Чертов Джостен

Чёртов Джостен. Эндрю смотрел на него, а уши уже начинали пылать от смущения и желания покинуть общее с ним пространство. Он не знал, почему именно на этого подкаченного, смуглого, улыбчивого, с шикарной задницей и умопомрачительными бёдрами парня он положил свой взгляд. С того самого момента, когда Эндрю увидел его мельком в коридоре университета. Увидел и пропал. С первого взгляда Нил выглядел очень зажатым и милым пареньком, но потом он прижал здоровяка, который был выше самого Джостена на полторы головы, к стене и ударил того под дых. У самого Джостена в тот момент на губах растянулась ухмылка, которая должна была напугать обычного человека, но именно она свела Миньярда с ума. Он завис на добрые пять минут и наблюдал за тем, как здоровяк с испуганными глазами быстро закивал на чужие слова, а когда Нил, сделав шаг в сторону, отошёл, убежал так быстро, как только смог. Делая очередную затяжку, Эндрю окинул взглядом крепкие икры и накаченные бёдра, обтянутые компрессионными шортами, и при этом думал, как он смог влипнуть ТАК сильно в человека, которому были интересны только бег и математика. Ни в том, ни в другом Эндрю силён не был от слова совсем, а начать этим интересоваться не было никакого желания. Первое он просто ненавидел, а второе не понимал. Так что не было никакой возможности встретиться «в кружке по интересам» и познакомиться. Выбирая стратегию наблюдения со стороны, Эндрю и не думал о том, чтобы подстроить неловкое первое знакомство. Не хотелось выставлять себя дураком, врезаясь в человека в толпе других студентов, или, спотыкаясь, падать в чужие крепкие руки. Это точно не тот способ, каким он хотел бы разрушить свою репутацию угрюмого парня. Его пары закончились ещё часа полтора назад, но он не смог побороть соблазна не понаблюдать за тем, как Джостен будет накручивать круги по треку, а потом вытирать взмокший от пота лоб краем футболки, обнажая при этом поджарый живот с четкими линиями пресса. Аарон, который в этот день заканчивал в одно с Эндрю время, посмотрел на брата, как на идиота, но не стал расспрашивать о том, почему тот решил задержаться после занятий. Наоборот, тот радостно и в припрыжку ускакал на свидание с Кейтлин, которая была чертовски похожа на Нила, и временами Эндрю задумывался о том, а не брат ли они с сестрой. Эта мысль даже с первого взгляда казалась бредом, но Эндрю не отметал такой возможности, ведь прекрасно знал, как сильно жизнь может над ним издеваться. Откинув уже погасшую у фильтра сигарету, Эндрю тяжело вздохнул и поднял взгляд к небу, пытаясь успокоить бешено стучащее в груди сердце. На улице было слишком жарко. И от этого у Эндрю, видимо, поднялось давление. Надо бы сходить к врачу и проверить сердце, а то в последнее время очень часто голова гудела от жара и руки тряслись так, словно у него давление каталось на американских горках. Это всё точно не было следствием того, что его мысли постоянно крутились вокруг этого горячего, сексуального, наглого… Эндрю стоило перестать думать об этом. Достав ещё одну сигарету и подпалив её зажигалкой, Эндрю снова опустил взгляд на беговую дорожку, на которой атлеты уже закончили свои упражнения и разбрелись кто куда. Нил же стоял у питьевых фонтанчиков и болтал с Кевином. Этот дуэт был максимально странным, ведь не было ничего, что говорило бы о том, что они могут стать друзьями, но тем не менее они постоянно были вместе и по отдельности их было практически не увидеть. Эндрю даже строил теории о том, а не встречаются ли они, пока не выяснил, что у Кевина на самом деле есть девушка, но учится та в другом университете. Нет, Эндрю вовсе не был сталкером. Просто люди не умели прятать свою личную жизнь, а ему, прилежному студенту кафедры уголовного права, было проще простого найти информацию о каких-то там студентах, живущих самой обычной жизнью и транслирующих её в соц.