Lilac blossoms

13.10.2016

Чон Чонгук возглавил клан, когда ему было всего восемнадцать лет. Единственный сын старого мафиозного авторитета Кореи вернулся домой, чтобы продолжить дело отца, который ушел в отставку. Далеко не всем нравилась власть Чонов, и отставка старика показалась отличной возможностью для смены правящего клана. Молодому альфе пришлось нелегко на пути утверждения себя как лидера среди кланов и влиятельных семей страны. Многие склонились, а неугодные продолжали трепыхаться, ожидая своего часа. Семья Пак являлась одной из уважаемых в Корее. Небольшой клан всегда был верен правящей семье. В один из осенних вечеров Чон Чонгук наведался к главе семейства, чтобы напомнить, кому они служат. Встреча оказалась весьма тёплой, почти семейной. — Прошу прощения за лишний шум, — высокий мужчина в чёрном костюме расхаживал по гостиной дома, вокруг которого десятки человек лежали, уткнувшись лицом в землю. — Господин Чон, — глава семьи Пак заметно нервничал, ведь сейчас в доме находился его малолетний сын, — если бы Вы нас предупредили о визите, то мы бы подготовились подобающе. — Не стоит, — Чонгук присел за обеденный стол, перед которым выстроилась вся семья. — До меня начали доходить известия, что вы ведёте дела с семьёй Ким, — Чонгук выложил перед собой на стол револьвер, показывая свой настрой. — Это всего лишь бизнес, не более. Я не могу отказаться от клиентов из-за ваших разногласий, — альфа заметно напрягся, периодически поглядывая на второй этаж, где спал его сын. — Хм, ты у нас, значит, бизнесмен, — на лице Чонгука сложно было прочитать, злится он или усмехается, ведь лицо не выражало ни единой эмоции. — Посоветуй мне, как лучше вести бизнес. С одной стороны семья X, преданная моему клану, которая готова вести дела на моей территории и на моих условиях, — Чонгук продолжал играть с магазином револьвера, словно в его руках игрушка, а не огнестрельное оружие, — а с другой стороны семья N, которая ведет дела с моим конкурентом прямо у меня под носом. Кого мне следует оставить, а кого устранить для процветания моего бизнеса?! — Господин Чон, — неожиданный удар ногой заставил главу семьи Пак рухнуть на колени, — прошу Вас, мы можем решить все без… — Папа! — со второго этажа донесся детский голос. — Быстро в свою комнату! — прокричал мужчина, которого тут же дернули назад. — Кажется, мы разбудили твоего сына, — Чонгук кивнул своему человеку, который тут же поднялся по лестнице, чтобы взять на руки ребенка. Мальчишка не захотел идти и начал вырываться, но Юнги был непреклонен. Схватив ребенка подмышку, мужчина спустился под крики и мольбы отца. — Господин Чон, отпустите его, прошу! — взмолился Пак. — Он всего лишь ребенок. На лице Чонгука появилась недобрая улыбка, которая пугала до жути, учитывая обычную безэмоциональность. Альфа знал, что старый упёртый Пак вряд ли согласится так просто отказаться от своего бизнес-партнера, на него придётся надавить. Мальчишка проснулся как нельзя вовремя. Играть на слабостях у старика, угрожая ребёнку, не красит Чонгука, но он чертовски устал наводить порядок на своей территории. Пока он топит и дрессирует одних крыс, другие вылезают из новых щелей. Юнги неаккуратно опустил мальчишку рядом с отцом, который тут же его обнял. — Господин Чон, прошу Вас, он всего лишь дитя. — А это всего лишь бизнес, — Чонгук повторил фразу, которую сказал сам Пак парой минут ранее. — Подойди, — властным голосом приказал альфа, указывая на маленького омегу. — Нет! — Альфа перехватил мальчика, прижимая к себе. — Господин Чон, мои дети тут ни при чем. Прошу Вас, оставьте. Давайте решим дело по-другому! — Альфа низко поклонился, показывая свое уважение и покорность, все еще заслоняя собой ребенка. — Подойди, — более требовательным голосом приказал Чонгук. Посмотрев на отца, потом на Чонгука, омежка все же ринулся вперед, освобождаясь от рук родителя. Шлепая босыми ногами по кафельному полу, он подошёл почти впритык к альфе. — Как тебя зовут? — спросил альфа, чуть наклонившись к ребёнку. — Пак Чимин, — спокойно ответил омежка, внимательно рассматривая Чонгука в ответ. — Давай с тобой немного поболтаем, Пак Чимин, — Чонгук поднял ребенка и усадил на колено. Он хотел лишь немного попугать паренька, чтобы его отец согласился на все условия без лишней траты времени. — Ты меня боишься, Чимин? — альфа инстинктивно склонился ближе, чтобы понюхать омегу. Вдруг выражение его лица переменилось, тепло от вдыхаемого запаха, словно мёд, разливалось по