Visitation

Гарри тяжело вздохнул и откинулся на спинку дивана, увлекая ее за собой. — Хорошо, что в тот момент именно ты сказала ему убираться к черту из нашего дома, потому что я, вероятно, сломал бы ему нос. Облегчение затопило каждый дюйм ее тела, когда она громко рассмеялась. — Это книги, на которые я ссылалась, исследуя ритуал, — сказала Гермиона и бросила добрую дюжину книг на маленький столик в библиотеке Блэков. Облако пыли вылетело из более толстых и старых томов. — А это, — она схватила самую верхнюю книгу, лежащую на колеблющейся стопке, — это та, откуда я взяла инструкции для самого ритуала. Юная ведьма передала книгу Лили, которая ухмыльнулась, прочитав название. — «Нечистая ворожба для Ф’ртуны». Старый язык. — Так и книга старая, — Гермиона села напротив рыжеволосой ведьмы и взяла другую книгу из стопки. — Я полагаю, это издание 16-го века. На самом деле просто удивительно, что она все еще в такой хорошей форме. — Инструкции из 16-го века? — Лили нахмурилась, наблюдая, как молодая ведьма листает гораздо более тонкую и новую книгу. — Почему ты решила использовать такой старый ритуал? — Это был единственный способ, действительно обещающий то, что нам было нужно, — Гермиона пожала плечами и посмотрела на все еще хмурую женщину напротив нее. — А в чем дело? — Волшебники тех времен использовали другую магию, Гермиона, — Лили заправила прядь рыжих волос за ухо, изучая старую книгу у себя на коленях. — У них было другое магическое образование, другие базовые знания и, скорее всего, также иное понимание магии, чем в настоящее время. Использовать ритуал — или даже просто заклинание — из эпохи, столь отличной от нашей, более чем рискованно, не внеся в него хотя бы незначительных изменений. Лили подняла глаза и посмотрела в бледнеющее лицо девушки своего сына. — Это может быть причиной того, что последствия оказались настолько серьезными. Ты сказала, что очень тщательно изучила ритуал, и я верю, что ты сделала все, что было в твоих силах, чтобы убедиться, что то, что вы планировали сделать, было безопасным, и вы точно знали, во что ввязываетесь. Ты несколько раз проверяла ингредиенты, ты проверяла и перепроверяла заклинание, движения палочкой и время, но обращала ли ты внимание на эпоху, из которой происходит ритуал, и на то, как тогда обстояли дела? Ей не нужно было, чтобы Гермиона ответила, поскольку она знала, просто взглянув на ее искаженное ужасом лицо, что та этого не делала. Лили глубоко вдохнула и заставила себя выдыхать воздух из легких в таком медленном темпе, что ей показалось, будто она задыхается. — Я не виню тебя за это, Гермиона, — сказала она спокойным голосом, — но это одна из главных причин, почему так опасно использовать старую магию. И в сочетании с кровью Гарри это только усложняет исправление. Я не говорю, что это невозможно, — поспешила добавить Лили, когда глаза ее невестки заблестели от непролитых слез, — но может потребоваться немного мозгового вещества, чтобы понять, что именно пошло не так. — Ты хочешь сказать, что это действительно моя вина, что Гарри умирает? Лили вскочила и поспешила вокруг стола к отчаявшейся ведьме. Она положила свои руки на руки Гермионы и заговорила медленно и голосом настолько уверенным, насколько это было возможно для человека. — Нет, я не говорю, что это была твоя вина. Ты не манипулировала ритуалом намеренно. Ты не решилась бы провести ритуал, который навредил бы Гарри, — она слегка сжала руки, надеясь, что сможет передать, насколько искренней она была, говоря это. — Это не твоя вина, Гермиона. Это могло случиться с кем угодно. — Но это случилось не с кем-то, это случилось со мной, — Гермиона шмыгнула носом, когда одинокая слеза скатилась по ее бледной щеке. — Я хотела помочь, но все запорола, и только потому, что недостаточно изучила ритуал. Это моя вина, Лили. Я знаю, что это так. Лили покачала головой, готовясь не согласиться. — Я должна была знать, что это может случиться, — перебила ее Гермиона. — Я полностью обученная ведьма. Я должна знать что-то столь очевидное, как изменение магии на протяжении веков. Черт возьми, мне даже не нужно быть ведьмой, чтобы понимать это! Это здравый смысл, и все же я полностью пренебрегла им и… — А теперь прекрати это, Гермиона. Ты вообще слушаешь