Венера

Венера — одна из самых почитаемых богинь Олимпа, родившаяся из белоснежной морской пены близ острова Кипр. Морская красавица в мифологии, а в жизни Кристиана и Алана дочь. — Венера, оденься. Не соблазняй отца. — прокричал Кристиан, пробегая рядом в пеньюаре. Девушка удивлённо уставилась на отца. — Чего? — подросток взьерошила радужные пряди волос. Она поёрзала на стуле, поправляя топ с трусами. — Ничего. У папы сегодня хорошее настроение. Не обращай внимание. — Алан зачесал назад седые волосы, целуя в щеку дочь. Они удочерили ее в очередную годовщину смерти Абби. Алан был разбит, а Кристиан больше не мог смотреть на несчастного мужчину. В приюте их взгляд сразу упал на беловолосую девочку. Она не присутствовала при смотре. Тихо забилась в комнате, напевая песенку себе под нос. Мелодичный голос привлек внимание. Испуганные глаза бегали по облезлым стенам. Смотря на сгорбившегося ребенка, Кристиан понял, что это она. Алан в тот день чуть не упал в обморок, заметив сходство с умершей дочерью. Dear mother, how pretty The moon looks to-night! She was never so cunning before; Her two little horns Are so sharp and bright, I hope she'll not grow any more. Мужчина застыл, поджимая губы. Он выдавил из себя: — Откуда ты знаешь эту песню? — Алан тяжело сглотнул, чувствуя как Поттер поддерживает его сзади. Эту песню пела Беатрис, поглаживая себя по животу в ожидании рождения своей девочки. — Мне пела ее мама, когда я была у нее в животе. — девочка повернулась, безэмоционально высказываясь. Она даже не представляла как сильно от этих слов сжалось чужое сердце. Седой мужчина пытаясь устоять на в миг ослабевших ногах. Рыжий мужчина обвил Фишера руками. — Удочеряем? — тихо спросил Поттер, целуя нос с горбинкой. Алан прикрыл дрожащие веки, утвердительно кивая. — Да. Ответ дался тяжело, но не тяжелее, чем смерть его девочки. — Господин министр, куда вы так побежали? Если вас не устраивают эти детки, то давайте посмотрим других. — зрелая женщина прибежала, поправляя пучок на ходу. Фишер повернулся, гордо задирая подбородок и давя стальным взором. Хозяйка приюта вздрогнула и сгорбилась. — Подготовьте документы на эту девочку. — Ее зовут… — Теперь ее будут звать Венера. — Хорошо. Пройдёмте. Алан никогда не забудет как маленькая ручка вцепилась в его подол пиджака. — Ты будешь сегодня петь. — Нет. — Это был не вопрос. Я говорю, что ты сегодня должна будешь петь. — Ну что на этот раз? — девушка провела подушечкой пальца по изображению на ногтю синей лягушки, затем по зелёной, потом по красной. Остановилась она на фиолетовой. — Мне нужна солистка. — Ты с ума сошел? Даже не подпевка, а солистка? — Ага. И не разговаривай так с папой. Это не вежливо, мелочь. Венера закрыла лицо руками. Так она просидела пару секунд. Затем подняла голову и повернулась в сторону отца. Девушка только хотела что-то сказать как тут же уловила чужое настроение. Кристиан снял пеньюар и остался в трусиках. Алан провожал жадным взглядом фигуру Поттера. Венера поджала губы, разочарованно глядя на отца. Тот же провёл рукой по двухдневной щетине и облизнул губы, не замечая недовольный взгляд, направленный в его сторону. — Ну почему у меня родители озабоченные? — прошипела она под нос, сбегая с кухни. В след ей послышался звонкий смех Кристиана. Фишер медленно подошёл к любовнику, который уже надел свое платье. Мужчина коснулся черной ткани и ущипнул за ягодицу. Кристиан закусил губу, игриво пробегая пальчиками по краю золотой оборки сбоку. — Ты соскучился по мне? — проворковал рыжий, хлопая длинными ресницами. — Очень. — протянул Фишер, ведя носом по шее. Запах духов от Chanel ударил в нос. — Правда? — Кристиан надул и так пухлые губы, кротко проводя подушечками пальцев по атласному галстуку. Такой