Дольше чем вечность

Чан и Хан окружают бедного Со и сопровождают по пути в курилку. — это как понимать? Мы оставляем тебя одного на день и ты приводишь в дом парня? А если на неделю оставим, убьешься или что, Бинни? — это не более чем шутка. Чан не против сожительства этих двоих, просто шокирован, — боже, хоть предупредил бы, а. Мы не против, даже за. Может забудешь свою эту… — А, ну так-то да. Вообще я в шоке с того, что мистер «я ненавижу прити» впустил к себе Ли Феликса — члена прити. Он хороший, поэтому если ты его обидишь, Со, я тебя побью. — говорит Сони, боксируя на ходу. — хорошо, я вас понял, ребята. В следующий раз обязательно вас предупрежу. — следующего раза не будет! Мне нравится Ликс, давай-ка ты с ним останешься. — ребята смеются, Хан легонько толкает Со и трирача заваливается в курилку. Минуту трое стоят в ступоре. А после смеются ещё пуще прежнего. Бин нервно закуривает, а Джи бьет его по спине заходясь истерическим смехом. — БЛЯТЬ, СО, НАГНИ И МЕНЯ ТОЖЕ РУКАМИ ВОТ ЭТИМИ, ПО-БРАТСКИ. — Хан держится за плечо Чана, чтобы не упасть на пол. — в какой такой момент мы стали настолько популярны? — спрашивает Бан, вытирая слезу, которая выступила из-за смеха. — дааа. Такого даже для прити не делали. Переиграли и выебали! — Со улыбается натянуто и поднимает кулак вверх, в победном жесте. Ещё долго 3рача будет вспоминать надпись на стене в курилке, которая гласит: «3racha самое лучшее трио! Голос CB97 чарует, J.One милейший паренёк, а SpearB богоподобен, пожалуйста, нагни меня своими ебейшими руками!» — почему вам написали что-то нормальное, а мне какую-то похабщину?! Я бы с радостью почитал то, как хвалят мой реп, а не руки. — зато, мы знаем, что нам точно нельзя терять. Сегодня идем в зал! 3рача снова тренит вместе! Никаких мальчиков прити, по крайней мере пока ты не дома, падаккукири! — падаккукири? ДЖИСОН ТЫ ПОКОЙНИК! — Со наигранно душит Джи. Он не сделает больно, это знают все. Поэтому Бан и Хан лишь заливаются хохотом, как и уголёк. — хорошо, тогда к шести в нашем любимом? — ага! А потом пойдем на чай к тебе с твоим бойфрендом. Скажи ему, чтоб приготовил что-нибудь вкусное. — именно! Мы проверим, достоин ли он тебя! — в догонку говорит Крис и ребята уходят на пару. На занятиях Бин сидит как на иголках. Ему так и кажется, что где-то мелькает вспышка, а спину прожигают взглядом. Идя по коридору, уголька окликает знакомый голос. Это Сынмин. Он берёт за руку и ведёт в спортзал. Там уже собрались прити и 3рача, ждали только их. Мин отпускает Со и убегает к Чонину. Хван сразу же подбегает к угольку и ведёт ко всем. Повиснув на чужом плече ласка хитро улыбается. — Чанбина~, Феликс меня пригласил к вам! Ты рад? — когда именно? Сегодня? — Хван улыбается шире и кивает. — угум, в шесть я приду! — хорошо, без проблем. — уголёк прикидывает, сколько они с ребятами проведут в зале, а после, гладит Хвана по голове, он в ответ начал терется щекой о плечо, словно щенок. — Хей, ребят, кто как на вечеринку журфака будет добираться? Нам нужно решить кто в какой машине. У кого ещё есть тачка? В моей поедет Сони со своими. Можем ещё одного взять. — начинает лидер прити. — давай Феликса, они с Бинни всё равно вместе живут. — предлагает белка и Минхо, конечно же, не отказывает. — хорошо, чаги. Мест больше нет. Остальные на такси, получается. — ребята грустно вздыхают, в то время как Феликс ликует в душе. У него есть машина, но он пока не очень уверенно водит и не думает, что останется трезвым по окончании вечеринки, а ехать ночью, ещё и в состоянии алкогольного опьянения это для него хуже всяких кошмаров. Поэтому он тихонько стоит и надеется, что никто не вспомнит об этом. — это всё, что вы хотели обсудить? — Со дуется, руки на груди складывает и смотрит недовольно на Ли старшего. — Боже, в следующий раз его не зовем. У гномов всё равно нет права голоса. — говорит Сынмин, отмахиваясь, и подходит к Феликсу с каким-то вопросом. Со кипит, он бы прямо сейчас с радостью кому-нибудь разукрасил личико. Однако всё, что он делает, проводит несколько раз по спине Хвана, как бы прощаясь и уходит из зала. Заметил это, к слову, только ласка, у которой больше нет удобной подушки. А через полминуты он решил также плавно ретироваться из помещения. Догнав Со, они вместе вышли на крышу и встали около перил. Достав из пачки сигарету, чужая рука достаёт вторую для себя. Уголёк ухмыляется и поджигает кончик. Затем протягивает зажигалку, чтобы его спутник зажёг и свою, но последний игнорирует этот жест. Темноволосый парень наклоняется к лицу Со и поджигает свою сигарету об другую. — неплохо. Но знаешь, для такого и существуют зажигалки. — спасибо, Бинни. — говорит Хван и улыбается нежно-нежно. — тебе так сильно не понравилась шутка Сынмина? — это не шутка была. Я не фанат подколов про рост в принципе. А ты чего пришёл то? — да так, развеятся. — отвечает Джинни и затягивается. — вы с Феликсом съехались что ли? — я думал, он тебе рассказал уже. — он отмахнулся, сказав, что так вышло. Хочу услышать подробности. Вы встречаетесь? — внутри у Хвана что-то замирает. Он не хочет слышать ответ на этот вопрос. — нет, не встречаемся, а съехались, потому что ему некомфортно находится в квартире. Я его понимаю, мне тоже было тяжело после смерти родителей оставаться в их квартире. — у ласки словно гора с плеч свалилась и улыбка до ушей. — ты очень добрый, Бинни. Не обижай там Фела, иначе он сам тебе и отомстит. Ты знал, что у него чёрный пояс по тхэквондо? — Бин отрицательно мотает головой и просит рассказать подробнее. — мы