внутренностям альфы. Чарующий запах сирени, который исходил от мальчишки, пленил сознание Чонгука. «Не может быть» — подумал альфа, делая еще один глубокий вдох. Здесь и сейчас он почувствовал себя счастливее, чем когда бы то ни было. Этот маленький сонный омежка волновал его сердце, которое билось оглушительно громко. — Нет, ты не страшный, — по-детски наивно ответил Чимин. — Вот только шрам, — маленькие ручки потянулись к щеке, где красовался еще не заживший шрам от недавней перестрелки. Стоящие вокруг люди клана Пак ахнули. Вряд ли Чимин понимал, кто сейчас перед ним сидит. Чонгук и сам не понимал, кто перед ним сидит и почему ему не хочется отстраниться от ладони, а, наоборот, так и тянет к ней прильнуть. — Он скоро заживёт, не переживай, — едва слышно посмеялся альфа. — А как зовут тебя? — маленький Чимин поерзал на широком бедре, усаживаясь удобнее. — Чонгук, — альфа, как замороженный, смотрел на ребенка. — Просто Чонгук?! — удивился Чимин. — Чон Чонгук, — альфа не переставал разглядывать мальчишку: носик кнопочкой, вьющиеся темные волосы и смешные глаза с чёрной каёмочкой вокруг. — Ты знаешь, кто я? — Нет, — покачал головой омежка, неосознанно подвигаясь еще ближе. — Я твой альфа! — Чонгук не отводил взгляд, продолжая жадно вдыхать запах Чимина. По залу пробежался удивлённый шепоток. — Нет! — едва успел вскрикнуть папа Чимина, прежде чем его дернули назад, закрывая рот. — Мой альфа?! — совсем не удивляясь, омежка рассматривал рисунок, вышитый золотыми нитками на галстуке, болтая босыми ножками. — Ты знаешь, что это значит? — Чонгук накрыл ладонью ножку Чимина, согревая своим теплом. — Это значит, что ты будешь меня любить, — омега говорил очень смело и открыто, что очень удивляло всех окружающих. Большинство бы сочли это за дерзость и неуважение, Чонгук же подумал о том, насколько он честен и невинен. — И ты меня заберёшь? — альфа мог поклясться, что видел надежду в маленьких черных глазках. — Заберу, — сердце главы Пак упало, прекращая биться, — но не сегодня, — альфа гладил ребенка по голове, заправляя непослушные волосы за ухо. Он еще не до конца осознал происходящее, но он точно знал, что Чимин должен быть рядом с ним. — А когда? — Чимин прижался щекой к груди Чонгука, борясь с подступающим сном. — Сколько тебе сейчас лет? — Чонгук уткнулся носом в копну черных волос. — Завтра будет одиннадцать, — зевнул Чимин. — Я заберу тебя, когда тебе исполнится восемнадцать, — Чонгук поднял обнимающего его за шею ребенка и направился к лестнице. — Когда ему исполнится восемнадцать, — повторил он громче для всех членов семьи Пак и направился в спальню, чтобы уложить своего омегу спать. С этих пор семья Пак находилась под защитой семьи Чон, хотят они того или нет.

13.10.17

Они договариваются, что Чонгук может приезжать только раз в год. Такое решение было принято совместно с родителями омеги, чтобы тот мог жить нормальной жизнью, расти как обычный ребенок. Глава семьи Пак в ярости от происходящего, но сделать ничего не может. Как и Чонгук, который чтит закон и традиции, да и не посмел бы лишить Чимина родителей и детства. Они встретились в неподходящее время, но теперь не могут друг без друга. Компромисс, который не устроил никого. Так проходит мучительно долгий год. Чимин спрашивает о странном незнакомце почти каждый день, родители увиливают от ответа в надежде, что Чонгук ошибся. Может, он уже нашел кого-то другого и забыл про их сына. Чимин еще маленький, он забудет, у него впереди целая жизнь и много прекрасных альф, куда лучше криминального авторитета. В холодный октябрьский вечер черные автомобили подъезжают к дому семьи Пак. Двенадцатилетний мальчишка срывается с подоконника, на котором сидит в ожидании незнакомца каждый вечер. — Ты приехал! — раздаётся голос мальчика среди напряжённой тишины гостиной. Люди Чонгука заполонили весь двор и, кажется, даже первый этаж. — А ты меня ждал? — Чонгук лучезарно улыбался мальчишке в смешных пижамных штанах. — Ждал, но я не знал, когда ты приедешь, — Чимин стоял у лестницы, с которой только что спустился, не решаясь подойти ближе. — Родители тебе не сказали? — Чонгук перевел суровый взгляд на главу семьи Пак, на котором лица не было из-за переполняющего его гнева. — Прогуляемся?! — Я не разрешаю вам покидать дом! — процедил сквозь зубы отец, накаляя атмосферу еще больше. Чонгук не удостоил его ответом. Наконец-то разомкнув долгие объятия, он вручил Чимину большую игрушку-обнимашку в виде трехцветного кота. — Спасибо, я