и я смогу погрузиться в общение с бабушкой, остаться здесь и отпустить что происходит в моей жизни хотя бы на два с половиной месяца. Бабушка замолчала на несколько секунд пристольно смотря на меня с волнением, как вдруг еë лицо сменилось прозревшей эмоцией, – Точно! Как же я так... Совсем забыла... Вчера же к моей подруженьке еë внук приехал в гости! Она так много о нем говорила, все про достижения его и что он только-только вернулся из другой страны с родителями. Думаю тебе надо будет с ним познакомиться, Джинни! Все, решено: сейчас немножко ещё поспишь, а потом сходишь развеешься чуть-чуть по деревне!       Прерикаться не хотелось, тем более идея с прогулкой звучала не так уж и плохо. За своими копаниями моего настроения и настроя на это лето я совсем не выходил на улицу, кроме как помочь бабушке конечно. Я молча кивнул на еë предложение. Ещё ни разу в этой деревне не было кого-то с кем я мог поговорить на равных, хотя есть возможность что этот таинственный внук окажется не тем кто мне нужен. И что же это за реклама такая? Достижения, другая страна.... Как будто свататься за него зовут, тьфу ты, ешкин кот. Поговорю с ним и все! По-любому зануда какой-нибудь в больших и разбитых очках, не видящий дальше своих учебников ничего! Ещё и не из наших мест, вдруг он будет ненавистником нашего народа, мне не нужны подколы на счет моего происхождения! Пред таким я даже распинаться не буду.... А если там амбал какой-нибудь? Сломает пополам и пиши пропало.... А я себе целый ещё нужен, будущее строить хочется.       Кароче, от этих представлений голова пошла кругом, а в душе поселился страх что даже надежда на единственного друга накроется медным тазом. Я быстро допил чай и, с котом в руках, ушел в свою комнату быстро кинув благодарности бабушке за легкий перекус. На часах уже было без пятнадцати минут шесть часов утра. М-да, все-таки я слишком рано встал.

☆*　*☆

      В полдень я уже вышел на крыльцо зевая от затянувшегося сна, все шесть часов я пролежал на одном боку в позе эмбриона, потому что проворливый кот занял пол матраса, а будить это прекрасное черное нечто не хотелось. Бабушки во дворе не было, но она бы предупредила отправившись куда-то далеко от дома. Наше далеко считалось дальше близжайших двух соседей, то есть два участка слева и справа от нашего. Нежно потянувшись на солнышке, я обратил взгляд на весевшие пару троек маленьких веников какой-то зелени у потолка на веревке. Бабушка сушила травы для чая, но сильнее всего в нос бил запах только-только сорванной мяты. Блаженно......       – Хенджин! Зайка, помоги мне пожалуйста! Я за сараем тут! – из наслаждений меня вытащил крик доносящийся за домом, и как только он уже узнала что я проснулся? Быстро нырнув ногами в шлепки я, пробежавшись по лестнице из 5 ступенек, помчался к бабушке. Зная еë если не поспешить она может поколечить себя: слишком активной она была для своих лет, настолько что не расчитывала свои силы и возможности иногда. Оказавшись перед входом в сарай я заглянул в темноту пытаясь разгледеть человечский силуэт. Тщетно. Но что-то заставило меня вскрикнуть и покрыться муражками....Бабушка подкралась сзади и ущепнула меня за бок! Вселенская нечестность.... – Что ж ты так визжишь как девчёнка, милый мой! – она ни капли не скрывала свою насмешку и тихое хихиканье, – Пошли, поможешь достать кое-что, я приготовила тебе маленький сюрприз.       Это заявление насторожило меня, клянусь будь на моей голове звериные уши они бы дернулись в возбуждении. Поспешив за бабушкой, я, по еë указанию, забрался наверх по лестнице на чердак и посмотрел что же мне нужно было спустить в качестве своего сюрприза. Маленькое уточнение и я уже знаю что "это" находится в дальнем правом углу под синей тканью. Хорошо. Аккуратно пробираясь сквозь кучи старья и банок для саленьев я увидел нужный предмет. Взмах руки, клубы пыли и песка, мой несдержанный чих и он предо мной. Красивый, может немного ржавый и повидавший жизни - велосипед. Я мог с точностью сказать что это именно тот, который был на фото с моим папой в его детсве. Бабушка часто рассказывала эту историю, о том как мой дед со своей очередной командировки в один прекрасный день приезжает с подарком для сына в виде новой модели велосипеда, из другой страны, под названием "Орленок". И сейчас он стоит и поблескивает для меня своим сигнальным колокольчиком. Наверное это была моя первая улыбка восторга и восхищения от происходящего за последние два года.       Дальше все как в тумане, мои благодарности бабушке, маленький ремонт и уход за цепью и рамой велика, переобувка в сандали на застежках....И сейчас я сижу на нем, сверху, первый нажим на педали и я отправляюсь в путь. Ветер в лицо и шелест листьев проносящихся мимо деревьев, звуки камней под шинами, маленькая тряска в руле. Боже какое же наслождение некой свободы я сейчас получал.       Минут 10-20 я рассекал на своем новом друге по дорогам маленькой деревушки, разгоняя птиц и встречая редкие улыбки прохожих. Прекрасно. Руки как-то сами отпустили руль и развелись в стороны ради того чтобы почувствовать все уголки этих забытых мной эмоций, голова на пару секунд поднялась в небо, а веки прекрылись, крик на заднем фоне звуков....Стоп....Крик?!?       Я быстро возвращаю внимание на дорогу перед собой и понимаю что еду прямо на какого-то человека, но он не убегал куда-то, он что не видел меня? Руки попыталсь среагировать и взять все в свой контроль, но тормаза не работали! как так, все же проверил прежде чем ехать, а про них забыл! решения лучше не было как свернуть в канаву под ближайшие кусты. Бабах! И я валяюсь, мир верхтормашками и слышен спешный топот в мою сторону. Этот человек бежал ко мне.       – Боже, боже, боже, боже! Ты ранен?! Сотрясение есть?! ты меня слышишь?! Пожалуйста не покидай нас ты еще так молод! - ох, последняя фраза явно была лишней, и я обратил свое внимание на говоряшего. Лучше бы я этого не делал. Это был мальчишка моего возраста, хотя больше походил на какого-то бога... Черные как смоль пушистые волосы казались мягким одуваном через которое святило солнце, маленькое узкое личико побледнело от испуга и пухлые алые губы с маленькой ранкой в углу немного дрожали. Глаза в которых читался испуг, наверное он был готов заплакать от волнения, но держался... и что добило меня,так это россыпь мельчайших прелестных веснушек на щеках и носике. Наверное я отлучился из этого мира надолго,ведь мальчик уже тянул свои руки ко мне чтобы помочь встать, – Прости меня! Я такой невнимательный! Ответь мне хоть что-нибудь!       Ох, он определнно точно волновался за меня, но из рта как назло не смогло выйти и звука. Его холодные руки помогли мне встать на ноги и поднять велосипед, к счастью и он, и я были целы без единой царапинки. Что правда не скажешь о моем несчастье рядом, вот-вот и мальчуган расплачется, его немного потряхивало, он мило закусывал свою губу, с надеждой смотря в мои глаза. Надо было быстро действовать и делать первое что взбредет в голову.       – Я Хенджин, не плачь, все в порядке! Солнце не умеет плакать в ясный день. А сегодня ясный день, видишь, - палец указал на небо. Да-а, самое лучшее что я мог сказать сейчас - это именно эти слова......