идём вместе ко мне после вечеринки и вдруг подбегает какой-то пьяный студент, наверное поклонник, за руку тянет, говорит что-то про ночь вместе, деньги, любовь, а у меня ступор. Я испугался тогда сильно, а Фел ему с ноги в челюсть. Уже дома я спросил, откуда такие умения, а он только затылок почесал и сказал, что занимался, пока в Австралии жил. Вот. Конец истории. — хорошо, что вы вместе шли. Неизвестно, чтобы он с тобой сделал. Я рад, что ты в порядке. — Со улыбается ярко-ярко, словно луна, которая освещает всю землю таким легким и ненавязчивым светом. И сердце Хёнджина пропускает удар. — Спасибо, хëн. Ты и вправду очень заботливый. — ласка молчит с минуту, а после выкидывает окурок и улыбается. — ты не против того, что я зайду сегодня? — нет, мне всё равно в зал нужно к шести. Так что хорошо проведите время. — аа. В зал? Ты с Джи и Чаном пойдёшь? — ага, мы давно не ходили. Обещаю, что придём все вместе как закончим. — ооо. Тогда мы приготовим что-нибудь. Но, скорее всего, я уйду раньше, чем вы придёте, дела. Извини заранее. — ничего страшного. Спасибо, что приглядишь за ним, пока меня не будет. — все же, он и мой друг. Тебе спасибо, что так о нём заботишься. О! У меня есть кое что, что я могу преподнести как благодарность. — Хван улыбается, а после робко в щеку чмокает. Ручкой в следующий миг машет и с крыши, буквально, убегает, оставляя уголька одного. А Со… Со рукой трёт место, куда Хенджин его поцеловал. Трет так, словно пытается оттереть. Чанбин буквально срывается с места и бежит к выходу из шараги. Подальше из этого места, подальше от людей и подальше от Хвана. Добравшись до дома Со буквально впивается руками в раковину и смотрит в зеркало. Он весь грязный. Отвратительно. Уголёк в руки берёт мочалку и мыло. Трёт до жжения, но всё равно чувствует себя ужасно. Написав своему соседу сообщение о том, что тот может не ждать Бина после занятий, ведь он уже дома, Со залезает в душевую кабину прямо в одежде. Тря щеку уже всем, чем можно и нельзя, начиная с алкоголя и заканчивая хлоркой, Чанбин и сам не замечает, как хлопает входная дверь, как Феликс зовёт его и обеспокоенный входит в комнату. Он возвращается в реальность только тогда, когда его берут за плечи и напротив его глаз появляются чужие — тревожные и обеспокоенные. — ты что делаешь, Бинни? Почему так хлоркой несёт? Чанбин, что случилось? — не трогай. Пожалуйста, не трогай. Я… Пожалуйста. — Феликс делает так, как попросили. Смотрит всё так же взволнованно, пытается что-то разглядеть в потёмках, но видит лишь поблескивающие глаза. — что случилось, хëн? Давай пойдём на кухню и обсудим это. — У блондина слёзы выступают, он подходит ближе, берёт за руки Со и ведёт к выходу из ванной. Усадив его прямо на стол, Фел внимательно вглядывается в такое родное лицо и ужасается. Вся правая щека Со была разодрана. — зачем ты это сделал? Где аптечка? — Бин же шепчет, будто в бреду, «не трогай, прошу, не трогай». А блондин уже сам нашёл аптечку, ватку смочил перекисью и аккуратно, дуя переодически на рану, обрабатывал щеку уголька. — что случилось? Ты же это сам сделал? — а Со лишь кивает, тянет руки, чтобы обнять, однако намного раньше их опускает и дотрагивается до щеки. — не трогай, милый. Я сейчас обработаю и пойдёшь отдохнешь. Хорошо? — Ли берёт руку уголька в свою и аккуратно целует пострадавшую щеку. А темноволосый вздрагивает и сжимает чужую руку. — больно? Извини… Мне жаль. — Феликс, шмыгая носом, продолжает обрабатывать столь любимую щеку. Закончив он улыбается и гладит вторую так нежно, что Со был готов растаять. — что случилось, Бинни? — пожалуйста, не зови меня так больше никогда. — ух… Хорошо, как скажешь. — Блондин обнимает и по голове гладит успокаивая. — Енбок, я не хочу находиться рядом с твоими друзьями. Если я не пойду на вечеринку ты сильно расстроишься? — уголёк говорит тихо, словно боясь чего-то. — Би.Чанбинни, давай вместе останемся дома и всё будет хорошо. Я не расстроюсь. Ты хочешь этого? — я хочу отмыться от грязи. — ты поэтому щеку разодрал? Чанбинни, что случилось? — ничего. Всё хорошо, не переживай. — и Со, обмякнув, в объятиях блондина закрывает глаза и крепко-крепко обнимает. Ребята переместились с кухни в спальню, где Чанбин лежал на груди Ликса, а последний гладил его по голове. — Чанбинни, хочешь я скажу Хенджину, чтобы он не приходил? — Нет, всё хорошо. Я же буду в зале. Мы с ребятами договорились, а их подводить я не хочу. — уголёк переворачивается, смотрит в глаза и улыбается, но выходит так измученно, что сердце сжимается. — спасибо, Хенбоки. Я рад, что ты пришёл именно в тот момент. — в это «спасибо» он вкладывает слишком много всего. Но в большей степени благодарен за то, что он успокоил это тягучее жжение в правой щеке и мерзкое ощущение прикосновений чужих губ. — Хенбокиии, мы не купили продукты. Вы сходите с Хенджином? Я не хочу никуда идти сейчас. Хочу полежать с тобой. — Феликс улыбается ярко-ярко и целует в макушку Бина. — хорошо, Чанбинни. Мы сходим потом сами. Ты во сколько уйдёшь? — к пяти примерно. — у Со ярко выражено нежелание пересекаться с Хваном сегодня. — вы зайдёте с ребятами? — да, они хотят провести с нами время. Закинешь к нашему приходу в микроволновку какой-нибудь полуфабрикат? Они голодные будут, а тебя я нагружать готовкой не хочу. — хорошо, Чанбинни, сделаю. Напишешь тогда, как закончите с тренировкой. — спасибо, Хенбоки. Ты просто чудо. — уголёк закрывает глаза и засыпает. Этот день его вымотал. Ликс не будит, только продолжает гладить по голове, изредка перебирая