сетях практически в реальном времени. Так что все те истории про девушек-хакерш не были настолько фантастическими, какими их показывали в том же интернете. Всё просто, только нужно знать, где искать. Пока остальные атлеты начали расходиться, Нил и Кевин продолжали что-то обсуждать и даже дурачиться. Со стороны выглядело очень забавно то, как двухметровый парень убегает от парня, который был ниже его практически на полметра. Но Эндрю улавливал еле уловимые смены эмоций на смуглом лице и лучше узнавал того, с кем даже не был лично знаком. Конечно, ему хотелось бы познакомиться с Нилом. Поближе рассмотреть это прекрасное лицо, узнать, есть ли у него веснушки и какие на ощупь его волосы. Эндрю почему-то думал, что они мягкие и шелковистые. Но это была всего лишь теория, которую не было возможности подтвердить на практике. — Эй, ты, — из размышлений его вырвал гневный возглас над головой. Сосредоточив взгляд, Эндрю встретился с пронзительными голубыми глазами. — Если я ещё раз увижу, что ты за мной следишь, я надеру тебе зад! Усёк? Эндрю замер, словно его застукали за чем-то постыдным, а на половину истлевшая сигарета выпала из ослабевших пальцев, а рот приоткрылся в безмолвном вопросе. В голове был просто вакуум, а жар на щеках увеличивался. Казалось, что Эндрю попал в эпицентр пожара. Зад. Он пообещал надрать ему зад, если Эндрю не прекратит. Окей. Не то, что бы он был против. В его голове уже ясно стояла картинка того, КАК это будет. Вообще, представлять свою задницу в чужих руках было максимально несвойственно Эндрю, но эта картинка… Она будет сниться Эндрю в самых горячих снах, и он не собирается с этим что-либо делать. Только принять как факт и продолжать подкармливать свою склонность к саморазрушению. — Ты язык проглотил или просто отсталый? — очередной возглас в очередной раз вырвал Эндрю из его грёз. — Я согласен, — словно в трансе пробормотал Эндрю себе под нос. — А? На что ты согласен? На то, что бы я надрал тебе зад? — в чужом голосе можно было услышать удивление с долей издёвки. — Для тебя всё что угодно, красавчик. Эндрю ничего ему не ответил и просто продолжил смотреть в глаза Нила, которые сощурились в недоверии. Всё это было сюрреалистично, и к такому сценарию Эндрю просто не был готов. Не был готов к тому, что его заметят и начнут угрожать тем, что надерут ему зад. Вообще, в любой другой ситуации, с любым другим человеком Эндрю разозлился бы не на шутку и уже воткнул бы нож наглецу в печень, но не в случае с грёбаным Джостеном. Только не с тем, от кого тряслись поджилки, и делали они это далеко не от страха. Эндрю разучился бояться чужой агрессии давным-давно, но сопротивляться своей сущности хорни-гея у него не получалось абсолютно никогда. — Пошли, переговорим, чтобы учителя не увидели, — это было странное предложение, но, подумав, Эндрю пришёл к выводу, что нет причин не идти вслед за своей мокрой мечтой. В конце концов, Нил был не сильно крупнее самого Эндрю. Он был скорее просто выше, а вот плечи однозначно были шире у Эндрю. Это было заметно даже невооруженным взглядом, тем более Джостен был бегуном, а бегунам не свойственно иметь слишком объёмные мышцы. Миньярд послушно шёл вслед за Нилом, который вёл его в сторону дальнего, уже давным-давно заброшенного бегового корта, который Бог знает почему ещё не разобрали и не сравняли с землёй. Эндрю точно знал, что там не бывает простых прохожих, ведь сам неоднократно сбегал туда и сидел под трибунами, выкуривая одну сигарету за другой в попытках побороть внезапные приступы паники, или когда просто не было желания находиться в социуме. В общем, он точно знал, что там их никто не увидит, и, возможно, получиться на практике узнать, как Нил собрался надрать ему зад. Как он и думал, Джостен завёл его под самые дальние трибуны. Со стороны их практически невозможно было заметить. Эндрю отошёл к ближайшей опоре и как ни в чем не бывало закурил сигарету, ведь от прошлой его нагло оторвало одно рыжее безобразие, вставшее напротив него и отзеркалившее его позу. Нил, видимо, решив, что это уместно, протянул руку вперёд, безмолвно прося поделиться сигаретой, и Эндрю не стал ему в этом