Три учебных

Слабые солнечные лучи лениво проникают сквозь неплотно задернутые светло-зеленые шторы. Весь актовый зал погружен в полутьму, лишь в конце, где нет стульев, площадка залита светом из открытых окон. Спереди сцена подсвечивается легкими лампами. По словам нашего замдиректора и по совместительству учителя истории Евы, как ее с любовью «обозвала» вся школа по инициалам, такой свет выгоднее выглядит, потому как солнце сейчас нестабильно проявляет себя: то вовсю слепит глаза, то дает тебе почувствовать, как будет выглядеть конец света. А вообще, Ева наш самый любимый учитель, но об этом не сейчас. Мы стоим на сцене – нас четыре пары, мальчик-девочка, выпускной вальс как-никак. Ну это мы про себя так его называем, чтобы поплакать, а учиться-то нам ещё два года (кроме Сёмы, уходящего в ПТУ. Но мы его очень любим!). Правда класс наш будет уже не вместе – все по разным профилям, да и дай Бог, чтоб все прошли. А жаль, мы успели друг к другу хоть немного, но прикипеть. Хорошие мы ребята. За компом невдалеке от нашего подиума сидит Пашка, окрестованный Евой по гордому звукачём. Ему и то в радость – уроки все просиживает тут, нам помогает. И сейчас, по команде нашей старосты Дельки включает нашу заунывную «Взлетай». Ну, хотя б не Гречка, а то мы бы с первой репетиции рыдали все. Выходят певцы на центр под руководством всё той же Дели, а мы с Антошкой и Настей, партнёр которой на очередных соревнованиях (это при том, что до последнего звонка три учебных!), стоим за кулисами. Ну, как стоим. Антоха лезет на непонятно откуда взявшуюся стремянку в небеса, я её держу, а то убьётся ещё, так хоть мне спокойнее будет. Настька вообще куда-то срулила по закулисной проходке – это такой темный узкий коридорчик прямо за сценой с исписанными стенами и всяким хламом. Наверняка с Варькой там биологию обсуждает – на врачей идут. Оглядываюсь на ту сторону кулис – верно, Вари нет, Андрей одиноко тускнеет в темноте сцены позади Аринки с нашим Сёмкой, которые вовсю смеются с очередной фигни. Хохоталки, ей-Богу. Оп, певцы оттягиваются по бокам – верный знак, что нам скоро выходить. Зову Настю, а про себя отсчитываю второй проигрыш – мы с Антоном выходим первые, тайминг запарывать нельзя. Люблю эту часть танца – я спереди всех, правда смотрю на пока что пустующий зал с Евой в первом ряду и англичанкой Воронцовой в проходе. Расходимся. Начинаем кружится, певцы тянут грустную, а тут самая легкая поддержка – помнится, мы из-за неё спорили. Кружим вальс по большому квадрату, оп, свадебная, как мы её прозвали. Опять кружим вальс, с Тохой идеальный коннект, хороший он парень. А дальше – самая красивая завершающая. Невъебическая, на первый взгляд, очередная поддержка. Закидываемся, кланяемся, уходим. Ева оценивает на «супер-пупер», Воронцова поддерживает. Звукач Пашка кайфует на кресле, улыбаясь нам. Собираем вещи, на историю можно не идти – Ева доставила оценки за три эклера, которые Тошка купил, когда мы с ним гоняли с прошлой репетиции. В школе пусто и тихо – все разошлись, только ашки остались прогнать свой флешмоб. После темного актового залитая солнечным светом рекреация перед дверью ослепляет. Мы с Тохой щуримся и улыбаемся. В школе до невозможного хорошо и тоскливо – тепло конечно, но доходит осознание неизбежного. Три учебных. Завтра сдаём книги. Это почти конец. А дальше, через два года, совсем другая и невероятно пугающая жизнь. Не хочется нам пока отпускать хоть и намного меньшую, чем классе в седьмом, детскую беззаботность. Но остается три учебных.