волосы. Ёнбок давно понял, что время не на его стороне. Минуты перетекали в часы и убегали безвозвратно. Время, не щадя, отнимало у блондина моменты близости с любимым. Время быстро подошло к 17:30, а значит пора будить уголька. Поцеловав Со в макушку, Феликс легонько тормошит за плечи темноволосого. — просыпайся, хëн. Сейчас половина шестого. Я время проворонил, извини пожалуйста. — Бин лишь лениво приоткрывает глаза, а потом снова, словно без сил, опускает голову на грудную клетку Ли, обнимая. — знаешь на кого ты похож? — Со заинтересованно поднимает голову и ждёт заключение, — на Батца Мери из санрио. Особенно когда с кудряшками. — блондин тыкает в левую щеку пальцем и улыбается. — это сравнение мне нравится куда больше, чем все сравнения Джисона. — уголёк встаёт и начинает собирать сумку в зал, однако в какой-то момент поворачивается и говорит. — а ты похож на Май Мелоди. Вы оба супер милые. — а после продолжает собираться. Он не увидел, как Ликс расплылся в довольной улыбке. Собрав сумку, в которую Бин скинул полотенце, сменную одежду и бутылку воды, ребята обнялись на прощание и уголёк ушёл. Через минут 20 в дверь постучался Хван, блондин, не дав ему зайти в квартиру, утянул обратно на улицу и повёл в сторону продуктового магазина. Ликс задержался на кассе, пытаясь вспомнить нечто важное, на что Хенджин постоянно цокал, тем самым отвлекая Ли. В итоге он вышел на улицу, наконец, давая возможность младшему сконцентрироваться. Уже идя домой, ласка спрашивает, что же блондин так долго вспоминал, но ответа так и не получил. Дома ребята раскладывают продукты по местам и темноволосый, оперевшись о стену, спрашивает. — что сегодня готовим? Сюда же друзья Чанбина придут. Думай, хозяюшка, что делаем? — откуда ты знаешь, что они зайдут? — Ли хмурится, а после задумывается над блюдом. Он изначально хотел что-то приготовить, но не знал что именно. — мы разговаривали утром. Я уйду к восьми, наверное. Кстати, куда вы оба так внезапно пропали? — ааа. Ну, у меня голова заболела, а ключи от квартиры только у владельца. — ясненько. О! Давай приготовим чапчхе*? — мм, я не умею его готовить. Хотя, в теории это просто. Ты знаешь рецепт? — да! Я его готовлю вкуснее всего, обижаешь. Вымыв овощи, Хван решил, что это мега сложное занятие и именно этим должен заняться он, поэтому свесив на младшего нарезку мяса, темноволосый занялся нарезкой овощей. — Ликсиии, хочешь удивлю? — услышав что-то типа «угум» ласка продолжает, — мне понравился один парень. — Ли и в правду удивлён, но ещё больше напуган. — вау! И кто он? Как у вас дела? — Феликс, мне кажется я влюбился, это такой пиздец. Я изначально, с ним шутки ради диалог завёл. Потом присмотрелся и понял, что хочу, чтобы он меня нагнул. Он прям вах. Недавно я будто прозрел. Он очень милый, внимательный и заботливый. Я очень хочу, чтобы он дарил мне столько же любви как и своим друзьям. Или даже больше. — блондин улыбается, ведь видит в каких-то словах самого себя и, как ни странно, Со. Ведь он тоже хочет получать больше внимания от Бина, совсем как Хван от своего возлюбленного. — сегодня я хотел его поцеловать. Очень хотел, ты же знаешь, я не люблю тянуть в принципе. Но мы разговорились и я прям… Я понял, что он слишком хороший. Я растерял всю былую уверенность. Я чувствовал себя учеником средней школы! Это ужас какой-то. В общем, вместо губ я чмокнул его в щеку, как пубертатный школьник. Это такой позор, Фелиикс… — уже хныча заканчивает ласка и младший успокаивающе гладит друга по спине. — у меня тоже есть любимый человек. Он тоже очень милый и заботливый. Чанбин такой нежный, а его кудри сводят меня с ума. А ещё ему нравятся мои… — Хенджин останавливает Ли и берёт за плечи смотря внимательно в глаза. — Ли, мне тоже Бинни нравится. — и Феликс роняет нож. Эти слова его самый страшный кошмар. — я ни разу не замечал, что ты оказываешь в его сторону знаки внимание. Да и он тоже как-то. И вообще он со мной флиртует часто. И это он первый начал. — и что ты мне предлагаешь, Джинни? — блондин поднимает нож и сжимает рукоять. Ли понимает, что всё это враньё. Первым начал Хван на той самой вечеринке. А Со был всегда рядом с ним, приходил когда младшему было плохо, помогал и оставался рядом. Несмотря на всё он заботился, единственный замечал проблемы с питанием и пытался исправить это. — давай по-существу. Я подхожу ему больше, — говорит Хван — я лучше. — блондин вставляет нож в деревянную доску и смотрит злобно. — например, чем же ты лучше меня? — я слежу за собой или ты думаешь, что никто не замечает, что ты вес набрал? Солнце, пойми, если мы тебе не говорим это не значит, что этого нет. — Ох, ну я хотя бы не по койкам прыгаю как течная сука. Если мы оба такие ужасные, то пусть он выберет Сынмина. — милыый, знаешь, я же говорил, что поцеловал его. Он мой. — давай посмотрим, кого он выберет. Уж точно не тебя, Джинни. — ой, а ты думаешь тебя? Кого привлекают полненькие люди? Ты его видел? Ребята распаляются всё сильнее и сильнее с каждой минутой. А потом… Хван уходит. А Феликс продолжил готовку, раздражённый и по инструкции уже из интернета. Ли понимал, что все сказанное другом на счёт Бина не правда. Ведь блондин сам видел последствия поцелуя от Хвана. А от Енбока такого не было. Верно ведь? А может Феликс просто этого не замечал. Всё в итоге вышло довольно небрежно. Мясо и овощи нарезаны абы как, ведь дрожащие руки постоянно роняли нож. А Чанбин вкалывал в зале. Его эмоции было не передать словами и он не хотел на них зацикливаться, поэтому полностью отдался тренировке. Бан