буду с ним спать, — обрадовался омега. Чимин подрос за год, сейчас он доставал Чонгуку почти до плеч. Пока люди Чон и Пак играли в опасные гляделки, готовые перестрелять друг друга, Чимин неспешно подошёл к Чонгуку, взяв его за руку. — Во дворе есть качели, покатаешься со мной? — Все что угодно, радость моя, — Чонгук не мог объяснить, как он может испытывать такие глубокие чувства к еще совсем маленькому человечку. Он понимал, почему отец Чимина был против, помимо очевидной опасности. Люди представляли себе связь альфы и омеги, основанную на животных инстинктах. Похоть и желание обладать другим человеком, но Чонгук чувствовал не это. Его переполняло удушающее чувство заботы и любви. Если бы альфа только мог, он бы схватил Чимина и спрятал у себя под полами пальто, скрывая от всего мира, и никогда бы не отпускал. Он бы носил его на руках, не выпуская из объятий, чувствуя его запах с каждым вздохом. Весь этот год он не мог даже нормально дышать, лишь сейчас, держа крохотную ручку в своей, он может вздохнуть полной грудью. — Кто все эти люди? — спросил омега, пока глава клана Чон завязывал ему шнурки на кроссовках. — Моя охрана. — Чонгук присел на деревянную качель под старым дубом, давая Чимину возможность самому решить, куда он сядет. Подумав секунду, омега забрался на колени, чем очень обрадовал альфу. — Почему тебе нужна охрана? — Чимин пристально смотрел на Чонгука, сомневаясь в его существовании. Ведь он так долго не приезжал, и в какой-то момент мальчик уже начал сомневаться, не сон ли это был. — Не всем людям нравится то, что я делаю, — Чонгук накинул пальто на Чимина, чтобы тот не замёрз и прижался немножечко ближе. — Например, моему папе? — омега обернулся, рассматривая окно, из которого на него смотрела пара глаз. — Например, твоему папе, — Чонгук усмехнулся словам догадливого омеги. — Почему ты приехал так поздно? — голос омеги прозвучал грустно и даже немного с укором, отчего внутри Чонгука все сжалось. — Я хочу, чтобы ты приезжал чаще, — неожиданно Чимин потянулся к шее альфы, крепко его обнимая. — Ведь ты сказал, что ты мой альфа. — Твой! — Чонгук обнял омегу в ответ, вдыхая едва заметный запах распускающейся сирени, - но сначала ты должен подрасти. С этих пор каждый день был наполнен ожиданием новой встречи.

13.10.18

Чонгук принял душ на скорую руку, скидывая залитую чужой кровью рубашку на пол. Он уже опаздывал на встречу к Чимину. Разборки в портовом районе затянулись, мелкая банда решила толкнуть партию метамфетамина на территории семьи Чон. Чонгуку пришлось лично разбираться с ними, потому что это уже не первая партия, которая всплывала в городе. Нужно с этим покончить раз и навсегда. — Юнги, ты что, резко стал законопослушным гражданином?! — Чонгук нервно барабанил пальцами по колену. — Никак нет, — отрицательно покачал головой Юнги, напрягаясь. — Тогда нажми на газ, — Чимин будет очень расстроен, что Чонгук опаздывает. Он не переживет расстроенного взгляда этих бездонных глаз. Альфа выскакивает из машины еще до того, как она тормозит у дома Пак. — Господин Чон, вы забыли! — окликнул его Юнги, выбежавший вслед за ним с квадратной коробкой. Чонгук вопросительно посмотрел на него, но все же взял коробку. Остановившись у двери в комнату Чимина, Чонгук поправил ворот чёрной рубашки, пригладил выбившиеся из причёски волосы. Наконец, переведя дыхание, он постучал в дверь. — Малыш, — Чимин сидел за письменным столом, склоня голову над тетрадкой. — Ты опоздал! — недовольно пробурчал омега, не поднимая взгляд. — Прости, меня задержали дела, — Чонгук опустился на колени рядом со стулом, чтобы заглянуть в обиженные глаза. — Угу, — промычал Чимин, делая вид, что пишет что-то на листке. — У меня есть кое-что для тебя, — Чонгук подтолкнул к нему коробку, полную эклеров. — Взятка?! — с серьёзным видом сказал омега. — От трёх до пяти лет плюс штраф в размере конфискованной суммы. — Не слушай разговоры своего брата, он тебя хорошему не научит, — Чонгук тихонечко посмеялся, когда Чимин все же открыл коробку с эклерами, не справившись с искушением. — Это тебе Юнги сказал, что я их люблю? — не очень разборчиво произнёс омега из-за эклера во рту. — Кто?! — альфа прокашлялся, будто бы не понимал, о ком идет речь. — Да брось, Чонгук, я же не ребенок. — недовольно цокнул Чимин. — Юнги — это один из твоих нянек, которых ты ко мне приставил. Ты правда думал, что я не замечу? — И что же ты заметил? — альфа действительно приставил охрану к Чимину, чтобы не волноваться, да