отказывать. Протянув уже наполовину пустую пачку и зажигалку прямо в руки парню, он стал пристально наблюдать за тем, как пухлые, обветренные губы обхватывают фильтр, и как щёки втягиваются в момент, когда Нил быстро прикуривает сигарету. В этом моменте было что-то непонятное, что-то, что Эндрю мог описать как уединение. Странно было то, что Нил притащил его в место, в котором практически невозможно было развернуться, и даже их маленький рост не спас бы от случайной балки, на которой держались трибуны. — Почему ты постоянно следишь за мной? — первым тишину разорвал Нил, выдохнув плотную струю дыма вверх и продолжив пристально смотреть в глаза Эндрю. — Я не следил за тобой, — Эндрю наблюдал, а не следил. Максимально разные понятия. И Миньярд не собирался упрощать Нилу жизнь и помогать вытаскивать себя на истину. — Ты постоянно пялишься на меня, — прозвучало как констатация факта и Эндрю не собирался отрицать этого. Нил, видимо, не знал, насколько по меркам общества привлекателен и сексуален, так что в этом не было вины самого Эндрю. Он понимал, что такое красота и не упускал возможности ей насладиться. — А ещё ты постоянно появляешься там, где и я. Тебе не кажется это странным? — Мир не крутится вокруг тебя, бегунок, — с ухмылкой проговорил Эндрю, окидывая оценивающим взглядом фигуру Нила. Как будто он не делал так уже Бог знает сколько раз. Оставалось надеяться, что его уши не покраснели, а выражение лица по-прежнему оставалось непринуждённым. — Мир — нет, а вот ты — да, — весь этот диалог походил на вырезку из фильма для подростков, где главную героиню, обыкновенную серую мышь, замечает самый крутой спортсмен-красавчик университета. — И мне интересно, почему? Если ты не следишь за мной, значит должна быть другая причина. — Ты, вроде, хотел надрать мне зад, если я продолжу наблюдать за тобой, — в середине фразы Эндрю сделал очередную затяжку, зная, что сейчас он может просто провалиться под землю от одного только лишнего слова. — Так получается, ты просто навешал мне лапши на уши? — Не думал, что ты просто так захочешь подраться. Я слышал, что для этого тебе нужен особый повод, — этот Джостен однозначно не понимал абсолютно никаких намёков. Эндрю же специально выделил это так, чтобы звучало как двусмысленный намёк. Боже, за что Эндрю всё это? Почему он не мог словить краш на кого-то более адекватного? — Ну, сейчас у меня однозначно есть повод для драки, — задумчиво протянул Эндрю, сделав шаг вперёд и встав в десяти сантиметрах от Нила, который был всё так же расслаблен. С такого близкого расстояния удалось рассмотреть созвездия веснушек на чужих скулах. От осознания этого факта у Эндрю снова скрутило живот. Разве может кто-то быть настолько в его вкусе? Тут не просто близок к идеалу, тут попадание по всем пунктам, и Эндрю знал, что теперь не сможет выкинуть этот образ из своей головы. Наблюдая за тем, как губы Нила обхватывают фильтр, Эндрю хотелось наплевать на все свои принципы и правила и наконец-то поцеловать Джостена. Чтобы дыхание сбилось, а ноги перестали держать разомлевшее тело. Чтобы голова отключилась, сосредоточившись только на ощущении чужих губ на его собственных. Возможно, Эндрю был готов даже опуститься на колени перед Нилом и воспеть молитву Богу, показать всю свою веру и любовь. Облизнув губы и выкинув недокуренную сигарету, Эндрю ещё сильнее сократил между ними расстояние, и, казалось, теперь он мог чувствовать дуновения чужого дыхания на своём лице. Чётко и явно ощущалось горение на щеках и кончиках ушей, но Эндрю надеялся, что в сумраке этого незаметно. Он совершенно не мог контролировать себя рядом с Нилом, но так старательно делал вид, что совершенно спокоен. Внезапно Нил подался вперёд, сократив и так уже отсутствующее расстояние, и Эндрю непроизвольно сделал несколько шагов назад, пока не врезался спиной в балку, на которую опирался ранее. Нил молча продолжал наступать на него, а его лицо приобрело какое-то странное выражение, которое Эндрю раньше никогда не видел. Будь Миньярд слишком