спросил на счёт пластыря, но Со лишь отмахнулся, мол бродячий кот поцарапал, а Феликс обработал. Вся злоба, вся обида ушла вместе с силами. Сейчас он еле стоит, но как только выходит на улицу по спине пробегает табун мурашек. После тренировки ребята пошли в душ, который расположен в спорт зале. Со специально не сушил волосы, и не жалеет, ведь прохладный ветер остужает до селе забитую мыслями голову. Сейчас он чувствует себя лучше. И отвращение, которое ело его с костями, отошло. — и как там? Ты попросил свою женушку приготовить нам пир на весь мир? — о, конечно, я сказал, чтобы он закинул лазанью в микру. Вам хватит. — ооо! То что мы любим! Совсем как раньше втроём на твоей квартирке. — заявляет Бан и закидывает руки на плечи своих товарищей. И Хан протяжно кричит. — КРИСТОФЕР, Я ПРОСИЛ НЕ ТРОГАТЬ У МЕНЯ ВСЁ БОЛИТ, Я ТЕБЯ СЕЙЧАС ПРИДУШУ! — всё на тех же повышенных тонах говорит Джи и замахивается на лидера их трио. Ребята начинают смеяться практически синхронно и идут домой. Дом будет там, где есть они все. Даже будучи в палатке бездомных, Со будет ощущать её своим домом, если с ним будут эти двое. — ребята, вы знали, что наркоманы не шутят? — Бин молчит вглядываясь в небо, а после добавляет, — они прикалываются. — ребят, по большей части, выносит не с шутки, а с выражения лица уголька. — родители показали? — спрашивает Джи так же в шутку, но успокаивается, когда Бин кивает. — знаете, что сказал Неандерталец Австралопитеку? — когда ребята поочерёдно покрутили головой, темноволосый продолжает — дай манки. — Чан смеётся, а вот Джи не совсем понимает. Объяснить шутку никто из старших не согласился, поэтому надутая белка зашла в квартиру первой. В нос сразу ударил запах еды и Хан рванул на кухню заставая там блондина в футболке хозяина квартиры, который расставлял порции на столе. — с возвращением! Я тут приготовил… Будете? — неловко улыбаясь спрашивает цыплёнок и чешет затылок. — ФЕЛИКС Я ТЕБЯ ЩАС ЗАЦЕЛУЮ! ИДИ СЮДА — белка накидывается на Ли с объятиями, хотя пару минут назад задвигала о том, что у него болят все мышцы. Поздоровавшись со всеми и усевшись за столом, ребята пробуют еду. Феликс довольно долго сверлит взглядом тарелку, но как только он замечает суровый взгляд Чанбина на себе, то тут же начинает есть. Хан был готов зацеловать руки цыплёнка, которые приготовили такую вкуснятину, а Чан нахваливал еду уже после того, как съел две порции. Один Со отмалчивался, из-за чего Феликс подумал, что ему не понравилось. Однако он улыбался, шутил, довольно абсурдно, но забавно. Милашничал и кривлялся, словно вовсе забыл обо всём, что его тяготит. С уходом друзей квартира стала куда тише, но не менее уютной. — как тебе ужин? — очень вкусно, но, мне кажется, я просил тебя не напрягаться. Ты и так много для меня сделал. — Бин чешет затылок и продолжает, — спасибо, ты славно постарался. — Со улыбается и на душе сразу теплеет. — кстати, тебе неплохо так идут мои футболки. Бери когда захочешь. — Феликс почти светится от счастья, к угольку подбегает и обнимает. А темноволосый шипит и это заставляет Ли отлипнуть. — мышцы болят? Давай я массаж сделаю? — старший собирается отказаться, чтобы не напрягать Ликса. Но как только встаёт со стула, понимает, что мышцы слишком болят и кивает Ёнбоку. Блондин улыбается и велит идти в комнату. Затем говорит снять футболку и лечь поудобнее на живот. А сам уходит в ванную, как сказал, за кремом и зубы почистить. Но по факту он провёл там дольше 10 минут. Зайдя в комнату, Фел расплывается в довольной улыбке. Со совсем как послушный щенок уже стянул футболку и бросил на спинку стула. Расположившись на заднице Бина, блондин засматривается на его спину. Она слишком хороша, чтобы быть реальной. Смазав руки кремом, Ли начинает легко поглаживать спину, чтобы распределить крем по всей поверхности. Как только вся спина была смазана, Ёнбок начал растирать спину до появления лёгкого покраснения. Затем начал надавливать костяшками на мышцы, тем самым разминая их. Со закряхтел, но как только Ликс замер в испуге, сказал что ему больше приятно, чем больно и он может продолжить. Через пару минут Блондин начинает несильно щипать кожу спины, отчего старший снова издаёт непонятные звуки и иногда дёргается, когда Фел перебарщивает с силой сжатия. Младший в этот момент сразу начинал шептать извинения, а несколько раз даже оставил лёгкие поцелуи на ушибленном месте. Как только с пощипываниями было покончено, Ликс принялся рёбрами ладоней быстро похлопывать Со по спине, старший на это только смешно мычал. После этого Ёнбок постарался как можно мягче и невесомее переместиться на поясницу, добавил немного крема и пока затуманенный мозг старшего не мог понять, что происходит, опустил руки на плечи и стал разминать уже их. Внезапно Бин издал довольный стон, от которого у Ликса покраснели уши, но он продолжил ещё старательнее. Также блондин решил размять бицепсы, они оказались даже крепче и больше, чем он предполагал и к красным ушам добавились ещё и щёки. Ли был невероятно рад, что Чанбин не видит его лицо сейчас. Хозяин квартиры, в это время уже совсем разморенный массажем, продолжал тихо постанывать от действий младшего. Когда он понял, что на спину больше ничего не давит, разочарованно проскулил. — тебе стало легче? — выждав пару минут и предварительно прочистив горло спрашивает Феликс. Бин за это время надевает футболку и вместо ответа загребает блондина в объятия. — божее, ты чудо, Хенбоки. Практически ничего не болит. Я тебя обожаю. — Ли доволен раскладом, а потому улыбается