же дорогой как и всё имеющиеся в этом доме. После долгих бессонных ночей и грязных интриг с кровавыми разборками Алану удалось выиграть выборы на пост Министра магии. С момента избрания деньги у них полились рекой. Все настолько стало хорошо, что Кристиан открыл свое собственное кабаре. Алан поимел всю магическую Британию. Это знали все, но каждый молчал. Никто не упоминал в слух о том, что Фишер подмял под себя все торговые точки оружия и алкоголя. Единственное чем Алан брезговал это сбыт наркотой. После того как Кристиан перестал употреблять, мужчина оставил торговлю наркотиками. Это было своего рода поддержки. Но старые связи не были утеряны, поэтому контролировать любовника было легко (да кто ему продаст?). Кристиан прекрасно понимал, что от денег, в которых он купается, несёт кровью, но его это совсем не волновало. Жестокость и властность Поттер ценил. Возносил властность и почитал партнёра. Они отбросили свою человечность ради любви и успеха. Ради друг друга. Их больше не волновали другие люди. Они не скрывались в темных переулках, рыдая. Они были свободны. Любимы. Едины. Они сделали друг для друга очень много. Переступили через зависимости и свой характер. Через травмы и больные воспоминания. Социум разрушил их, но они собрали друг друга по кусочкам. Резали руки о осколки частей, но продолжали собирать. И это принесло свои плоды. Теперь они те кто есть. Настоящие. Не фальшивки, как другие люди. — Конечно. — Алан вжался сильнее в чужую шею. Кристиан хихикнул, чувствуя как щетина царапает нежную кожу. — Хочу тебя трахнуть. — прошипел мужчина, грубо стискивая бедра. Учащенное дыхание ласкало участок шеи. — Неа. Я тебе не разрешал. — С каких пор мне нужно для этого твое разрешение? Снимай трусики. — хрипло. Рука опустилась на шею и сдавила. — Я хочу ошейник. — проныл рыжий, прогибаясь в пояснице. — Ты же знаешь, что Венеру для этого нужно отослать Жану. — Хочу. — проныл Кристиан, надувая губы и хлопая ресницами. — Тогда можешь сесть мне на лицо. — предложил компромисс Алан, задирая подол платья. — Мне нравиться, когда ты мне лижешь с щетиной. — Поттер покусал губы, хихикая. Алан выдохнул и посерьёзнел. Пожал губы и тихо спросил: — Точно ошейник? Ты готов? — Точно. — Кристиан смотрел спокойно. Он был уравновешен. Никаких эмоций кроме верности и уверенности. Ошейник… Это слово подразумевало под собой не только ношение данного аксессуара, но и полное подчинение. Младший отдавал власть над собой и передавал ее старшему. Становился на один уровень с животными. Ходил обнаженный на четвереньках, ел из миски и выполнял любые приказы. Все это будоражило обоих. Но также оба понимали как это было опасно. Один эксперимент с лишениям еды чего стоил. Истощение не заставило тогда долго ждать и Кристиан упал навзничь. Фишер тогда сильно испугался и прервал сессии на долгое время. Даже несмотря на то, что Поттер убеждал его о том, что все в порядке. — После приема Малфоев. Устраивает? — Он будет через месяц. — крикнул мужчина, поджимая губы и отталкивая от себя любовника. Крутя бедрами, он подошёл к бару. Вынул бутылку Амаретто, и откупорив ее, вылил в бокал на столешнице. Поставил бутылку и взял в руку бокал. Глоток за глотком. Бокал был осушен быстро. Алан достал сигарету из портмоне. Только хотел поджечь, как Кристиан отобрал сигарету. — Где твои? — Алан обнял со спины. Кристиан фыркнул и повёл плечом. — Они слишком сладкие с таким алкоголем. — А мои? — грубые руки погладили открытые плечи. — Если просто курить, то горькие и тяжёлые, но с алкоголем неплохо. Они простояли так у открытого окна минут десять. Алан гладил по плечам, а Кристиан курил, изредка наливая в бокал алкоголь и отпивая. — Пока приготовишься. Пройдет много времени пока ты соберёшься с