и знать, что он делает. Получая ответ каждый день, он мог быть чуточку ближе к своему омеге. — По понедельникам, средам и пятницам за мной следит Юнги, по вторникам и четвергам — тот высокий с широкими плечами. Еще иногда за мной приходит один смешной, он очень говорливый. — Хмм, похоже, мне надо поменять людей, раз ты их смог так легко обнаружить, — Чонгук удивился, ведь его люди первокласные телохранители, многие из которых военные и умеют быть незаметными. — Не надо, они мне нравятся, особенно Юнги, — омега принялся жевать уже третий эклер. — Чем же тебе нравится Юнги?! — альфа еще больше удивился от выбора симпатии Чимина. Мин Юнги был суровым, закрытым и весьма жестоким. Он был лучшим среди людей Чонгука, чаще всего самого Чонгука сопровождал именно он. — Он милый, часто помогает мне делать уроки и приносит вкусняшки, — довольно улыбался юноша. — Кажется, что он нравится тебе даже больше, чем я, — Чонгук состроил грустное лицо, делая вид, что его это задело. — Нет-нет-нет, — омежка перепугался и даже подскочил со стула. — Ты не так все понял. — Ничего, такое бывает, — альфа продолжал играть свою роль, — я понимаю. — Да нет же! Нет! — Чимин залез на кровать, рядом с обиженным Чонгуком. — Мне нравишься только ты! Ты, — омега обхватил его лицо руками, поворачивая в свою сторону. — Только ты! — Тогда почему ты все еще не обнял меня?! — омега перекинул ногу через Чонгука, взбираясь на колени, и крепко обнял альфу. Наконец-то все внимание Чимина принадлежало только ему. После этого вечера никто из людей Чонгука больше не скрывался, они в открытую охраняли Чимина. Особенно Юнги, который продолжал носить юноше вкусняшки.

13.10.19

Чонгук не может налюбоваться на своего омегу, из милого мальчишки он превращается в очаровательного юношу. Пухлые щёчки сходят на нет, смешная детская пижама тоже отходит на второй план. Альфа заметил, что Чимин сменил причёску и начал наносить лёгкий макияж. Даже манера речи немного изменилась. Он и не думал, что сможет влюбиться в него еще больше, ведь он и так пленен Чимином на всех уровнях, но это происходит. С каждой встречей сердце еще больше переполняется любовью. — Чонгук! — уже третий раз зовет Чимин, — ты меня вообще слышишь?! — А, да! Прости, я залюбовался, — глава самого опасного клана, который держит Сеул в страхе, сейчас сидит и глупо улыбается, глядя на омегу. — Ты несерьёзен! — Чимин складывает руки на груди, показывая свое недовольство. — Серьёзен как никогда, — альфа пытается перевести все в шутку, ведь он не слышал ни единого слова. Все это время он разглядывал пухлые губы Чимина и пушистые ресницы. — Так ты мне поможешь? — с надеждой спросил Чимин. — Все что угодно, радость моя, — Чимин восторженно обнимает Чонгука, проскальзывая руками под пиджак. — Я так рад, папа сказал, что тут даже ты мне не поможешь. — Помогу в чем?! — невзначай переспросил Чонгук, целуя в макушку. — Убрать одного человечка, — все еще детским голосом ответил Чимин, прижимаясь щекой к тёплой груди альфы. — Конечно, мой маленький, — одурманенный запахом сирени Чонгук не сразу понимает смысл сказанных слов. — Подожди, что?! — Что?! — Кого ты хочешь, чтобы я убрал?! — немного напрягся Чон. Не то чтобы для него это была проблема, один звонок и этого человека нет, а может, и всей его семьи. Просто странно слышать такие речи от его маленького ангела. — Учителя математики, — Чонгук отодвигает от себя омегу, держа за плечи. — Чимин! — альфа требовательно смотрит на Чимина в ожидании объяснения. — Ну, Чонгук, без него мир станет лучше! — начал канючить омега. — Он всю душу из меня вынул! Он уже третью двойку подряд мне ставит, козел! — Мы не можем убивать всех твоих учителей просто потому, что они ставят тебе плохие отметки, — из-за спины Чонгука послышался смешок Юнги, который прекрасно помнил, что Чонгук по юности мог порешить и за меньшее. — Он не учитель, он демон! — распалялся еще больше Чимин. — Ну пожалуйста! Пусть Юнги хотя бы ему ногу сломает, может, он тогда мне разрешит пересдать эти сраные пропорции с процентами. — Чимин, так проблемы не решаются! Надо просто выучить материал и все сдать, — пришить учителя он всегда успеет. Чонгук пытался делать вид, что не замечает Юнги, которого перекосило от смеха. — Давай я тебе помогу. — Как, если я не понимаю! — через десять минут во дворе дома Пак стояло 50 людей в черных костюмах. — Вот смотри, тут 50 человек, значит 100%, — объяснял альфа, стоя с Чимином на балконе, пока его люди послушно выполняли