ярко и обнимает в ответ. — кстати, а когда вы собираетесь на вечеринку? Я забыыыл. — ой, завтра, вроде. Мы пойдем? — да, я получше себя чувствую, а тебе стоит сменить обстановку. — говорит Со и закрывает глаза, но продолжает гладить по голове. Вскоре уголёк засыпает, а телефон блондина начинает вибрировать. Аккуратно выпутавшись из тёплых объятий Бина, Ли встаёт и уходит в ванную. Там он отвечает на звонок. — что случилось, Хёнджин? — Ликси, извини пожалуйста за мои слова. Я не должен был такое говорить. Я не буду лезть к Со первым, но если он сам, то я его не упущу. Не обижайся, пожалуйста. Ты мне важнее этого. Я всё обдумал, и понял, что не смогу сказать, что буду максимально пассивен к нему. Но я честно не буду зачинщиком всякого флирта. Обещаю, Ликси. Ты простишь меня? — а Феликс, конечно, простил, ведь никто не должен просить прощения за свои чувства. — конечно, Джинни. И ты меня прости пожалуйста, я плохо о тебе говорил. — уже плача говорит Ли, а после слышит всхлипы на другой стороне трубки. Поговорив немного, ребята желают друг другу сладких снов и отключаются. Блондин заползает в такие родные объятия и, периодически шмыгая носом, засыпает. На утро Со просыпается сам и застаёт блондина на кухне, где последний заваривает кофе. — как давно ты встал? — спрашивает Ли и поворачивается к угольку лицом. — только что, а ты? — старший зевает прикрывая рот рукой, а после подходит к блондину и обнимает. — минут пять назад. Я решил не будить тебя пока, но ты встал сам. Кофе готов, будешь? — уголёк кивает и садится за стол — как твоя щека? Ты точно лучше себя чувствуешь? — сев напротив, младший вздыхает пару раз, а после продолжает, — это же из-за поцелуя Хёнджина ты так щеку разодрал. Почему? — уголёк удивляется, мол, откуда узнал, а после вздыхает. — честно сказать, я и сам не знаю. Хенджин хороший, красивый и заботливый, я уверен, что мог бы его полюбить, если бы не одно но. Так что его поцелуй в щеку застал меня врасплох, а после я почувствовал отвращение. Не столько к Хенджину, сколько к себе. Я влюбил его в себя и не взял ответственность. Это же плохо, да? — а какое «но» ты имел ввиду? — уголёк грустно улыбается вместо ответа и поднимается из-за стола, идя в ванную. — спасибо за кофе, Хенбоки! — говорит Со и оставляет Фела наедине со своими мыслями. А сам Бин что-то записывает в телефоне и улыбается. Уже в университете, за столом, где собрались и три рача, и прити, ребята ещё раз обсуждают кто и с кем едет. — ребят, смотрите. Мы всегда ехали на одном такси и моей машине. Я всегда вёз двоих. Это были Хенджин и Феликс. В этот раз я везу только Феликса. Зачем вам брать две машины? Посадите Сынмина на коленки к Хвану, он только рад будет. — а я говорю нет! Мы привыкли вдвоём ездить. Забирай своего Хенджина с собой. Посади его на коленки кому-нибудь. Или мы не едем. — говорит Чонин, потому что ненавидит ездить в тесноте. — ой, господи Боже, ты такой капризный Ян. Хорошо, Хенджин, ты с нами. Я не знаю как вы там поместитесь, но Хани едет спереди. — Хван и Ли младший нервно переглядываются и оба виновато опускают взгляды. Вообще за всё время «собрания» Хенджин не обронил и слова. Всё время виновато смотрел на свои руки. Как ни странно, первым, как и бывает зачастую, уходит Бин. Идя по коридору, он то и дело замечает вспышки камер, но снова решает это игнорировать. На плечо ложится чья-то рука и уголёк готовится ударить в челюсть, однако смягчается, когда видит Бана. — я забыл сказать, давай сегодня без выпивки. Нам выступать завтра, я забил зал! — Чанбин радуется, а потому обнимает друга. До аудитории Чана ребята идут вместе, а после темноволосый идёт в свою. После занятий Со идёт домой вместе с Феликсом, который решил прогулять последнюю пару, чтобы нормально собраться. Уголёк стоит около открытого окна и закуривает последнюю сигарету из пачки. — ааа, сиги закончились. Я в магазин. — говорит Бин, однако Ли достаёт из шкафа пачку сигарет и протягивает их Чанбину. — о. Откуда? Курить начал? — спрашивает Со удивляясь. — я вчера купил, ты говорил недавно, что нужно взять. Я правильно марку вспомнил? — старший кивает и улыбается. Блондин долго роется в шкафу, но всё же вытаскивает тёмные джинсовые шорты Со, а после и рубашку без рукавов. Порывшись там ещё немного он достаёт свои рванные широкие джинсы и галстук. — Мерии, можешь примерить это? Мне кажется, тебе пойдёт. — я думал, что сам смогу выбрать одежду. Ты как Хан. — вздыхает уголёк, но берёт вещи и переодевается за дверкой шкафа пока Ли ищет одежду для себя. — мне в шортах удобнее. Можно так пойду? — Блондин смотрит на переодевшегося Бинни и ахает. Руки ничего не скрывает, а сама ткань облепила накаченное тело, из-за чего Со выглядит богоподобно. Единственное, чего не хватало, это галстука, который Ли любезно предложил старшему надеть. — а галстук? — вместо ответа Бин закатывает глаза. — может без него? И так же хорошо выглядит. — нет-нет! Он обязательный аксессуар. Пожалуйста! — и Со сдаётся. Берёт в руки галстук и возвращает блондину. — завяжи, я не умею. — Ли смеётся недолго, а после смотрит на уголька, который стыдливо опустил взгляд. Почувствовав вину за то, что заставил Бина чувствовать себя неудобно, Ли решает сгладить обстановку вопросом, всё же начав завязывать галстук на чужой шее. — отец не научил завязывать, да? — Но и здесь, он, похоже, прогадал. Уголёк усмехнулся и промямлил что-то вроде «он научил меня шприц держать». — извини, Бинни, я не хотел тебя обидеть. Уголёк снова улыбается, но как-то грустно что ли, а после