себя? Да, это то, чего можно было избежать. Да, это также то, о чем следовало упомянуть во время вашего с Гарри обучения, но, если быть до конца честным, я ни капельки не виню вас за то, что вы не знали. Я сама знаю об этой проблеме только из-за всего того, что прочитала, пока мы скрывались. У меня не было ничего лучшего, чем заняться, не имея возможности выйти из дома или просто не желая выходить из дома, когда Гарри был там. В течение этих месяцев я ни на минуту не отходила от своего сына. Страх, через который прошли мы с Джеймсом, заставил нас рассуждать, и мы поняли, что не можем просто сидеть там, ждать и надеяться, что Волдеморт нас не найдет. Так что Джеймс пошел и купил книги по чарам, ритуалам и оберегам, по всему, что могло быть полезным. Не спрашивай меня, откуда он это взял, потому что, честно говоря, я не уверена, что хочу это знать. Смешок, приправленный слезами, вырвался у Гермионы, и Лили мягко улыбнулась юной ведьме. — Я веду к тому, что я в значительной степени стала экспертом во всем, что можно было каким-то образом использовать для защиты моей маленькой семьи. Тогда я читала и перечитывала все, что попадалось Джеймсу под руку, и этого было много. В одной из этих книг — только одной, Гермиона, среди множества остальных — я нашла аннотацию, в которой упоминаются различия и изменения, происходящие с течением времени. Речь шла не о ритуалах как таковых, это была просто общая информация о магическом сообществе. Так что не вини себя за то, что ты не читала эту книгу. Вы проделали невероятную работу и сумели сделать невозможное, а именно дать и моему мужу, и мне тело. Ты так много сделала для нас, для Гарри, что мы не знаем, как тебя отблагодарить. Однако в связи с проблемой, с которой мы сейчас сталкиваемся, я думаю, у меня может появиться идея. Лили встала и начала расхаживать взад-вперед перед маленьким столиком. Ей нужно было подумать, а ей всегда удавалось думать лучше всего, когда она двигалась. — Учитывая все, что ты исследовала, что должен был сделать ритуал, что он сделал на самом деле и как это должно было быть изменено, я уверена, что мы сможем найти решение. Но сначала, — она обернулась и улыбнулась брюнетке, — нам нужно изменить это так, как это должно было быть изменено раньше. Нам нужно манипулировать заклинаниями, движениями палочки, а также ингредиентами таким образом, чтобы эта старая идея стала совместимой с современной магией. Она хлопнула в ладоши, подняла том, который раньше упал на пол, и схватила выброшенное перо и свиток пустого пергамента. С безумно сверкающими глазами она расчистила рабочее место, убирая стопку книг со стола. — Ты не одна в этом, Гермиона, — сказала она, расстилая пергамент на столе и открывая книгу на указанной странице. — И поскольку теперь я действительно могу трогать и передвигать предметы, — усмехнулась она, щекоча нос Гермионы кончиком своего пера, — это будет сделано намного быстрее. За работу!

***

Ухмылка, такая широкая, что казалась болезненной, почти разделила лицо старшего Поттера пополам, пока он носился по кухне. Кучка красно-белой формы для квиддича лежала на грубом деревянном столе, прямо рядом с ней лежала метла его сына. Джеймс не мог сказать, что взволновало его больше — метла или то, что его сын стал игроком Национальной сборной Англии по квиддичу. Он вспомнил, что однажды отец взял его с собой на чемпионат мира, посмотреть, как Англия и Шотландия дерутся друг с другом. Это был опыт, не похожий ни на какой другой. До этого он уже видел матчи английской лиги по квиддичу и думал, что знает, что его ждет, но он не мог ошибаться сильнее. Магия, витавшая в воздухе, кричащие фанаты, выступления команд прямо перед тем, как начался настоящий ад — это было, за неимением другого слова, волшебно. Он кричал до хрипоты, из-за чего не мог нормально говорить целых две недели. У его матери случился припадок, поскольку ежегодное семейное собрание Поттеров было назначено через три дня после матча, и Джеймс должен был побеседовать с каждым из приглашенных. Увы, он не смог сделать этого без того, чтобы его речь не звучала так, словно он проглотил лягушку и зажевал хлопушкой Доктора Фейерверкуса. Юфимия Поттер заставила его помогать домашним эльфам с уборкой и перестановкой мебели