Тот, кого я когда-то знал

Иногда судьбы расходятся. Некогда значимый для тебя знакомый может превратиться в дымку неясных воспоминаний, всплывая в голове резкими разрядами, точно зарницами. Ты можешь помнить его вес. Можешь помнить рост, возраст, на каком этаже он жил.. Но это не главное. Какой у него был голос? Какие у него были глаза? Как локоны его волос, какими бы они не были, разливались на ветру? Как чувствовались его ладони? - действительно то, без чего невозможен образ в голове. Возможно, он зацепил тебя каким-то событием? Что такого может сделать человек, чтобы закрепится в чужом сознании положительными эмоциями? *** Тихий вздох. Путешественник прижался к удобному сиденью старой электрички, практически упёршись носом в стекло окна прямоугольной формы. До дрожи пробирала тряска вагона, заставляя тело странника слиться с ней в едином движении, неподвижном танце по бесконечным рельсам. Глаза скользили с предмета на предмет. То на дерево, то на птицу, так близко подлетающую к составу, то на фонарный столб, то на далёкое громоздкое построение.. Назойливые мысли пропали, кажется, путешественник не думал ни о чём. Да и есть ли в том нужда? Пейзажи убаюкивали, каждая пролетающая перед взором вещица молча здоровалась с поездом, вот и он отвечал тем же.. Скрежет колёс пробудил в страннике трезвое мышление. Он выпрямился, похлопал ресницами, и тут же взглянул на табло. - Выходить пора.. Разборчивое лишь для автора этой фразы, словосочетание вылилось тихим шёпотом. Раздалось оглавление станции. Путешественник после своих же слов погрустнел и надулся. Он казался ребёнком, которому не дали вдоволь поиграться перед сном. Странник легко потянулся, взял свою небольшую сумку, и поплёлся к открывающимся дверям, будто вовсе не боясь их закрытия прежде чем он успеет выйти. Он вышел на деревянный перрон. Доски тут же заскрипели под человеческим весом, и казалось, даже прогнулись. Признаться, станция была явно не из новых. Путешественник спустился вниз к специальному перехожу через рельсы, а после попал в лесистую местность около станции. Громоздкие кроны берёз покачивались от умиротворённого ветерка, солнце беспощадно слепило глаза. Приятный хруст газона под ногами действовал также, как и звук колёс о рельсы. Одуванчики, и белые и желтые, становились всё более частыми на его пути. Путь было принято остановить в пользу красоты диких цветков. Согнувшись и поставив сумку рядом, он рассмотрел растение, оторвав белый пушок на середине стебля от поднял его, крутя в своих руках. Он дунул, с тем же непонятным азартом, с радостью детской души он наблюдал как семечки разлетаются по воздуху. Солнечные лучи засветили глаза, и в тот же момент давно забытое воспоминание ударило в голову путешественника. *** Мягкий голос друга, его волосы, неизмеримая нежность детской речи. Глаза его блестели, и неясно было - от солнца или от игривости. Он что-то наговаривал, наговаривал что-то с интересом.. Образ с каждым мгновениям рассыпался, как бы странник не хотел собрать его. Тёплые ладони теневого знакомого вели его куда-то, куда-то сквозь летнее поле диких цветов. *** Воспоминание улетает подобно стае семян одуванчиков. Это всё правда. Правда о том, кого он когда-то знал.