на кровать обратно падает и наблюдает за Ли. Сам же блондин немного порылся в шкафу, а после щелкнул пальцами. — я схожу на свою квартиру. Мне нужно там взять кое-что. — мне сходить с тобой? — обеспокоено спрашивает Бин, но получает отказ. — нет, я быстро. — говорит младший и, взяв ключи, и вправду уходит из квартиры. Из неё, как будто, сразу пропадает главный источник света и она мрачнеет на глазах. Становится более серой и невзрачной. Главное — кажется, что стало холоднее. Возможно причина в незакрытом окне, а может в чьём-то уходе. Через минут семь блондин возвращается с кожаными штанами. Забрав из шкафа футболку хозяина квартиры он скрывается в ванной. Возвращается он в том, что унёс. И признаться честно, выглядел он бесподобно. Образ очень простой, но эта простота и украшала младшего. — как тебе, Чанбинни? — тебе идёт, даже очень. Во сколько за нами приедет таксист? — кто?.. Мы же с Минхо едем. А он писал, что будет через час. До туда ехать полтора часа. — класс. Что делать будешь? Ты готов, нет? — мм, нет, мне нужно ещё раз веснушки замазать и волосы уложить. А что? — да так. Интересно было. Минут 15 уже Фел находится в ванной и красит глазки. Чанбину в какой-то момент становится интересно и он, постучавшись, заходит. Увидев с каким огоньком в глазах Ли делает себе макияж старший невольно захотел, чтобы блондин накрасил и его. — что-то случилось, хëн? Мне освободить ванную? — нене, можешь и меня накрасить? У тебя выходит лучше чем у Хана. — услышав просьбу, на лице младшего расползается довольная улыбка. Быстро закивав, Ли усаживает Бина на стул, за которым сбегал на кухню и щёлкает по носу. — этот пластырь меня так расстраивает, ты не представляешь. Будь осмотрительней пожалуйста. — говорит Ли и берётся за косметику. Наносит консилер под глаза и на веки после чего распределяет тон по всему лицу. Уложив брови гелем, Ликс приступил к макияжу глаз. Нанеся по всему веку тени чуть темнее телесного цвета, младший набрал на тонкую кисть коричневый цвет и затемнил внешние уголки глаз. Затем карандашом прошёлся по ресничному краю, чтобы они казались гуще и нанёс пудру на всё лицо. Потом добавил нежно-розовый тинт на губы и отошёл на шаг назад, чтобы оценить результат. Глаза Со стали намного выразительнее, а губы стали будто кукольными и Феликс задумался, какие же они на вкус? Вкус тинта он знал — клубника, сам ведь выбирал, но как он будет ощущаться вкупе с губами Чанбина? Ответ на этот вопрос Ликс не знал, и не был уверен, узнает ли когда-нибудь. Осознав, что слишком долго не моргает и увидев непонимание в глазах Со, младший смутился и поспешил отвлечься. — можешь посмотреть. — почти шепотом произносит Ли. Бин поднимается со стула, подходит к зеркалу и не знает что сказать. Нет, это не глобальные изменения в его внешности, но он никогда себя таким не видел. Со подходит к Ликсу и обнимает его в благодарность, но внезапно младшему на телефон приходит сообщение от Минхо: «мы приехали, тащи сюда свою задницу и твоего ушлепка». Бин взял любимую джинсовку и они с Фелом вышли из дома. — а ещё медленней? Нам еще за Хваном ехать. Давайте шустрее. — Усевшись в машину и поздоровавшись с Чаном машина наполняется криком белки. — ЕБАТЬ КОПАТЬ ТЫ КАК ЕГО УГОВОРИЛ ЭТО НАДЕТЬ? КОГДА Я СКАЗАЛ БЕЗРУКАВКУ ОН ЗНАЕШЬ СКОЛЬКО ЛОМАЛСЯ? Я ДУМАЛ ПРЯМО ТАМ ЕГО ПРИРЕЖУ. А ТУТ ОН ДАЖЕ ГЛАЗА НАКРАСИЛ?! ТЫ ЧЁ С НИМ ТВОРИШЬ, ЛИКС? ПОДЕЛИСЬ ЗАКЛИНАНИЕМ, А ТО ОН ЗАЕБАЛ НА ВЫСТУПЛЕНИЕ КАК ЧУХАН ЁБАНЫЙ ПРИХОДИТЬ. — боже, чаги, я, кажется, оглох. — заткнись, попуск, я говорю с Ликсиии. — когда он начал давать так относится к себе, боже, Минхо, хватку теряешь. — говорит Ли младший и улыбается. — я просто попросил, а макияж он сам захотел. Магии нет. — ну пиздец, мистер Со Чанбин. В следующий раз я попрошу Фела тебя одевать на концерт. А это уже завтра. — точняк, а мы ничего не репетировали с неделю. Завтра идём сильно раньше. Сначала к Сони, а потом и в клуб, да? — говорит Бан, на что остальные в трио кивают. — ооо. В этот раз клуб, а не бар? — спрашивает Со у Чана. — колись, как место выбил? Сколько гонорар? — они сказали, зависит от того попросят ли нас на бис и людей, которые придут. Но старт тысяча вон. Давайте постараемся парни. А то Бинни уже на сиги не хватает. — о, да. Скоро пособие пришлют и найс всё будет. — а когда пришлют? — спрашивает Хан оглядываясь на друга. — да в конце месяца должны. Недели две примерно подождать нужно. — а за что пособие? — спрашивает Минхо, — неужели ты неотесанный ребёнок наркоманов? — Ли старший ухмыляется. Это шутка. Всего лишь шутка же. В салоне повисает неловкая тишина, а Минхо так и прожигают взглядом и Чан, и Хан. — давайте не об этом, м? — говорит Бан, зная, что другу некомфортно. — о, кстати, мама давно вас к нам зовёт. Она соскучилась. За тебя, Бинни, больше всего переживает. Знает же чем ты питаешься. Завтра подарите ей всю свою любовь! — миссис Хан всегда за нас переживала, но за этого оболтуса больше всего. — пффф, я просто её любимчик! Кстати, когда наша традиционная ночевка состоится? В прошлый раз ты променял нас на своего бойфренда. — говорят только трирача, а оба Ли молчат, ведь обоим комфортно. Интересно узнавать что-то новое о любимом человеке и его окружении, просто слушая. — ааам. Я гляну своё расписание! — «Со Чанбин нагни меня». — тихо говорит Чан и 3рача просто взрывается. — Боже, я хочу пожать руку тому кто это написал. Ещё же место подгадал, там где мы, а особенно, Бинни тусуемся чаще всего. — чего-чего? — спрашивает Минхо из интереса. — на стене в курилке