все, что он прикажет. — Все задачи на пропорции — это вопрос, какая часть от целого, где целое это 100%. — Тааак, — протянул Чимин, наблюдая за тем, что происходит. — 25 человек, — альфа кивнул, и люди отошли в другую сторону, — это половина от прежнего целого, то есть 50% от 100%, — Чонгук объяснял очень терпеливо и дотошно. — Так, значит мне нужно понять, какая это часть от ста! Если у меня 50 человек, — подхватил Чимин, и люди вновь сошлись, — а мне надо узнать, сколько людей входят в 20% от 50 человек?! — Значит твои 50 человек это 100%, — напротив кучки стал человек с табличкой 100%. — А 20 человек, — тут присоединились еще люди с табличкой Х, — это неизвестное, которое надо найти. Мы решаем пропорцию крест-накрест. 50 умножаем на 20 и делим на 100. — Получается 10, — сообразил Чимин. — Значит, в 20% от 100% входят 10 человек, да? — омега повернулся в кольце рук Чонгука, чтобы удостовериться в правильности ответа. — Ты все верно решил, — похвалил Чон, наблюдая за омегой. — Если представлять, то становится понятно, — обрадовался омега, — а то все эти буквы с цифрами. — Хочешь, можем еще дроби повторить?! — предложил Чонгук, думая, что у него как раз на примете есть парочка человек, которых можно разрубить на части. — Чонгуууук, дроби в начальной школе проходят, — весь оставшийся вечер Чонгук помогал Чимину с домашним заданием. После их образовательного вечера преподаватель по математике согласился на пересдачу. Сложно поспорить, когда тебе приставляют дуло к виску.

13.10.20

Чимину стукнуло пятнадцать лет, переходный возраст во всех его лучших проявлениях. Омега спорит и ругается с учителями и родителями. Он не слушается, постоянно попадает в передряги и почти не вылезает из-под домашнего ареста. Глава семьи Пак пару раз готов был самолично набрать Чонгуку, чтобы он приехал и поговорил с ним. — Чонгук! — омега вылетает из комнаты, едва успев натянуть на себя рваные джинсы и мешковатый свитер. — Я так ждал тебя! — Чимин кидается на шею к альфе, не давая продохнуть. Он скучает, скучает каждый день. — Мой маленький, я тоже по тебе скучал, — Чонгук расплывается в такой редкой улыбке. Он, как и Чимин, ждет этого дня с замиранием сердца. — Ты покрасил волосы? — альфа слегка удивлён цвету спелого персика. — Тебе не нравится?! — в момент смурнеет Чимин. — Мне нравишься ты, с волосами и без них, — альфа зарывается носом в шею омеги, наконец-то вдыхая родной запах, чем вызывает громкий смех омеги. — Щекотно! — Чимин проводит ладошками по плечам и рукам альфы и вновь обнимает его. Холодный нос уткнулся в ямочку на шее, пальцы зарылись в короткие волосы на затылке Чонгука. «Он вырос» — подумал альфа. Прикосновения Чимина становятся более требовательными и откровенными, он уже не ребенок и в нем просыпается омега. Пак не замолкая рассказывает ему про школу, друзей, академию танца, утаивая лишь все шалости, о которых Чонгук наверняка знает, но времени слишком мало, чтобы тратить его на такие мелочи. — Кхм-кхм, — их прерывает папа Чимина, вошедший в комнату. — Нееет, — жалобно протягивает омега, хватаясь за шею Чонгука, не желая отпускать. Он все также сидит у него на коленях, пока альфа греет его босые ноги в горячих ладонях. — Не уходи, пожалуйста. — Не расстраивайся, ты же знаешь правила, — Чонгук целует его в лоб, щеки и нос. — К херам такие правила! — Чимин в секунду ощетинивается, с ненавистью глядя на отца. — Такие грубые слова не идут твоей милой мордашке, — Чонгук запускает пальцы под свитер, начиная щекотать омегу. — Кхм-кхм, — опять прерывает их папа Чимина. — Господин Чон, я бы хотел узнать ваше мнение. — Конечно, что произошло? — альфа замечает, как глаза Чимина расширяются и он притихает. — Как вы относитесь к внеклассным урокам Чимина по угону автомобилей? — альфа строго смотрит на своего сына. — Ты угнал автомобиль? — между бровей альфы залегла недобрая складочка. Чимин молчит, прижимая ушки, словно нашкодивший щенок. — Малыш, — тихонечко шепчет на ухо альфа, — если я еще раз услышу что-то подобное, я выпорю тебя до бордовой задницы. — Чонгууук, — жалобно скулит Чимин. — Ты меня понял?! — омега кивает, получая шутливый укус в плечо. На следующий день к воротам подъезжает новенький автомобиль с Юнги в роли водителя. Он отвозит и привозит Чимина из школы, а по пути учит юношу, как правильно водить машину, уходить от погони, гонять по трассам и не попадаться. Когда омеге исполняется шестнадцать, Чонгук дарит ему Volvo (ведь это самый безопасный автомобиль).