после того, как гости покинули поместье, но это того стоило. Даже сейчас он не мог заставить себя сожалеть о своих криках восторга, и ему действительно пришлось постараться не выставлять себя дураком из-за сегодняшней тренировки, потому что да — это была всего лишь тренировка. Лили рассказала ему все о статье в «Ежедневном Пророке» и о пробном матче Гарри, так что он не мог дождаться, когда впервые увидит, как летает его сын. Еще когда Гарри был в Хогвартсе и в команде Гриффиндора по квиддичу (самый молодой игрок за столетие! Джеймс не мог гордиться больше), ему приходилось полагаться на текущие комментарии Лили и анализ ходов, тактики и фолов. Это ужасно раздражало и расстраивало — не иметь возможности увидеть все своими глазами, но он принял бы это, если это означало, что, по крайней мере, Лили смогла увидеть, как их сын занимается спортом, который так любил его отец. У него не было никаких сомнений в том, что его мальчик был достаточно хорош, чтобы присоединиться к профессиональной команде в качестве основного ловца, но даже он не смел надеяться, что этой профессиональной командой может стать Национальная сборная. Национальная команда состояла из лучших игроков в квиддич, которых могла предложить Англия. Джеймс прочитал все статьи, которые только смог достать, впрочем, их было не так уж много. Сезон еще не начался, поэтому «Ежедневный пророк» по-прежнему уделял основное внимание командам английской лиги, а не тем, кто примет участие в чемпионате мира в следующем году. Однако он заставил себя не думать о чемпионате мира. Он был уверен, что, вместе с Лили, Гермиона найдет способ разорвать связь, которая была у него и Лили с их сыном, и в результате отправит их обратно в Годрикову Лощину. Каждая из этих ведьм была великолепна сама по себе, но соединенными усилиями, Джеймс был уверен в этом, они буквально могли сделать все, что угодно. Учитывая гениальность его жены и будущей невестки, у него может и не получиться смотреть матч, болея за своего сына. Возможно, Лили и он нашли бы способ транслировать фрагменты матча или найти в деревне волшебную семью, слушающую прямой комментарий по радио, но он отказывался думать об этом сейчас. Джеймса вывел из задумчивости сын, который, спотыкаясь, вошел на кухню. Волосы Гарри все еще были мокрыми после душа, щеки раскраснелись от возбуждения. Его зеленые глаза были яркими и мерцали, рассматривая другого черноволосого мужчину, стоявшего там, который выглядел таким же, если не более, взволнованным. — Ты готов? — спросил Гарри, хватая одежду со стола и запихивая ее в сумку, которую он перекинул через плечо. — Так же готов, как и ты, — ухмыльнулся Джеймс и схватил метлу своего сына. Они поспешили вверх по лестнице, как второкурсники, собирающиеся присоединиться к своей первой в жизни тренировке по квиддичу, и уже выходили из дома, когда Джеймс вспомнил кое-что важное. Он застонал, упрекая себя за то, что не подумал об этом раньше, потому что задерживал своего сына. Гарри обернулся и вскинул брови, безмолвно спрашивая отца, что случилось. — Я думаю, мне следовало бы применить какие-нибудь чары, чтобы меня не обнаружили, а у тебя не было серьезных неприятностей с Министерством, — ответил тот и хлопнул себя ладонью по лбу. Действуя инстинктивно, Джеймс полез в карман и вытащил свою палочку красного дерева. Он не мог поверить, какой ущерб они могли бы нанести, если бы он не подумал об этом вовремя. Лили оторвала бы ему голову, если бы когда-нибудь узнала. После быстрого взмаха палочкой над головой его черные волосы сменились на светло-каштановые, уложившись в презентабельно аккуратную копну, карие глаза потемнели, превратив мягкие глаза лани в более выразительные, а очки с прямоугольными стеклами сменились на современные очки в роговой оправе. Никто бы даже не подумал о нем как о родственнике Гарри. Джеймс ухмыльнулся, довольный результатом, и повернулся к двери, готовый выйти из дома. Он запнулся, так как не услышал, что Гарри последовал за ним, и обернулся, готовый бросить ехидное замечание. Но слова замерли на губах Джеймса. Его глаза расширились, и он выронил метлу сына. С громким стуком полированное дерево ударилось о холодный каменный пол, когда молодой отец поспешил к своему сыну. Поттер-младший сидел с