самоуверенным, он бы принял это за симпатию, но в ситуации, в которой они оказались, это могло быть чем угодно. И сам Эндрю склонялся к тому, что это замаскированное желание прикончить его прямо здесь. — Я не против подраться с тобой, Эндрю, — шёпотом, на выдохе, сказал Нил, чуть ли не вжав Эндрю в опору трибуны. — Но видишь в чём дело, мне не хочется стирать столь очаровательное смущение с твоего лица. Интересно, что нужно сделать, чтобы ты потерял голову? — Снести её, — всё, что удалось выдавить Эндрю на это. Сердце бешено стучало в груди, а руки дрожали настолько, что Эндрю непроизвольно схватился за металлическую опору за собой, чтобы эта дрожь не перешла на всё остальное тело. Нил всё прекрасно понял, и прямо сейчас Эндрю думал, а что будет, если он первый поцелует Джостена. Говорят же, что лучшая защита — это нападение. Однако, Миньярд даже не мог нормально вздохнуть, не говоря уже о том, чтобы всего лишь слегка наклониться вперёд. В тени трибун кристально-голубые глаза потемнели. И теперь, казалось, завораживали ещё сильнее, чем до этого. Эндрю смотрел то в них, то на слегка приоткрытые губы и не знал, куда себя деть. Он лишь сильнее вжался в металл позади себя и до боли сжал руки на перекладине. Казалось, что если сейчас он ослабит хватку, то в мгновение соскользнёт вниз, потому что ноги ощущались ватными, а самоконтроль улетучивался настолько быстро, что создавалось ощущение, что его, в принципе, никогда и не было. — Хочешь, чтобы я снёс тебе голову? — так же тихо продолжил Нил, нависнув сверху над Эндрю, но это не казалось угрозой. Во-первых, Нил, в принципе, был выше. Не сильно, но выше. А во-вторых, с такого ракурса Джостен казался словно змеем-искусителем, в чьих чарах Миньярд утонул давным-давно. — Да, — если это не было согласием на поцелуй, то тогда Эндрю балерина. Всё, что они сказали за последние пять минут, было пропитано намеками и двусмысленностью. Ну, по крайней мере со стороны Эндрю точно. Оставалось надеяться, что Нил понял и принял правила этой игры. В один момент они стояли и смотрели друг на друга, а в другой Эндрю ощутил на своих губах чужие. Посмотрев на лицо Нила, которое теперь стало непозволительно и невыносимо близко, Эндрю судорожно выдохнул и наконец подался вперёд, углубив поцелуй. Они не касались друг друга, и, если быть честными, Эндрю не думал, что смог бы сохранить рассудок, если бы прикоснулся к Нилу или наоборот. Чужие губы были мягкими и податливыми. Эндрю перебирал их своими губами, иногда пробегаясь языком то по нижней, то по верхней губе Нила. Это было приятнее, чем во всех снах и мечтах Миньярда вместе взятых. Мурашки бегали по коже туда-сюда, а сам Эндрю прикрыл глаза и полностью погрузился в поцелуй. Протолкнув свой язык в чужой рот, Эндрю огладил ровный ряд зубов, а после подхватил чужой язык своим, мягко посасывая. Чужое частое дыхание обжигало нос и щёки, а в теле Нила чувствовалось напряжение. Эндрю чувствовал его, даже не касаясь Джостена. Оторвав руку от балки, Эндрю положил её на затылок Нила, притягивая того ещё ближе, меняя угол поцелуя и ещё сильнее углубляя его. Сильнее прижавшись к опоре, Эндрю оторвал и вторую руку, сразу же перехватывая одну из рук Нила, которую сумел найти чисто интуитивно, и сам положил её себе на плечо. Сейчас не было мыслей о том, чтобы сторожить свои границы, наоборот, хотелось полностью раствориться в том, кто постоянно находился в мыслях, и кто заставлял сгорать от желания хотя бы прикоснуться. В ответ на свои действия Эндрю получил тихий стон, который окончательно заставил улетучиться все мысли из опьяневшей головы. Чувствуя жар чужого тела, ощущая осторожные, мимолётные прикосновения на оголённой коже шеи, Эндрю терялся. Полностью погружаясь в поцелуй, он позволял себе тихие, протяжные вздохи, позволял себе судорожно сжимать и оттягивать чужие волосы, позволял отпустить контроль, отдаваясь моменту с Нилом. — Голова уже улетела или мне надо приложить больше усилий? — спросил Нил, разрывая поцелуй и тяжело дыша прямо