12.10.21

Чонгук дико устал, ему едва ли хватает сил на существование без любимого омеги. Все эти годы, пока Чимин рос и жил полной жизнью, альфа поставил свою на паузу. Каждый день в режиме ожидания, лишь бы поскорее увидеть его. В один из вечеров он срывается к нему, не в силах больше терпеть. Чонгук знает день и час, когда они смогут встретиться, но становится слишком все равно. — Господин Чон, мы ждали вас только завтра! — говорит глава семьи Пак. — Мне надо его увидеть! — не желая слушать, Чонгук взбирается по лестнице, перешагивая через несколько ступеней за раз. — Конечно, но он…- альфа не слышит окончание фразы, он уже стучит в дверь комнаты Чимина. — Малыш! — на удивление альфы, дверь оказывается закрытой. Чонгук дергает за ручку несколько раз, но тщетно. — Чимин, это я! — Уходи! — раздаётся недовольный голос из-за двери. — Чимин, ты в порядке? Открой, пожалуйста, дверь, — просил альфа, продолжая терпеливо стоять у двери. — Прекрасно! Просто фантастически! Счастливее меня только труп во время похорон! — Чимин на грани, он грубит и хамит всем, в том числе и Чонгуку. — Открой дверь, я хочу поговорить! — альфа настойчивее постучал в дверь. — А я не хочу! Не хочу говорить с тобой и видеть не хочу! — Чимин, открой эту чертову дверь, пока я ее не вышиб, — альфа терял терпение, не понимая, что происходит. — Конечно, вышибай, сраный эгоист! Сделай мою жизнь еще прекраснее! — Чимин кричал через закрытую дверь. — Это все из-за тебя! — Ты нарываешься, Чимин! — Альфа метался у двери, как раненый зверь. — Да пофиг! Оставь меня в покое! У тебя же всегда есть дела поважнее меня! — Чонгук делает пару шагов назад, чтобы наконец вышибить дверь, но все же оставляет эту мысль. Они вряд ли смогут сейчас поговорить нормально, ему не стоило идти на поводу у своих кричащих инстинктов и приходить. — Как знаешь! — ударив дверь еще раз, разъяренный Альфа спустился по лестнице. Прислуга и охрана, да что там, кажется, вся соседняя улица — все слышали их ссору. Люди расступились, не осмеливаясь поднимать глаза. — Чонгук! — вдруг раздаётся заплаканный голос Чимина, летящего вниз. — Маленький мой, — омега прыгнул в объятия альфы, который уже забыл о всех обидных словах, сказанных ранее. — Ну, что такое? — Чимин горько заплакал у него на плече, содрогаясь от рыданий. И Чонгук позволил ему быть слабым и беззащитным в его крепких объятиях. — Забери меня! Пожалуйста! — всхлипывал Чимин, не разрывая руки за шеей у альфы. — Пожалуйста, забери! — Ты же знаешь, что я не могу, — у Чонгука сердце кровью обливалось. Он еще крепче сжал хрупкое дрожащее тело. — Что случилось?! Отец сказал, что ты прогуливаешь школу и не выходишь из комнаты, я совсем тебя не узнаю. — Ненавижу, ненавижу их всех! Они мне не верят, не верят, что ты мой альфа. Говорят, что я все себе придумал, — Чимин говорил очень быстро, периодически всхлипывая. — Но это ведь не правда! Я твой омега, а ты мой альфа! Ведь так? — Конечно, — Чонгук мягко улыбнулся, вытирая скатывающиеся по щекам слезы, совсем не ожидая, что в следующее мгновение Чимин поцелует его. — Ты мой! — омега накрыл ладонями лицо Чонгука и прижался губами к губам альфы. Он поцеловал его! Невинно, робко и совсем неумело. — Мой! — повторял вновь и вновь омега, лишь на секунду отстраняясь. Чонгук замер, не зная, что делать. Пока окружающие и сам Чонгук потеряли дар речи, Чимин продолжал целовать, словно путник, добравшийся до источника после долгого путешествия. — Чимин, подожди, — Чонгук попытался отстранить омегу. Все не так, все должно быть совсем не так. Это ведь их первый поцелуй. Он хотел, чтобы первый поцелуй Чимина был особенным для него. — Я не хочу ждать, я не могу больше ждать, я уже и сам не верю, что я твой, потому что я всегда один! — Чимин обессиленно повис на руках у альфы, отказываясь бороться и с ним тоже. — Посмотри на меня, — Чонгук приподнял подбородок омеги, — ты моя луна и звезды, ты мой свет и моя тьма, ты смысл моего существования, ты мой омега! — и, наплевав на стоящих рядом людей, Чонгук поцеловал его так, как он всегда хотел. Страстно, чувственно и невероятно долго. Прижимая к себе за талию, альфа целовал его. Такой нужный и родной, наконец, Чимин чувствует себя любимым и желанным. С этого дня отец Пак разрешает Чимину писать. И он пишет, пишет каждый день. Сотни сообщений, на каждое из которых приходит ответ от Чонгука.