закрытыми глазами, с хмурым выражением на побледневшем лице, отчаянно хватаясь за кухонный дверной косяк, чтобы удержаться на ногах. — Гарри! — Я в порядке, я в порядке, пап, — отмахнулся Гарри от встревоженного отца, когда тот попытался уложить его на пол. — Все хорошо, сынок, просто положи голову между колен и подыши несколько секунд, хорошо? Маглы так делают, когда у них проблемы с сахаром в крови. Или это были проблемы с кровяным давлением? Никогда не мог запомнить, какие упражнения они делают, чтобы решить те или иные медицинские проблемы. Насколько проще выпить зелье, чем вспоминать, что ты должен делать со своими ногами и… — Джеймс громко ахнул и снова ударил себя по лбу. Гарри мог только проводить его слегка ошалевшим взглядом, когда его отец вскочил с лихорадочным румянцем на щеках и побежал вверх по лестнице в их с Лили спальню. Не прошло и пятнадцати секунд, как он снова вернулся, сжимая в руке маленький пузырек, наполненный светло-желтой жидкостью. — Перечное зелье? — Гарри с сомнением посмотрел на пузырек, который Джеймс сунул ему в руки. — Это действительно необходимо? — Да, да, это так, — сказал Джеймс и потянулся, чтобы откупорить маленькую бутылочку. — Я так сожалею о том, что использовал магию. Я все забыл со всем этим волнением от того, что наконец-то могу посмотреть, как летает мой сын. Он застенчиво улыбнулся и указал на слегка пузырящееся зелье в руке сына. — Поверь мне, это не ядовито. Твоя мама сварила его, — после этого комментария Гарри больше не колебался и выпил все зелье, к большому удовольствию своего отца. — Вижу, насколько ты мне доверяешь, сынок, — усмехнулся он и подошел к тому месту, куда раньше уронил «Молнию». Подняв ее, он быстро осмотрел метлу, чтобы проверить, нет ли каких-либо возможных повреждений. — Как ты себя чувствуешь, ловец Национальной сборной? Гарри ухмыльнулся и оттолкнулся от стены. Из его ушей валил пар, но он проигнорировал этот странный побочный эффект. Он схватил свою сумку, перекинул ее через плечо и направился к входной двери. Остановившись рядом со своим отцом, он широко улыбнулся. — Я чувствую себя прекрасно, папа. — Вот это настрой! — воскликнул молодой Мародер. Он схватил Гарри за руку и вытолкал его за дверь. Они стояли на верхней ступеньке, уставившись друг на друга. — Я не знаю, где находится тот стадион, о котором ты говорил, и даже если бы я знал, я не сделаю ту же ошибку во второй раз. Твоя мать буквально убила бы меня. Гарри громко рассмеялся, по-настоящему наслаждаясь этим моментом один на один со своим отцом — только они вдвоем на все утро, разговаривая и играя в квиддич. Ему не терпелось показать отцу свою умение летать. Он не собирался лгать самому себе — он хотел немного порисоваться, самую чуточку, чтобы снова увидеть эту гордую усмешку на лице Джеймса. Это быстро превращалось во что-то, к чему он стремился, независимо от того, что он делал. Поэтому Гарри представил себе стадион, гордо возвышающийся посреди поля, вдали от деревень, как магических, так и немагических, и обернулся на месте.

***

Первое, что почувствовал Джеймс, когда его ноги коснулись земли, был сильный ветер, пытающийся сбить его с ног. Он опасно пошатнулся, схватив сына за руку. Гарри выглядел ничуть не лучше. Он не предвидел, что это произойдет, поэтому при приземлении единственное, что удерживало его в вертикальном положении, была сильная рука отца, держащего его за локоть. — Эй, вот ты где, Поттер! Оба Поттера обернулись и увидели высокого мужчину с каштановыми волосами в характерной для Англии красно-белой квиддичной форме, пробивающегося к ним сквозь бурю. Его волосы были коротко подстрижены, голубые глаза прищурились, когда он похлопал Гарри по спине. — Не волнуйся, — сказал он и улыбнулся так широко, что обнажились все его идеально белые зубы, — там так же плохо, как и здесь, — он указал в сторону стадиона, чуть не опрокинувшись. — А ты кто такой? — спросил капитан. — О, это мой… э… это… — Гарри прикусил губу, взглянув на невинно выглядящего отца. Они совершенно забыли придумать для него легенду прикрытия. Он проклинал их дурацкую магическую связь, которая испортила им утро, и молча умолял зачарованного волшебника придумать что-нибудь, например, сейчас. — Приятно познакомиться с вами, капитан, — Джеймс