в губы Эндрю. Миньярд заставил себя разлепить глаза лишь для того, чтобы увидеть перед собой Нила с безумным блеском в глазах и ярким румянцем на щеках. Эндрю был уверен, что сам выглядит точно так же. Совершенно разбитым и разобранным на детали. — Плохо у тебя получается, — на выдохе прошептал Эндрю. — Дать несколько уроков? Нил ничего не ответил и ещё несколько секунд просто смотрел на Эндрю, блуждая глазами по его лицу. Миньярд также замер в ожидании следующего шага от Нила, но, когда чужие губы прикоснулись в лёгком поцелуе к его шее, по всему телу прошла крупная дрожь, которую не было сил скрыть. Он смотрел широко раскрытыми глазами перед собой и ничего не видел. Вся концентрация ушла на то, чтобы не повиснуть на Ниле, который пробегался поцелуями-бабочками вдоль всей шеи, оставляя после себя прохладу и дрожь. Горло сжало от рвущегося на свободу стона, и Эндрю выпустил его, закрывая глаза и откидывая голову. Давая Нилу больше доступа к голой коже, он сам подписал себе смертный приговор. Хотелось исчезнуть, раствориться в этих ощущениях, потеряться и забыться. До этого момента Эндрю и не подозревал, насколько его шея чувствительна. Он не думал, что эти невесомые, практически невинные прикосновения будут вызывать в нём столько эмоций и ощущений разом, что Эндрю просто не мог их всех осознать и понять. Внизу живота сжался узел возбуждения, а всё тело просто сгорало. Стало невыносимо жарко, хотя на улице была середина сентября, и летняя жара уже давно уступила место приятной прохладе. Прямо сейчас он был в центре жерла проснувшегося вулкана и сгорал заживо. Поцелуи становились всё жарче и влажнее, моментами он даже мог ощутить слабые, дразнящие укусы, от которых тело начинало дрожать ещё сильнее. Хватка в чужих волосах была такой крепкой, что Эндрю боялся, а не вырвал ли он Нилу несколько клочков? Эта мысль улетучилась так же быстро, как и появилась, из-за того, что Нил прихватил губами мочку уха и оттянул в сторону, играясь языком с маленьким гвоздиком в проколе. — Мне всё ещё нужно взять у тебя несколько уроков? — хриплый шёпот на ухо заставил Эндрю вздрогнуть всем телом. Жар расползался по всему телу вязким мёдом и полностью лишал каких-либо способностей к соображению. Сознание летало в облаке космической пыли, а пульс зашкаливал, будто он пробежал марафон. — Иди нахуй, Джостен, — прошипел Эндрю, оттягивая Нила от своего уха и утягивая парня в очередной поцелуй, который, в отличие от первого, был ещё яростнее, ещё жарче. Прикусывая и оттягивая чужие губы, Миньярд пытался забрать лидерство, которое ему и так без вопросов отдавали. Но вопреки всем желаниям Эндрю этот поцелуй не продлился долго. Джостен снова отстранился и теперь начал медленно опускаться на колени. Эндрю следил за ним взглядом, затуманенным дымкой возбуждения. Голова шла кругом от нехватки кислорода, а осознание того, ЧТО собирается сделать Нил вообще не помогало прийти в себя. — А ты пустишь? — словно издеваясь, прошептал Нил, у которого на губах появилась заигрывающая улыбка, обнажившая ровный ряд зубов. Чужие губы припухли и раскраснелись от поцелуев, а волосы прилипли к взмокшему от испарины лбу. Сейчас Нил был похож на нечто неземное и столь же прекрасное. Этот образ навсегда отпечатался на подкорке сознания Эндрю. Тот был благодарен всем существующим богам за свою эйдетическую память, потому что теперь он никогда не забудет то, что произошло под старыми трибунами бегового корта университета Пальметто. — Я сам тебя туда послал. Или ты не понял? — выдохнул Эндрю, сжимая рыжие локоны уже двумя руками и кивая Нилу, который поднёс руки к бёдрам Эндрю. Горячее дыхание обжигало даже через плотную ткань джинс. Или это просто сам Эндрю нагрелся до такой степени, что прикоснись — обожжёшься? Эндрю наблюдал, как Нил сначала оставил несколько поцелуев на бедренных косточках, а после одним движением руки расстегнул пуговицу, при этом не отрываясь смотря в глаза. Спустя мгновение Нил приблизился к паху и схватился зубами за бегунок молнии, после