наше последнее лето.

следующим утром дима просыпается не столько от ярких солнечных лучей, слепящих прямо в глаза, сколько от голосов за дверью. он отрывает голову от подушки и прислушивается: саша о чем-то оживленно беседует с мэри и олегом, при этом, судя по голосу, кошмарно волнуется. — …ничего не готово…да я не знаю что делать!.. — да, двери здесь сделаны на совесть – практически ничего не слышно. дима привстает на кровати, протирает глаза и берет телефон с тумбочки. восемь ноль шесть. чудно. в это время он обычно ложится. но делать нечего – работа зовет. — доброе… — дима открывает дверь и не успевает даже переступить за порог комнаты, как на него тут же накидывается саша. — сейчас быстро на завтрак и в амфитеатр репетировать номер к открытию смены! у вас пятнадцать минут на сборы. — саша обводит руками всех присутствующих и быстро скрывается за дверью, ведущей на лестницу. отовсюду слышатся недовольные вздохи и лишь олег и мэри стоят так, будто уже привыкли к подобному. — слушай, — обращается дима к олегу. — я что-то вчера пропустил, саша здесь вообще на каких ролях? — он старший вожатый и главный креативщик. — олег закатывает глаза, скрестив руки на груди. — ладно, погнали на завтрак собираться. мне ещё после репетиции вам экскурсию проводить. на завтрак вожатский отряд отправился большой и организованной толпой. у кого-то урчит желудок, кто-то разглагольствует о том, как хочет курить, а кто-то, в частности дима, молча идет за олегом и мэри в столовую. лина устало плетется рядом с другом, пытаясь мельком разглядеть территорию лагеря, но её режим "совы" явно не дает ей проснуться окончательно в полдевятого утра. — я бы сейчас не отказалась от энергетика… — лина громко зевает, прикрывая рот рукой. — ага… ред булл с арбузом… — дима тяжко вздыхает, морально поддерживая подругу. — здесь за территорией, совсем недалеко, есть ларёк. — подает голос идущая спереди мэри. — туда обычно вожатые бегают за всякой запрещенкой. — она хихикает и отворачивается. в голове у димы снова ворох мыслей – его жизнь сейчас так круто меняется, а он, как оказывается, совсем к этому не готов. в столовой удивлению димы не было предела: во-первых, парня поразили масштабы – два этажа и огромный зал, поделенный напополам, а во-вторых – шведский стол. каждый берет то, что хочет и говорит поварихам какую порцию положить. в димином детстве и юношестве такого не было! дима берет себе овощной салат, пару ломтиков белого хлеба и кофе. не латте на кокосовом молоке, конечно, но хоть что-то кофеиносодержащее. лина, кажется, очухалась, но при этом все равно вяло перебирала макароны в тарелке. — ты на отряде один? — спрашивает лина так тихо, будто бы это какой-то конфиденциальный разговор. — да, а что? — дима отпивает "кофе" из граненого стакана и корчится от отвращения. — просто… — она тяжко вздыхает. — меня на отряд поставили вон с ним. — она указывает головой на парня с непонятной татуировкой на шее и дима корчится ещё раз. — он мне уже не нравится. выглядит как мутный тип. — ага, мне тоже. влад зовут. — лина закатывает глаза и наконец принимается за завтрак. а дальше все по отработанной схеме: олег и мэри ведут организованную толпу уже сытых взрослых к амфитеатру. месту, где сейчас начнется сущий кошмар. саша уже там, о чем-то беседует с диджеем, но завидев младшего брата и идущий позади него коллектив тут же встрепенулся и двинулся навстречу. — так, вставайте здесь в шахматном порядке, — командует он и поднимается обратно на сцену. — ага, вот так. олег и мэри, поднимитесь ко мне, а вы смотрите и запоминайте движения. с этого флэшмоба мы будем начинать каждое вечернее мероприятие! — на сцену поднимаются девушка саши и его младший брат. — костя, врубай! с колонок зазвучала, нет, заорала какая-то неизвестная песня, а тройка на сцене показывала движения флэшмоба. вроде просто, а вроде в девять утра такое запомнить невозможно: здесь взмах руками, здесь присесть, здесь попрыгать на месте. «господи, какой же пиздец» – думает дима, повторяя связку. к двенадцати часам дня все уже вымотались и почти лежат на полу. даже саша растерял весь свой запас энергии, а олег уже давно уселся в углу сцены и просто наблюдал за всеми. — всё? все всё запомнили? — говорит саша на сбившемся дыхании. все будто бы в унисон кивают, лишь бы быстрее закончились эти пытки танцами под палящим солнцем. — супер. олег, проведи быстренько экскурсию по лагерю, после тихого часа заезд детей. саша буквально вбросил эту информацию и ушел за кулисы, а олег лишь лениво поднялся и скамандовал – «налево». экскурсовод из олега, конечно, такой же, как из димы артист балета. то есть никакой. но сейчас главное в экстренном порядке всё визуально запомнить, а уж историю этих мест кто-нибудь обязательно расскажет после планерки. уже в корпусе дима буквально повалился на кровать от усталости, а следом за ним зашел его новоиспечённый сосед, который внезапно решил… покурить в окно. — мы же в детском оздоровительном лагере. — дима специально подчеркивает слово "оздоровительном" и взглядом указывает на тлеющую в руках олега сигарету. — ага, посмотрим как ты заговоришь после первого полноценного дня с детьми. — усмехается он. — будешь? пока