написали послание 3раче. То есть нам. Очень забавная запись, посмотри как-нибудь. — поясняет Бан и зевает. Через минуту машина останавливается около дома Хенджина и когда Хван открыл дверь в голову прилетел единственный вопрос. Куда ему сесть. У левого окна Чан, посередине Ли младший и у второго окна Со. — ну ёб вашу. Садись на Со быстро. Или сам поедешь за несусветные бабки. — говорит Ли старший и ласка, посмотрев перед этим на Фела виновато, садится на колени к Бину. Доехали до места назначения ребята без происшествий. Только Хван периодически ерзал из-за неловкости момента. Как оказалось, журфак снял несколько коттеджей. В самый большой, с двумя этажами, заселят прити и ещё несколько человек с курса. Остальные будут ночевать в коттеджах поменьше неподалёку. Сама вечеринка будет проходить в главном, самом большом. Зайдя в помещение, по ушам сразу бьёт громкая музыка, а в нос ударяет запах алкоголя и пота. Пусть сейчас всего девять вечера, но все уже подвыпившие и грязные. Взяв слабоалкогольную выпивку 3рача и прити уже в полном составе сразу пошли в комнату. Почему? Оставить алкоголь, чтобы не выпили и забрать уно. Оставив всё это в комнате, ключ которой забрал Минхо, ребята пошли вниз. Со нашел снеки, поэтому, показав их Чану и Хану, они стояли практически всё время у стены и о чём-то разговаривали. Йена и Сынмин попробовали взять Феликса и Хенджина с собой потанцевать, но не вышло, потому они, обидевшись, ушли вдвоём. На диванчике, который освободили сразу, как увидели прити, остались только Минхо, Хван и Ликс, которые пили кто что. Ли старший — смешал коньяк с чем-то и смаковал его, Хенджин решил начать с пива, а Феликс пил сок с текилой, которую подлил Минхо чуть позже. Как только заиграла уже всем такая знакомая песня «Love me like this» у Бина приподнялось настроение, а Ли с Хваном под ручку пошли на танцпол, покорять мир, а может и одного милого репера. Кто знает? Заметив в толпе девушку, что начала прыгать и махать руками, 3рача подумали, что у неё приступ. Однако как позже оказалось, она танцевала хорягу, да так, словно умирает или у неё приступ эпилепсии. Ребята смеются и Чанбин очень минималистично демонстрирует свои умения друзьям. Бан улыбается и гладит по голове, за старания, а после они забирают ключи у Минхо и уходят в комнату. Тем временем старания Хенджина и Феликса никто не оценил. Выцепив в толпе Сынмина и Чонина, две лпе забирают Минхо, а после идут за рэперами. Придя в комнату они застают трио валяющихся на кровати в обнимочку. Растолкав их, путем голосования дети решают сыграть в твистер. Ребята расстилают поле и выбирают, кто будет ведущим. По итогу ещё одного голосования повезло Чану, ведь он самый старший и рассудительный, а Сынмин начал переживать, вдруг у него кости поломаются. Поле было больше обычного, ведь по-другому эти оболтусы не поместились бы. Ходить решили по старшинству, и раз дед вылетел, то начинает Минхо. Сначала всё было банально: руку туда, ногу сюда и так далее, но когда ребята целиком забрались на поле и осталось мало свободных полей им пришлось изворачиваться, чтобы добраться до свободного кружка. Выпитый алкоголь абсолютно не помогал в этом деле, и если трирача были практически трезвые, то младшие успели где-то накидаться и вообще не упрощали игру. В момент, когда ребята образовали симбиоз и превратились в человеческую многоножку, Джисону выпала левая рука на зелёный, где его правая рука он уже не знал, да и не пытался узнать, но проблема, все ближайшие зелёные заняты и ему надо дотянуться до следующего ряда с нужным цветом. Когда он наметил ближайший план действий и уже приступил к его выполнению, Сынмин решил открыть рот. — Ребята, слушайте. Вы знаете почему дети в детдоме такие худые?.. ОНИ НЕ ЕЛИ ЛОЖКУ ЗА МАМУ ИЛИ ПАПУ. — сначала никто ничего не понял и повисла тишина во время которой никто не шевелился, но потом Хёнджин издал короткое «ха» с которого всех разнесло и дети свалились на пол. Чан, которому удалось лицезреть всю эту картину, ржал больше всех. — АХАХХАХА, пиздец, Сынмин, ёбаный рот. — Джисон пытался ругаться сквозь смех, ведь он почти выиграл. На протяжении десяти минут смех то затихал, то начинался с новой силой, всё успокоилось только тогда, когда у ребят уже не осталось сил. Игра всем понравилась, и по её завершении ребята проголодались, поэтому Бина отправили за закусками, объясняя это тем, что «гномы не люди». Пока он был на кухне, в общем зале что-то начало громко лопаться. Потом до Чанбина дошло, что кто-то начал бить бутылки. Уголёк быстро вышел на улицу и ушёл к озеру. Громкие, резкие звуки для него табу. Поэтому он не любит вечеринки. Они заполнены неожиданными звуками. Сидя на берегу уже пол часа темноволосый слышит чьи-то шаги, но оборачиваться не спешит. Кто-то сел рядом на песок и так же начал смотреть вдаль. — ты чего здесь? — спрашивает Ли и замечает, как дрожат руки Чанбина. — проветриться захотел. Там слишком душно. — Феликс знает, что тот врёт, но не смеет об этом сказать. Ведь понимает, Со тяжело и без этого. Он лишь берёт чужие руки в свои и кладёт голову на плечо. — смотри как хорошо, звезды видно. Вон там водолей. А вот медведица. А вот полярная звезда и скорпион. — вау. Это и вправду очень красиво, Хенбоки. — и тишина. Со молчит и Ликс не хочет нарушать столь комфортную тишину. Уголёк засматривается куда-то вдаль, а Ли думает. Он слишком много думал, так что уже болит голова и нет сил вообще ни на что. Это разрушает изнутри. А ещё больше разрушает неуверенность. Феликс боится, что недостаточно