13.10.22

Как-то раз Чонгук с Юнги вляпались в знатную передрягу, когда еще был жив его старик. Они попали в засаду, враг окружил их. Помощи ждать было неоткуда, да и патроны кончались, но хуже всего было осознание того, что если даже они выживут, отец лично прибьет Чонгука. Но даже в той ситуации, когда он был на волосок от смерти, альфа так не нервничал, как сейчас. Сегодня у них с Чимином первое свидание. Омеге исполнилось семнадцать лет, и отец разрешил им наконец покинуть дом на сегодняшний вечер. И вот он, весь такой Чон Чонгук, солидный глава клана с трещиной в ребре из-за заварушки прошлой ночью, стоит у машины в ожидании Чимина и переживает, как старшеклассник. Дверь отворяется, и на пороге появляется самый прекрасный из людей. Омега одет в голубые джинсы и очаровательный сиреневый свитер в полосочку. Он опять покрасил волосы, на этот раз в нежно-розовый. Ему очень идет. Чимин выглядит сказочно. Альфа забывает обо всем на свете, даже на минутку забывает моргать и, кажется, даже дышать. Обворожительная улыбка окончательно добивает Чонгука, лишая способности думать. Почему он все ещё не забрал свое сокровище и не запер у себя, чтобы никто больше не видел?! Как он жил без него все эти годы. — Чонгук! — звонко воскликнул омега, помахав рукой. Летящей походкой, под суровым взглядом отца, Чимин подошёл к Чонгуку, хотя скорее подбежал под конец, не выдержав долгой разлуки. Омега обхватил руками шею Чонгука, немного привстав на носочки. Альфа даже не почувствовал боли в ребрах на радостях от встречи. — Чимин, твой отец, — прошептал альфа в ушко Чимину, не решаясь его целовать. — Пусть привыкает, — ехидно улыбнулся омега и поцеловал Чонгука, который тут же ответил на поцелуй. Вот оно, самое лучшее чувство на Земле. Чимин в его объятиях, запах сирени заполнил лёгкие, а на губах вкус любимого. Слишком долгий поцелуй был прерван выпущенной из окна отцовской спальни пулей, которая разбила уличный фонарь рядом с милующимися голубками. — Думаю, нам пора, — Чонгук чмокнул кончик носа и наконец выпустил Чимина из объятий, чтобы не злить главу семьи Пак еще больше. Альфа открыл дверь в автомобиль, наблюдая, как омега садится. — Чонгуууук, — возмутился Чимин, — ну я же не маленький, сам могу пристегнуться. — Я знаю, — Чон защёлкнул ремень безопасности и еще раз чмокнул омегу в надутые губки, — просто забочусь о тебе. — Куда мы сегодня поедем? — поинтересовался Чимин, когда машина тронулась. — Тебе решать! — альфа держался за руль одной рукой, а другая лежала на коленях у омеги, захваченная в плен пальчиками Чимина. — Мне? — Пак скорее удивился, чем обрадовался. — Тебе, радость моя, — Чонгук едва ли мог оторвать взгляд от омеги, если бы не дорога, то он бы смотрел только на него. — Я могу выбрать любое место?! Куда захочу? — воодушивился омежка. — Куда твоей душе угодно, — Чон поднес руку Чимина к губам, оставляя лёгкий поцелуй. — Тогда я хочу поехать к тебе домой! — Чимин с надеждой посмотрел на Чонгука. Из всех возможных вариантов, где могли бы быть рестораны, магазины, море или частный самолет в Италию ради лучшей выпечки, он выбрал дом Чонгука. — Ко мне домой? — удивился альфа. — Ты уверен? — Да, я правда хочу увидеть, как ты живёшь. Чонгук не смог отказать своему любимому омеге. Болтая обо всем и ни о чем, они подъехали к особняку семьи Чон. — Ого, это твой дом?! — Чимин почему-то ожидал огромный особняк, как в фильмах про мафию. Чонгук же жил в скромном двухэтажном доме с террасой на втором этаже и забором вокруг территории. — Скоро это будет и твой дом, — Чонгук обнял Чимина сзади, заключая в крепкие объятия. — Чонгук, тут же люди, — с чего-то вдруг засмущался Чимин, как