чего медленно потянул его, продолжая смотреть из-под ресниц на Эндрю, у которого от такой картины просто пересохло во рту. Всё происходило настолько медленно, что создавалось ощущение, что они под этой трибуной уже целую вечность. Нил оставил влажный поцелуй на члене через ткань нижнего белья, и Эндрю окончательно разучился дышать. Одновременно хотелось прижать и оттолкнуть Джостена. Всё что угодно, лишь бы прекратить это мучительное ожидание надвигающейся бури, из которой живым было не выбраться. Всё так же медленно Нил оттянул резинку белья зубами и, помогая себе рукой, стянул их, обнажая покрасневший и уже успевший оставить влажное пятно на боксерах член. От внезапной прохлады и долгожданного исчезновения давления Эндрю шумной выдохнул, срываясь в конце на приглушённый стон. В этот момент Нил отвёл взгляд и, посмотрев на член Эндрю, облизал свои губы, словно ждал наступления этого момента не меньше Эндрю. Наконец чужие губы обхватили головку, и Эндрю задохнулся от ощущения горячей влажности чужого рта на себе. Откинув голову, он зажмурил глаза не в силах концентрировать взгляд на чём-либо, а смотреть на Нила было опасно. Опасно настолько, что можно было просто сойти с ума. Пульс стучал в висках, заглушая весь посторонний шум, кроме звуков, с которыми Нил облизывал и посасывал его член. Стоны неудержимо рвались наружу, и, желая скрыть то, как на самом деле Нил влияет на него, Эндрю закрыл рот, прижав к нему согнутую в локте руку. Быть тихим не получалось. Не тогда, когда твоя главная влажная мечта стоит перед тобой на коленях и, не обращая внимания ни на что, отсасывает тебе. Не сдержав соблазна, Эндрю наклонил голову и увидел, как Нил, обхватив рукой основание, начал медленно вбирать в рот всю длину, не сказать, что маленького, достоинства Эндрю. Вид был настолько развратным, горячим и желанным, что Эндрю реально начал сходить с ума. То, как Нил с закрытыми глазами медленно водит по его члену ртом, то насаживаясь практически до самого конца, то лишь слегка обхватывая головку и проводя по ней языком, взрывало мозг и убивало всё то разумное, что там ещё осталось. Когда Нил, привыкнув, начал ускоряться, то стоны наслаждения подавлять уже не получалось, и Эндрю позволил себе отпустить все эмоции на свободу, отдаваясь полностью во власть чужих рук и рта. Момент, когда вторая рука соскользнула с его бедра, Эндрю упустил, но размашистые движения в районе паха Нила привлекли его внимание, и тут же в голове пронеслась мысль, что впервые Эндрю даже не задумался о чужом удовольствии, сосредоточившись только на себе. Но, видимо, Нилу это было вовсе не нужно. Тот сам прекрасно справлялся, двигая рукой в такт движениям своего рта и тихо постанывая. Вибрации от его стонов пробегались по члену Эндрю и сводили его с ума. Тело дрожало, пальцы на ногах поджимались, а сам Эндрю, не имея больше сил стоять прямо, наклонился вперёд, практически утыкаясь носом в чужие волосы. Все внутренности скручивало от приближающегося оргазма, и Эндрю попытался оттянуть Нила от себя, чтобы кончить не в чужой рот, а хотя бы себе в кулак, но Нил лишь сильнее прижался к нему, вбирая полностью, посасывая и обводя языком, и Эндрю, не сдержавшись, кончил с громким стоном прямо в рот Нила, который замер и задрожал с таким же протяжным стоном. Тяжело дыша, Эндрю смог выпрямиться, чувствуя, как подкашиваются ноги, и если бы не Нил, который смог быстро подняться на ноги и подхватить Эндрю чистой рукой под лопатки, то он точно бы упал на землю. Всё тело дрожало после пережитого самого яркого оргазма за всю жизнь, а дыхание было сиплым и тяжёлым. Нил выглядел не лучше. Тоже тяжело дышащий и дрожащий от того, что только что произошло. — В следующий раз я сам надеру тебе задницу, — смог выдавить из себя Эндрю, откидывая голову и смахивая лезшие в глаза волосы рукой. — А ты хочешь устроить ещё один поединок? — с усмешкой поинтересовался Нил. — Если ты не против стать моим парнем, то хоть на каждых выходных, — копируя интонацию Нила, ответил Эндрю.