хорош. Что слишком уродлив и скучный. Что Со никогда не полюбит такого как он, а потому выберет Хенджина. Успокаивает лишь их разговор утром. Енбок хочет верить, что это «но» именно он и никто другой. Ребята долго сидят на берегу, настолько, что Хван уже успел накидаться и пришёл Чонин, чтобы попросить помочь донести его до комнаты. Хенбоки остался на берегу, но чуть погодя тоже пошёл. В доме уже стихла музыка, ведь одна белка захотела спать, а её заботливый парень заставил всех разойтись. Неся Хвана на руках до комнаты, которую показал Чонин, Джинни то и дело гладил Бина. Оставив ласку на двухместной кровати, Со торопится выйти, но Ян говорит, что Бин спит в этой комнате. Уголёк опешил, ведь они это не обговаривали. Однако Чонин отвечает, что они говорили об этом в спортзале, когда ушли и Хван, и Со. Пожелав спокойной ночи лисёнок ретируется. А темноволосый собирается взять подушку, как его хватают за руку и тянут, тем самым заваливая чуть ли не на себя. — хëн, поцелуй. — только и говорит Джинни, явно не осознавая, что он вообще творит. Бин вздыхает тяжело, а после встаёт, по голове треплет Хвана, который сел, как только старший встал. — ну пожалуйста… Я очень тебя люблю, частное слово. Я просто хочу, чтобы ты меня любил в ответ. Или я настолько противный, хëн? — Джинни, нет, ты очень милый и добрый парень, но я не могу. Я тебя очень ценю, как друга, извини за это. Ты ни в коем разе не виноват. Никто не должен просить прощения за свои чувства. — и Хван плачет. Нет, не притворяется, чтобы его пожалели, а вправду плачет. Он всё понимает, более того, он в адеквате, просто это была последняя попытка стать для Со чём-то большим, чем просто друг. — тише, Джинни. Тебе нужно отдохнуть. — всё так же гладя по голове говорит Бин, а после ласка и вправду ложится. — можешь в лоб, пожалуйста? Я больше ничего не попрошу и не сделаю. Только, пожалуйста, один раз. — Хенджин готов умолять, лишь бы хоть раз почувствовать то тепло, которое он дарит другим ежедневно. И Чанбин соглашается, чмокает в лоб, треплет снова по голове, на что Хван говорит тихое «спасибо», закрывая глаза, чтобы наконец поспать. Чанбин же берёт подушку и ложится на пол. Ему не привыкать, тем более, теплый пол куда лучше, чем бетон или лавки у подъезда. Жизнь одарила его опытом. А Феликса в комнату увёл тот же Чонин. Они ночуют вместе, так как это тоже было обговорено в спортзале. Лежа на коленях Яна, Фел часто болтал на отдалённые темы, ведь видел в Йене младшего брата. А тот, в свою очередь, старшего брата в Ликсе. По крайней мере, так считал Ли. — Чонииин, я недавно понял насколько теплой может быть поддержка. И я столько получаю этой теплоты от вас всех, а особенно от одного человека, что я готов растаять. — Феликс улыбается, и лисёнок, так же не может сдержать улыбки. — и кто же этот особенный? — Бинни! Как ты думаешь, я ему нравлюсь? Он мне очень, я так боюсь, что он может меня отвергнуть. Ты бы знал. — услышав имя, брови Чонина сползли вниз, но после он вернул былое беспокойство в глазах. — Ликси, как думаешь, если бы ты ему нравился, он бы остался спать сейчас с Хенджином? Я боюсь, он просто с тобой играет. Также как с Джинни. Вдруг он просто хочет наживы? Да и тем более, похоже хён ему понравился больше, если он ночует с ним. — слова режут сильнее ножа, в глазах уже копятся слёзы, а сам Ликс буквально подпрыгивает и бежит в комнату Хвана и Со, оставив Чонина одного. Распахнув дверь Ли подходит к кровати и сначало пугается, ведь думает в темноте, что Джинни обвил бедного Бина. Однако заметив макушку, что показалась из-за дивана, а после и заспанного Со, который зевал, Фел успокаивается и, взяв за руку уголька, ведёт прочь из коттеджа. Уже около озера темноволосый решает спросить, что случилось. А Феликс молчит. Со снимает кроссы и заходит в воду. — пойдём искупаемся? Вода тёплая ещё. — и протягивает руку. За ним лишь кромешная тьма, словно чёрная дыра. Но Ли готов в неё прыгнуть, в ней утонуть, ведь будет вместе с любимым. Сняв кроссовки и штаны, благо футболка прикрывает все, что нужно, младший, взяв за руку темноволосого, идёт с ним. Зайдя примерно по рёбра, Чанбин останавливается и снова смотрит вдаль. Глаза уже привыкли к темноте, поэтому сейчас Феликс видит всю красоту Со. Кудри, что уже завились, легко раздувает ветер, а черты лица смягчились, из-за чего он выглядит как сказочный принц. Подойдя поближе, Ли смотрит неуверенно, а после целует в такие желанные и любимые губы. Этот невинный, детский поцелуй длился недолго, просто потому что Ёнбок засмущался. А Бин обнимает своё счастье ходячее, приподнимает и вновь целует. Этот поцелуй выходит более смелым. Ребята вкладывают в него все свои чувства, которые так долго копили. Феликс кладёт одну руку Бину на шею, а другой зарывается в его кудряшки, ведь он так давно хотел это сделать. Парочка целуется долго, и отстраняется только тогда, когда воздуха в лёгких почти не остаётся. После, Чанбин дарит ответный лёгкий поцелуй в губы Феликса и говорит, что им пора идти, ведь младшего начинает потряхивать от прохлады. Придя домой, Бин поднялся в комнату с их вещами и достал оттуда 2 футболки, не разбираясь особо где чья. Спать ребята решили на диване, так как не смогли бы отпустить друг друга по разным комнатам, ведь они так привыкли к теплу друг друга. Когда они улеглись под одним одеялом Феликс прижался всем телом к Старшему, а тот подарил ему ещё один короткий поцелуй. Пожелав друг другу спокойной ночи, ребята наконец-то уснули, кажется, самым спокойным в их жизни сном.