мыслями. Подшугарь себя немного. Позагарай в Италии, сходи к косметологу подправить губки. — Белье. — прошептал Кристиан, оседая на мужчину. — Да. Белье обнови. Косметику новую купи. Можешь даже присмотреть себе новый ошейник, если тебе старый надоел. — Алан прижал к себе тело, слыша равномерное дыхание у уха. — Хорошо. Как скажешь. — Кристиан выдохнул, прикрывая глаза. Пепел с сигареты упал на столешницу, но это никого больше не волновало. — Надевай каблуки и иди. У тебя скоро тренировка. — Алан нехотя выпустил мужчину из объятий. — Ага. Не забудь, что у тебя сегодня прием у психиатра. Алан поджал губы, но согласно кивнул. Мужчина на последок чмокнул любовника в щеку и взялся за туфли. Пока Кристиан надевал черные шпильки, Венера успела спуститься и переодеться в джинсы с кофтой. — Пойдем, маленькая коза. Время не ждёт. — девушка страдальчески промычала. Алан позволил себе робкую улыбку, наблюдая за гордо шагающим любовником и сгорбленной дочерью. Бедра Кристиана как всегда соблазнительно покачивались в такт каблукам. Алан остался докуривать сигарету, понимаю, что кофе он уже не выпьет, так как пронесёт. Повернул голову к окну, провожая серыми глазами уехавший красный кабриолет. Фишер стряхнул пепел в пепельницу и дотянулся до сквозного зеркала. После нескольких вздрагиваний на экране появился доктор Галлахер. — Что такое мистер Фишер? Я как раз буду у вас через час, может скажите мне позже что у вас случилось? — К сожалению, доктор, я не смогу присутствовать на приеме. — Как же это? Я как раз с результатами прошлых тестов. — Пришлите мне их совой, доктор. У меня много работы, поэтому я, пожалуй, отменю прием. Доктор сильно нахмурился, пропуская кудрявую рыжую бороду сквозь пальцы. После пары минут усиленных размышлений он сдался, тяжело выдохнув. — Я пришлю, но, пожалуйста, не отменяйте нашу следующую встречу в субботу. Я хочу с вами обсудить результаты тестов и назначить лечение. — Я против психотерапии. Вы же знаете. — Понимаю ваши опасения, но это куда эффективнее таблеток. Понимаете? — Я буду сам решать, что для меня эффективно, а что нет. — рыкнул Фишер, сжимая окурок в руке. Мужчина поморщился от ожога, но не произнес больше не слова. Только продолжил хмуро смотреть в зеркало. — Вы заберёте результаты мистера Поттера? Алан хмуро кивнул, витая в своих мыслях. Доктор только покачал головой на упрямость пациента. — До свидания, мистер Фишер. — До свидания, доктор. Алан отключился и откинул от себя зеркало. Серые глаза натолкнулись на ожог. Они смотрели в бездну. В бездну, которую затягивал рассудок Фишера с каждым годом. Он думал, что все это в прошлом, так как много лет чувствовал себя довольно неплохо, но невидимые бинты продолжали стягивать череп и причинять невыносимую боль. Он никогда не избавится от последствий черной магии. От последствий своей любви к белой матери. Фишер помнил как умирал дед Петр. Он корчился и рыдал у алтаря, скуля что-то про прощение и любовь к белой матери. Это продолжалось так долго, что Петр умолял о смерти маленького Алана. Кожа чернела на дряблых руках. Волосы истончались с каждым днём. Алан убил его. Убил своего дедушку также как убил многих позже. Убийства. Убийства — это плохо. Но что если они во благо идеальности и любви этого мира? Легко оправдывать благом свою неуравновешенную психику и игнорировать последствия своих выборов. Раздался стук. Алан поплелся к черной двери. Психиатр? Разве прошел час? Дверь только отворилась, как непонятно откуда взявшаяся рука попала по челюсти с такой силой, что Алан покачнулся. Зуб, который и так шатался уже неделю с радостью вылетел изо рта. Алан поднял взгляд с зуба на гостя. Обнаружив там знакомую женщину, он улыбнулся и обнажил кровоточащий ряд зубов. — Здравствуй, Беатрис.