будто бы это не он целовал его на глазах у отца. — Ну и что, это ведь мои люди, пусть смотрят, — альфа продолжил обнимать Чимина, щекоча его носом. — Можем зайти? — Чон положительно кивнул и направился в дом, ведя за собой Чимина. — Здравствуйте, господин Чон, господин Пак, — приветливый дворецкий учтиво поклонился. — Прикажете подавать обед? — Чонгук посмотрел на омегу, ожидая ответа. — Через час, если можно, — робко ответил Чимин. — Будет сделано! Есть какие-нибудь пожелания? — Ммм, то, что больше всего любит Чонгук, — игриво ответил Чимин. — Значит, на обед подадим самгёпсаль, — дворецкий откланялся. — Что?! — переспросил Чонгук, видя удивление на лице Чимина. — Ты думал, я ем лобстеров и ягнят с елисейских полей? — Нет! Я думал, что ты ешь сердца своих врагов, — отшутился омега. — Причем в сыром виде. — Только их души, — Чонгук притянул Чимина к себе, не в силах и на минуту остаться без его внимания и тепла. — У тебя так много места, но, в то же время, пусто, — Чимин продолжал разглядывать дом, наслаждаясь поцелуями Чонгука. — Дому не хватает заботливой руки, — Чон чмокнул омегу в щеку еще раз. — Займёшься этим?! — Правда? — удивился Чимин. — Ты мне разрешишь переделывать дом? — Конечно, главное, оставь стены и крышу, остальное мне не важно, — омега заходил в каждую комнату дома и слушал рассказы Чонгука о его жизни и детстве. Только сейчас он понял, что каждую их встречу они говорили о Чимине, сам же Чонгук о себе ничего толком и не рассказывал, а лишь слушал болтливого омегу. Больше всего ему понравилась огромная библиотека, которую начал собирать ещё прадедушка Чонгука. В кабинете было уютнее всего. Вся комната отражала характер самого хозяина дома, ведь тут он проводил большую часть времени. Альфа строго-настрого запретил ходить в подвал, на что Чимин немного обиделся, но Чонгук тут же провел его на кухню, где его угостили вкуснейшими десертами. Все люди семьи Чон показались Чимину очень милыми и добрыми, несмотря на суровость главы дома. — Пойдем, — Чонгук потянул Чимина за руку. — Куда? Тут же эклеры! — омега показал на стол, полный вкуснятины, как бы намекая, как можно уйти отсюда. — Я хочу показать тебе еще одно место, мое любимое, — у Чимина перехватило дыхание, неужели он сейчас увидит спальню Чонгука. Омега послушно кивнул, дожевывая эклер, и пошел следом. — Закрой глаза, — альфа накрыл глаза Чимина руками, — доверься мне. Они куда-то шли, омега передвигался наощупь, полностью полагаясь на альфу. Теплый вечерний ветерок обдул прикрытое ладонями лицо. Они точно вышли во двор. — Когда мне грустно, — почти шёпотом произнес Чонгук, все еще не открывая глаз Чимина, — и я думаю, что сойду с ума от тоски по тебе, я прихожу сюда, — омега открыл глаза, и его взору предстал невероятной красоты сиреневый сад. Десятки цветущих деревьев расположились на заднем дворе холодного и пустого особняка под стеклянным куполом. — Чонгук, — на выдохе прошептал Чимин, поражаясь увиденному, — но как? — Мои садовники создали тут особый климат, и деревья продолжают цвести. — Как красиво, — Чимин и не догадывался, насколько Чонгук дорожит им. Вдруг все прежние сомнения и терзания улетучились. Он понял, что с той самой ночи Чонгук думал о нем всегда. — Ты всегда был со мной, каждый день. Я задыхался без тебя и лишь тут мог вздохнуть свободно, — Чимин смотрел на альфу слезящимися глазами, готовый расплакаться в ту же секунду от переполняющих его чувств. — Я люблю тебя, маленький мой. С этого дня Чимин отказался покидать Чонгука, он остался жить с ним, несмотря на протесты отца. Омега был непреклонен и заявил отцу, что тот может послать за ним целую армию, но он останется с Чонгуком.