возможность есть. потом в курилку бегать придется. и дима соглашается. он встает рядом с олегом, берет из пачки сигарету и подкуривает, выдыхая прямо в окно чтобы не сработала пожарная сигнализация. они курят молча, но в этой тишине дима успевает украдкой рассмотреть олега: его острые скулы, густые черные брови и стеклянные серые глаза. дима в жизни не видел таких серых глаз. кажется, что если олег сейчас повернется, то как медуза горгона превратит диму в камень одним взглядом, но он не поворачивается. лишь тушит окурок о внешнюю сторону оконной рамы, выкидывает его куда-то в траву и уходит. дима остается докуривать в тишине. но, конечно же, в детском лагере тишина долго не продлилась и уже спустя час всех вожатых вызвали по холлам этажей встречать детей. для димы этот момент оказался самым волнительным – его первый в жизни отряд. целый коллектив, который он будет направлять и сопровождать три недели. в холл поднимаются запыхавшиеся ребята которым, действительно, по пятнадцать-семнадцать лет. некоторые парни даже чуть выше димы, а он, между прочим, метр восемьдесят! — привет всем, меня зовут дмитрий николаевич, но можете называть меня просто дима, как вам удобнее. — парень приветливо улыбается и проводит детей в коридор с комнатами. — вы уже определились с расселением? — да! — хором слышится из-за спины. дима улыбается с теплотой и каким-то облегчением, что ли. дети заселяются в комнаты, а дима буквально летит в вожатскую чтобы отписаться лине и рассказать о том, как прошла его самая первая встреча с самым первым отрядом, но перед своей дверью он останавливается и громко произносит: — через полтора часа встречаемся в холле и идем знакомиться! полтора часа пролетели незаметно. в вожатскую к диме пришла лина, рассказала о том, как прошло её знакомство с детьми. она всё щебетала о том, какие у неё чудные малыши, но упоминая своего коллегу кривилась и закатывала глаза, чем вызывала у димы неконтролируемый смех. в принципе, за первые два дня события проносились будто бы мимо димы: не успел он моргнуть, как уже стоит в беседке, оперевшись на поддерживающий крышу столб и рассказывает о себе. — я тату-мастер, так что когда вам будет восемнадцать приезжайте ко мне в питер на татухи. — со стороны женской половины отряда слышится гул одобрения и дима понимает что нашел правильный подход. — так, рассказывайте о себе, только по очереди и очень вкратце! иначе мы тут до вечера просидим… дима старается слушать всех и каждого, что-то подмечает, респектует творческим ребятам, кивает головой в знак одобрения. пока что они все пай-мальчики и девочки, через пару дней из них начнут вылезать демоны и на этаже, скорее всего, будет полный погром, а пока можно просто наслаждаться общением со своими почти сверстниками. день пролетел совсем незаметно. вроде бы они только-только встретились в беседке, рассказывали о себе и представлялись, как уже дима ведет свой третий отряд к амфитеатру, где сейчас будет проходить важнейшее мероприятие – открытие смены. — дмитрий николаевич, а мне через полгода восемнадцать, возьмете меня на татуировку? — с димой ровняется девочка из отряда. аня, кажется. она накручивает на палец локон волос и задумчиво прикусывает нижнюю губу. — конечно возьму. — усмехается дима и отводит взгляд. спустя пару минут дети уже рассаживаются по скамейкам и внимают на сцену, где за кулисами собрались все вожатые. — сейчас саша толкнет пафосную речь и мы выйдем с флэшмобом. — говорит олег и улыбается. впервые за два дня нормально улыбается, а не ухмыляется уголком губ. дима про себя подмечает что у олега очень красивая улыбка, но тут же отгоняет от себя эти мысли: сейчас не то время и не то место чтобы думать о подобном. саша заканчивает речь и костя-диджей ставит ту самую песню, от которой воротить начало ещё утром. олег и мэри, естественно, выбегают в первый ряд чтобы стоящие сзади могли на них ориентироваться. дима пытается. он искренне пытается прыгнуть в такт, повернуться в нужную сторону и вовремя махнуть рукой, но за весь флэшмоб синхронно со всеми у него получилось только похлопать в ладоши. злоебучая песня заканчивается и все вожатые убегают за кулисы, оборачиваясь на сидящих перед сценой детей. дима выбегает за амфитеатр и облокачивается руками на забор, пытаясь отдышаться. — все в порядке? — его будто бы оглушает голос из-за спины. — а? д-да… я просто… облажался… — все ещё запыхавшийся дима оборачивается и видит чуть ли не нависающего над ним олега. — слушай, а мы можем сейчас в курилку пойти? заодно покажешь где она. — погнали. — олег, как обычно, немногословен и безэмоционален, но, главное, что ведет диму в курилку. вожатская курилка, как оказалось, совсем недалеко — чуть дальше корпусов, ближе к кпп. парни курят молча и тишину между ними нарушают только порывы ветра. — прикинь, — начинает диалог дима. — ко мне, кажется, девчонка из отряда клеиться начала. в первый же день! — хах, — олег вновь улыбнулся. второй раз за день! это прямо-таки чудо какое-то. — как же к такому как ты не подкатить? — он делает последнюю затяжку и тушит бычок об мусорку. — всё, я к своим. догоняй. а дима в ахуе. дима пытается переваривать то, что только что сказал олег.