𝕊𝕔é𝕒𝕝𝕥𝕒 𝕓𝕖𝕒𝕘𝕒 𝕝ú𝕚𝕕𝕖 (Маленькие сказки)

      Жил в Глентруане один мальчик. Звали его Шейтан, и больше всего на свете он любил бродить по окрестным полям и играть на вистле. Отец и мать ругались на него, что он по хозяйству совсем не помогает им, да только когда он брался им помогать, ругались они ещё больше и в итоге прогоняли гулять. Не создан он был для работы, всё у него из рук валилось и было больше проблем, чем толку. Зато играл он замечательно, и от его музыки у всех вокруг сразу настроение делалось лучше, а дела все выходили споро и ловко. Злые языки болтали, что Шейтан не человек вовсе, а из волшебного народца, да только это всё была пустая болтовня завистников.       Гулял однажды Шейтан по полям, почти до самого Брайда дошёл, но утомился и сел под куст передохнуть. Достал из кармана курточки вистл, да неудачно, выпал он у него из руки да прямо в кротовую нору угодил. Заглянул туда Шейтан, но ничего не увидал, нора была глубокая и тёмная. Расстроился мальчик, но что тут поделаешь, не раскапывать же нору. Отломил от куста ветку, достал из кармана шило и принялся ковырять в ветке отверстия, чтобы сделать себе новый вистл. — Ай-ай-ай! Вредный мальчишка! Ты зачем мой куст ломаешь? — раздался вдруг тоненький голосок, и на колени к Шейтану откуда-то сверху спрыгнул крошечный человечек, ростом не больше указательного пальца. У человечка волосы были цвета солнца, а сам он выглядел, как мальчишка, не старше самого Шейтана, но очень сердитый. — Я вистл свой потерял, а очень уж поиграть хочется, — ответил Шейтан, продолжая проковыривать дырочки в ветке. Он, конечно, удивился появлению человечка, но вида не подал, от стариков он слышал, что волшебный народец иногда показывается людям. — И поэтому куст мой ломаешь? Да ты и играть-то, наверное, не умеешь вовсе. Выдумываешь всё! — А вот и не выдумываю! — возмутился Шейтан. — Вот сейчас как доделаю вистл, как сыграю, и сразу убедишься. — Э, нет, так не пойдёт, — протянул крошечный мальчишка. Подбоченясь, он с вызовом посмотрел на Шейтана и топнул ножкой прямо ему по коленке. — Так играй. Если хорошо сыграешь, так и быть, подарю тебе эту ветку. А если нет, заберу тебя к себе в слуги, будешь за моим садом ухаживать.       Шейтан хотел было возмутиться, да только не нашёлся, что сказать, потому что возмущало его всё — и то, что мальчишка предложил ему играть на ветке без отверстий, и то, что он собрался его забирать себе в услужение. Вот только сомнений в своих умениях Шейтан терпеть не намеревался в любом случае, а начинать сейчас спорить было всё равно, что признать поражение. — Идёт. Только если окажется, что я не выдумываю, ты не только эту ветку мне отдашь, но и щелбан от меня получишь.       Мальчишка задумался крепко, но всё же кивнул, соглашаясь на такие условия, слишком уж он был уверен в том, что Шейтан больше хвастает, чем на самом деле играет.       А Шейтан едва заметно вздохнул и поднёс ветку к губам, будто это был настоящий вистл. И вот чудеса! Ветка заиграла чудесную мелодию! Воздух проходил сквозь неё с такой лёгкостью, с какой не проходил ни через один вистл. Шейтан играл, прикрыв глаза, не веря своей удаче, опасаясь прерваться хоть на секунду, чтобы удивительное волшебство не развеялось, и потому не видел, как из ветки начали расти цветы неземной красоты.       Наконец, музыка стихла. Шейтан доиграл мелодию и позволил себе открыть глаза. И увидел не только чудесные цветы, увившие всю ветку, но и крошечного мальчишку — тот сидел на самом кончике ветки и горько плакал. — Эй, ты чего ревёшь? — спросил его Шэйтан, и мальчишка начал всхлипывать ещё громче. — Потому что ты выиграл! Я никогда не слышал, чтобы так играли красиво! Ветка и та зацвела от счастья! Теперь не будет у меня слуги, и ветку от куста придётся тебе отдать, и щелбан ещё… — Ну, знаешь, — покачал головой Шейтан, — у вас, может, и есть слуги, а у нас, людей, так не принято. Мы тут все люди свободные и привыкли трудиться только для себя и своей семьи. Да и к тому же я по хозяйству очень плох, не умею ничего. А щелбан… Так и быть, прощу тебе. — Спасибо, — пискнул мальчишка и вытер нос рукавом. — Забирай себе ветку, но береги её. Она волшебная, с волшебного куста. Пока у тебя сердце доброе и чистое, играть на ней будешь и без отверстий самую прекрасную музыку. Но если очерствеешь, то, даже высверлив в ней все отверстия, ни нотки чистой не сможешь сыграть.       Говорят, Шейтан больше никогда не видел никого из волшебного народца, но вскоре прославился по всему острову Мэн как самый искусный музыкант, и до самой старости своей он ходил по городам и деревням, играя всем желающим и одаривая слушателей цветами, каких никто раньше в этих краях не видывал.