нацепил свою самую очаровательную улыбку и уверенно протянул руку озадаченному Стиниклу. — Меня зовут Роберт Купер, и я друг Гарри. Я живу в Шотландии, где, честно говоря, слишком дождливо на мой вкус, поэтому решил навестить моего друга, и теперь ему приходится таскать меня повсюду, куда ему нужно, потому что я заранее не отправил ему сову, сообщив о своем визите. Стиникл моргнул, выглядя слегка ошеломленным. — Ну, — он несколько раз прочистил горло и, казалось, с трудом оторвал взгляд от Джеймса. — Что ж, тогда, я думаю, добро пожаловать в Англию. Я полагаю, вы должны были привыкнуть к такой погоде? — О да, конечно. Я был очень удивлен, что, когда я приехал на прошлой неделе, светило солнце. Загонщик громко рассмеялся и положил руку на плечо Джеймса, явно сраженный волшебником. — Что ж, если это так, я думаю, ты можешь присоединиться к тренировке сегодня. Обычно я этого не разрешаю, поскольку никогда нельзя быть уверенным, что репортеры или другие команды придумают следующим, чтобы узнать нашу стратегию и тактику полетов, но не стесняйтесь наблюдать. Гарри смотрел, как его новый Капитан, послав слегка игривую улыбку в сторону Джеймса, неторопливо направляется ко входу на стадион. Ошеломленный, юный Поттер повернулся к отцу, разинув рот. — Что только что произошло? — Тебе предстоит многому научиться, сынок, потому что ты только что был свидетелем того, как месье Сохатый получил то, что он хочет. — Джеймс гордо ухмыльнулся и тронулся с места, прокладывая себе путь к трибунам. — Не могу поверить, что папа только что флиртовал, чтобы получить допуск к тренировке, — качая головой, Гарри не мог не увидеть гениальности, стоящей за этим. Его отец действительно был Мародером.

***

Когда Гарри выходил из раздевалки после тренировки, его чуть не сбил с ног очень взволнованный Джеймс Поттер. Тренировка была какой угодно, но только не успешной. Из-за шторма произошло много происшествий. Макмиллан, один из Охотников, в какой-то момент был буквально застигнут врасплох довольно мощным порывом ветра, который, в результате, заставил ему пропустить Квоффл, брошенный в его сторону. Самого Макмиллана унесло на трибуны, где его метла застряла между сиденьями, пригвоздив его к дереву и лишив возможности подняться. Потребовался Стиникл, а также другой Охотник, чтобы вытащить его. Пропущенный квоффл сменил направление вместе с ветром и попал в затылок вратарю Страуту, отправив того в нокаут. Каким-то образом ему удалось приземлиться в правом кольце и уберечь себя от падения на землю, все это время находясь без сознания. Сам Гарри смог поймать Снитч только после того, как ветер буквально поднес его прямо к его лицу. Это была настоящая катастрофа. К концу трехчасовой тренировки вся команда была измотана и расстроена. К счастью, за все время никто серьезно не пострадал. — Это было чертовски потрясающе! — Джеймс подпрыгнул вверх-вниз, ухмыляясь от уха до уха. — «Кровавая баня», смотреть на которую больно, но потрясающе! — Я рад, что тебе понравилось, — проворчал Гарри, борясь со своей спортивной сумкой. Ветер делал все возможное, чтобы сорвать ее, поэтому молодой волшебник вытащил свою палочку и наложил Прилипающее заклинание на собственное плечо, чтобы удержать сумку на месте. — Давай вернемся домой, — прокричал он сквозь вой ветра, который, казалось, усиливался, хотя он сомневался, что это вообще было возможно. — Нам, наверное, пора вернуться и посмотреть, нашли ли Гермиона и мама что-нибудь. — Мистер Поттер! Могу я задать вам несколько вопросов? Джеймс, который следовал за своим сыном со стадиона, обернулся и увидел, как ведьма пробивается к ним. Ее левая рука сжимала кусок пергамента и Прытко-пишущее перо, а правой она отчаянно пыталась удержать волосы на месте. — «Ежедневный пророк», — пробормотал он на ухо Гарри, который ускорил шаг и почти побежал к месту аппарирования, его отец следовал за ним по пятам. — ГАРРИ ПОТТЕР! ОДНО СЛОВО! — проревела несносная ведьма. Высокие каблуки не давали ей побежать за ними. Последнее, что Гарри увидел за мгновение до того, как Джеймс схватил его, было то, как репортерша изо всех сил пыталась вытащить увязшую туфлю из лужи грязи, прежде чем мир закружился вокруг них и со свистом перенес их обратно на площадь Гриммо.